Таксист 2

Рассказ про любовь.

Это было летом две тысячи второго года.
В то время я работал курьером – водителем в малоизвестном фонде, за смешную зарплату, но в моём распоряжении была машина старая лада - девятка. Вечерами и в выходные я бомбил. Как приятно было кататься по Москве летним утром, в выходной, когда часть москвичей отсыпается, часть в отпуске, а у какой-то части ещё пятница не закончилась. Благословенные деньки! А потом появилось автокредитование.
В общем, у меня был выходной, чудесная погода, свободные дороги – катайся не хочу. Сначала я вёз удивительную пассажирку с тремя детьми на Курский вокзал. Это была только часть её семьи, ещё двое её детей, муж, свёкор, свекровь и три собаки уже ждали их на даче, при всём этом, как выяснилось, она была на год младше меня, а мне на тот момент было двадцать три. Она принадлежала тому типу женщин, которые за счёт небольшого роста и веса, до первых морщин выглядят на четырнадцать. Кроме того, её лицо блаженное как у монахини, было украшено веснушками, смеющимися глазами и щербатой улыбкой. Всю дорогу рассказывала мне о том, как она счастлива, как им хорошо живётся девятером с тремя собаками в трёшке, какой у неё замечательный муж – бывший одноклассник, очень добрые свёкор со свекровью, какие у них с мужем творческие перспективы на поприще живописи и как они чудесно заживут, когда получат от государства четырёхкомнатную квартиру по квоте. В общем – сплошной восторг. Или истерика. Я так и не понял. Люблю такие поездки, по мимо денег получаешь впечатления.
Потом подобрал на Красных воротах парочку юных влюблённых, вёз их в Сокольники. Наверное собирались погулять. На мой взгляд  они встречались не больше недели. Сидели на заднем сидении молча, то целовались, то с неловкой улыбкой пожирали друг друга глазами постоянно держась за руки. В перерывах они смотрели по сторонам будто бы ища чего-то. За всю поездку я не разу не встретился взглядами, ни с ним ни с ней, не то чтобы они этого избегали, просто их глаза ни куда особо и не смотрели, в тот момент их не интересовал внешний мир. Готов поспорить, что они не заметили бы и приземлившуюся перед нами летающую тарелку. В машине как будто летали бабочки, причём после того как я отвёз влюблённых в Сокольники, эти бабочки так и продолжали порхать вокруг меня, пока я с глупой улыбкой колесил по дорогам, в поиске новых клиентов.
На Мясницкой меня остановил хмурый мужчина лет сорока - сорока пяти, сел в машину:
- На Серпуховскую.
- Сто.
- Поехали.
Мужчина сел в машину, захлопнул дверь.
- Слушай шеф, ты как свободен на сегодня?
- Да.
- А что если ты меня сегодня покатаешь? Сколько ты берёшь за день?
- Нет, ни каких за день, этого я уже нахлебался, целый день его катай, а потом начнётся – ой деньги забыл, сейчас схожу у жены возьму и привет…
- Я что похож на такого?
- Да чтоб я знал, как "такие" выглядят! Так что на моих условиях.
- И какие условия?
- Каждая поездка оплачивается по прибытию. Деньги есть?
- Есть.
- Поехали?
- Поехали.
И поехали.
- Курить можно?
- Да, конечно…
Мужчина был явно чем-то обеспокоен. Во время поездки не произнёс ни слова. Подъезжаем к Серпуховке, вижу как он распаковывает валидол. Ну думаю, эта поездка точно не про любовь.
- Всё в порядке? – Спрашиваю.
- Не знаю, позвонили, сказали что сын пытался повеситься, тёлка его видишь ли бросила.
А нет, про любовь - подумал я.
- И где он?
- Сейчас узнаем куда отвезли. Зачем она вызвала этих…? Выдадут справку, что мол кукуха у него того и всё, ни прав ни чего…
- Ты сам-то как?
- Нормально, вот здесь на право и к тому подъезду.
Подъехали к подъезду, он рассчитался и вышел, я жду возле машины. И вот он выходит, очень поспешно приближается к машине и на ходу говорит:
- Поехали!       
Запрыгиваем в машину.
- Куда? - спрашиваю
- Поехали, поехали!!!
Я завожу машину. Врубаю заднюю и тут он меня останавливает слегка хлопая по плечу.
- Всё, поздняк метаться. – говорит он и кивает на приближающуюся к нам женщину с сумками. На вид ей лет сорок, невысокая, худенькая блондинка с короткой стрижкой и в очках. Одета как большинство москвичек: футболка, джинсы, кеды, рюкзачок. Подходя к машине с моей стороны и глядя мне в глаза она говорит:
- Ну джентльмен, мне ногами дверь открывать?
Я быстро выпрыгнул из машины, открыл ей заднюю дверь и помог с сумками.
- Пардон мадам, затупил…
- Мадмуазель!
- Как скажете.
Она молча глянула на меня, поджав губы. – Нашёл время выделываться – прочитал я в её взгляде.
 Мадмуазель подошла к моему пассажиру, открыла дверь и поставила его перед фактом:
- Я в перёд сяду, ты же знаешь что меня сзади укачивает, давай…
На конец они расселись.
- Куда едем? – Спрашиваю.
- В Кащенко. – отвечает она.
- Познакомься, это моя сестра – говорит он.
- Люба – сказала она.
- Сергей – говорю я – очень приятно.
- Кстати я Костя.
- Собирался без меня уехать, Костя? Видела я как ты стартанул из подъезда, хоть бы с сумками помог…
- Я надеялся, что они тебя задержат.
- И чтобы ты там делал без меня?
- На сколько я понимаю, его надо забрать поскорее. На хрена ты мне там нужна со своими баулами, переезжаешь что ли? Что у тебя там?
- Как что? Еда, шмотки, деньги…
- Зачем?
- А я знаю? Вот заберём его, куда повезём?
- На дачу конечно.
- Уу на дачу! А что он там будет есть?
- Да там же есть магазины…
- Ага, папа сходит в магазин, а ты подожди меня сыночек только не вешайся ладно? Отец года! Сиди лучше молчи!
- А с Ленкой что?
- Соседка сказала, её чем-то кольнули чтоб успокоилась. Она с ней побудет пока я не вернусь.
- Зачем она их вызвала?
- А ты бы что сделал на её месте?
- Ну я как ни будь постарался бы…
- Ну я как нибудь – передразнила Люба Костю – старатель ёпт.
- А кто ещё в курсе?
- Б***ь, а чём ты думаешь?
- Ты ведёшь себя так, как будто это я во всём виноват.
- Ой, вот что нас беспокоит больше всего да? – начала разгоняться Люба, время от времени переходя на ультразвук - Ты не в чём не виноват Костик! Ты это хотел услышать? Ну? Отлегло? Я могу тебе ещё чем нибудь помочь? Нам же за тебя надо больше всего беспокоиться… Ты уже пил валидол?
- Он уже пил валидол? – это она меня спрашивала.
Я молчал, старательно изображая отсутствие. Костя сидел с виноватым лицом. Подъехали к больнице.
- Дальше пешком – говорю – если надо чтоб я заехал на территорию, то там договаривайтесь, номера запишите на всякий случай, для пропуска.
- Костя ты сам справишься? – спросила Люба – там главное, чтоб диагноз не поставили поспешный, настаивай на нервном срыве, деньги есть?
- Да.
- Без заявления его по любому не положат, и поговори с врачом, может что выпишет… Или с тобой сходить?
- Да не надо я справлюсь. Сейчас, только постою, покурю, надо чуток успокоиться.
Мы вышли из машины, стоим Костя закурил читая вывеску больницы.
- А вы в курсе – говорит он – что она больше не Кащенко?
- Иди уже Костя.
Костя выбросил сигарету испепеляя сестру взглядом и пошёл.
Люба подождала пока Костя удалится на приличное расстояние и сказала:
- Нет ты представляешь, что он сказал когда вошёл? Люстру ему жалко! Идиот!
- Может это он с нервов? – предположил я.
- Надо это проконтролировать - сказала Люба и пошла в сторону больницы, вскоре они оба скрылись из моего поля зрения.
Ожидая их в машине я вспомнил аналогичную историю из моего прошлого:
Когда мне было семнадцать, я познакомился с девушкой которой было двадцать семь. Конечно это не было любовью. Отношения длились не более месяца. Да это были и не отношения не для меня, не для неё. Тогда я конечно считал, что это всё очень серьёзно и на всю жизнь. Мне казалось что она – та самая, а жизнь до знакомства с ней просто вечность мучительных ожиданий этой встречи. Для мальчика блуждающего в гормональном тумане, это было очень сильное впечатление от общения с опытной женщиной, которую (как мне казалось тогда) я покорил. И в тот момент я осознал, что детство на кончилось. А потом она мне объявила, что всему конец, по тому что у жизни свои правила и надо двигаться дальше, тем более что у неё уже есть куда и с кем двигаться и она мол встретила мужчину. Дальше не помню, да я её уже не слышал и не слушал. Удивительно, на сколько проще мы относимся к подобным событиям в зрелом возрасте, а тем у кого растут дети не стоит забывать о том, как бывает больно, когда ты ни хрена не понимаешь что происходит. Если в двух словах – она меня уничтожила. Если более развёрнуто, то вот вам метафора: это напоминает момент, когда глупый котёнок хочет поиграть со взрослой кошкой, кошка поиграет немного, но очень быстро ей становится скучно, по тому что она взрослая, затем она даёт ему по морде, чтоб отвязался и уходит по своим делам, а котёнок сидит на заднице и уныло мяукает в вечном одиночестве.
Сейчас, когда мне сорок шесть, я вспоминаю то расставание с улыбкой, а в то время… Вы когда нибудь видели молодого быка перед корридой? Сколько буйства? Эта готовность и к убийству и к смерти… Я вот не видел. Но чувствовал себя приблизительно так же как и тот молодой бык, та же ярость, та же страсть, те же рога. Я пил недели две, мало закусывал, много плакал. Очень плохо выглядел, похудел. Предательство и одновременно сокрушительный удар по самолюбию. Только что был орлом, а теперь жалкий нытик. Казалось, я ни когда не смогу взять себя в руки.
- Что Серёга, говорят бухаешь, да ещё в одно рыло? Это не порядок!
Так меня встретил Дядя Лёша, когда я пришёл на работу, на четвёртый автокомбинат.
- Здорова Дядь Лёш. Да присел на синюю лавочку и чуток засиделся – говорю.
- Ну это случается… Ты после обеда, к Рыжему в каптёрку зайди, у нас сегодня короткий день, ну ты понимаешь, поддержи компанию.
- Не, не хочу, у меня свои планы…
- Какие у тебя планы, нахерачиться? Зайди слышь, не обижай стариков. А у Рыжего к тебе дело и клюковка на коньячке. Зайдёшь?
- Зайду, зайду – снисходительно сдался я.
Рыжий это дядя Юра, токарь, слесарь шестого разряда. Тот ещё персонаж: мужчина лет шестидесяти, седой как снег, когда-то был рыжий, от туда и погоняло, очень начитанный, было где почитать, за плечами две ходки за пьяный дебош с поножовщиной, но по его версии, всё это не столько из-за водки, сколько из-за обострённого водкой чувства справедливости…
Как и обещал, захожу к нему в каптёрку.
- А профессор, етить твою мать, иди сюда! – изображая Булгаковского Шарикова поприветствовал меня дядя Юра.
- Здорова – говорю - а где дядя Лёша?
- Да, у него там какие-то дела… Проходи, садись. Дверь только защёлкни, чтобы тару не ныкать лишний раз.
Я расположился на против Рыжего, на клеёнчатом столе стояла жестяная банка из под индийского растворимого кофе, которая дослуживала свой век в ранге пепельницы, рядом лежал медный портсигар, спички, колода карт, солонка, нож и фанерная доска с нарезанными на ней чёрным хлебом, салом и дешёвым колбасным сыром. В каптёрке  у него было уютно, она напоминала купе, только без верхних полок и окна. Стены оклеенные вырезанными из журналов фотографиями советских актрис, над столом абажур из красного бархата, всё это создавало какой-то бордельный уют. К Рыжему частенько заходили мужики порезаться в буру и закусить… Когда он успевал работать – одному богу известно.
- Я вот тут принёс это… – говорю я вытаскивая из кармана банку шпрот и из рукава пол литра зубровки.
- Это ты молодец! – дядя Юра забрал гостинцы и убрал их в ящик под стол – А ты знаешь что мы с тобой сегодня будем праздновать? Твой последний день запоя! Что пятаки вылупил, наливай! – он поставил на стол бутылку клюковки и два гранённых стопарика - общественность меня уполномочила наставить тебя на путь истинный и довести до твоего сведения, что если ты не завяжешь, то в понедельник гуд-бай.
- Да мне как-то
- Ишь ты? Серёжа, нельзя так убиваться из-за бабы, посмотри на себя, ты же орёл, а раскис как… Радуйся мудила, теперь это его проблема, я бы на твоём месте ещё ему руку пожал, за то что он принял удар на себя.
- Да откуда вы
- Что, не помнишь как позавчера в реку собирался броситься? И бросился бы, башка баранья если бы тебя Толян не вырубил, от греха по дальше.
Тут я начал что-то вспоминать, да и челюсть побаливала.
- Ходил тут, нюни распускал – продолжал наезжать дядя Юра
- Что сильно опозорился?
- Да нет, вечером народу уже почти не было, забудь. Давай – он протянул стопку, чокнулись, выпили – ща я те всё объясню! Кушай. У тебя не правильный подход к ситуации – продолжил он выбирая чем закусить – ты на неё смотришь с позиции жертвы, а на самом деле это просто этап твоей жизни который закончился и хрен бы с ним. Ты стал опытнее, радуйся! Не горевать надо, а радоваться, причём не только за себя, но и за неё тоже. – наконец он выбрал сыр.
- Чему радоваться?
- Обожди, ща я те на пальцах…
Захотелось уйти, но я наткнулся на его взгляд, как будто Рыжий точно знал какая мысль мелькнула у меня в голове. Этим взглядом он пригвоздил меня туда от куда я собирался поднять свою задницу, но так и не собрался, не стал рисковать. В общих чертах эта беседа была доброжелательной, но при необходимости она запросто могла стать и принудительно – доброжелательной. Я решил особо и не сопротивляться, тем более, что на тот момент это был единственный человек, которому было до меня дело.
- Надо ещё выпить – сказал я и наполнил стопки.
- Ой Серёжа, не с того мы с тобой начали – сказал дядя Юра – надо было начинать с твоей зубровки, а клюковку оставить на десерт – пошутил он.
- Так чему радоваться-то?
- Смотри, тебе с ней было хорошо, но теперь она не хочет быть с тобой и ты, как нормальный мужик должен уважать её решение и поступить достойно, отпусти и пожелай удачи.
- Как-то просто у тебя дядя Юра всё получается.
- А хули тут усложнять? Ты же не будешь её силой удерживать если она не хочет быть с тобой? Ты чё маньяк какой?
- Нет но я думал она приличная, а она повела себя как б***ь.
- Сам ты б***ь! Ни хера ты не понял. Наливай.
- Ну если каждой позволять…
- Слушай, ты сейчас молодой и навряд ли способен понять то о чём я тебе толкую, но прошу тебя, выслушай, а потом со временем врубишься. Ладно?
- Ладно.
Он закурил и как будто глядя в даль сказал:
- Для тебя всё впереди, жизнь так устроена, что ты и в сорок и в шестьдесят будешь парень нарасхват. А у женщин время летит так что медлить нельзя, у них чёткий план, надо во время найти мужика достойного, свить гнездо, нарожать детей… Они Серёжа, очень ценят отпущенное им время, не то что мы. Тебе пока не понять их страхов, а им не понять нашей беспечности. Так что просто уважай её выбор. Тебе-то что страдать? Она нашла своего мужика, а ты найдёшь свою женщину, вот и всё. И нехера так убиваться. Ничего необычного не произошло, неожиданно конечно, понимаю, ну поболит и перестанет, не ты первый не ты последний.
- А чего же она меня не выбрала?
- Серёжа, эта история стара как мир. Мальчик с девочкой встречаются, мальчик уходит в армию, девочка обещает ждать, но не дожидается по тому что встречает мужчину.
- Ну я же говорю б***ь.
- Вот все обычно на них так и накидываются, а на самом-то деле она и сама не знает что произошло и почему она так непорядочно поступает и ещё поверь, небось грызёт сама себя пол жизни после этого.
- Ну так а почему они так делают?
- Да по тому что, знаешь, я размышлял как-то на эту тему и мне кажется, что природа им так диктует. Когда она превращается в женщину ей больше не нужен мальчик, а нужен мужчина и плевала она на правила приличия, речь-то идёт о её будущем. Женщинам вообще плевать на всё, буквально на всё, на логику, на заповеди, на твои чувства, на всё, если речь касается их интересов. Ты это обязательно когда ни будь поймёшь, это я тебе обещаю. И не будет она ждать пока её мальчик повзрослеет. Время нет в рулетку играть…
- Но она старше меня на десять лет.
- Понятно, чего ты так страдаешь… А ей уж под тридцатник?! Да, она небось ощущала утекающее время так, что буквально слышала каждую секунду. Могу себе представить с какой скоростью было принято решение не в твою пользу, в момент когда она его повстречала…
- Всё равно не понимаю, всё было так хорошо, и вдруг она выбирает его, а не меня.
- Я же тебе толкую, ей нужен мужчина, а не мальчик.
- Я мужчина.
- Расслабься мужчина, обычная баба, искала мужика, наконец нашла, вот и всё, а с тобой ей просто было весело. А тебе было весело?
- Да, но
- Хорошая женщина?
- Хорошая.
- Ну вот и порадуйся за неё.
- Тяжело мне
- Да умнеть тяжело. Эх ты охламон. - сказал он взъерошивая мне волосы своей рабоче - крестьянской граблей – в общем придёт время и ты найдёшь себе достойную женщину. Она тебя сама ещё раньше найдёт.
 
Помню как мне чуть-чуть, но стало легчать после этого разговора. Я начал вспоминать как она пыталась мне что-то объяснить, в общем не просто на хер послала, а будто даже извинялась, что так вышло. Короче отпускало меня по тихоньку. Гормоны…

Внезапно открылась задняя дверь, совершенно по варварски прервав мои воспоминания. Сзади меня села Люба.
- Вас вроде укачивает? - Говорю
- Сейчас не та ситуация.
Рядом с ней сел Костин сын, а за ним и Костя. Правильно что заперли его с двух сторон, так спокойнее. Я повернулся к пацану:
- Привет! – говорю. А в ответ тишина, пацан  уставился в окно и всё, что воля - что неволя…
- Знаешь где Апрелевка? – Спросил Костя
- Знаю.
- Поехали, там дальше покажем.
До Апрелевки ехали молча, затем свернули с трассы и оказались в какой-то деревне. Когда подъехали к дому, ворота нам открыла заплаканная бабуля.
- Да ёб твою мать! А она здесь откуда? – Спросил Костя.
- Я ей позвонила.
- Всё я еду домой.
- Ты останешься с сыном Костик, возьми себя в руки. От тебя всё равно ни какого толку, так что её помощь не помешает. Хоть по такому поводу с мамой пообщаешься.
- Ой ну кто тебя просил?
- А я поеду к Ленке побуду с ней…
- Может я поеду к Ленке?
- А может надо было не съезжать от Ленки?
После двадцати секунд гляделок Костя сдался и вышел из машины. Они забрали мальчика, сумки и зашли в дом. Минут через пять вышла бабушка и пригласила меня на чай. Я вежливо отказался. Еще через пять минут Люба села в машину и я повёз её обратно на Серпуховскую.
- Ну как там? – Спрашиваю
- Врачи говорят, что ни чего страшного, пару недель на таблетках и всё пройдёт. Он на таблетках, мать его на таблетках мне бы ещё какую нибудь таблеточку, чтоб забыть про этот день вовсе.
У Любы зазвонил мобильный:
- Да, да Юлёчек, всё в порядке не переживай, нет, нет Юлёк ну что ты, даже не думай, ты вообще не при чём, нет нет, это он в папашу своего пришибленного, не переживай, ему прописали пилюльки вот он из под них сейчас и спит как младенец, ага, ножкой дрыгает, всё в порядке, не бери в голову, давай Юлёчек, давай мой золотой, маме привет.
- Где у тебя пепельница? – закуривая спросила Люба - Девушка его звонила, бывшая. Переживает! А если б он того, прикинь какой груз на неё бы лёг? Дегенерат. Она и так вон измучилась. Представляешь, в одном дворе росли, в одном классе учились, потом он на медицинский, а она по папиной линии в школу милиции.
- Где много молодых офицеров… - поддержал я разговор догадкой.
- Ну и, какого хрена? Как будто бы случилось что-то неожиданное?
- Случилось то что должно было случиться. – опять я блеснул опытом прожитых лет.
- Только он этого не понимал, идеалист. Она его и динамила и раздражала и игнорировала и подружек подсылала, чтоб они рассказали ему какая она шалава, что только не делала.
- В общем намекала, чтоб сам отвалил. Знакомая история.
- Потом пришлось сказать прямо, раз уж он такой тупой.
- Да не тупой он, просто молодой – заступился я за пацана.
- Вот именно, он думает ему восемнадцать, так он уже мужик, а сам вон купил себе старую чихарагу, напихал в неё колонок больше чем в ночном клубе и гоняет по району всю ночь с такими же придурками как он. Соседей будят, мужики… Вот на хрена он ей такой нужен?! Ты бы её видел – кровь с молоком.
- Ну что тут сказать? Она уже молодая женщина и теперь ей нужен не мальчик, а мужчина.
- Алелуя!
- Но парня тоже надо понять, всё таки эта девочка чуть ли не с рождения была частью его жизни. Это не то что повстречаться месяцок с какой нибудь шалавой!!! Такие вещи надо учитывать, как вы думаете?
Люба немного подумала, потом сказала:
- Я думаю ты прав, им сейчас обоим очень тяжело, первые уроки жизни… Но всё пройдёт со временем. И главное ни кто не виноват, нельзя подросткам объяснить, что это не серьёзно и не на долго, что девочки и мальчики развиваются с разной скоростью и что они не только друг друга, а ещё самих себя не знают.
- Да всё у них будет в порядке.
- Да. Вон там, возле магазина останови пожалуйста.
- Подождать?
- Да нет, я пройдусь. Надо купить что нибудь, вкусненького. Мне сегодня предстоит ещё одну дуру успокаивать… Да кстати, - Люба протянула мне тысячу рублей - костя попросил передать тебе денежку, достаточно?
- Вполне.
- До свидания Сергей, спасибо.
Мне конечно хотелось ещё немного поболтать, всё таки я таксист, да и план я на сегодня выполнил, но… Да и тема пожалуй исчерпана.
- Да не за что! - говорю - Всего доброго.

Пора бы мне закругляться на сегодня, денёк выдался эмоционально насыщенный – подумал я. Но на Якиманке я увидел очень колоритного голосующего мужчину лет пятидесяти пяти в спортивном костюме, домашних тапочках и с пышным букетом роз. Это наверно тоже про любовь – подумал я. И не смог проехать мимо.
- Шеф, подбросишь до Большой Татарской?
- Это ваше подбросишь, звучит как-то бесплатно.
- Сколько?
- Сто!
- Шеф, у меня только полтинник.
- Ладно садись, мне почти по пути…
- Я цветочки назад брошу?
- Богатый букет.
- Да вот на него последнее бабки и ушли, слава богу хватило.
- На юбилей что ли?
- Жене, три дня назад вышел за сигаретами и загулял мальца…
- Ну ты даёшь!
- Ага, прикинь, она сейчас откроет дверь, я вручу ей букет и скажу – прости дорогая, обстоятельства были против нас, но я вырвался. Она возьмёт этот букет и этим же букетом мне по роже на, на…
- Дружище, тебе надо было хризантемы покупать, они хоть без шипов.
- Понимаешь, она у меня розы любит, надо учитывать такие вещи.
- Приехали, если хочешь не плати, только можно посмотреть как ты войдёшь?
- Пока шеф – протягивает мне пятьдесят рублей – может свидимся когда?
- Блоки ставь.
- Ты что? Если она меня не покалечит, как же ей потом меня жалеть?
- Ну тогда удачи!
Мужчина вышел из машины, поднял сжатый кулак и сказал – но пасаран – задумчиво закурил, как перед расстрелом, засунул букет под мышку и пошёл домой.

Да, денёк.