Сквозь шторы-маркизы, свисающие с потолка, луна почти не светит — комната тонет в темноте. Я отодвигаю керосиновую лампу подальше: не хотелось бы, чтобы пламя лизнуло старый шёлк. За годы он потемнел, обуглился по краям, и табачные искры прожгли в кремовой ткани ровные дыры.
Я сажусь на подоконник в оконной нише. Вздрагиваю от сырости — батареи здесь почти не греют. Дубовая доска, вся в глубоких выщерблинах, возможно, старше штор: те появились на стенах уже после блокады. Летом солнце медленно прогревает комнату. Сейчас же стекло ледяное, и я дышу на него, рисую круг.
Внизу — неприметная арка во двор-колодец; в углу — низкая двустворчатая дверь цвета жжёного кирпича. Парадной лестницы я не видел, знал только эту, чёрную, с квадратной колонной, вокруг которой она вьётся. Сквозняк, угольная пыль, стёртые плиты. Двадцать слоёв синей краски на облупленных стенах. Крюк на скрипучих створках, огромный замочный ключ.
Дом дореволюционный, грязно-охристый. А улица при комиссарах стала Ракова. Для тётушки это звучало приговором — она не произносила его вслух, говорила только: «на нашей». Но сбитые углы, ветер с залива и эта арка — всё осталось.
Огонёк лампы дрожит в мокрых стёклах. За ними угадывается портик театра Комиссаржевской. Фонари горят уже не так дивно. Не слышно ни визга трамвайных колёс на поворотах, ни глухого удара о стык на Садовой. И тётушки давно нет. Ни одной родной души не осталось.
Над ковром плывёт синий дым. Я замираю, будто сейчас услышу её голос, шелест страниц, запах жареной картошки. Но дым прозрачен. Он тает в луче лампы. На стекле — круг, уже запотевший.
Тема сама по себе интересная, но советую Вам сменить название.Жена этого Ракова Феодора выступала в 50-х, хвастая , что она вспарывала штыком животы беременных жён офицеров, ходила в награбленных драгоценностях, в конце концов тысячи ею замученных приходили во сне и она повесилась, дочь спилась, бессмысленно погиб сын,десятилетиями не работавший, внук, не раз сидевший в тюрьме, убил других бабушку и деда по матери, которые его поили, кормили, одевали.Страшный чёрный шлейф тянется за революционером Раковым. Казалось бы какая связь между такими Раковыми и Гитлером- вдохновитель один -Энгельс. призывавший к зверскому истреблению целых народов и наций. аморален Энгельс потому, что Гитлер следовал лозунгам, прежде всего:"Передовая немецкая нация должна начать истребительную войну против консервативной нации русских и всех славян Австро-Венгерской империи!". "Чехам,южным славянам и русским обеспечена ненависть всей Европы и кровавая война всего Запада против них!" и т.д ЭНГЕЛЬС, можно привести и Маркса"Южно-славянские народы - это обломки народов; австрийские немцы и мадьяры должны кровавой ненавистью задушить славянских варваров!" Маркс призывал стереть с лица земли Кронштадт и Санкт-Петербург. Единственно верное признание Ленина:"Во всём марксизме от начала до конца нет ни грана этики". Зачем же улицы и города носят имена этих самых аморальных вождей?! Кстати исторические центры десятков тысяч городов были разрушены в нашей стране воинств. атеистами по лозунгу Маркса"Религия - опиум народа" под руководством секретаря ЦК ВКП\б/ Ярославского-Губельмана Минея Изр.По утверждению академика В.Г.Брюсовой было разрушено столько же памятников истории и культуры, сколько Гитлер за 4 года войны. А Вам всех благ! С уважением
Благодарю Вас за столь сложный опус, менять название не буду, Вы уж простите. Я ведь не рекламой революционера занимаюсь, я вспоминаю квартиру своей тётки, ярой антисоветчицы, отца которой расстреляли, чьи дяди сгинули в лагерях, чью младшую сестру в блокаду нашли наполовину съеденной, старшая стала инвалидом, копая траншеи на оборонных работах.
Рашид, Вы весьма тонко и представимо описали квартиру и правы в том, что Ваша семья,тётя много пережили. Моих родных раскулачили и многих выслали по несколько семей по матери и по отцу. А Раковых я и хотел бы забыть, как страшный сон, если бы я знал хоть часть правды о них, я бы никогда не связался, чтобы 20 лет терпеть стервозную по неск. часов ругань его внучки только ради своих детей. Увы, иногда это , как метеозависимость, как магнитные бури. Вам, Рашид, добра, здравия.Люблю Питер, что сохранился, печатался когда-то в "Звезде", близко знал поэтов Мих.Дудина, Вяч.Кузнецова,Гл.Горбовского, академика Юр.бегунова. Всех Вам благ! С уважением
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.