капсульная гостиница

И в этот раз место сыграло самую главную роль.
Попал я как-то в капсульную гостиницу. И такая странная гостиница была – описать двумя словами не получится. В принципе, все, как в доме на несколько семей: общая кухня, санузел тоже общий, даже прачечная есть. А где придется спать – это уже интереснее. Вот перед тобой стена и в ней маленькие двери, за каждой комнатка, чуть не ящик: там и кровать, и свет, и розетка.
«Клаустрофобы вышли из чата» – подумал я. Им тут точно не место.
Мне все понравилось, и я сразу решил бронировать. Так как одиночных номеров не было, взял двухместный. В первую ночь я приехал очень поздно, когда все уже спали. Я не стал блуждать, просто потихоньку прошел к своей капсуле и лег спать.
Утром я наконец мог начать изучать пространство – это больше всего и радовало. Я любил такие необычные места, в них всегда есть много жизни. Помимо того, что рассматривал все пространство вокруг меня, я разглядывал людей: все такие разные, любопытно наблюдать, кто чем занят. Даже не знаю, что было для меня интереснее.
В рюкзаке была пара грязных футболок, я и решил их постирать прямо в раковине. На что мне администратор сказал, мол, стирать в раковине запрещено – есть же прачка, там и стирка, и сушка. Я немного подумал и решил согласиться. Схватил футболки, пришел на ресепшн и простоял так полчаса, не дождавшись администратора. Он был занят заселением других людей. «Ему сейчас совсем не до меня», – подумал я и ушел обратно к капсуле.
Спустя время заказал немного продуктов и стал готовить. Самое банальное: салат из помидоров и огурцов и чай. Ничего не подозревая, стоял и резал салат на общей кухне, как вдруг услышал сбоку приятный женский голос. Он спросил меня: «Ты как любишь резать салат: мелко или крупно?». Я улыбнулся, еще даже не увидев ее лица.
«Я не повар, каждый раз получается по-разному».
И тогда увидел ее лицо с милыми чертами, но почему-то не улыбчивое, и короткую стрижку. Она вдруг продолжила: «Я думаю, что у мужчин лучше получается готовить. Вкусно и как-то просто у них это выходит. Так сказать, без особых усилий».
Я снова немного улыбнулся. «Не знаю, я вообще не люблю напрягаться. Если получится вкусно, то без особых усилий, а если не получится, то особо и не напрягался. Я с удовольствием тебя угощу, если ты хочешь попробовать мои, хоть и не сильные, старания».
Она без улыбки продолжила: «Да, конечно. Попробую».
Мы еще долго стояли и беззаботно беседовали. Забавно, что мы даже не познакомились. Она мне не представилась, да и мне как-то не удавалось в этот приятный разговор всунуть свое имя. Так я приготовил салат, и мы сели на кухне за один стол и продолжили разговаривать. Как будто прочитав мои мысли, она молча налила нам чай. Мне было приятно. Люблю такие тонкие, нежные ухаживания. Теперь я стал их замечать. Может, и раньше замечал, но сейчас они вдруг стали для меня очень важны.
Странны эти уловки и маленькие хитрость. Мы съели салат и почти допили чай. Разговор так и продолжался, темы всплывали одна за другой. И сам не понимаю, откуда у нас так много общих тем… Ненапряженное общение вообще самое приятное.
Как незаметно она появилась, так незаметно и исчезла. Встала, что-то пошутила и скрылась за угол. Я сидел и ждал ее, но она не возвращалась. Мне стало грустно, стало ее не хватать.
Она меня заворожила своей простотой. Сказать, что внешностью – нет, я так и не успел ее разглядеть. На ней была длинная белая футболка, в ней совсем не разглядеть фигуру. Из-под нее торчали лишь острые небольшие соски, хотя она и не особо их прятала. Я пытался не смотреть на них, но у меня это плохо получалось. Видимо, ее это не тревожило. Я почти весь день провел на кухне, но так с ней больше и не встретился. Долгожданная встреча состоялась вечером.
Я совсем ненадолго уезжал по делам, а, когда вернулся, она, оказалось, сидела и ждала меня на кухне. Только я вступил на кухню, как она резко спросила: «Где ты был? Я так тебя ждала». И это было без улыбки.
Меня это даже обезоружило. «Мы ведь ни о чем не договаривались», – сказал я себе в голове, а вслух произнёс совсем другое. «Я ходил по делам и… но теперь готов загладить твое ожидание вкусным ужином. Даже, может, со свечами». Она впервые улыбнулась и произнесла очень нежно: «Я согласна».
Как ты это делаешь?! Меня до дрожи в коленях пронзили эти слова. Я уверен, что ни один работник ЗАГСа не слышал с таким придыханием заветную фразу «я согласна». Для меня она звучала совершенно по-особенному. Такие встречи бывают только раз в жизни, и я рад, что это случилось со мной. Забылся, как мальчик, с этой красоткой, но не хотел сопротивляться.
Где я? Держите меня, я чувствую, что отрываюсь от земли. Что со мной происходит? Это точно в реальном мире или всего лишь сон?
Ущипнуть, мне кажется, будет мало – сразу рубите мне руку. По– другому я не собираюсь просыпаться. И даже без руки я не открою глаза. Хочу сон этот смотреть до конца.
Но нет, это – явь, странная, чумная, сумбурная. Не трогайте меня и ее оставьте в покое. Дайте мы насладимся прекрасным ужином. Вдвоем, пусть вокруг нас толпа людей.
Пока я готовил ужин, она стояла рядом и что-то рассказывала. Суета на кухне была неимоверная, вечер был совсем не похож на сонное утро, все ужинают и говорят, но я всего этого не замечал. Смотрел на нее и чуть краем глаза следил за руками. К салату из все тех же недоеденных овощей я купил немного колбасы и сыра. Она сказала: «Ты хорошо выучил мои предпочтения. Хочешь мне угодить? Я так и думала», – сказала она. Наклонила голову, оглянулась, с легкой улыбкой наклонилась ко мне и шепотом сказала: «Мне это нравиться, красавчик».
И я уплыл. Не мог себя держать и начал таять. Что ты делаешь со мной? Я не смогу тебе сопротивляться. Ты отнимаешь у меня последние козыри, даже джокера из рукава вытащила. Как ты это делаешь? Я не успел заметить твоих ловких рук. Резал салат и чуть палец не отрезал…
С какой страстью я хочу в омут женской ласки с головой окунутся. Ее слова разоружили меня. Мне бы убежать отсюда с ней, но не смогу: ноги ватные, а руки заняты ножом и салатом.
В этот раз свободных столиков не было, и мы сели за барную стойку вдоль стены. Там тоже было уютно, но скорее всего это тепло принесли мы с собой. Вместе нам было где угодно хорошо и уютно. Парочка отчаянных незнакомцев… Мы ведь так и не представились друг другу. Это не создает помех, мы можем и так общаться. Когда-то мы захотим представиться, а сейчас, видимо, не то время.
Она надела шорты и топик, а я и не смотрел на нее, только слушал и отвечал. «Вот приплыл, даже на фигуру не посмотришь?», – думал я и надеялся, что еще успею рассмотреть ее во всей красе. Должны ведь кончиться у вас темы для разговора. Подождем, не будем торопить события... Я был настроен серьезно: в этот раз она точно не убежит незаметно.
Странно. На что я надеялся? Рядом с ней ты беспомощный, и вдруг так уверен в том, что она не убежит, как в обед? Не успеваю думать, голова все ищет ответы на ее бесконечные вопросы. Неугомонная… Мне нравился этот ужин, разговор и эта собеседница. Я не успел заметить, как мы уже доели наш ужин. «Говори с ней, держи ее за болтливый язык, она не должна уйти… Так, мы доели, но она не уходит – это хорошо. Лови момент, когда она сможет сбежать».
Я напряженно ждал и боялся, что сейчас она уйдет. Она чувствовала это и сказала: «Я сейчас не уйду никуда. Ты ждешь, что будет, как в обед? Нет, сейчас, пока ты сам не передумаешь, я буду рядом с тобой».
Остановите срочно это сумасшествие. Так не бывает в жизни. Что она делает, откуда берет эти слова? Она ведь знает, что нельзя играть такими словами. Я не сдержался:
«Ты сон? Это какая-то шутка? Или ты что-то от меня хочешь?».
Она смотрела на меня молча, ее лицо замерло.
«Я сама не знаю почему, но я хочу говорить тебе это. Я делаю это не просто так, не подумай, что я наивна и глупа. Первый раз я говорю так с мужчиной. И сама понимаю, что игры нет. Как будто я знаю тебя. Как будто ты тот, кому эти слова нужны».
Я напрягся. Мысли клубились в голове. Остановиться бы хоть на миг переварить это все, но секунды не хватит. А за минуту она начнёт думать, что ошиблась во мне.
Прошла целая вечность, а я молчал.
Она тоже молчит и грусть начинает всплывать на ее лице. Она думает наверно: «Я ошиблась в нем, он не готов принять все это. Человек тот, но слишком рано я пришла в его жизнь…». Начинается нервный и хрупкий монолог в ее голове, а я нагоняй устраиваю у себя в башке. «Очнись, очнись, она уйдет, пока ты молчишь!». Я встал – она подняла глаза. Сел обратно и сказал:
«Знаешь, ты все правильно сделала. Я так долго ждал этих слов. Я хочу остаться здесь. Вот за этой барной стойкой, с тобой. Не уйду никуда отсюда. Сейчас, тут возьму тебя за руку и больше никогда в жизни не отпущу».
Говорил это и не смотрел на нее. Поднял взгляд и увидел, как по ее щеке текла слеза. Много печали было в тот день. Хотя улыбка ей к лицу, она не любила раздаривать всем прохожим счастливые эмоции своего лица. Так и мне она дарит улыбку не часто, не балует меня. Та слеза, последняя в ее глазах, была границей между двух миров, наших раздельных, и совместного счастья.
С этого и начался отсчет жизни пары, случайно встретившейся и больше никогда не расстававшейся.