Русский

Носитель правильного языка. А вокруг не стало соцветия других языков и культур. Нет языков моих соседей по Волге: нет больше мокшан и эрьзя, нет  чувашей верхних и нижних, нет марийцев горных и луговых, нет волжских булгар и 8 диалектов.

День защитника отечества. Ну и кого мы защищаем?

Я снова в кабине К-3, кабина старта и управления комплекса С-200 Вега. Пока над нами облака из НАТО - мы вместе. После поговорим. Хорошо.

Немного в смятении от вороха твоих текстов. Мир тает, краски мира тают, правда мира в кислотном огне. Мы словно во сне.

А ты знаешь, что в понедельник лето заканчивается? Знаю. Людям не нужно знать всю подноготную. Тёмные и белые живут рядом пока равновесие не нарушено.

Забыл как зовут диких, которых полюбили и бросили, недоприрученные, но уже не умеющих жить без любви, семьи и детей. Природа и инстинкты ведут их к выживанию, мир псевдо женщин оставляет слабую надежду и веру. Вспомнил, их зовут мужчины. Не тряпки на полу перед входом в дверь, за которым очаг и тепло, не тряпки, что готовы жить гражданским браком до смерти своей матушки в её же квартире. Обычные дикие звери. Готовые голыми руками, зубами отстаивать своё право на любимую и детей. Мужчины. Псы войны. Для мужчин это звучит нормально. Готовые на все случаи жизни. На все плохие случаи жизни. Отдать кровь за близких и любимых на поле брани. Холодный меч ненависти всегда заточен на врагов. А вот не нужны они стали. Разводы зашкаливают. Нужны кошельки с деньгами.

Замерзаю от ветра, это жизнь проносится, как скоростной поезд без тебя, мимо тебя, а в вагон заскочить никак, да и не хочу в дорогу с кем попало. Белые и тёмные. Это не цвет, а выбор. Грустно, что знаю будущее и прошлое. Всех, кого отметил, тот кто наверху, не будут спокойны, а ещё отбирает детей. Пройти много шагов, пройти опустошение и радость, потеряться, забыть старый путь, начать заново, найти себя, заткнуть голос на полушёпоте, проснуться мокрым, перечитать песню, что написал во сне, любоваться картинами бегущими из глаз. Это не я, да, это я. Сон унёс в другой мир, слова песни слабеют. "Ты поменялась, улыбка проснулась на губах. Я другая, покажу мир своими глазами". Мелодия тоже была и голос, очень знакомый, голос младшенькой.

"Русик, досмотри кино, потом расскажешь". Смотрю жизнь за себя и Андрюху. Взгляд встречает хорошее, плохое, грустное и ожидание радости. Снова берёзы, как без них. Осень нарядила невест зимы в золотые сарафаны, снимает золото ночами незаметно и вот видны полупрозрачные тела и сотни рук в дымке савана-сарафана. Золота всё меньше, саваны спали, невесты встречают Зиму голыми. Запомню эту картинку, расскажу при встрече.

Мне не грозит, приму курс антидепрессантов и снова буду норм, а после первого раза уже в полной зависимости, голову сжимает обруч при отказе. Когда совсем плохо скорая привозит твоё тело сначала в реанимацию. Разум возвращается быстро, боль остаётся навсегда.

Тихий край света, ты любима, глядя в твои глаза вижу глаза дочки. Они ясные, яркие, проницательные, им будет больно много раз, огням цвета глаз мамы при рождении и кареглазик после.


Руны плетут ткань времени, у них есть начало, продолжение, узор, нет конца. Это призма взгляда на мир. "Вояж", мне нравится когда это слово звучит по арабски "Сафар", путешествие в неизведанное. Ищу настроение Сафара. Не уверен, что получу искомое, но вектор обозначен, буду строить первую производную, скорость изменения функции в данном направлении, а если получится то и вторую производную тоже. Две координаты понятны: пространство и время, третья координата эмоциональный настрой, пятая "чёртики" в голове, как далеко их занесёт? Четвёртую лучше не открывать, там всё по другому - стога снега горят фиолетовым пламенем, небо тёмное, людей нет, холода тоже, а мост Сират, что тоньше лезвия ножа, на самом деле шире автобана на восемь полос. Из четвёртой координаты возвращаться больнее всего, словно заново прошёл по родовым путям, раскрыл лёгкие и закричал от боли и от потерянного рая. Пути в будущее и прошлое открыты всем глазам. Они слепы не от рождения, скорее от не желания открыть, смотреть, видеть, а после думать и думать: а зачем это мне?


Быть ангелом совсем не трудно:
- любить, когда предают,
- любить, когда сердце вырезают ножом,
- любить.

"Ты что ли ангел?" Да, но другой, уставший, с поднятой головой, молча расправляю плечи, с улыбкой на уголках глаз, вроде как всем, но всё же никому.


Открываю браузер и бьёт током по зрительному нерву. Скучаю по небу и ветру. Они повторяют движения души. Зима, снежинки такие разные. Успокойся, хватит искать. Носитель тайн мира и людей, ну не совсем мира, и не совсем людей. Все так умеют, не все так говорят, не говорят и не умеют.
Хочется убрать, что давит своим прошлым, мешает новому. Если не можешь справиться с восстанием разума, возглавь его - движуха, интересно на долю мига, а скука вселенская накрывает снова и снова. Надоело хромать, так перестань носить камушек. Присядь, нагнись, сними с ноги ботинок, потряси, вот он камушек, убери.

Пытаюсь понять смысл текстов, ну хотя бы понять жанр.  Мне нравится тонуть в судьбах, что вокруг меня. Они разные, от трёхного котёнка до девушки на светофоре, что открывает путь в четыре стороны: придумай её судьбу, что привела к светофору, почему она?

Дороги, которые мы выбираем. От себя не убежишь, к себе можно только вернуться. Мир наполнен цветом, оттенками белого, синего, красного, жёлтого. Хочется сойти с этой дороги, лежать в траве посреди луга с ромашками и смотреть как плывут по небу облака. У них тоже своя дорога.

Снаряд гаубицы оторвал осколками головы двум девочкам, Марьям и Мария. Это был привет от киевских девочек точнее от их папочек и мамочек. Они держась за руки идут по краю земли, впереди люди, что переходят реку, они немного другие. Уже не живые. Блондинка Марьям и Брюнетка Мария, татарка и русская, две русские идут в бой с врагами Донецка. Вы этого хотели? Суки киевские, забыли клёкот двуголового орла? Ну получите от Святой Православной Марии и Святой Правоверной Марьям.

Стою на берегу Бури-Чая, что невидим с того края. Мама назвала меня иначе. Мне лет 12 или близко. Не помню. Снаряд разорвался прямо в школе, на краю Северодвинской... Вниз по реке есть пристань, туда приходят корабли с душами. Первые сходят на берег матросы из чёрных бушлатов. Мамы ждут когда им отдадут тела. Марьям и Мария две праведные взошли над Донецком и Луганском. Они идут над телами погибших защитников, забирают в рай. Помню, что если накормить голодного то мир станет лучше. Если накормить 10 голодных тоже. Тренер "Шахтёра" выучил наизусть - я не я и корова не моя.


Тёть, вы не видели мою маму? Холодно, а мамы всё нет и нет. Мальчика из аллеи Ангелов что с Донецка убили нацисты. Он ждёт маму восьмой год, чтобы вместе пройти в рай. Мальчик Серёжа идёт по дороге длиною в века. Тянет ручонки каждому, кто посмотрит на него. Ему не больше трёх годиков. Ну да, ты же не умеешь видеть сквозь.

Две косоглазые ведьмочки лет шести или около долго смотрели, стараясь лучше запомнить одинокого Белого. Они сотрут каждого кто слабее, но их две. Две вечные кровные вражды, соперничества не на жизнь, два одиночества. Мысленно говорят - "Мама, ты же знала, когда рождала нас, кто мы, да? Ты же знала!" Нет. У старшенькой дисплазия тазобедренного сустава, одна ножка короче другой.


Мне по душе лечить детей, хотя по сути это то же самое, что быть мракоборцем.  Ищешь следы, находишь упыря-нежить, минимум предупреждаешь его, обычно убиваешь и да святая вода у волжских булгар тоже рождается в святых ключах. Волшебный дым, изгоняющий нежитей, это не ладан, а можжевельник, молитвы звучат от сердца и ни разу на арабском. Надо узнать истинные имена нежитей, полоснуть ножом по руке, записать кровью, пока бумага сохнет поговорить со Всевышним, со спокойным сердцем, и поджечь. Это на самые страшные случаи, когда тёмные попутали берега. Про нежитей третьего уровня отдельный разговор.


Ведьмы отсекли твою голову, боли не было и крови было мало, ты не испугалась совсем. Держал тельце и голову порознь, слёзы мешают видеть, только руки и молитвы помнят. Соединил руками тело и голову, шов высох, ты начала дышать, а ведьмы закрыли глаза, навечно. Обнял голову дочки, чтобы вдохнуть макушку и поцеловать. Столько ненависти не встречал давно. НЕНАВИЖУ. Не трогай меня, ты мне должен только дарить алименты, ну и подарки, тоже, должен. Ты просто сволочь. Дочь, спасибо, а то я не знал.