Ноев ковчег. 1 Отшвартовка

Эпиграф 1: «Пребудьте во Мне, и Я в вас. Как ветвь не может приносить плода сама собою, если не бу-дет на лозе, так и вы, если не будете во Мне. Я есмь лоза, а вы — ветви; кто пребывает во Мне, и Я в нем, тот приносит много плода; ибо без Меня не можете делать ничего» (Ин. 15, 4, 5).

Эпиграф 2: «Мы не должны отворачиваться от прошлого, нужно взглянуть ему в лицо и поставить перед собой вопрос: тот ли я человек, который так поступил, или нет? Если я остался прежним, то это не прошлое, это – моё настоящее, и его необходимо изжить тем или другим образом» (Митрополит Антоний Сурожский).

1. Когда я вспоминаю эти события, то от осознания своего хамского поведения и совершенных дерзких личных поступков мне становится плохо и тошнотворно, даже начинается головокружение. Все события вспоминаются с сердечной болью. Пишу этот покаянный текст я прежде всего для самого себя. Но если кому-то мои каракули помогут что-то разглядеть в себе, то буду только рад. Недавно заметил, что во время формулирования мыслей, они лучше упорядочиваются. Да и многие события из беспорядочности начинаются структурироваться, а история становится рельефнее.

2. В августе 2016 года я не понимал, что о. Пётр стал моим духовным отцом. Конечно, духовного отца дает Бог, но этот подарок нужно еще распаковать самому. А то ведь можно забрать посылку с почты, положить на полку и так и не распаковать. Понял я это гораздо позже по иным признакам. Как в математике введем неизвестное. Предположим, что я не смог понять, что отец Пётр Боев мой духовный отец, хотя по факту в 2016 г. это уже было так. И младенец слово «папа» начинает говорить только через несколько лет, а не сразу после рождения. Но это же не означает, что папы нет.

3. В августе 2016 года закончилось Научение Православной Вере – Катехизация или Оглашение. После этого начали появляться слухи о запрете иерея отца Петра Боева и диакона отца Иоанна Логинова. Несмотря на то, что официального запрета еще не было, если я не ошибаюсь, то отцам все же заниматься священнодействиями запретили. Простыми словами они не могли участвовать в Богослужении.

4. После этих известий ходить в Покровский кафедральный собор мы с Наташей почти сразу перестали. Я расслабился и началось мое сердце стало охлаждаться. Потом я совершенно оставил Храмовые службы, и растерял ту крохотную Церковную жизнь, которая едва ли не недавно была нам дарована. Ведь ходить в храм регулярно – означает постоянно трудиться над собой. Несмотря на то, что Богослужение проходит в течении всей неделе, главная служба воскресная (начинается вечером в субботу и продолжается утром воскресенья). На выходные претендуют поездки за город, на дачу, дни рождения, другой отдых.

5. Труд заключается в подготовке к Таинству Исповеди. Оставив храм, как в евангельской, притче про отлучившегося хозяина, я символически начал «жрать и пить». Хотя, к сожалению, иногда это было и буквально. С точки зрения Православного аскетизма мой основной диагноз - своеволие. Вообще-то запретили о. Петра и о. Иоанна. Но лично мне в храм ходить никто не запрещал. Свою лень я начал оправдывать запретом батюшек.

6. Если раньше нас (свою паству) окормлял в Покровском соборе иерей Пётр Боев, то теперь его в храме не стало. К Таинству Причастию нас на общей исповеди благословлял отец Пётр. Несмотря на то, что вначале запрета он приходил на службы и стоял в храме, как мирянин, чтобы быть с нами рядом. К какому батюшке подходить на Таинство Исповеди я не понимал. Да я еще и не понимал благотворного врачебного влияния Таинства Исповеди. И по своей глупости этого Таинства я боялся, как огня. Может поэтому благословение, которое раньше мы получали на общей исповеди от отца Петра лично мне переносилось проще.

7. Шел конец 2016 г. Я понимал, что на Таинство Исповеди теперь нужно было подходить к дру-гим батюшкам. Исповедовать и открывать свою душу другим батюшкам я стыдился. В голове я перебирал варианты: что будет если я подойду к этому или другому батюшке? По харизме и воз-расту о. Родион Петриков больше всего мне напоминал о. Петра. Он был более молод и совре-менен. Но я сторонился его, т.к. он казался мне строгим. Наверное, это потому что он лучше всех может понять мою душу. Кстати, я заметил, что я обхожу стороной тех, кто более строг.

8. Пойти на исповедь к отцу Родиону Петрикову я так и не решился. Я пошел на исповедь к отцу Максиму Золотухину. В конце исповеди он попросил меня в жертву Богу купить и поставить свечку. Смысл этого действия я не понял. Переспрашивать для чего ставить свечу после испове-ди я побоялся. Это моя постоянна проблема – я боюсь переспрашивать. После этой исповеди у меня остался странный осадок. Если бы у меня не было опыта общей исповеди с отцом Петром, то, наверное, я бы ушел с ощущением бессмыслицы.

9. Уже сейчас я понимаю, что к о. Максиму идти мне не следовало. Если при мысли пойти к о. Ро-диону Петрикову я начинал сопротивляться, и начинал перебирать другие варианты, то значит поэтому и нужно было пойти именно к о. Родиону. Нужно выбирать идти к тому, кто строже (1 критерий). Но так как я боюсь подходить к тому, кто строже, то нужно идти к тому, к кому обра-титься страшнее (2 критерий).

10. А далее мою душу начало сносить «в открытый космос». Что называется – решил отшвартовал-ся… Даже в хозяйственном отделе гайки для болтов разные. И мы же все разные. У нас разный характер, разный возраст, особенности. И выросли мы в разное время. И точно также все ба-тюшки разные. Нужно искать такого батюшку, который может понять мою душу, лучше, чем я сам её понимаю.

11. Немного отвлечемся 27.11.2016 когда мы семьей ехали по дороге, я попал в ДТП. У встречного автомобиля отлетел капот, который ударился об бампер нашего автомобиля. Мы отделались не-большим уроном – зацепило фару и накладку. С человеком мы мирно разъехались. Об этом слу-чае я поделился с сёстрами в Церкви, а не с отцом Петром. Значит с о. Петром я не советовался. Но для чего я это пишу? По пазлам в памяти я пытаюсь выстроить полную картину.

12. Дело в том, что позже я встретил того водителя в Свято-Никольском храме, располагающийся на ул. Пролетарской, 157. В этот храм мы начинали ходить ещё до оглашения. Значит ДТП произо-шло именно после завершения оглашения, а не перед ним. А мне казалось, наоборот. Память ме-ня подводит, а диавол все переворачивает к верх ногами. А конкретное событие позволяет точ-нее вспомнить факты. Значит в ноябре 2016 после моего ухода из Покровского кафедрального собора я стал иногда ходить в Свято-Никольский храм. Мне кажется, что ходил я уже один без Наташи.

13. Меня гложил духовный голод. Правда я начал действовать - как мне удобнее. Ехать в Покров-ский Собор, в который мы ходили семьей нужно было в центр города. А Свято-Никольский храм находился в 15 минут ходьбы от дома. Хотя позже я настолько расслабился, что совсем пе-рестал ходить в Свято-Никольский храм. Вот к чему приводит послабление. Сейчас же все голо-сят «батюшка, дайте нам послабление».

14. И вот я увидел, к чему приводит послабление. Когда позволяешь себе слабину, то ты даже не можешь стоять на месте, а просто катишься как по ледяной горке в низ в пропасть. Сначала я разрешил себе слабость в одном – выбирать в который храм ходить легче, ведь ближе к дому. А потом оставил и его. Хотя некоторые люди едут в свой храм через весь город.

15. Не жаждал я жизни во Христе. Хотел свободы – жить в свое удовольствие и делать, что хочу. Хотел жить по своей маленькой мерзкой воле, а не по Великой Святой Воле Божией. И в ре-зультате отпал от Церкви. Привлекала меня лайтовая духовная жизнь - сходить в храм пару раз в месяц, а все остальное время жить для себя. О Таинстве Евхаристии тем более не думал. По Евангелию жить я не желал. Голгофы не искал. Я начинал верить мыслям, что Православная ве-ра для дедушек и старушек, а не для современного человека XXI века. «Может на пенсии уда-рюсь с головой в веру?» – наивно думал я.

16. Порой приходили мысли, что слушать священника – это значит становится рабом. Мне казалось, что у меня заберут мое мнение. Но позже я узнал, что в действительности все обстоит наоборот. Просто я являюсь рабом греха, а Православная вера – это свобода от греха. К тому же я желаю делать как я сам хочу, т.е. по своеволию. И как своевольный человек через призму собственного греха я все вижу наоборот. И тем более я не знал, что диавол негативизирует восприятие реаль-ности, показывая все наоборот, где черное становится белым, а белое – черным.

17. Позже я понял, что когда я начинал ходить более-менее регулярно в храм, то нужно прикрепиться к определенному батюшке, который бы исповедовал перед Евхаристией. Вот поэтому позже я целенаправленно избегал определённых батюшек, что лишь подтверждает эту мысль. Так легко диавол крутил меня как хотел. Хотя я слышал на оглашении, что некоторые люди к своему батюшке даже ездят в определенный храм через весь город.

18. Я не считаю, что не нужно подходить на исповедь к незнакомому батюшке. Когда я судил себя на Таинстве Исповеди, то и через незнакомого батюшку Бог давал мне нужный ответ. Я говорю о странном желании искать в Церкви не духовного возрастания, а одобрения своих мыслей. Зачем использовать человека в своих целях (для подтверждения своего мнения), а тем более священника? Это же некрасиво.

19. Мне хотелось наслаждаться жизнью. Отец Пётр изредка появлялся в Покровском Соборе, да и то как мирянин, а спустя какое-то время после запрета его совсем не стало. Я потерял даже то малое чувство стыда, которое еще хоть немного было. И я решил воспользоваться отсутствием о. Петра, чтобы предаваться наслаждениям - жить по своей воле и по своим желаниям (страстям). Людей, которые бы возвращали мне чувство стыда и вины, я не искал. Но я видел их, опознавая по чувству внутреннего раздражения.

20. Не имея молитвенного опыта, я считал духовную жизнь скучной безжизненной, и я оставил храм. Вслед за мной по моему примеру, перестала ходить в храм и моя супруга Наташа. Мы же друг на друга очень сильно влияем. Могу предположить, что своим опрометчивым поступком я отрицательно повлиял и на других людей. После оставления храма я решил полностью отдавать свои силы и время зарабатыванию денег, т.е. работе. Оправдывал я себя тем, что мне нужно тянуть семью.

21. У меня даже не появилось мысли уточнить у отца Петра, как именно мне с супругой ходить в храм после запрета. Ведь ситуации у всех разные, да и время запрета сложное. Почему бы не использовать это как повод задать вопрос и проявить послушание? Думал ли я тогда так? Нет! Я даже не думал, что нужно с батюшкой советоваться во всех вопросах.

22. Я занимался храмовым блудодеянием. Называется оно - ходи по разным храмам. В эти выходные - в один храм, а в другие выходные – в другой храм. Я был внутренне расхлябан и желал жить по своим "хотениям". И начал блуждать по храмам. То в Свято-Никольский храм, то в Покровский собор. Речь не о паломничестве с подготовленным планом поездок. Одно дело ходить в разные парикмахерские, хотя некоторые люди к своей красоте относятся очень щепетильно и даже имеют личного парикмахера. Что говорить даже про школьников, которые ходят в одну школу и не имеют мыслей менять школу.

23. Под мыслью «если отец Пётр в запрете, то и мне можно не ходить в Храм» я лишь оправдывал свое желание жить в своё удовольствие ради удовлетворения своих желаний (т.е. греховных страстей). Ведь если бы я действительно разделял с о. Петром горечь запрета, то в таком случае мне нужно было и разделить с отцами и его последствия. Но я не принял запрет, а даже наоборот злорадствовал. Злорадствовал я потому, что завидовал отцу Петру.

24. Порой мне казалось, что он, как пастырь собирает толпы. О том, что он проливает кровь и пот я даже не думал. О том, что он почти не видит свою жену матушку Анну и своих детей я даже не подозревал. Да и об оставлении храма с о. Петром я не советовался. Между прочим, о. Петр, получив известие о запрете, чтобы понять, как ему действовать советовался со многими людьми. Я точно знаю, что он советовался у протоиерея Геннадия Фаста, Игумена Евмения и многих других. А я «сам себе на уме» - своеволен – ни с кем не советуюсь.

25. Конечно после запрета духовного отца оставаться в храме было тяжело и даже невыносимо. Братьев и сестер ловили в клетки как птичек. На Таинстве Исповеди старшим братьям и сёстрам под предлогом «отказаться от катехизационного учения» или «от того, чему научил вас отец Петр» предлагалось отречься от отца Петра. Наверное, не обязательно, что зададут именно такой вопрос. Вопрос может принять иную форму, даже самую безобидную. Интересно, что акцентируется не на самом отце Петре, а на учении т.е. катехизации (оглашении). Возможно, отцу Петру завидовали, ведь он целенаправленно занимался паствой.

26. На Таинстве Исповеди ставился косвенный довольно простой вопрос, якобы не относящийся к самому отцу Петру. Но он содержит внутри зерно отречения от отца Петра. А отречься – не означает явно сказать «отрекаюсь». Ответной реакцией можно впадать в крайности: начать пассивно оправдываться или наоборот - активно что-то доказывать, защищая о. Петра. Либо выбрать позицию уклонится ответа. И такие реакции тоже будут отречением.

27. Нужно смотреть на состояние своего сердца. Через вопрос отречения от учения фактически предлагалось отречься от самого отца Петра. Я даже не представляю, как вообще в этой ситуации можно поступить правильно. Ведь и апостолу Петру задавали трижды невзначай пустяковые вопросы, а он мимоходом трижды отрекся.

28. Нас могли и не попросить отречься, ведь мыс с Наташенькой были новенькими и малозаметными. В Покровском кафедральном соборе мы с супругой стояли в конце храма. А вот если бы и спросили, то тогда другое дело. Но оставление храма мною не связано с охотой на духовных детей отца Петра - братьев и сестер (преимущественно старших, которые были на виду). Лично я оставил храм не по причине возможного склонения меня к отречению от о. Петра. Я оставил храм из-за желания жить в свое удовольствие.

29. Советовался с о. Петром я не желал. А думать своей головой не хотел. Хотя продолжать ходить в храм и не понимать опасности тоже было бы достаточно наивно и опрометчиво. Но в 2016 году я с отцом Петром совершенно не советовался, а тем более не имел дара рассудительности. Поэтому повторюсь еще раз, что я оставил храм не по причине невозможности совмещение запрета с пребыванием в том храме, а по причине желанию жить по своим похотям жизнью комфортной.

30. Изучать храмовую жизнь, т.е. учиться Церковности я не желал. На поверхности была мысль: "Богослужение скучное". Денис, (так я саморефлексирую, обращаясь к самому себе) ты же занимался музыкой и ходил на концерты классической музыки и сам знаешь, что все самое великое, серьезное и вечное сперва кажется скучным. Только спустя многие годы погружения в этот мир и изучения это становится интересным. Если даже в музыке, чтобы проникнуться и понять великие классические музыкальные произведения, нужно их годами слушать…То, что говорить о Божественной Литургии?

31. Вторая мысль была – "я не понимаю". Но же это еще проще. Если ты не понимаешь храмовой жизни, то это значит, что нужно просто разобраться. Начитавшись в юношестве эзотерической литературы, я желал лишь духовного пробуждения. И мои представления о Вере были сильно замутнены ложным представлением, сложившимся после просмотра видео роликов различных восточных и индийских религиозных учений, медитациях, кармах, разных видов йог и т.п.

32. Стыдно об этом писать, но, нужно признаться, я не просто обрадовался запрету, а злорадствовал. Сам от себя не ожидал, что я так легко могу злорадствовать чужому горю. Отцов. Петра Боева и Иоанна Логинова лишили жалования, а ведь у них дети. Во мне совершенно нет сострадания. Вдобавок - мне было жалко денег для них. Платить десятину Богу я тоже не желал. Помогать отцам деньгами я не хотел. Я сребролюбив – мне нравилось копить деньги на своих счетах. Ради своей семьи.

33. А чтобы не помогать ближнему я постоянно придумывал и в своей голове и обосновывал все  новые и новые траты на свою семью. Как бы заранее бронировал свои деньги. В своем уме я заранее расфасовывал деньги в приобретения, чтобы не платить десятину Богу и не милосердствовать ближнему. Статьи расходов были следующими: одежда, техника, гаджеты, обустройство дома, мелкий ремонт, вкусная еда, походы в кафе и пиццерии, расходы на детей.

34. Итак, я обрадовался тому, что можно не ходить в храм. Затем я принял решение перестать платить десятину в Церковь. Мои карманы стали пухлеть. А всем я говорил, что у меня не хватает денег. Всем я говорил, что у меня нет денег. И теперь я стал вдоволь тратиться на себя и семью. Я начал покупать вещи, технику, гаджеты. На рынках я начал закупаться продуктами, как мелкий оптовик. Покупал дорогие орехи и ни в чем себе не отказывал. Запасался впрок. Хотя семья у нас маленькая и много нам не нужно.

35. Я летел без тормозов на старой истрескавшейся резине по лютой зиме. Увы, я обрадовался, что теперь нет ограничителей. Я желал свободы и вседозволенности и, т.е. делать то, что мне хочется. Реализовывал я вседозволенность при помощи денег. В «запрете отцов» мой (согласно святым отцам) падший разум любыми способами оправдывал себя и находил свои корыстные «плюсы». Хотя согласно святым отцам разум повреждён. Где-то я слышал, что нельзя одновременно любить деньги и человека. Либо первое, либо второе.

36. А вот у отца Петра наоборот большая семья. Но я не переживал ни о нем, ни о матушке Анне, ни о его детях. Не думал я, что они сидят без еды и без средств к существованию. Да вообще, когда сильно думаешь о себе, то о ближнем думать времени не находится. Свои «траты» я оправдывал мыслью «об отце Петре заботится кто-то другой, мне не нужно думать об этом». А ведь была возможность помочь. Почему я не хочу догадываться, кому сейчас нужна помощь.

37. Я решил немного путешествовать на семейном автомобиле. Мне хотелось порадовать жену. Мы с Наташей могли вырваться на красивый берег Енисея, или в Дивногорск, на дачу. Поездки на автомобиле даже в пригород является достаточно расходной статьёй семейного бюджета. Нужно было залить полный бак топливом, закупить продуктов в дорогу. Я не ожидал, что своими действиями страсть сребролюбия начну взгревать не только в себе, но и в своей жене. Я начну развращать нас обоих.

38. Я желал, чтобы братская жизнь по Евангелию закончилась. Отец Пётр не просто стремился жить по Евангелию, а жил по Евангелию или даже жил Евангелие. Для меня было трудным и больным даже просто находиться рядом с ним. А находиться среди братьев и сестер было для меня большим испытанием. Я не мог не понимать, что нужно было тянутся за духовно окрепшими братьями. Тянутся к духовной жизни означало каждый раз совершать усилия – превозмогать себя.

39. Над собой трудиться мне не хотелось. Я искал покоя, т.е. комфортной жизни, т.е. чтобы меня никто не трогал. И нашёл себе более-менее приличное алиби – "моя семья". Евангельская истина "духовное родство выше плотского" пускай будет аксиомой для тех, у кого нет семьи – высокомерно считал я. Бог призывал взяться за плуг и идти трудиться на Небесную Ниву, не озираясь назад. А я скулил, роптал и сомневался. Я, мягкотелый желаю всю духовную войну отсидеться в окопе.

40. Я понимал, что заработанные деньги нужно будет жертвовать Богу в десятину прежде чем на семью. А также нужно  помогать братьям и сёстрам. И только потом в семью. Так живет отец Пётр и так учил жить всех нас. Я боялся обострения с женой. С родителями я боялся накала отношений. Я боялся всех обострений и дискомфортных ситуаций в семье. Не знал я, что нужно возжелать Нищеты Духа.

41. С дорогой Наташенькой мы еще не были венчаны. И нашей семье еще только предстояло стать Малой Церковью. Я прекрасно понимал, что увильнуть от венчания не получится. Это вопрос времени и действие серьёзное. А вдруг жена не согласиться… И от этого мне было тоже жутко страшно.

42. И вот прошло какое-то время после запрета. И отец Пётр от нас не отрёкся. Братские отношения не прекратились. Все продолжалось. А я убегал от Бога. Прятался подобно Ионе. Но Бог стоял рядом и наблюдал мои выходки. И Он долготерпел мое нежелание делать правильно.

43. В завершении можно еще сказать следующее… Ольга Набросова пишет в соц. сети, что о. Петр говорил: «Я знал, что вы рады запрету, просто тогда еще не понимали. Хотели сбежать, обвинив Церковь и Владыку. Но я не дал вам этого сделать. Бетонный блок посреди дороги, живое тело под то, что едет. Вы навсегда отмечены моей кровью. Вы - духовные дети отца Петра Боева и ничем это не смыть. Я у вас кость в горле». Источник: https://vk.com/@olganabrosova-zan1v0-vspominaya-proshloe

44. Мне нравится жить для себя. Мне нравилось забежать в храм раз в месяц, а потом развеяться на природе. My life, my rules… Работать над собой, молиться и бороться со страстями (о чем пишут святые отцы) я не желал. Вообще-то любовь к природе называется пантеизмом. Так я последователь пантеизма или Христа? А если святые отцы и удалялись в пустыню, то не ради природы, а ради молитвы и поста. Они отрекались от мира ради Христа. Они искали безмолвия.

45. Я вдохновлялся походами о. Иоанна Логинова на столбы. Ставил лайки на фотографиях соц. сети Вконтакте и таким образом одобрял походы на природу. Ведь я сам люблю наслаждаться природой и хотел бы пойти с ним на столбы за компанию и заодно побыть в высокодуховном обществе. Я хотел пойти с о. Иоанном на столбы, но у меня не получалось. А может и к счастью, что не получалось. Но лайки на фотографиях ВКонтакте оставлены. И их не смыть. А разлайкивать поздно, так как жест одобрения уже совершен.

46. Когда я самостоятельно ходил на природу, то на природе никогда не молился. Зато в своё удовольствие занимался спортом. Находясь на природе, в основном я думал думы. Но думать думы и молиться – это разные действия. А если я «думал думы», то должен быть результат этих «дум». А результата от «думаний дум» никогда не было. Получается, что я просто гонял мысли в своей голове туда-сюда. В Христианской Духовной Науке это называется «пленение помыслами». Сложение с помыслами уже произошло. Этап Сочетания даже не был замечен. А о том, что такое прилог с помыслом я даже и не мог знать.

47. 26.12.2016 года на сайте Красноярской Епархии разместили указ о запрете о. Петра Боева (https://kerpc.ru/news/34800). А уже 21.01.2017 я писал письмо в защиту отца Петра. Чтобы не думать самому, я решил использовать авторитет старших сестер, которые инициировали это ходатайство. И спрашивать о необходимости писать это письмо у самого отца Петра я не стал. А вдруг старшие поспешили и начали защищать отца Петра опрометчиво? Такое же можно допустить? А вдруг я мог подсказать им… Но я решил не думать о последствиях.

48. Еще два года назад я не знал, как правильно заходить в храм. Еще всего-то полгода назад я не знал, что такое Евхаристия. А сейчас решил оспорить решение митрополита. Получается, что я умнее митрополита? Этим письмом я лишь только осуждал решение Митрополита Пантелеимона (Кутового), как и его самого. Вообще-то через священноначалие является Божья Воля.

49. А Божья Воля на то и Божья, что она не коррелирует с человеческой. Получается, что я спорил с Богом? Конечно в 2017 году я не понимал, что как Израиль в Ветхом Завете, я боролся с Богом. Я желал справедливости. Я не желал Креста и Страданий. Как еврейский народ я хотел посадить отца Петра на трон.

50. Наступил официальный запрет отцов. Отец Петр Боев и отец Иоанн Логинов уже полгода продолжали жить без жалования (зарплаты). Отец Пётр полтора года заботился о наших душах, как моей, так и Наташи. А я до сих пор не начал думать о материальной поддержке отцов. Я сребролюбивый, прикрываясь своей семьей думал только о себе. Вообще прикрыться можно чем угодно, но удобнее всего прикрыться женой и детьми. Мол у меня семья. Как будто у отцов нет семей…

51. Когда у о. Петра и о. Иоанна не было еды на столе, я занимался шопингом - закупался шмотками. В магазине O'STIN и других я покупал модную одежду по акции "Три по цене двух". Но купленные одежды и сам не носил, и ближнему не жертвовал. Я их просто складировал в шкафе. А ведь можно было хотя бы просто спросить у отцов: нужна ли какая-нибудь помощь? Но я думал только о себе. А покупку вещей обосновывал тем, что у меня жена и ребенок.

52. Я нагло прикрываясь своей семьей. Мол у меня дети… И грехом накопительства развращал себя и Наташу. А под приходящей мыслью: «зачем я буду лезть со своими вопросами о помощи» я просто прикрывал своё равнодушие. А ведь говорят же: лучше переспроси. Но у отца Петра я ничего не спрашивал.

53. Как-будто больше ни у кого нет семей… Да ведь есть! И у многих семьи побольше чем у меня. И детей побольше, чем у меня… И расходов побольше, чем у меня. И ритмы жизни похлеще, чем у меня. А ведь можно было поучаствовать в Евангельской жизни и помочь. Какая Евангельская жизнь? Я даже не желал жить по Евангелию. Написано же «Он сказал им в ответ: у кого две одежды, тот дай неимущему, и у кого есть пища, делай то же» (Лк., 3, 11). Так я и Евангелие то не читал.

54. А как проверить себя, забочусь ли я о своей семье? Проверяется это по собственному личному отношению к ближнему - Могу ли я позаботиться о семье другого человека. Если нет, то точно так же я отношусь и к своей семье. А позиция "тащу все в свой дом" является не заботой о своей семье, а просто порокам наслаждения накоплением и его разновидностями (сребролюбием, корыстолюбием т.е. любоимением, жадностью наконец). Причем эти греховные пороки я взращивал еще и в супруге. А как известно страсти насытить невозможно. С любым приобретением хочется приобретать еще больше. Еще и еще!

55. Я начал ходить на концерты и выступления. Как единолично, так и с Наташей. Ходил на дорогие концерты эстрадных популярных исполнителей, таких как Баста, Григорий Лепс, ДДТ. Билеты на них стоили не малых денег, а порой и ой-ой-ой как приходилось раскошеливаться. И тратил деньги, причем не малые. Иногда ходил на концерты классической музыки в МКЗ филармонию и разные театры.

56. И где жизнь во Христе? Где нищета духа? И где Евангельская Голгофа? Да даже запаха не было. Постоянная пресыщенность как едой, так и заменителем духовного-молитвенного. И в пузике была еда и в голове музыка. Следовательно, молитвы и камня в животе у меня не было. А на духовное-молитвенное претендуют вся человеческая культура. Все культурные мероприятия: концерты, кино, искусство, театры, музыка и т.п.

57. В ноябре 2016 г. я решил ходить в клинику по восстановления волос. И подвигнул на это лечение супругу Наташу. Подобное лечение очень дорогое удовольствие. До сих пор не могу вспомнить, где я только нашёл такое лечение? А в своей жене я искал одобрение подобному расточительству. В то время я начал считать нужно перестать платить десятину Богу и милосердствовать ближнему. Я посчитал, что нужно начать любить себя – вкладываться не в Евангелие, а в свою семью.

58. Так я перестал вкладываться в Евангельский Божественный капитал – отдавать под процент в Царствие Небесное. «Любовью к семье, т.е. к себе» я стал жить Анти-христианской жизнью– сам заработал и сам на себя и потратил. И когда я тратил деньги на себя любимого (и свою семью), то по сути я выкидывал деньги на ветер. Ведь я действительно выкидывал деньги на ветер.

59. Когда я тратился на себя, то преумножение Духа не происходило. Да что, говорить, я даже не знал, что такое «преумножение Духа». Что вообще существует "Преумножение Духа Божьего". А оно возможно только тогда, когда жертвуешь ближнему. Особенно последние деньги, или, когда нету денег. Важно отдавать деньги во вне. Не в свою семью, а в другую – которая нуждается. Это и есть жертвование.

60. Я настолько был тёмен, что не понимал, что окружающие меня люди, могут нуждаться в материальной финансовой поддержке. И когда семья моего духовного отца Петра Боева сидела голодная без еды на столе и нуждалась в деньгах, то я со своей семьёй кормил уточек на набережные реки Енисея. Занавес.

61. Причём этот закон преумножения знаком каждому из детства. Каждый человек знает, что самое вкусное мороженое – то, которое купил папа. Или, когда нас кто-то угостил. Особенно неожиданно. Или приготовил обед муж или жена. А когда мы сами себе готовим, то это уже просто еда. Вкусности почти нет. Животик наполняется, а радость не приходит.

62. Вроде бы я писал выше, что моему духовному отцу Петру, у семьи которого настали голодные дни материально я никак не помогал. Когда я, сребролюбивый думал только о себе, то в моей голове не было мыслей о других людях. Простите за тавтологию. Даже если я вполне зрелый нецерковный человек, то почему я все же не мог догадаться, что отец Пётр потерял должность батюшки в церкви? Ведь логично же, что если человек лишается работы, то он лишается и зарплаты.

63. И если у него регулярно выходили посты в соц. сети ВКонтакте, то это же еще не означает, что у него есть средства на жизнь? А может этими регулярными постами он показывал всем нам, как он трудиться для Бога? Чтобы я сообразил, что можно и копеечкой помочь, да и тем самым оказать почет духовному отцу.

64. Или, что люди должны голодать до крайнего изнеможения, как в бедной Африке? А может я мыслил, как богач из евангельской притчи о Лазаре. Тот богач даже не мог разглядеть голодного. Тот богач видел только себя. Только себя. Он не видел бедного. Тот богач – это не кто-то другой. Не тот, кто на крузере или имеет трехкомнатную. Тот богач - я.

65. Даже забавно, что я относил свои денежки врачам, которым если быть честным, мною не сильно то и интересовались. Медицине нужны были от меня только денежки. А отцу, который меня рожал духовно, за меня молился, мне было жалко даже подумать мысль "не нуждается ли его семья в деньгах". Для него мне было жалко даже своей мысли. Я не только не помогал ему материально, но и не молился за него. Я неблагодарная сволочь.

66. Да и тратил деньги я не из-за необходимости, а из-за пресыщенности. Если бы я был рассудительнее, то подумал бы несколько раз перед тем как лечить кожу головы. Когда появляются деньги, то действительно мозги отключаются. Или кто-то другой отключает их нам. Заболевание «Себорейный дерматит», а по-простому «перхоть» у меня врожденное. Как я увидел в конце, лечение очень дорогое и действует только на период лечения. Дальше нужно поддерживать дорогостоящими лечебными шампунями. Да и не понятно, нужно ли уделять своему телу столько внимания…

67. Я действовал, как совершенно неверующий человек. Перед каждым действием я не думал и не молился. Тем более я не руководствовался Евангелием и Новым Заветом. Как материалист я отталкивался от денег. Как-то я же прожил тридцать лет с этой перхотью. До тридцати лет лечение не было необходимым. И по какой причине я пошёл лечиться сейчас ? Просто потому-то в моем кошельке появились деньги. Я глуп.

68. Если посчитать все сеансы лечения, то на все лечение я потратил минимум 100-150 тыс. На эти деньги можно было даже купить простой русский автомобиль. А ведь этими деньгами можно было помилосердствовать ближнему - помочь семьям отцов, которые во время запрета были без денег. В Евангелии же сказано «Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут» (Мф., 5, 7). Нет мне помилования.