Про сталь толедского кинжала и Донну Клару...

Донна Клара

Изъ Г. Гейне. (Хри;стиан Ио;ганн Ге;нрих Ге;йне. При рождении был назван Хаим, домашние называли его Гарри).
--------------------------------------------

Вечер;ющей аллеей
Тихо ходитъ дочь Алькада.
Ликованье трубъ и бубенъ
Къ ней доносится изъ замка.

Ахъ, наскучили мн; танцы
И слащавость комплиментовъ
Этихъ рыцарей, что чинно
Сравниваютъ меня съ солнцемъ.

Мн; наскучило все это
Съ той поры, какъ въ лунномъ блеск;
Подъ окно мое явился
Юный рыцарь съ н;жной лютней.

Какъ стоялъ онъ, бодрый, стройный,
И глаза огни метали;
Онъ лицомъ прекрасно бл;днымъ
Былъ Георгію подобенъ.

Такъ мечтала донна Клара,
Опуская очи долу;
И, поднявши и внезапно,
Видитъ;—;этотъ рыцарь съ нею.

Шопоты, рукопожатья,
И они въ сіяньи ходятъ;
И зефиръ несется льстивый,
Сказочно ц;луя розы.

И подъ т;мъ прив;томъ розы,
Какъ гонцы любви, пылаютъ…
«Но скажи мн;, дорогая,
Отчего ты покрасн;ла?»

—;Комары меня тревожатъ.
Комары мн; ненавистны
Л;томъ, милый, какъ евреевъ
Долгоносая порода…--

«Брось ты мошекъ, брось евреевъ»,
Говоритъ съ улыбкой рыцарь;
Съ миндалей легко слетаютъ
Тысячи цв;точныхъ хлопьевъ.

Тысячи цв;точныхъ хлопьевъ
Разливали ароматы.
«Но скажи мн;, дорогая,
Вс;мъ ли сердцемъ ты со мною?»

—;Я люблю тебя, мой милый,
Въ томъ могла-бъ теб; поклясться
Т;мъ, кого убили злобно
Богохульники евреи…

«Брось, прошу, забудь евреевъ»,
Говоритъ съ улыбкой рыцарь.
Въ лунномъ св;т;, какъ въ вид;ньи,
Чуть колеблются лилеи.

Чуть колеблются лилеи,
Обращая взоры къ зв;здамъ.
«Но скажи мн;, дорогая,
Эта клятва непритворна?»

—;Н;тъ во мн; притворства, милый,
Какъ въ груди моей, любимый,
Н;тъ ни капли крови мавровъ
И жидовской грязной крови.

«Брось ты мавровъ и евреевъ»,
Говоритъ съ улыбкой рыцарь;
Въ т;ни миртовой бес;дки
Онъ уводитъ дочь Алькада.

Мягкими с;тями страсти
Онъ ее опуталъ тайно,
Кратки р;чи, долги ласки,
Переполнены сердца ихъ.

Словно п;снь нев;сты таетъ,
Соловей поетъ влюбленный;
Св;тляки летаютъ, словно
Это съ факелами пляска.

И въ бес;дк; стало тише,
Только слышенъ полусонный
Тихій шопотъ умныхъ миртовъ
Да цв;товъ кругомъ дыханье.

Но внезапно вновь изъ замка
Трубъ и бубенъ слышны звуки,
И отъ рыцаря отпрянувъ,
Вдругъ очнулась донна Клара.

—;Слышишь, милый, слышишь клики;
Но предъ т;мъ, какъ намъ разстаться,
Ты свое открой мн; имя,
Ты скрывалъ его такъ долго.

И см;ясь лукаво, рыцарь
Донны пальчики ц;луетъ
И чело ея, и губы,
Говоря ей на прощанье: —

«Я, синьора, вашъ любимый,
Сынъ изв;стнаго повсюду,
Досточтимаго раввина
Израэля въ Сарагосс;».

Н. Ю. В.
Донна Клара
авторъ Генрихъ Гейне (1797—1856), пер. М. П. Венгеровъ
-----------------------------------------
В тишине вечерней сада
Тихо бродит дочь алькальда
Полон звонким трубным пеньем
Дальний замок под горою.
«Как прискучили мне танцы,
И слова слащавой лести,
Гости-рыцари, что с солнцем
Красоту мою равняют!
Все мне скучно, все немило,
Кроме только звуков лютни,
Нежной цепью в лунном свете
У окна меня державших...
Увидала я однажды,
Как стоял он в лунном свете, -
Рыцарь - мужественный, стройный,
Глаз сиянье насмерть ранит,
И лицом он благороден,
Точно сам Святой Георгий!»
Так подумав, донна Клара,
Долу взоры опустила -
Перед ней предстал из мрака,
Тот – прекрасный незнакомец...

Вот – рука с рукою, вместе
Через сад идут, обнявшись;
Сладостный зефир струится,
Лунный свет, любовный шепот...
Как благоухают розы,
Вестницы любви нетленной...
- Но, любимая, скажи мне,
Отчего ты покраснела?
- Комары мне докучают,
Мой любимый. Жарким летом
Комары противней даже
Длинноносых иудеев!
- Позабудь о тех и этих!
Молвит рыцарь, поцелуем
Заградив уста любимой.

Ночь тиха, миндаль цветущий
Лепестками осыпает
Рыцаря и донну Клару
И струит благоуханье.
- Но, любимая, скажи мне
Любишь ли меня всем сердцем?
- Я клянусь тебе, любимый,
Что люблю тебя любовью
Недоступной женам мавров
Или грязных иудеев!
- Позабудь о тех и этих!
Молвит рыцарь, поцелуем
Заградив уста любимой.

Лилий белые ладони
Вдалеке мерцают нежно,
Тихо ловят отраженья
Звезд, мерцающих на небе
- Но любимая, скажи мне,
Не раскаешься ли в клятве?
Не вспорхнут ли завтра ложью
Те слова, что ты шептала?
- Я верна тебе, любимый,
В моих жилах – кровь испанцев,
А не жижа, что колышет
Вены грязных иудеев!
- Позабудь об иудеях!
Молвит рыцарь, поцелуем
Заградив уста любимой.

В сумрак миртовой беседки
Он уводит дочь алькальда,
Обвивая незаметно
Нежною любовной сетью
Шепот страсти, поцелуи,
И сердца едино бьются,
Песней свадебной залился
Соловей во мраке ночи,
В танце факельном сливаясь
Светлячки взлетают к небу,
Тишь обволокла беседку,
И слышны в ночи притихшей
Лишь негромкий шелест мирта,
Да бутонов юных вздохи.

Вдруг взревели в замке трубы,
Громко клацнули литавры
И в объятьях незнакомца
Пробудилась донна Клара.
- Я должна уйти, любимый!
Но скажи мне на прощанье,
Твое имя, что отныне
Стану я шептать ночами,
За кого Пречистой Деве
Мне отныне несть молитвы?
Нежно улыбнулся рыцарь,
Он целует донне руки,
Нежно в лоб ее целует
И негромко произносит:
- Я, сеньора ваш любимый, -
Сын почтенного навеки
Мудреца, чье имя – рабби
Исроэль из Сарагоссы.

=====================
А вот этот перевод и про этого Дона Рамиро, помнится, читала на каком-то из юных времен вечере. Новогоднем. Очень уж баллада была хороша, таинственна и... куда там "Каменный гость" по неожиданности концовки!

Дон Рамиро. Перевод Р. Минкус.:
---------------------------------------------
«Донья Клара! Донья Клара!
Я твоим подвластен чарам!
Обречен тобой на гибель,
Обречен без состраданья.
Донья Клара! Донья Клара!
Сладок жизни дар прекрасный!
А внизу, в могиле темной,
Сыро, холодно и страшно…

Донья Клара! Завтра в церкви
Перед богом дон Фернандо
Назовет тебя супругой.
Пригласишь меня на свадьбу?»

«Дон Рамиро! Дон Рамиро!
Горьки мне слова упрека,
Горше звезд предначертанья,
Обманувшего надежды.

Дон Рамиро! Дон Рамиро!
Отрешись от мрачной думы.
Много девушек на свете,
Нам же рок сулил разлуку.
Дон Рамиро, ты бесстрашно
Побеждал в сраженье мавров,
Победи себя, Рамиро,
Приходи ко мне на свадьбу».

«Донья Клара! Донья Клара!
Я приду. Даю в том слово!
Танцевать с тобою стану.
Буду завтра. Доброй ночи!»

«Доброй ночи». В доме смолкло.
Под окном стоял Рамиро.
Он стоял окаменевший
И потом во мраке скрылся.
После долгого упорства
Уступает ночь рассвету.
Словно сад, цветами полный,
Раскрывается Толедо.
И ложится отблеск солнца
На дворцы, на мрамор зданий,
В вышине сияют церкви
Золотыми куполами.

Словно гул пчелиных ульев
Колоколен перезвоны.
И молитвенное пенье
Воссылают люди к богу.
Но смотри, смотри! Оттуда
Мимо рынка, из часовни,
Растекаясь и волнуясь,
Полились людские толпы.
Блеском праздничных нарядов
Свита яркая сверкает,
В светлый голос колокольный
Гром врывается органа.

И толпа благоговейно
Молодых сопровождает,
Окружает восхищенно
Донью Клару и Фернандо.
Все глаза следят за ними,
Все уста поют им славу:
«Слава дочери Кастильи!
Рыцарю Кастильи слава!»

У ворот дворца Фернандо
Вал людской остановился:
Будут праздновать там свадьбу
По обычаям старинным.

И с веселым ликованьем
Игры трапезу сменяют,
Между тем как незаметно
Мгла спускается ночная.
И уже в просторном зале
Гости сходятся для танцев,
Их роскошные одежды
В блеске факелов сверкают.

На почетном месте в кресла
Новобрачные садятся.
Нежно шепчутся друг с другом
Донья Клара и Фернандо.
И танцующих веселье
Разливается по залу,
И трубят победно трубы,
В такт вторгаются литавры.

«Ты зачем упорно смотришь
В отдаленный угол зала,
О властительница сердца?» —
Рыцарь спрашивает Клару.
«Там стоит фигура в черном,
Ты не видишь, дон Фернандо?»
И смеется тихо рыцарь:
«Тень в углу тебя пугает».
Но все ближе тень подходит:
То не тень, а рыцарь в черном.
И, Рамиро в нем узнавши,
Клара кланяется робко.
А меж тем в разгаре танцы,
В диком вихре мчатся пары,
Пол от пляски безудержной
Глухо стонет, сотрясаясь.

«Я охотно, дон Рамиро,
Танцевать с тобою стану,
Но в плаще темнее ночи
Ты не должен был являться».
На любимую Рамиро
Смотрит пристально и странно,
Охватив ее, он шепчет:
«Ты звала меня на свадьбу!»

И они вдвоем несутся
В бурной путанице танца,
И трубят победно трубы,
В такт вторгаются литавры!
«Ты лицом бледнее снега!» —
С дрожью тайной шепчет Клара.
«Ты звала меня на свадьбу!» —

Глухо рыцарь отвечает.
И поток людской теснее,
И огни мигают ярче,
И трубят победно трубы,
В такт вторгаются литавры!
«Словно лед твои ладони!» —
Шепчет Клара, содрогаясь.
«Ты звала меня на свадьбу!»
И поток несет их дальше.
«Ах, оставь меня, Рамиро!
Смертный яд — твое дыханье!»
И в ответ ей так же мрачно:
«Ты звала меня на свадьбу!»

Пол дымится раскаленный,
И неистовствуют скрипки,
И во власти чар волшебных
Исступлённо все кружится.
«Ах, оставь меня, Рамиро!» —
Снова слышен стон невнятный.
И опять в ответ Рамиро:
«Ты звала меня на свадьбу!»
«Так уйди ж, во имя бога!» —
Произносит Клара с силой.
И едва сказала это,
Как исчезнул дон Рамиро.

А она, глаза сомкнувши,
Ощутила смертный холод
И, беспамятством объята,
Погрузилась в царство ночи.
Но уже туман редеет,
И раскрыла Клара вежды, —
И закрыть их снова хочет,
Пораженная виденьем.
С той поры, как бал открылся,
С нареченным сидя рядом,
Не вставала с места Клара;

И тревожится Фернандо:
«Отчего ты побледнела?
Отчего глядишь так мрачно?»
«А Рамиро?» — шепчет Клара,
Тайным скованная страхом.
И с ответом рыцарь медлит,
На чело легли морщины:
«Не буди кровавой вести, —
В полдень умер дон Рамиро».

- Там предыстории с "сынами раввинов" не сильно просматривалась, но эффектный, мягко говоря, сюжет!..

Лопе де Вега(Феликс Лопе де Вега Карпьо):

В первом русском переводе Жидовка из Толедо, в переводе одноименного романа Фейхтвангера “Испанская баллада”

Contents  hide 
1 Еврейка Из Толедо
1.1 Франц Грильпарцер
1.1.1 ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
1.1.2 ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
1.1.3 ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
1.1.4 ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
1.1.5 ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
1.1.6 ДЕЙСТВИЕ ПЯТОЕ
1.1.7 Related Posts
1.1.8 Related Posts:

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
   Альфонсо Благородный, король Кастильский.
Элеонора Английская, его супруга.
Принц, их сын
Манрикс, граф де Лара, адмирал Кастильский.
Дон Герцеран, его сын.
Донья Клара, придворная дама королевы.
Камеристка королевы.
Исаак, еврей.
Эстер, Ракель — его дочери.
Рейнеро, оруженосец короля.
Вельможи, придворные дамы, просители, слуги, народ.
Место действия — Толедо и окрсетности. Время — около 1195 года.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
 Королевский сад в Толедо. Входят Исаак, Ракель и Эстер
Исаак - Стой, куда ты? В сад нельзя! Что, тебе закон не писан? В час, когда король гуляет,
 Ни один еврей не смеет 
— Провались они сквозь землю! —
 Ни один еврей не смеет 
Появляться здесь, в саду.

====================================================

 "История "трагической любви короля Кастилии к еврейской девушке".

Часть 1
Севильский купец Ибрагим — еврей, перешедший в мусульманство, — по приглашению короля Кастилии Альфонсо приезжает в Толедо, чтобы помочь разорившейся стране. Альфонсо не очень хочет назначать на эту должность Ибрагима, но всё же следует совету первого министра дона Манрико и своей жены, королевы Ленор.

Чтоб заручиться поддержкой толедской еврейской общины, Ибрагим жертвует ей огромную сумму. Теперь уже под именем дона Иегуды, Ибрагим с дочерью Ракелью и сыном Аласаром поселяется в Толедо. Семнадцатилетняя красавица Ракель, выросшая в мусульманской вере, теперь проникается еврейскими обычаями..."

-Не, долго, нудно и подробно. Про "короткий пересказ"...

...Пропускаем  части, главы, абзацы...

...Ракель рожает сына. Дон Иегуда хочет, чтоб внук воспитывался в иудейской вере, иначе они покинут страну...


...Эфраим добивается перемирия, и король доволен условиями. Но в стране плачевное положение, и Альфонсо просит Эфраима заведовать казной, но тот отказывается — он уже стар. Дон Эфраим просит короля, чтобы дона Иегуду и Ракель похоронили с почестями, а по какому обычаю — пусть решает король.

...У Альфонсо рождается внук. На празднестве он сидит рядом с женой, но душа у него выжжена.

Дона Иегуда и Ракель хоронят. По приказу короля народ оказывает им почести..."

...В общем; все как всегда. Во все века.
 "Король воспылал любовью к еврейке, прозванной Фермоза (Красавица), и забыл свою жену")

Альфонсо Мудрый, «Cronica general» (около 1270 года)
И отправился в Толедо
Дон Альфонсо с королевой,
Со своей красивой, юной
Королевой. Но известно,
Что любовь сбивает с толку,
Ослепляет. И влюбился
Он в прекрасную еврейку
По прозванию Фермоза.
Да, звалась она Прекрасной,
И недаром. И вот с ней-то
Позабыл король Альфонсо
Королеву.


 В ночИ (по цепочной какой-то загадочной "закономерности") наткнулась на воспоминания композитора Сергея Колмановского, сына композитора Эдуарда Колмановского:

 "...Мне впервые захотелось проявить в творчестве своё еврейство, которому, честно говоря, я раньше не придавал ни малейшего значения, и я стал искать тему. В библиотеке я нашёл неизвестный мне (так я думал поначалу) роман Л. Фейхтвангера «Еврейка из Толедо». Я вообще исторические романы этого автора не жалую, они мне представляются прямолинейными и схематичными. Думаю, что они привлекали нас когда-то возможностью хоть как-то пополнить свои знания по истории, почёрпнутые, в основном, из сталинских учебников. Но тут мною двигало любопытство: как же так? Почему я ничего не слышал раньше об этом романе? А в названии меня привлекла не только «Еврейка», но и, главным образом, «Толедо». В голове сразу завертелась одна из моих самых любимых хренниковских театральных песен на дивные слова Павла Антокольского. Не могу отказать себе в удовольствии процитировать эти стихи целиком:


Сталь толедского кинжала

Ярко блещет в темноте.

Эй, кому принадлежала

Ты, красотка, в ночи те?

Эй, зачем клялась, красотка,

Что невинна и честна?

Или вправду мир наш соткан

Из обманчивого сна?

Если клятвы не сдержала,

Если это было сном,

Сталь толедского кинжала

Разберётся в остальном!


-И прям чуть что - рэзать будем!(Гарсиа Лорка: "Она оказалась замужней. А мне клялась, что невинна"... Ох уж эти горячие и наивные испанские парни!..))

 Или во всех кабаках Москвы гадости говорить, как один большой наш поэт-хулиган про свою женку Зинаиду, в то время никакую не актрису, а просто секретаршу-машинистку в Орловской газете, как, к примеру, наша Римуська или Лена А. из "Молодайки"!..)

-------

"....В то время я так плохо владел немецким языком, что лишь одолев с грехом пополам роман до половины, я понял, что читаю его не в первый раз. Просто на русский язык он был переведён под стыдливым названием «Испанская баллада». Но то ли в оригинале роман больше впечатлил меня, то ли из гордости за то, что я уже столько прочёл на языке, который едва начал учить, но я как-то внимательнее и теплее отнёсся к этому произведению и стал задумываться: а не сделать ли из этого что-нибудь музыкальное? Однако я ещё сомневался. Мне почему-то казалось, что для принятия окончательного решения не хватает ещё одного звена в цепочке Фейхтвангер-Толедо-Хренников...

И вот ночью я увидел (мне не приснилось это, я не спал, речь идёт именно о воспоминании, о видении) пожелтевшую страницу «Правды» за 1937-й год, которую когда-то мне показал отец. Он, будучи в молодости поклонником Хренникова, собирал всё, что писали о нём газеты.

Как бы там ни было, эта причудливая цепочка Фейхтвангер-Толедо-Хренников замкнулась, и я написал камерную оперу «Еврейка из Толедо» на немецком языке, которая уже много раз исполнялась в Германии…
А в то утро, когда я принял решение писать эту оперу, пришло письмо от папы с просьбой достать для Тихона Николаевича глазные капли, которых в России нет..." И я был горд тем, что пришёл мой черёд быть хоть немного полезным Тихону Николаевичу Хренникову…"

--------------------------------------------------
 Жену Хренникова, кстати, звали Клара. Клара Арнольдовна Вакс. Они  прожили в счастливом браке почти 70 (67) лет. И у меня тоже круг замкнулся. Почему-то вдруг все-таки собрала из осколков еще одну часть про Донну Клару, Гейне и Толедо...


Фермоза

 ~* ~* ~*По мотивам произведения Лиона Фейхтвангера

Сладким нектаром, сахарным, благословенным,
Персика нежным цветеньем, дыханием яблонь,
Ты в этот мир явилась чудесным творением,
Божиим даром, да только с судьбиным страданьем.
Ты не похожа на прочих Фермоз, ты несчастна.
Богову богу он вечно далёк и безмолвен.
Ты не моли о любви и о счастье. Напрасно.
Он не спаситель, он в вечных печалях виновен.
Там в благодатности были король и надежда.
И распускались желанные пряные грёзы,
Здесь же в печальности омут холодный и снежный,
Нет ничего то, что держит, и только морозы.
Может всё это приснилось и надо проснуться,
Выглянуть в окна, а там золотая Альгамбра -
С неба лучи знойной негой привычные льются,
И растворяются в розовой нежности амброй…
Много Фермоз в этом мире, средь них ты чужая,
Благословенная даром особым Фермоза,
В мире явилась печали грядущей не зная,
Словно в снегу замерзала прекрасная роза…

Фермоза* - в переводе с испанского - красавица

А нефига было в другую веру  обращаться папеньке  "Фермозы"!

Юнна Мориц:
----------------------------------------
(По мотивам «Романсеро эпохи Сида»)

Ах, что за рыцарь дон Родриго!
Он изрубил сто тысяч мавров.
Если б мог остановиться,
Он вкусил бы сочных лавров,
Насладился б доньей Ламброй
В апельсиновом Саласе,
Натирал бы донью амброй
Он в паласе на матрасе!
В три атласные подпруги
Жир и мясо втиснув ловко,
Донья Ламбра у подруги
Надралась бы, как торговка,
Зеленела б крокодилой
От обжорства, пьянства, чванства ;
В честь того, что угодила
В цвет испанского дворянства!
А блестящий дон Родриго,
Мастер кровью штопать дыры,
Надевал бы плащ индиго,
Выезжая на турниры.
На глазах у населенья
Три копья вонзал бы кряду
И, урча от вожделенья,
Уносил свою награду.
Золотой скамьей когда-то
На турнирах награждали,
Потому что мало злата
Помещается в медали.
Процветал бы дон Родриго,
Изрубив сто тысяч мавров,
Но кровавая интрига
Отвлекла его от лавров:
Мудрено остановиться,
Сделав ставку на железо!
Дон Родриго, бедный рыцарь,
Семь племянников зарезал!
На дороге нелюдимой
Пренебрег системой правил ;
Семь детей сестры любимой
Подстерег и обезглавил.
Ах, если б мог остановиться,
Краше б не было примера,
На прощанье говорится
В том испанском романсеро.
Чтобы лютость дон Родриги
Никого не повредила,
Я с ненашего, по книге,
Этот текст переводила.
===================================


       
Испанская баллада
                     Юрий Хейфец

В туалете на площади Гарсиа Лорки
Повстречался я с импровизатором юным...
...

=====================================================


ПРО СУДЬБУ И ПРО ЛЮБОВЬ.(Песнь первая.) По мотивам романа Л.Фейхтвангера "Испанская баллада".
Автор:
Люда
Жанр:
Баллады
- Ты о чём, скажи, рокочешь,
Семиструнная гитара?
Что- то мне поведать хочешь?
И о чём грустишь без слов?

- Я тебе поведать рада
Ту старинную балладу,
Ту испанскую балладу
Про судьбу и про любовь.

ПЕСНЬ ПЕРВАЯ. Дон Иегуда.

Был столицею Кастильи*
Христианнейший Толедо,
Правил там король Альфонсо**
Много лет тому назад.

Пригласил он из Севильи
Ибрагима ибн Эзра
Казначеем (эскривано,
Как испанцы говорят).

Мусульманская Севилья***,
Славя мудрого эмира,
Богатела, процветала,
Драгоценный мир храня.

Христианская Кастилья,
Уж давно не зная мира,
Оскудела,обветшала,
Войны вечные кляня.

Ибрагим богат и знатен,
(Сам эмир – его приятель).
Но – рванулся из объятий
Процветающей страны

И, к опасностям готовый,
Устремился к жизни новой,
В край неведомый, суровый.
Для чего? Для новизны?

Нет. В начале жизни трудной
Ибрагим был Иегудой,
И в Толедо зАмком чУдным
Древний род его владел.

Жили по заветам Торы****,
Процветали. Только скоро
ВорвалИсь вестготы***** в город –
Край обильный оскудел.

И тогда семья Бен Эзра
Потеряла все богатства
И в Севилье мусульманской
Избавление нашла.

Здесь и вырос Иегуда,
Здесь ислам подростком прИнял,
Стал его ближайшим другом
Сын эмира Абдула.

Почему ислам он принял?
Так родители просили,
Уезжая******: «Ты останься.
Вера? Только и всего:

Скажешь дома и в мечети,
(Чтобы слышали соседи!):
«Бога нет, кроме Аллаха,
Магомет – пророк Его».

Стал Егуда Ибрагимом,
Но в душе остался прежним
И, субботу соблюдая,
В синагогу приходил*****.

Абдула же, став эмиром,
Ко двору его приблизил
И семейные богатства
Все, конечно, возвратил.

Вырос Ибрагим, женился
По любви. Родились дети:
Дочь и сын. Но как печален
Был любви его конец!

Вскоре по рожденьи сына
Умерла его подруга…
Лишь её одну любил он,
И с тех пор всю жизнь – вдовец.

Нет, прожив уже полвека,
В страсти был неутомим он
И продажною любовью
Голод плоти утолял,

Но жениться? Нет. Жениться
Мог он только на любимой.
Ту одну, кого любил он,
Слишком рано Б-г отнял

За грехи. Но Милосердный,
Ограждая от лишений,
Дал почёт, покой, богатство.
Живы дети, жизни цель.

Узнавал себя он в сыне,
Но особым утешеньем
Стал живой портрет покойной –
Дочь-красавица Ракель.

*Кастилья(Кастилия) – область в Испании, В средние века – самостоятельное государство. Столица – Толедо.

**Альфонсо Восьмой(1158-1214) – король Кастилии.

***Севилья – столица Андалусии, области в Испании. В средние века – самостоятельное.

"Да и срок действия известного старинного постановления раввинов, согласно которому пятьсот лет после изгнания из Испании евреям запрещено было ступать на ту, Богом проклятую землю, истек уже в 1992 году.

Дина Рубина, из книги «Холодная весна в Провансе»...

-----------------------------------
Воскресная месса в Толедо

Дина Рубина


Испанские мотивы

Это было в Севильи где-то,

А быть может, то было в Толедо,
Где испанки живут и испанцы,
 Где с утра начинаются танцы...
 
(Неопознанные куплеты из мусорного ташкентского детства)

"Обвиняли врачей, хирургов и аптекарей из евреев в злоупотреблении профессией для причинения смерти множеству христиан; между прочим, смерть короля Энрике III приписывали его врачу Меиру. (-А кому ж еще! Глупо было б!.. - как говаривал один курский турист).

31 марта 1492 года Фердинанд и Изабелла издали декрет, которым все евреи, мужского и женского пола, обязывались покинуть Испанию до 31 июля того же года под угрозой смерти и потери имущества Евреи отдавали дом за осла и виноградник за кусок ткани. Этому нечего удивляться, если принять в соображение данный им короткий срок для оставления королевства. Эта мера, внушенная жестокостью, а не усердием к религии, заставила покинуть Испанию до восьмисот тысяч евреев... "

Х. А. Льоренте "История испанской инквизиции".

* * *
 

 "У большинства испанских женщин великолепные литые ягодицы.

У испанки могут быть изящные ступни и кисти рук, тонкая талия, хрупкие плечи, непритязательная грудь, но бедра обязательно присутствуют и - будьте уверены! - бедра хорошего наполнения. Это вам не шесты, при помощи которых двигаются на подиумах манекенщицы, это - настоящее женское тело. Смотрите Веласкеса.

 ... Две недели мы шлялись по провинциям Испании - Севилье, Кордове, Гранаде, Кастилии и Каталонии, и все это время - на улицах, в тавернах и барах, на автобусных станциях и вокзалах, в коридорах отелей - перед нашими глазами дефилировали, проплывали, гарцевали разных объемов, но характерных очертаний крупы чистокровных андалузских кобылиц.
В этом определении нет ничего обидного. У меня и самой такой круп, поскольку предки мои происходят из Испании, да и сама я похожа на всех испанок, вместе взятых." (Д.И Р.)


Сефарды и ашкеназы — две основные ветви еврейского народа, которые, несмотря на единую этническую принадлежность, на протяжении многих веков жили и развивались отдельно.

Сефарды сперва обосновались в Испании, а уже после иммигрировали в Османскую империю, страны северной Африки и на Ближний восток. У них свой язык — ладино, сформировавшийся на базе латинского языка и разных местных наречий. У них свой молитвенник, во многом схожий с ашкеназским. У них своя кухня, свои рецепты приготовления традиционных еврейских блюд.

Ашкеназы в средние века жили преимущественно на территории Германии, северной Франции, Польши и частично Российской империи. Они сформировали отдельную группу иудаизма, обычаи которой были сформулированы в кодексе «Шульхан Арух», а в случае с ашкеназами — в своде «Мапа»

Вестготы – племена, ранее владевшие Кастилией и вытесненные мусульманами.


*****
В Андалусии неверным официально жить было запрещено, особенно в правление эмира Юсуфа, жестокого фанатика, мавра из Северной Африки.

******
В Андалусии евреи могли тайно исповедовать свою религию, там были скрытые еврейские молитвенные дома.
(Вот так всегда! От Севильи до Гранады!.. И  далее... в веках и по Планете!... Сефарды-ашкеназы!..)


Что ж это за "религии такие, которые от ОДНОЙ произошли - и  "тайно" нужно - ГЛАВНУЮ(ПРАМАТЕРЬ всех)- исповедовать!.. Своих ведьм жгите на кострах, "инквизиторы фиговы"! Включая великих драматургов. "В 1609 году он становится добровольным слугой инквизиции и получает звание familiar del Santo oficio de la Inquisici;n"...
----------------------------

Кот испанский
дон Мурлыка
С котофеем
дон Мяукой,
Оба в шарфиках,
В цилиндрах
 По Испании идут
Из Севильи
в Сарагоссу.

Сергей Козлов


Все равно, как ни сокращай-редактируй, получилось "СЛИШКОМ многа букафф"...
Но... Сошлось.( Многое за кадром еще из впечатлений мартовского Дня, Прощеного Воскресенья 25 года) сложилось во что-то цельное и осмысленное...

"От Севильи до Гренады, в тихом сумраке ночей раздаются серенады, раздается стук мечей..." - любимая песня профессора Преображенского...


Март. Года 25-го.  Века 21-го...