В краю, где небо целует землю. Глава I

Анна стояла у окна своей комнаты, прислонив ладонь к раскаленному на жгучем солнце стеклу, что палило как-то по особенному в тот момент, создавая атмосферу не то, чтобы жара, но духоты, нестерпимо наполнявшей помещение, в котором она находилась. «Душно внутри, да и только» – про себя мог подумать случайно зашедший в комнату лакей или служанка. А вот по ту сторону окна цвело девственное лето, еще не успевшее войти в полную силу, однако уже твердо дающее о себе знать обладателям своих щекотливых лучей. Вся природа благоухала и хорошела под этим искрящим светом, подобно молодой девице, переживающей самое начало своей полной любви и беззаботной романтики юности.

И пускай каждый вдох казался тяжелым, а каждый выдох – будто попыткой избавиться от удушающей атмосферы, которая окружала Анну в стенах комнаты, все же не мог ее мягкий женский взор напиться пейзажем, раскинутым прямо напротив окон усадебного дома. И наблюдая за распростертыми красотами Харьковской губернии, ее девичье любопытство, разбавленное долей нежной чувственности, словно бы искало вдохновение в своей старой малой Родине.

Когда-то, будучи еще в силу своего возраста неосознанным ребенком, Анна была отправлена на содержание к своей вдовствующей тетушке по материнской линии, которая с теплым согласием приняла тогда свою близкую родственницу. Будь Аннушка едва постарше в тот период, она могла бы довольно ясно помнить свою бедную матушку, которая спустя год после родов подхватила своим ослабленным телом, Бог знает где, несносную чахотку, отчего серьезно занемогла, и промучась несколько месяцев в сопутствующей горячке, умерла, оставив свою единственную дочь на руки и сердце мужа. Однако несмотря на то, что человек он был любящий и даже заботливый, что не часто бывает свойственно твердости мужской души, сила его патриотических убеждений совместно с верой в свою дворянскую честь, порой, перевешивали всякую преданность семье, отчего складывалось впечатление, будто этот человек живет от одного настроения к другому, метясь постоянно как сыч то к возлюбленным близким, то к долгу служащего Отчизне человека.

Так, весной 1799 года случилось пренеприятнейшее совпадение: молодой вдовец, дворянского происхождения, остался с ребенком – году отроду – в тот самый момент, когда революционная армия Наполеона вторгается в Северную Италию, подвергая угрозе всю европейскую монархию. Доподлинно неизвестно, какие конкретные причины вынудили овдовевшего отца оставить свою дочь и податься в участники боевых действий за интересы второй антифранцузской коалиции, но в тот же год его рукой было составлено сердечное письмо, в котором он испрашивал разрешения у своей свояченицы взять бремя опекунства над своей годовалой дочерью до его возвращения с победой над армией Наполеона вместе с отстоявшимся достоинством русского дворянина, всецело преданного своему государству и его монарху. Вот так – по не своей воле, но желанию судьбы – Анна с раннего детства оказалась на воспитании у своей тети – Елизаветы Михайловны Валкевич – таким образом покинув на долгие годы свое близкое сердцу родительское имение.