Девственница

К магазину плавно подкатил черный  «мерседес», постоял несколько минут, потом тихо покатил дальше по главной улице. Двое немолодых местных мужчин проводили взглядом автомобиль и стали вести следующий разговор:

- Барыга.

- Бандит.

- Высматривает кого?

- Девку, не иначе.

- Девку? И за этим надо сюда ехать из города?

- Могу предположить, что не просто девку, а девку не пользованную.  В городе – это что иголку в стоге сена искать - долго и муторно. А у нас опять же выпускной в школе был недавно. Те выпускницы, что девственность к этому моменту утратили – по пьянке ли, а хоть и по любви, то, как говорится, бог им судья. А те, что честь свою сохранили  - то им сейчас время и пришло задуматься, как этим капиталом с выгодой для себя распорядиться.

- Раньше выгода была одна – замуж выйти так, чтобы муж всю жизнь не попрекал и на все свои выходки не имел один ответ. А сейчас, как мне кажется, никто этому не придает значения.

- За город не скажу, потому как там не проживал, но в деревне не всегда все гладко может исполниться. У нас же как – сам знаешь, - ежели парень испортит девку, то тут же разболтает своим дружкам - каков он герой, и уже вся деревня это событие обсуждает. А выйди потом эта девка замуж за другого деревенского, так тот другой, может, к ней претензий иметь и не будет, потому что вместе со всеми был в курсе, но тому – ее первому - не простит. Отсюда одна половина деревни со второй половиной десятилетиями не разговаривает. А ежели кто чужой, да по взаимному интересу, да тихо, а раз никто не знает, то, значит, и не было ничего. А мужик, который ее возьмет потом – ну, допускаю, и выразит некоторое неудовольствие, но не так, чтобы сор из избы выносить и великодушие свое ронять.

Между тем «мерседес» опять остановился, из него вышел парень лет 27-28, среднего роста, крепкий, коротко стриженный, на шее толстая золотая цепь. Брюки, рубашка с длинным рукавом, полуботинки – все черное. Вдоль дороги по направлению к нему шла молоденькая девушка. Когда она поравнялась с ним, он сказал ей что-то. Она остановилась, посмотрела на него, потом на его автомобиль, потом снова на него и неопределенно пожала плечами. Девушка была несколько худа лицом, несколько бледна, что делало более выразительными ее зеленые глаза и чуть как бы припухшие губы. Ее русые волосы были собраны в незамысловатый хвост на затылке. В высокой стройной фигуре присутствовали еще какая-то подростковая угловатость и неразвитость.

- Чего ломаешься? – спросил он.

- Тысячу баксов? – переспросила она и посмотрела по сторонам.

- Тысячу.

- Не обманываешь?

- А ты?

- У меня там с этим все в порядке.

Парень достал из кармана брюк пачку зеленых, отсчитал пять сотенных и протянул ей.

- Остальное после, - сказал он, пряча пачку обратно в карман.

Она, словно преодолевая какое-то внутреннее сопротивление, взяла деньги.

- Тебя как зовут? – спросил он.

- Лена.

- Меня Сергей.

- Только я в машине не хочу, - сказала Лена.

- А где?

- Пойдем ко мне, - она указала взглядом на старый бревенчатый дом с давно некрашеной и с проступающими пятнами ржавчины железной крышей. – Правда, там еще бабушка, но она в своей комнате. Не встает уже и не слышит.

- Тогда подожди меня здесь, - сказал он. – Я быстро. Куплю чего-нибудь выпить, закусить. Не возражаешь?

- Нет.

Когда Сергей приехал обратно и вышел из машины, держа в руке  полиэтиленовый пакет с покупками, то рядом с Леной стоял какой-то парень приблизительно ее возраста, по виду – местный. Сергей даже не посмотрел на него и, подойдя к девушке, произнес:

- Идем?

Та кивнула головой, и тут этот паренек принялся или вероятнее всего продолжил уговаривать ее бросить всю эту затею, о коей, судя по всему, догадался.

- Паша, прекрати, - сказала Лена.

- Это твой парень? – спросил Сергей у Лены.

- Скажешь тоже, - ответила Лена. – Мы с ним даже не целовались.

- Она тебе нравится? – обратился Сергей к парню.
 
- Да, нравится, - с легким налетом истеричности ответил Паша.

- Пойдем с нами, - буднично предложил Сергей. – Посидим, отдохнем, ну, подождешь, пока я с Леной буду, а потом останешься с ней. Я заплачу. Ты хочешь Лену?

- Да, но не так, - ответил Паша. Истеричности в его голосе добавилось.

- Нет, - твердо сказала Лена. – Пусть даже и не мечтает. Сережа пойдем.

Удивительно, но Паша пошел за ними, и вот они втроем сидят за столом, на котором коньяк, красная икра, булка, масло, фрукты. Впрочем,  Сергей и Лена почти не пили, пил Паша, становясь развязнее и глупее. Лена не сводила глаз с Сергея. Ей нравилось, как Сергей рассказывал о себе смешные истории и как он при этом улыбался. В тоже время она понимала, что жизнь, которую он себе когда-то выбрал, жизнь, где нет места состраданию, раскаянию и еще очень и очень многому, что сделало бы его слабее, уязвимее, жизнь, словно оставленная сейчас за дверью, эта жизнь терпеливо его там ждет. Лена уже подумывала, что не надо ей никаких денег, а только хотя бы раз в неделю приезжал к ней сюда Сергей. Она представляла, как будут в деревне шептаться за ее спиной, но никто не бросит на нее косой взгляд. Побоятся. Между тем Паша, изрядно опьянев, застыл на табуретке в позе кучера и задремал. Сергей и Лена встали и прошли в комнату. Они разделись. Лена легла на диван, Сергей лег рядом и стал очень нежно только губами и кончиками пальцев касаться ее…

От удара табуреткой по голове Сергей упал с дивана и застыл на полу лицом вниз. Лена вскочила на ноги, ее лицо перекосил ужас. Паша медленно вернулся на кухню с табуреткой в руке, поставил ее на прежнее место и уселся на нее с выражением тупого безразличия. Сергей застонал, перевалился на спину и с трудом сел. Лена бросилась к нему, стала обнимать, целовать, говорить:

- Сережа. Сереженька. Дорогой. Милый. Любимый мой.

Сергей с трудом встал, медленно оделся и прошел на кухню. За ним  вышла из комнаты Лена уже в наброшенном на голое тело ситцевом халатике. Она тихо плакала. Сергей бросил на стол пять сотенных зеленых и ушел.
                2025