Вред обольщения...

     Он подумал, что обольщаться вредно. И тут же ему пришла в голову мысль, прямо противоположная ранее подуманному:

     "Как можно говорить о вреде обольщения, если оно вместе с войной и одэо, организацией давления обстоятельствами, является основным инструментом осуществления внешней, а, может быть, и внутренней политики?".

     Вполне возможно, что представление о том, что война есть инструмент осуществления только внешней политики, является ложным.

    Но совершенно точно, решил он, где бы ни рассматривались, - во внешней или во внутренний политике, такие инструменты, как война и обольщение, они являются друг другу инструментами противоположными.

     Тот, кто не умеет обольстить, вынужден воевать, не только в международных отношениях, но и внутри отдельных народов или обществ.

     Перед тем как начать войну, ему так представилось, происходит, довольно длительно, период попыток одэо, организации давления обстоятельствами, на своих противников.

     Ему ещё непонятно: видит ли теперешний заокеанский президент в просроченном главе режима, юго-западного и преступного, террористического по отношению к народу России, противника себе или не видит, но данный заокеанский хозяин некоторое время, это очевидно, пытался просроченному одэо, - организовать давящие обстоятельства.

     Одэо, организация давящих обстоятельств, организация  давления обстоятельствами  - это очень сомнительная наука, потому что государственным деятелям и политикам часто представляется, что это они организуют давящие обстоятельства, а, в действительности, такие обстоятельства возникают сами. Самоорганизуются.

     Самоорганизация давящих обстоятельств, как и человеческая голова, - это предмет тёмный и исследованию не подлежит. Скорее всего, так думает теперешний заокеанский президент.

    Те государственные деятели и политики, которые считают, что самоорганизацию давящих обстоятельств удовлетворительно полно изучить невозможно, не столько организовывают давление обстоятельствами, сколько обольщают и изображают, что в их руках есть возможности организовать давление обстоятельствами. Изображают и обольщают перед телекамерами, естественно.

     Обольститься - это значит стать обманутым или красивыми обещаниями, или слишком беспечальными, чересчур светлыми надеждами.

     Чем обольстился просроченный глава режима, преступного по отношению к россиянам: своими чересчур светлыми надеждами, или слишком красивыми обещаниями, когда стал грубо, с идиотским гримасами, "вякать"  на теперешнего заокеанского президента? Скорее всего, он не столько обольстился, чем-то одним из этих двух "вещей", сколько "злоупотребил" много белого порошка.

    Дело, конечно, подумал он, совсем не в употреблении белого порошка, а в полной потере квалификации, необходимой для того, чтобы правильно говорить и адекватно вести себя перед телекамерами.

     Как бы ни ругали телевидение, а телевизионная камера остаётся, даже и в Сети, если не инструментом эффективного социального управления, то хотя бы инструментом внедрения в сознание потенциально управляемых и обольстительной картинки, и изображения сильного давления со стороны каких-то обстоятельств.

     Теперешний заокенский президент от действующих европейских политиков и брюссельских бюрократов отличается тем, что он слишком давящими рассматривает совсем не те обстоятельства, которые в качестве наиболее давящих  обстоятельств "вдалбливаются" в сознание обыкновенных, обычных, простых, рядовых британцев и европейцев.

      Не только рядовые европейцы, но и обыкновенные британцы видят, что наиболее давящими на них являются цены в магазинах, на рынках,  высокая стоимость услуг, например, медицинских, отсутствие высокооплачиваемых рабочих мест и тарифы на электроэнергию или другие энергоносители, включая дрова и уголь, а их, британские и европейские начальники, "гундят" им, что наиболее  давящим  обстоятельством является военная угроза со стороны России.

     Не обольщаются ли британские и европейские начальники той картинкой в их сознании, которая показывает им, что у них остаётся  достаточно много возможностей, чтобы доказать своим гражданам то, что наиболее давящим на граждан обстоятельством является именно военная угроза со стороны России, а не что-нибудь ещё.

     Ему понятно, что для того, чтобы доказать своим начальникам, что наиболее давящим на них обстоятельством, является не военная российская угроза, а рост цен и другие неблагоприятные экономические факторы, и у рядовых европейцев, и у обыкновенных британцев, очень мало возможностей и сил.

    В свою очередь, вспомнил он, многие, уже российские эксперты, давно говорят, что в условиях, когда обыкновенные  британцы и европейцы не обольщаются внедрямыми в их сознание "картинками", у британских и европейских начальников остаётся ещё один уже применявшийся ими способ социального управления: введение диктатуры.

     Диктатура - это не инструмент или способ обольщать или изображать давление со стороны каких-то обстоятельств, а способ грубо и цинично заставить "граждан" как-то себя вести или что-то делать. Например, "записываться" в армию и готовиться к войне с Китаем или Россией.

      Таким образом, вредом от обольщения или от ложного    изображения какого-то обстоятельства самым давящим, когда это не так, является жестокое "похмелье", терзающее  людей в условиях жёсткой диктатуры, к которой может привести обольстительная картинка, в начале своего внедрения казавшаяся или исключительно светлой, или безобидной.

      P.S. Автор данного текста  сообщает читательницам и читателям, что когда он записывал за одним персонажем итоги его размышлений, он, автор, хотел их поместить в публицистический раздел, но когда увидел, какая сложная запись получилась, он, автор, решил разместить эти туманные соображения поесонажа в разделе философии.