Маска здравомыслия. Психопат как ученый

Отрывки из книги Х. Клекли "Маска здравомыслия".
Первое издание — 1941 год и 5 переизданий в 1950-м, 1955-м, 1964-м, 1976-м и 1988 году.

Примечание. В целом отрывки литературно обработаны. При вопросах к переводу английскую версию можно без проблем найти в Интернете и предложить свой вариант комментарием к статье.


24. Психопат как ученый

Ограничения пространства позволяют лишь кратко осветить интересную карьеру этого человека. Хотя ему было всего за двадцать, он уже стал доктором философии и соавтором нескольких достойных научных работ в области физики.

Хотя он задержался на год с получением степени из-за прогулов и алкогольных похождений, он всегда проявлял заметные способности в техническом плане, если прилагал усилия.

Время от времени он был недееспособен на несколько дней или неделю, в течение которых пил достаточно, чтобы оставаться полусознательным, или залезал на деревья, откуда бросал шумные вызовы своим друзьям, а позже и полицейским, которые пытались его спустить.

Он пил в основном в одиночестве и иногда мочился в ящики комода, в обувь своего или соседа по комнате, а также предавался в другие проделки подобного рода.

Получив степень, он без особых трудностей устроился на удовлетворительную должность в факультете государственного университета. Однако он не приступил к своим обязанностям.

Переехав к тете в университетский город за несколько недель до начала занятий, он сразу же начал пить по выходным и посещать заведения с дурной репутацией.

Однажды ночью, за несколько дней до официального начала учебного года, он особенно неприятно себя вел по отношению к своим спутникам, состоящим из двух проституток и местного бродяги.

В состоянии большой раздражительности и высокомерия он покинул эту группу и присоединился к другой женщине с улицы, с которой он часто общался, но к которой никогда не проявлял особого интереса.

В течение следующего часа он мало пил, но потратил свою энергию на насмешки и клевету на своих знакомых в городе, на преподавателей университета и особенно на свою тетю, которая была его единственным местным родственником.

Около трех часов ночи он удивил всех присутствующих, объявив властным тоном, что он и его нынешняя спутница немедленно вступят в священный брак. Прежде чем уйти с теми, кого он мог собрать, он позаботился о том, чтобы позвонить своей тете и настоятельно потребовать, чтобы она присутствовала на свадьбе.

Можно только представить себе смятение и замешательство пожилой и очень осторожной дамы, когда она сначала пыталась понять, а затем посоветовать своему племяннику.

Прибыв в резиденцию мирового судьи, тетя и друзья, которых она привела, сделали все возможное, чтобы отговорить нашего героя от дальнейших действий.

В отчаянии они указали не только на недостатки характера, столь очевидные у будущей невесты, но и на её значительный возраст, плохо сделанные зубные протезы и не слишком удачно окрашенные волосы.

С клятвами, непристойностями и очень искусственным проявлением веселья эти возражения были отвергнуты, и жених достиг своих целей.

На следующий день он снисходительно позволил своей тете начать попытки аннулировать брак, но, хотя и выражал одобрение, активно в этом не участвовал. Когда его настойчиво спрашивали о мотивах, он беззаботно утверждал, что вся затея была шуткой.

«Но над кем эта шутка?» — спросил пожилой друг семьи с некоторой резкостью.

«Почему над собой, я полагаю», — признался безразличный жених, смеясь с тем, что казалось спокойствием и отсутствием беспокойства, почти невероятным в данных обстоятельствах.

Он никогда не проявлял признаков серьезной тревоги или стыда, хотя охотно признавался в своей неправоте. Это дело стало широко известным, и власти университета добились отставки нового преподавателя еще до того, как он фактически приступил к своим обязанностям.

Он быстро оставил женщину, на которой женился, и его семья достигла с ней какого-то соглашения. После финансово успешного года в качестве продавца автомобилей, в котором он попадал в неприятности несколько реже, чем обычно, он решил вернуться в академический мир.

Он получил несколько других хороших должностей в университетах, где его работа была непостоянной, но многообещающей. Его личная жизнь вскоре стала настолько зрелищной, что вызывала смущение у учреждения, и его пришлось уволить.

Одну из этих должностей он потерял после нескольких мелких инцидентов подобного рода из-за следующего поведения:

После того как он напился и стал заметно буйным в своих покоях, где пытались ухаживать за ним и вернуть его к состоянию, которое можно было бы назвать разумом, он исчез и не мог быть найден в течение нескольких дней.

Власти колледжа оставались в состоянии значительного беспокойства по поводу его судьбы. Это закончилось телефонным звонком местного ветеринара профессору, в департаменте которого он работал.

Последний, человек подлинного и совершенно естественного достоинства и ученый национального значения, вероятно, был последним человеком на земле, которого нормальный юноша хотел бы разбудить посреди ночи и подвергнуть показу абсурда.

Его отличала юмористическая натура, не уступающая его достоинству. Хотя он был мирным, неагрессивным и терпимым, как может быть человек, какое-то глубокое субъективное равновесие позволяло ему, при достаточном подталкивании, произнести тихое и ироничное замечание, способное смутить епископа.

Ветеринар сообщил этому значительному лицу, что его пропавший научный сотрудник в настоящее время находится в собачьей больнице и настаивал на том, чтобы эта новость была передана никому, кроме него самого, и немедленно.

Непроницаемые, лаконичные черты лица профессора слегка затвердели. Остановившись, чтобы дотянуться до своих носок, он тихо выругался.

Прибыв в собачью больницу, он обнаружил своего младшего коллегу, раскинувшегося в большой клетке или кабинете, предназначенном для больных догов или сенбернаров.

Он сразу закричал профессору, радостно сообщая, что предсказания последнего о том, что он «пойдет к собакам», теперь полностью сбылись — и что с того!

Его громкие крики перекрывали шум лая собак, которые, будучи разбуженными присутствием столь необычного соседа по вольеру, энергично и хором подали голос.

Ветеринар объяснил, что его новый пациент пришел с некоторой срочностью и настаивал на том, чтобы его отвели туда, где содержатся выздоравливающие собаки.

Немного озадаченный, но полагая, что его визитер имеет веские причины интересоваться состоянием какого-то собачьего знакомого, он быстро отвел его в питомник.

Странный молодой человек сразу же забрался в свою нынешнюю «спальню», бросил вызов ветеринару, чтобы тот попытался его убрать, пел, кричал, ругался и в конце концов настаивал на том, чтобы вызвали его начальника.

Наконец, согласившись выйти, он продолжал вести себя шумно и сразу же начал обвинять серьезного и доброго старшего коллегу в своем положении.

Последний, который искренне интересовался тем, чтобы удержать этого многообещающего молодого человека от самоуничтожения, по его словам, спровоцировал его на нынешнюю пьянку, предложив ему бутылку пива на обед несколько дней назад.