Господь всё видит

"А что же это Анна Никитична изволила выехать из батюшкиного имения? Я ее намедни встретил в церкви. Плоха совсем матушка. Вид нездоровый имеет. Никак чахотка? Или еще чего хуже?"
"Э, нет, Федор Кузьмич, тут дела посложнее будут. Влюбилась наша барыня. Сама не своя ходит уже как с неделю. К Сарматовым сын приехал - улан. Молодой, красив, шельмец. Разница у них большая. Лет двадцать между ними пролегло жизни. Ума не приложу. Всегда такая сдержанная. А тут ее и сын Николенька не удержал. Народ судачит.
Батюшка, слыхивал, пристыдил. Так полагаю, один Бог смог предотвратить этот срам. Грех. А кто не боится? Выбежала из церкви румяная, щеки стыдом горят. Даже со мной не поздоровалась. И тут же вечером в именье к мужу и укатила.
Поговаривают, улан тот с  Христей, дочкой кузнеца спутался. А я и не осуждаю. Мужик наш брат таков...
А что Семен Парфеныч, как бы Вы поступили? Хороша наша Анна Никитична! Я бы и сам не прочь. Да только тут не прикажешь. Горяча и породу видно сразу".
"Да, Федор Кузьмич, признаюсь, и я к ней хаживал, только отвадила она меня. Гнев имею. Осерчал на Анну Никитичну сильно. Язык мой да гонор. Негоже это. Плохо о ней говаривал. Да и сейчас вот письмецо ее мужу отправил. Пусть покрутится белая кровушка!"
"Ай-ай-ай, что же Вы натворили? Господь с Вами! Да нет ее вины. Что же за барин пошел? Только настоящая женщина появится в округе, мы ее сразу, как ту веточку тоненьку, все сломать норовим...
Не зря Вы на здоровье жалуетесь. Пойду я... Вечор уже. Да и не хочу я больше с Вами дел иметь. Срам да и только.
Что ж мы за люди такие, своего счастья не имеем да и в чужое все носы суем? Господь все видит! Убогость нашу. Эх, нерадивые. Как же мы детей наших воспитывать будем, на кого земельку покинем. Живем во грехе...