Податливость
Окутала тьма и спокойная тишь.
Двинулся с места, уперся о балку.
Глаза приспособились и вижу окно, кажется я в помещенье.
Снаружи темнее чем в городе, а значит я далеко.
Но вдруг слышу звук, похожий на храп и там где-то рядом есть люд.
Воскликнул на помощь, никто не ответил, быть может глубокий достаточно сон.
И звуки прибоя услышал, так всё-таки я где-то в море.
Прошло два часа и видится солнце в круглом окне.
Оно осветило мне комнату, здесь лишь валяются весла, бутылки и хлам.
Храп прекратился, я спохватился и крикнул на помощь, в ответ не услышав ни слова.
Внимая все звуки, там шаркали люди, болтая о чем-то.
Их было все больше и шум разрастался в двойне.
За окном все задвигалось, начал я чувствовать качку, вместе с их криком и смехом.
Мне стало страшно, я видел как бегают тени под дверью.
Вдруг прозвенели удары металла и смех прекратился.
Стучали все громче и громче, как будто каждый в руках держал саблю, фехтуя ею умело.
Бой продолжался, а я напряжённо сверлил взглядом дверь, боясь, что ко мне забегут и порежут.
Я слышал как стукали двери и шум смещался наружу.
Но вдруг кто-то плюхнулся в воду, один за другим.
Секундная тишь а за нею опять были крики, но эти теперь веселее.
Я всё думал, что же там было, наверное они смогли победить и сюда возвращаясь плясали. Стучали бутылки и топот сапог по гниющему старому дереву.
Кажется я у пиратов, они одолели других, а я на их судне сторож припасов.
Вот почему наружу не пустят, но защищают.
Страх быть убитым сменился на гордость за неизвестных пиратов.
И так плыли дни: сон, веселье, бои, победа, раздолье.
Я жил вместе с ними, но был за стеной, охраняя припасы, вдруг, кто войдет я буду готов.
В какой-то из дней раздался отчетливый голос: "пусти ты его, замучил уже".
Защелкал замок и внутрь ввалился пьянющий мужчина.
"Проваливай к черту, не нужен ты мне".
Я в страхе забыв обо всём мигом порхнул из каморки.
Промчался, смотря всё вокруг:
Тут были пьяные люди за стойкой болтая о чем-то, а рядом бегали более пьяные махая мечами в руках.
Гуляли и пили, били бутылки и пели во всю свою силу.
Порхнул я наружу и видел как
В белой горячке бежали из плавучего бара у моря и прыгали в воду, плескаясь.
Старик пробурчал: "вот глупый птенец, не видел, что клетка открыта".
Свидетельство о публикации №225030701538