Глава 5. Морковное королевство

Автобус замер на пыльной проселочной дороге. Из распахнувшихся дверей шумно хлынула на землю разноцветная волна школьников. Поле перед ними казалось бескрайним морем зелени. Прямые ряды моркови уходили далеко к горизонту, сливаясь там с серо-голубым небом.
  К ребятам подошел председатель совхоза — крепкий, коренастый мужчина. Его широкие плечи чуть горбились от привычной усталости, но взгляд был спокойным и уверенным. Он остановился напротив толпы подростков, и они сразу же обступили его плотным кольцом, затихнув в ожидании.
— Овощи обрабатываем химикатами с вертолёта, — голос председателя прозвучал неожиданно резко, разрушая идиллическую картину. — Мне не жалко. Морковки полно. Но грязную есть не советую.
  Девочки поправляли головные уборы: Юлька — светлую панамку с надписью «Ейск», Ветка — потертую вельветовую шестиклинку, единственную память об отце. Остальные обмотали головы платками, завязав их узлами на затылках.
  Ребята быстро разбились на пары. Длинный привычно встал с Малым. Валерка замешкался, оглядываясь в поисках компании и чувствуя себя чужим среди новых одноклассников.
— Квасов, не тяни резину. Иди к Бобрышеву, — скомандовала Елка.
Валерка покосился на одиноко стоящего Димку, насупился и мысленно ответил: «Фигушки».
  Тем временем Кирюша  достала из кармана белых спортивных брюк носовой платок, аккуратно промокнула слезящийся от мошки глаз и вспомнила бабушкины слова про мамину спецовку. «Спецовка… Штормовка…» — эхом из маминых рассказов о стройотряде отозвались в голове смутные образы.
 Колхозное поле казалось бескрайним морем, где вместо волн колыхались ряды морковных грядок. Ветер трепал выбившиеся пряди волос, которые Кирюша то и дело поправляла. Белую кепку, утром сияющую чистотой, теперь  украшало темное пятно. «Завтра надену джинсы», — решила девочка.
 Вдруг она заметила движение среди грядок. К ней приближался знакомый парнишка. Подойдя ближе, Валерка остановился и, глядя на Кирюшу с лёгкой виноватой улыбкой, произнес:
— Короче, хочешь дуйся, хочешь нет, но я с тобой встану.
— С чего бы это? — удивилась Кирюша.
— Ну не с Бобриком же мне работать!
— А что с ним не так?
— Да ну его, — Валерка махнул рукой. — Не бери в голову. Ну что… работаем?
  Кирюша внимательно посмотрела на старого приятеля и кивнула. Они принялись собирать урожай. Время от времени Валерка бросал на девочку взгляд, пытаясь поймать её внимание.
  Марк наблюдал за учениками с улыбкой, понимая, что они переживают непростой период. Увидев одинокого Димку, классный руководитель засучил рукава и стал помогать ему. Елка стояла неподалеку с недовольным видом, её строгий взгляд скользил по ученикам, задерживаясь на учителе, помогающем Бобрышеву.
  Малой шустро дергал морковку. Длинный работал медленно и неохотно.
— Ну что ты еле-еле, — ворчал Малой.
— Не все ж такие колхозники, как ты, — отшутился Длинный и натянул приятелю кепку на нос. — Санек-ек!
— Я не колхозник. Если уж на то пошло, я — дачник, — обиделся Малой. — А ты, Вован, резину любишь тянуть. Быстрее сделаем, быстрее освободимся. Ежу понятно.
— Размечтался. В любом случае до часа тут торчать. Так что не торопись раньше батьки в пекло. Глянь на москвичку с Квасом, — Длинный кивнул в сторону Кирюши с Валеркой, — ещё до середины грядки не дошли.
  Кирюша, весело напевая, нагнулась и аккуратно выдернула несколько корнеплодов. Взгляд ее упал на три сросшиеся моркови, причудливо переплетенные между собой, — они напомнили корону. А две другие, скрещенные, были похожи на ноги. В ее воображении овощи мгновенно превратились в персонажей сказки, разворачивающейся прямо среди грядок. Старичок-король правил своим маленьким королевством, а верная королева-царевна помогала ему во всём.
  Кирюша отряхнула корнеплод от земли:
— Валер, смотри, король!
Валерка рассмеялся и поднял другую морковку:
— А эта — на рыцаря похожа! Он защищает наше морковное королевство от злых гусениц.
    Его смех был заразительным, и вскоре они смеялись, забыв обо всём на свете. Солнце ласково пригревало спины. Но вдруг Кирюша резко замолкла и громко вскрикнула.
— Что случилось? — тревожно спросил Валерка.
  Её глаза расширились от ужаса, лицо побелело. Кирюша осторожно, будто боясь спугнуть собственную тень, взглянула вниз и прошептала:
— Жук…
  Валерка удивлённо хмыкнул, разглядывая крошечное насекомое на листе.
— Да он же милый! Совсем крошечный и безвредный!
  Но девочка лишь сильнее сжала кулаки, накрываемая ледяной волной паники. Она понимала, что это всего лишь букашка, но внутренний ужас пересиливал разум. Сердце бешено колотилось, дыхание перехватило. Сжимая край футболки, она сделала глубокий вдох и, стараясь улыбнуться, выдавила:
— Всё хорошо…
  Она постаралась говорить бодрее, хотя пальцы ещё дрожали.
  Валерка с расспросами не лез — почесал затылок и хотел вернуться к работе, но увидел, что бледная Кирюша медленно сползает на траву. Он вскочил и бросился к ней, подхватив под руки.
  Губы девочки слабо шевельнулись. Валерка наклонился, чтобы расслышать.
— Пить… — прошептала она, открыв глаза.
  Валерка рванул к краю поля, где стоял металлический бидон, зачерпнул воду кружкой и принёс Кирюше:
— На, попей.
  Та сделала глоток и жалобно проговорила «спасибо».
— Ты как? — растерянно пробормотал Валерка, разглядывая её: губы дрожат, кожа белая, как мел. — Что случилось? От жары? Или что?!
 Кирюша хотела бы исчезнуть, но вместо этого выдавила тихим, дрожащим голосом:
— Понимаешь, — слова застревали в горле, словно камни, — у меня инсектофобия.
— Инсекто… что?
— Только никому не говори. Я насекомых боюсь.
  Подбежало несколько человек. Вокруг Валерки и Кирюши сразу зашептали, замелькали любопытные взгляды. Кирюша сжала кулаки, пытаясь сдержать слезы. Она ненавидела себя за эту слабость. Но в этот момент почувствовала на плече теплую, уверенную руку Валерки. Он не сказал ни слова, но его поддержка была красноречивее любых фраз.      
  К девочке подошёл учитель, осторожно коснувшись её плеча:
— Кира, что случилось?
Та подняла глаза, полные растерянности.
— Всё хорошо… правда, — прошептала она, пытаясь изобразить улыбку.
Марк внимательно посмотрел в её усталое лицо.
— Пойди отдохни немного, там, у опушки, прохладнее, — мягко предложил он. Затем, переведя строгий взгляд на Валерку, тихо добавил: — Квасов, проводи Бойцову. Ты за неё отвечаешь.
— Хорошо, Александр Сергеевич, — кивнул Валерка, глубоко вздохнув.

  Марк, заметив недовольный взгляд Елки, громко крикнул через всё поле:
— Под мою ответственность! — и одобрительно кивнул уходящей паре.
  В этот момент Длинный с лёгкой завистью посмотрел им вслед.
— Везёт дуракам, — пробормотал он себе под нос, слегка усмехнувшись. — Одни работают, а другие прохлаждаются.
  В его глазах блеснул интерес и какое-то непонятное чувство, которое он сам не мог объяснить.