Глава 5. Морковное королевство

Морковное королевство
  Автобус остановился на пыльной проселочной дороге. Двери с шипением распахнулись, и на землю шумно высыпала разноцветная толпа школьников.
  Перед ними до самого горизонта тянулось поле — ровное,  рыже-зеленое. Ряды моркови уходили вдаль и там сливались с серо-голубым небом.
  К ребятам подошёл председатель совхоза — крепкий, коренастый мужчина. Широкие плечи чуть сутулились от привычной усталости, зато взгляд был спокойный и твердый. Он остановился перед подростками, и те быстро притихли.
— Овощи химикатами с вертолёта обрабатываем, — резко сказал председатель, будто разом сломал всю деревенскую идиллию. — Мне не жалко, морковки полно. Но грязную есть не советую.
  Девочки тут же начали поправлять головные уборы. Юлька одернула светлую панамку с надписью «Ейск». Ветка натянула на лоб потертую вельветовую шестиклинку — единственную память об отце. Остальные повязали платки, затянув узлы на затылках.
  Ребята быстро разбились по парам. Длинный привычно встал с Малым. Валерка замешкался, оглядывая новых одноклассников, и невольно поискал глазами Кирюшу.  После столовой у него внутри всё еще скребло. Он вроде бы хотел как лучше, а вышло опять по-дурацки.
«Ну и пусть дуется»,  — решил Валерка. И тут же поймал себя на том, что  ищет ее глазами.
  Кирюша стояла в стороне и делала вид, что занята платком. На него она не смотрела.
   Только почему-то от этой мысли легче не стало.
— Квасов, не тяни резину. Иди к Бобрышеву, — скомандовала Ёлка.
  Валерка покосился на одиноко стоящего Димку и насупился. Димку было даже немного жалко, но сейчас совсем не время. «Фигушки», — упрямо решил он.
  Пока ребята спорили и расходились по грядкам, Кирюша вытащила из кармана белых спортивных брюк платок и осторожно промокнула заслезившийся от мошкары глаз. В голове вдруг всплыли бабушкины слова про мамину спецовку.
«Спецовка… Штормовка…»
  Эхо маминых рассказов о стройотрядах отозвалось смутными образами.
 Ветер трепал выбившиеся пряди волос, и Кирюша то и дело заправляла их за уши. Белая кепка, ещё утром сиявшая чистотой, теперь была украшена темным пятном земли.
  «Завтра точно надену джинсы», — подумала она.
  Вдруг среди грядок мелькнул знакомый силуэт. К ней приближался Валерка.
  Подойдя ближе, он остановился, потоптался на месте и неловко улыбнулся:
— Короче… хочешь дуйся, хочешь нет, а я с тобой встану.
— Не надо,  — сказала Кирюша.
Валерка моргнул.
— Это ещё почему?
— Вдруг я опять буду “правильная очень”.
Он насупился.
— Ну и будь. Мне-то что.
  Кирюша внимательно посмотрела на старого приятеля, кивнула.
— Слушай, а можно спросить? — не выдержала Кирюша.
— Давай, — ответил Валерка.
— Только без обид.
— Хорошо.
— Ты всегда сначала делаешь гадость, а потом смотришь, простят  тебя или нет?
Валерка дернул морковь так резко, что ботва хрустнула.
— А ты всегда разговариваешь так, будто тебе за правильность медаль дали?
— Нет. Только  с теми, кто заслужил.
  Они принялись собирать морковь. Время от времени Валерка украдкой поглядывал на девочку, пытаясь поймать её взгляд.
  Неподалёку Марк наблюдал за учениками с лёгкой улыбкой. Кто-то уже держался своей пары, кто-то нарочно делал вид, что ему все равно, а кто-то явно не знал, куда себя деть.
  Заметив одинокого Димку, классный руководитель закатал рукава и пошёл помогать ему. Ёлка стояла неподалеку с недовольным видом; её строгий взгляд то и дело задерживался на учителе.
   
  Малой шустро дергал морковь из земли. Длинный же работал лениво и нехотя.
— Ну что ты копаешься? — ворчал Малой.
— Не все ж такие колхозники, как ты, — хмыкнул Длинный и нахлобучил приятелю кепку на нос. — Санёк-ек!
— Я не колхозник. Я, между прочим, дачник, — обиделся Малой. — А ты, Вован, резину тянешь. Быстрее закончим — быстрее свалим. Ежу понятно.
— Размечтался. Всё равно до часу торчать. Не торопись раньше батьки в пекло. Глянь лучше на москвичку с Квасом, — Длинный кивнул в сторону Кирюши и Валерки. — Они ещё до середины грядки не дошли.

  Кирюша уже хотела сказать что-нибудь колкое, но из земли вдруг вылезла морковь — толстая, с тремя сросшимися верхушками.
  Она не удержалась и рассмеялась.
— Валер, смотри — король!
  Валерка уже открыл рот, чтобы буркнуть что-нибудь вредное. Но морковь и правда была похожа на корону.
— Ага. Его величество Совхоз “Путь Ильича”.
  Смех Валерки оказался таким заразительным, что вскоре они уже оба хохотали, забыв про работу. Солнце приятно грело спины. Ветер шуршал ботвой.
Они уже почти забыли, что ссорились. Валерка нашёл морковь, похожую на нос, Кирюша — на Кривую ногу, и оба хохотали так, что Малой с соседней грядки крикнул:
— Эй, королевская семья, работать будете?
— Завидуй молча, смерд! — отозвался Валерка.

  И вдруг Кирюша резко умолкла.
— Ай!
  Валерка вздрогнул:
— Что случилось?
  Кирюша застыла, глядя вниз широко раскрытыми глазами. На листе сидел маленький жук.
— Жук… — едва слышно прошептала она.
— Да он же крошечный, — хмыкнул Валерка. — Ты чего, серьезно?
Он уже почти улыбнулся, но улыбка сползла сама собой. Кирюша смотрела не на жука — сквозь него. Лицо у неё стало совсем белым.
  Но Кирюшу уже накрывало. Она понимала: жук маленький. Безвредный. Даже смешной, наверное. Но тело уже не слушалось. Сердце колотилось, воздух застрял где-то в горле, пальцы стали чужими.
  Мир качнулся. Голоса стали глухими, будто кто-то опустил ее под воду.
  Кирюша судорожно сжала край футболки, заставляя себя вдохнуть.
— Всё хорошо… — выдавила она, пытаясь улыбнуться.
  Валерка сначала растерянно почесал затылок, собираясь вернуться к работе, но тут заметил, как Кирюша медленно оседает на траву.
  Он успел подхватить её под руки — быстро, ловко, будто заранее знал, как перенести её вес и на сделать больно.
— Эй! Ты чего?!
  Губы девочки едва шевельнулись. Валерка наклонился ближе.
— Пить…
  Он сорвался с места, добежал до края поля, зачерпнул воды из металлического бидона и почти бегом вернулся обратно.
— На, попей.
  Кирюша сделала несколько глотков и тихо прошептала:
— Спасибо…
  Валерка растерянно смотрел на её бледное лицо.
— Ты как вообще? Это от жары? Или что?
    Кирюше хотелось провалиться сквозь землю.
— Понимаешь… — она сглотнула. — У меня инсектофобия.
— Инсекто… чего?
— Я насекомых боюсь, — сказала Кирюша, не глядя на него. — Очень.
Валерка молчал.
— Только никому, ладно? Ни Малому, ни Длинному. Особенно Длинному.
Валерка даже обиделся.
— Я что, похож на крысу?
Кирюша посмотрела на него.
— Не знаю.
Валерка хотел оглянуться, но почему-то не смог.
— Да он сам всего боится, — проговорил он. — Просто выпендривается.
Кирюша невольно улыбнулась.
— Правда?
— Нет, — признался Валерка.
  К этому моменту рядом уже начали собираться любопытные. Послышались шепот и смешки.  Кирюша стиснула кулаки. Ей захотелось исчезнуть.
— Чего встали? — бросил Валерка, сам не ожидая, что голос выйдет таким злым. — Кино бесплатное?
Смешки сразу стали тише.
Кирюша посмотрела на него удивлённо. Валерка делал вид, что ничего особенного не произошло, только стоял чуть впереди —  будто закрывал её плечом.
   
    К ним подошёл Марк и осторожно коснулся плеча девочки.
— Кира, что случилось?
Она подняла на него растерянные глаза.
— Всё хорошо… правда.
  Марк внимательно посмотрел на её побелевшее лицо и мягко произнёс:
— Иди немного отдохни. У опушки прохладнее.
Потом перевёл взгляд на Валерку:
— Квасов, проводи Бойцову. Ты за неё отвечаешь.
— Хорошо, Александр Сергеевич, — серьёзно кивнул Валерка.
   Марк перехватил недовольный взгляд Ёлки и крикнул через всё поле:
— Под мою ответственность!
  После чего одобрительно кивнул уходящей паре.
  Длинный проводил их взглядом и хмыкнул.
— Везёт дуракам, — пробормотал он себе под нос.
Потом с силой дёрнул морковную ботву — и вдруг понял, что ему досадно. Сам не знал почему.   

***
  Валерка повёл Кирюшу к опушке, стараясь не оборачиваться. За спиной еще слышались смешки, шорох ботвы и резкий голос Ёлки, но с каждым шагом все это отдалялось. Тонкие солнечные лучи пробивались сквозь ветви и ложились на землю мягкими пятнами. Тишину нарушали только птицы да тихий шелест листвы.
Валерка шел чуть медленнее обычного и ни разу не сказал об этом вслух. Просто подстроился под ее  шаг — так естественно,  будто иначе и не умел. Кирюша заметила,  но промолчала.
   Лес встретил их прохладой. Они медленно шли по узкой тропинке, и Кирюша чувствовала, как с каждым шагом отпускает дрожь.
    Она молчала, погруженная в свои мысли. Валерка хотел сказать что-нибудь ободряющее, но слова почему-то не находились. Вскоре они вышли на небольшую поляну.
— Ты откуда дорогу знаешь? — спросила она.
— Я тут раньше часто ошивался. Батя в совхоз ездил, а я его ждал. Сначала у машины сидел, а потом сюда стал бегать.
— Не страшно было?
— Мне? — он фыркнул. — Я тогда вообще ничего не боялся.
Кирюша с улыбкой посмотрела на него.
Валерка помолчал и добавил тише:
— Тут спокойно. Поэтому и запомнил. Давай присядем. 
Он кивнул на старый пень.
  Кирюша молча согласилась и осторожно села. Её плечи постепенно расслабились, а лицо стало спокойнее. Она закрыла глаза и глубоко вдохнула свежий лесной воздух.
— Поговорим? — спросил Валерка, присаживаясь рядом.
— О чем?
— Не знаю. Про жука не будем. Про фотоаппараты тоже.
Кирюша фыркнула.
— Тогда тем почти не осталось.
Валерка улыбнулся краешком  рта.
— Про морковного короля.
  Кирюша посмотрела на него чуть дольше обычного.
— Я лес люблю. — Валерка посмотрел куда-то в сторону.  — Тут нормально. Не как в школе. Не как… ну, вообще.
  Кирюша чуть улыбнулась и провела пальцами по мягкой траве.
— Может быть...
Валерка помолчал, пнул носком сухую шишку.
— Тут, если молчишь, никто не лезет.

  Кирюша смотрела, как солнечные пятна дрожат на траве, и вдруг подумала что они похожи на шаги — лёгкие, быстрые, невозможные для неё.
  Вдруг она оживилась:
— Смотри, какие цветы!
  Валерка усмехнулся. Вот такая Кирюша ему нравилась больше — не бледная, не испуганная, а почти прежняя.
— Хочешь, я тебе... ну венок сплету? — вдруг сказал Валерка. И тут же пожалел: прозвучало совсем не по-пацански.
  Но Кирюша сразу просияла.
— Хочу.
  Они собирали цветы, и их пальцы то и дело встречались среди тонких стеблей. Валерка вплетал цветы один за другим, старательно хмурясь, будто занимался чем-то очень важным. Кирюша смотрела и едва сдерживала улыбку.
  Наконец венок был готов. Валерка осторожно надел его ей на голову. Цветы легли в ее волосы неровным, смешным и почему-то очень трогательным кругом.  В глазах Кирюши вспыхнули искорки счастья. Она осторожно коснулась венка пальцами и вдруг вспомнила морковного короля. У того корона была смешная и кривая, вся в земле.  А эта — настоящая. Почти настоящая.
— Ну как?
— Во. Теперь ты вообще как…
— Как кто?
— Да не знаю. Как из сказки. Типа лесная фея.
Он тут же отвел глаза.
— Только не ржи.
Девочка смущённо покраснела и отвела взгляд.
  Когда они вернулись, Валерка сразу заметил взгляд Длинного. Тот смотрел не на Кирюшу —  на венок. И слишком внимательно. Слишком довольно.
Валерке этот взгляд не понравился. Он уже знал: Вован просто так ничего не замечал. А если замечал — потом обязательно делал из этого гадость.