Как я покоряла Монблан

     Лет десять назад, когда я ещё жила за границей, я стала брать уроки рисунка в художественном ателье. Наша преподаватель, выпускница одного из питерских вузов, ещё студенткой, как она рассказывала, брынчала на гитаре, потом раскрашивала деревянные поделки в безденежные девяностые, вскорости уехала из страны по приятным личным обстоятельствам и организовала студию, куда я и ходила. Я вообще не понимала, как её угораздило с художествами. Она была не столько ярым художником, сколько ярым альпинистом. В перерывах между нашими занятиями она неутомимо пыталась обратить меня в свою веру: что мол нет ничего увлекательнее, чем пешком в горку, что каждый такой поход неповторим, да с рюкзаком, да с ночёвкой на станции, да ты сможешь - ты же катаешься на лыжах, да какие наверху огромные скалы, да какой там невообразимых размеров ледник для альпинизма… Она не каталась на лыжах, я не ходила в походы. Приходилось всё время вежливо отказываться, парируя тем, что вниз с горки, да с ветерком, да с перерывами на кофе в шезлонге – куда легче и приятнее: горные ручейки журчат, птички стрекочут, подъемник везёт на вершину – ко всем плюсам ещё и пейзажи, которые не увидишь в походе… только вовремя следи, чтобы не скатиться не туда, ни на кого не наехать и чтобы не наехали на тебя. А когда снимаешь горные ботинки и переобуваешься в нормальную, человеческую обувь, этот момент один из самых запоминающихся! На вопросы, больно ли падать, приходилось отвечать, что если умеешь тормозить, то считай, что умеешь кататься и что несмотря на честно отработанные десять часов с инструктором, иногда, действительно, катишься на спине…

 Но однажды я сдалась.

 Сбор рюкзака - особенный ритуал! Каждый грамм – вес. Сколько таких граммов наберётся в килограммы, которые нести тебе, зависит только от тебя. Поняла я это уже на узенькой тропинке на середине пути. Ещё я поняла, почему она буквально заставила меня взять свой невесомый спальный мешок из шёлка, который сложился в чехол размером с ладонь и зачем нужны были манипуляции по выдавливанию зубной пасты из обычного тюбика в почти микроскопический.  Вместе с напарницей по горнолыжному клубу, обе были в тяжелых горных ботинках, со связкой верёвок и крючков для скалолазания, касками, фонариками, разным оборудованием, которое складывалось сверху на рюкзак. В своих кроссовках для бега и мини-рюкзаком я всё время пыталась хотя бы не терять их из виду за очередным поворотом горы. Иногда они оборачивались, местами подстраховывали и подбадривали шутками, в которых проскальзывало неудобство из-за «этого тихохода». Последние метров сто на вершину по валунам и льду пришлось ползти чуть ли не на четвереньках. Спроси меня сейчас, что это было за место – даже приблизительно не вспомню – боковая гряда где-то на 2500 у Монблана. Тропинка по местным меркам - одна из самых лёгких, почти прогулочных, так как начиналась от верхней станции вагона-подъемника - нужно было пройти лишь небольшой, очень пейзажный участок склона вдоль Монблана, а не все 2500 наверх от подножия горы.

Ледник действительно оказался большим, а вид ошеломляющим – белое слепящее солнце и белый лёд! На солнце лицо горит, в тени же пронизывает до костей. Слоистые скалы и тишина. Отсутствие жизни. Суровый, малопригодный для жизни ландшафт. Рядом с «горным домом» на маленьком пятачке с надписью «Осторожно, здесь приземляется вертолет», свесив ноги со скалы, загорал кто-то из здешних работников. Вертолёт, кстати, единственный транспорт, чтобы доставить элементарный набор продуктов и воду. Обычный набор привычного на равнине быта в «горном доме» уменьшался до микроскопического. Как и личное пространство.
 
Девушки-работницы говорили со странной интонацией на очень медленном французском и медленно реагировали - видимо, физика и психика приспосабливаются, чтобы жить на высотах. Там у них вообще всё очень, очень медленно. Таких как я «не-походников» было мало, в основном поджарые альпинисты всех возрастов в узких, светоотражающих очках и с сумасшедшим загаром. «Горцы» - это вообще особая каста. При первой же возможности рвутся наверх. Что их так притягивает в этой безжизненной земле, на которой к тому же трудно нормально дышать? Пообедав, они быстро рассредотачивались по леднику – в огромных панорамных окнах виднелись вдалеке их маленькие движущиеся фигурки.

     …Когда на следующий день мы спустились вниз, помню точно, что радовалась нормальному воздуху, галдежу в кафе и земным, адекватным людям вокруг, как точно и то, что запомню свой самый необычный рассвет среди льдов в августе.

Март 2025