керамическая тетрадь

Вещий ветер стлался полем, травы гнулись пред судьбой,
и казалось – ещё не так больно, но уже не вернуть покой.
Гул в ветвях нарастал, как эхо, как далёкий набат войны,
Как тот голос, что шепчет: «Поехал…»
Но не скажет, когда –
«вернись».

На губах привкус чая горек, в тёплой чашке –
уснувший шторм.
Я гадаю: быть может, скоро
усмирится и этот
гром?

Ветер идёт по крышам, вгрызается в окна,
шарит по улицам,
роется в тёплых дворах.
Вечер, как выдох, спрессован, скомкан,
лёгкие жмёт,
разливается в проводах.

Ветер вещает: «Будет. Будет. Ты ведь уже не тот,
кто вчера».
Гул в ветвях – как чужие судьи,
время нежно хрустит на моих костях.

Травы примяты — в этом примета.
Значит, хотели упасть, но привстать.
Кружка с чаем в ладонях – как лето,
втиснутое
в керамическую тетрадь.

Буря гаснет, скользит по краю,
в чашке становится просто след.
Я выдыхаю.
Я принимаю.
Я остаюсь.
Видимость бури вослед.

// 12.03.2025