Чужая раса 9. Орм Кранц

Художник Randall Wilson

 
Глава 9. Орм Кранц

Далее в наушниках Германа Ромма звучали чёткие команды полковника и ответы командиров батальонов.
После того как последние три танка первой линии произвели выстрелы, танки второй линии, ревя моторами, объехали своих собратьев слева и остановились впереди них ожидая команды, и в свою очередь выстрелили. Потом танки третьей линии объехали отстрелявшиеся танки первой и второй линии и остановились впереди, ожидая указания номеров мишеней.
В течение двух часов танки маневрировали и стреляли, постепенно приближаясь к изрытой снарядами каменной гряде. Всё меньше оставалось неповреждённых мишеней с изображением техники и укреплений условного противника. Казалось, что танкисты с возрастающим воодушевлением и азартом выполняют приказы своих командиров.
В последние полчаса танки уже не останавливались, когда, маневрируя, достигали первой линии. Они продолжали медленно ползти вперёд, ожидая приказа, и получив его, на ходу посылали смертоносные снаряды в мишень.

Потом каждая сводная танковая рота, практикуясь в пулемётной стрельбе, расстреляла «отряд диверсантов условного противника», около четырёх десятков мишеней в виде серых солдат с автоматами, «внезапно появившихся» в соседних зарослях густых кустов.
По мере увеличения интенсивности стрельбы мишени, изрешечённые пулями, всё больше походили на дуршлаг для промывки овощей. Некоторые мишени, перебитые пулями пополам, подламывались и падали в густую траву. В наушниках звучали радостные крики танкистов.
– Радуются как дети! – снисходительно произнёс полковник. – Но мы можем позволить себе эту маленькую слабость. Учения такого масштаба у нас проходят не часто.
Скоро почти все мишени превратились в решето. Стрелки патронов не жалели. Танки достигли первых останков «солдат условного противника», и стали давить их гусеницами.
На этом учебные стрельбы завершились.

Полковник объявил общее построение и все «барсы», маневрируя, выстроились в такое же каре только в обратную сторону с танком полковника во главе.
– Говорит орёл один, – раздалось в наушниках у Ромма. – Какие будут приказания, барс? Приём.
– Четверть часа на отдых и в обратный путь. Приём, – ответил полковник.
– А как же командирский выстрел, господин барс? Приём, – вкрадчиво осведомился майор, «орёл один», командир первого батальона.
– Орёл один, дружище, хорошо, что напомнил, а то я совсем забыл, – полушутя ответил Орм Кранц. – Разрешаю включить общий канал, – и сам щёлкнул переключателем.
В наушниках Ромма сразу ворвался гомон голосов танкистов, которые обсуждали только что проведённые стрельбы.

Через некоторое время Орм Кранц закончил писать краткий отчёт о проведённых учениях танкового полка и закрыл планшет:
– Шульц, – обратился он к механику-водителю, – разверни машину на сто восемьдесят градусов.
Взревел двигатель, и танк, подминая под себя чернозём вперемешку с травой, развернулся на месте.
Орм Кранц взглянул в телескопический прицел. Пару минут он рассматривал склон горы, потом сверился с планшетом и щёлкнул переключателем:
– Внимание батальоны, внимание, говорит барс один, говорит барс один, – раздался спокойный голос полковника в наушниках Ромма. – Разрешаю экипажам покинуть машины, дабы насладиться прекрасным зрелищем!

Сквозь смотровой прибор Ромм видел, как танкисты вылезали из люков и усаживались на броне, некоторые из них закурили.
Через несколько минут Орм обратился к заряжающему:
– Тарк, фугасный.
Тарк поднял десятикилограммовый снаряд и послал его в ствол. Щёлкнул затвор:
– Есть, командир.
Совершив необходимые манипуляции по наводке орудия, полковник нажал на гашетку. Прогремел выстрел. Через несколько секунд остатки мишени зенитного орудия разлетелись в щепки, окутанные серым дымом. Танкисты, сидевшие на броне «барсов», начали с воодушевлением кричать, всем своим видом выражая полное одобрение произведённым выстрелом.

Далее можно было наблюдать, как башня командирского «барса» медленно поворачивается вправо, а ствол орудия опускается вниз. С минуту зрители затаив дыхание следили, как ствол совершает еле заметные движения, необходимые для более точной наводки на цель. Наконец прозвучал выстрел – обгорелые остатки дота разлетелись на куски. Танкисты, не скрывая своего восхищения, кричали и хлопали в ладоши.
Через пару минут прозвучал третий выстрел и половину мишени вражеского танка сравняли с землёй, точнее со скалами. Опять звучали аплодисменты и громкие выкрики одобрения. Кто-то из танкистов затянул песню, которую сочинили более четверти века назад первые переселенцы с Нергала. Остальные сразу подхватили. Некоторые из солдат достали губные гармошки.
Под этот аккомпанемент песня как бы обрела крылья и полетела над зеленеющей долиной, обгоняя редкие низкие облака и одиноких птиц, парящих в ярко-голубом небе:

Сегодня нам всем командор приказал
Оставить навеки планету Нергал,
И сотни виман устремились в полёт
В надежде, что где-то нас родина ждёт.

Вперёд, вперёд к заветной светлой цели,
Мы гордо флаг поднимем боевой.
Нам не дано уснуть в своей постели
Пока не завершится этот бой!

Во время первого куплета и припева через открытые люки вылезали всё новые и новые танкисты в чёрных комбинезонах, внося свою лепту в исполнение песни, которая уже давно стала неофициальным гимном колонии марсиан в Атлантиде.

Всё дальше от дома летят корабли,
Но в каждом осталась частичка земли,
Прекрасной когда-то, а ныне, увы,
Покрытой снегами суровой зимы.

Вперёд, вперёд к заветной светлой цели,
Мы гордо флаг поднимем боевой.
Нам не дано уснуть в своей постели
Пока не завершится этот бой!

Воодушевление нарастало. Солдаты хлопали ладонями по своим коленям и броне танков в такт музыки.

В душе мы скорбим, что случилась война,
И в этом частично есть наша вина.
Нам жалко планету, её не спасти,
Но сердце стремится свой дом обрести.

Вперёд, вперёд к заветной светлой цели,
Мы гордо флаг поднимем боевой.
Нам не дано уснуть в своей постели
Пока не завершится этот бой!

Орм Кранц, а за ним Герман Ромм вылезли через верхний люк наружу и уселись на броне. Скользя взглядом по рослым фигурам солдат, Ромм разглядел среди танкистов женские силуэты. К началу четвёртого куплета сила звука и слаженность импровизированного хора достигла своего апогея. Многие танкисты поднялись и исполняли гимн, стоя по стойке «смирно»:

Нергал как мираж растворился вдали,
Но штурман уверенно вёл корабли,
И вот, в лёгкой дымке красот не тая
Предстала чужая, но наша Земля!

Вперёд, вперёд к заветной светлой цели,
Мы гордо флаг поднимем боевой.
Нам не дано уснуть в своей постели
Пока не завершится этот бой!

Отзвучали последние строки припева, и над живописной долиной повисла торжественная тишина, нарушаемая только щебетанием птиц из соседней пальмовой рощи. Выждав несколько минут Орм поднялся и хорошо поставленным голосом произнёс:
– Соратники! Братья по оружию! Благодарю вас всех за ваше мастерство. Благодарю за неиссякаемую веру в нашу победу. Великий командор неустанно ведёт нас по пути к совершенству!
Нация превыше всего! Наши дети и внуки будут жить в лучшем мире, преодолевшем войны, нищету и разруху. Орден новой расы набирает силу. Наших потомков ожидает благоденствие, процветание и счастье здесь, на нашей новой родине!

После паузы он продолжил:
– Почтим минутой молчания всех погибших в этой навязанной нам войне!
Все сидевшие на броне танкисты поднялись и замерли по стойке «смирно». Выждав около полминуты, Орм резким движением вытянул правую руку с открытой ладонью вперёд и вверх в официальном приветствии:
– Слава Ордену новой расы! – прокричал он и приложил кулак к сердцу.
– Слава! – дружно выкрикнули танкисты, повторив жест командира.
– Слава Ордену новой расы! – повторил полковник.
– Слава! – ответили батальоны.
– Слава Ордену новой расы! – в третий раз крикнул Орм.
– Слава! Слава! Слава! – громовым эхом прокатилось по долине.
– Братья! Благодарю за верную службу! – зычно продолжал полковник. – С нами Бог!
– С нами Бог! – дружно повторили танкисты.
– По машинам! – выкрикнул Орм Кранц, завершая этот митинг.

Танкисты стали залезать в люки грозных «барсов». Ромм, а за ним полковник тоже забрались в танк и заняли места согласно штатному расписанию.
– Шульц, – обратился полковник к механику-водителю, – разверни машину.
«Барс», снова поворачиваясь на месте в ту же сторону, довершил полный круг в триста шестьдесят градусов. Орм щёлкнул переключателем:
– Говорит барс один, говорит барс один. Возвращаемся на базу. Я головной. Как слышите? Приём.
– Орёл один. Слышу хорошо. На базу, – раздалось в наушниках у Ромма.
– Койот слышит хорошо. На базу.
– Говорит лиса. На базу.
– Говорит барс. Пока всё. Отбой, – завершил диалог полковник. – Шульц, вперёд! – обратился он к водителю.
– Есть, мой командир! – вымолвил механик и взялся за рычаги.
«Барс» плавно тронулся с места.

С высоты птичьего полёта можно было наблюдать как танки с чёрными крестами на броне, выстраиваясь в колонну по три в ряд начиная с первого батальона, ползли за машиной полковника. Продефилировав по равнине и преодолев неширокую речку, танковый полк при въезде в горное ущелье стал перестраиваться в колонну по одному. Не прошло и получаса, как последняя машина скрылась за поворотом горной дороги.
Птицы опять начали щебетать, а юркие серые зверьки, чем-то напоминающие крупных белок, прыгать по зелёной траве, освещаемой ласковым Солнцем. Если бы не изрытая гусеницами земля и обезображенные взрывами склоны старых гор с остатками обгорелых мишеней, ничто не напоминало бы об учениях, проведённых элитным танковым полком марсианской колонии «Последний оплот Нергала»!