История третья. Предрассветная тишина

Как-то так сложилось, что тема снов составляет важную часть моей жизни. Реальность сна кажется мне не менее важной и настоящей, чем та, в которую мы окунаемся по пробуждении. События, происходящие там всегда находят отражение в бодрствующем состоянии. А если совсем начистоту – лично я не взялась бы провести четкую границу между тем и другим. Эти две реальности – сна и бодрствования – плавно перетекают одна в другую. Иногда причудливо переплетаясь, иногда как бы налагаясь одна на другую. И так было с самого детства. Мои родители очень удивлялись и порой даже беспокоились глядя на меня. Я была очень спокойным и погруженным в себя ребенком. Мне никогда не было скучно. В то время, как другие дети весело резвились во дворе, играя друг с другом или поминутно дергая взрослых, я могла спокойно сидеть дома и смотреть в окно.

Луч солнечного света, упавший на ковер или запутавшиеся в мамином хрустале в буфете солнечные зайчики могли надолго приковать мое внимание. И тогда я словно погружалась в странное, но очень приятное оцепенение, в котором все прекрасно осознавалось, но при этом начинало выглядеть не так, как выглядело до этого. Я могла за привычной картиной окружающего мира прозревать какие-то иные миры и ловить соответствующие им ощущения. Это наполняло мою внутреннюю жизнь, хотя внешне могло никак не проявляться. Это-то и пугало моих родителей. Они начинали меня тормошить и для пользы здоровья выгоняли гулять на улицу. Но и на улице мне было также хорошо, как дома. Я не была общительным ребенком, хотя и не избегала компании других детей. Но все-таки одной мне было лучше. Например, зимой я могла с удовольствием кататься с горки в шумной компании других детей, а потом остаться лежать где-нибудь в сугробе неподалеку и долго смотреть на звездное небо или на верхушки деревьев. Когда я приходила в себя, вполне могло оказаться, что все уже разошлись по домам и только я одна еще «гуляю во дворе». Что это было – погружение в себя или наоборот растворение во внешнем мире, - я не знаю. Но состояния эти я очень любила, да и сейчас очень радуюсь, когда удается уловить хотя бы слабые их отблески.

Собственно, это я все к чему? К тому, что для меня даже самые, казалось бы, незначительные события внешней жизни могли иметь глубокое внутреннее значение. Об одном таком значительном для меня незначительном эпизоде мне и хотелось бы сейчас рассказать.

Я назвала эту главу «Предрассветная тишина». И вот почему. Одно из воспоминаний детства очень настойчиво приходит ко мне в последнее время - лето, раннее утро, я так думаю, не позднее четырех-пяти утра. Сквозь плотно занавешенные шторы пробивается легкий голубоватый предрассветный свет. Тихо. Все еще спят. Не слышно никаких звуков ни в доме, ни на улице. Я лежу и прислушиваюсь к этой тишине. Постепенно я начинаю различать тиканье часов, посапывание во сне сестры, мерное дыхание родителей, легкий щебет птиц на улице. Все звуки словно окрашены в синеватый цвет. Это наполняет меня состоянием умиротворенности и даже, я бы сказала, благости. В такие моменты кажется, что все в мире на своих местах. А сам мир – это удивительное и безграничное место, где все в полном порядке, все подчинено единому доброму и правильному замыслу, и все, что когда-либо было, есть и будет – создано для всеобщего счастья и радости. Это я очень примерно неуклюжими словами пытаюсь описать свое тогдашнее состояние-понимание.

И тут я слышу первый звук – звук мотора проезжающего под окнами первого автобуса. Он не нарушает гармонии и тишины. Он часть ее. В мире, где все в порядке, начинается новый день – об этом и возвещает первый автобус. Он едет по сонному городу. Он сам еще спит и видит сны. Сны о малышах, спящих в своих кроватках. Сны об их утомленных за предыдущий день, но радостных родителях. Сны о чутко дремлющих на рассвете стариках и о полных жизни и веселья молодежи. Сны о наполненных созидательным трудом буднях и о спокойных вечерах в кругу семьи. О любви, вдохновении и дерзаниях.

Так начинается новый день. Так чувствую я. Звук мотора автобуса постепенно удаляется, затихая в предрассветном тумане. Я тоже уплываю следом за ним, засыпая. Пусть новый день начнется как таинство, без вмешательства чьего-либо внимания. Сонный автобусик проснется сам и разбудит город. Город засияет в лучах восходящего солнца и наполнит радостным предвкушением и обещанием счастья своих пробуждающихся жителей. А я пока еще немного посплю.