Книжный спекулянт

Пара худощавых студентов с трудом тащила за собой тяжелые баулы в клеточку, плетясь по вокзалу. Сергей оглядывался по сторонам, иногда поправляя комсомольский значок на лацкане пиджака. Подумать только, комсомолец занимается коммерческой наживой! Непристойный барыга! Капиталистическая ересь, не иначе. Впрочем, кому теперь было дело до комсомола? Кому было дело хоть до чего-то?

На дворе стояла Перестройка, а Женька только вернулся с двухгодовой службы в стройбате где-то в Подмосковье. "В Москве сейчас нет сахара, плохо с солью и стельками" - написал он в одном из своих писем родным. Казалось, в стране происходили какие-то нездоровые перемены, хотя все еще наивно полагали, что партийное руководство сможет вырулить из этой ситуации.
В общем, насмотревшись на типичные армейские будни, (ярко отраженные в комедиях вроде "ДМБ"), парнишка быстро плюнул на мечту о карьере доблестного офицера и пошел грызть гранит науки в университете.

Придя прямо в дембельской парадке, и честно сказав, что знания о точных науках уж давно отшибло табуреткой, Евгению таки удалось поступить в местный политех. И так уж получилось, что нашему герою, быстро занявшему должность в комсомольской ячейке, удалось сдружиться с Серегой - крайне предприимчивым товарищем, живущим от одной авантюры до другой. А сблизила их любовь к книжкам.

Еще с юности Женек как следует облазил всю школьную библиотеку, первым получая на руки самое интересное чтиво, что таки не мудрено, особенно когда твой отец - директор этой самой школы. Во времена без Интернета, исторического контента не хватало, так что любопытство приходилось удовлетворять самыми радикальными методами. Ну, при удобном случае, Евгений с радостью спер из школьного архива книжку про ядерные бомбардировки Японии. По тем временам это было круто. Еще круче было только прочтение "Аквариума", с помощью одного знакомого ценителя самиздата. Роман перебежчика Суворова-Резуна позволил Евгению еще долго хвастаться байками про советскую разведку, что вызывало у девушек неподдельный интерес. В те времена многие и не догадывались, что такое ГРУ..

Как заядлые книголюбы, Евгений и Сергей понимали, что ловить в их небольшом южном городке было нечего. Ценообразование на местных рынках конкретно так нарушало всякое приличие. Хоть в Союзе под эгидой демократизации все же врубили печатный станок на полную катушку, за пару томиков "Графа Монте-Кристо" на базаре все еще просили чуть ли не половину месячной зарплаты. А раритеты вроде Стругацких или романа "Наследник из Калькутты" (известного тем, что его написал по памяти гений-зек из сибирских лагерей) могли стоить еще дороже.

Нашим друзьям оставалось лишь пускать слюни на это букинистическое великолепие, но тут подвернулся случай. Серега вычитал в одной газете, что в Москве книжки-то подешевле будут. Ради интереса решили проверить, на выходных смотались и посмотрели. И не зря! Книга, что у них в регионе могла толкаться рублей за сорок, в Москве не стоила и трешки.

Так почему бы самим не начать торговлю? Математика проста, загружаем в столице все сумки этой макулатурой, и продаем подороже у себя. Берем быка за рога! Наскребя стартовый капитал, и вспомнив, что студентам полагаются льготные билеты на поезд, Женька с Серёгой решили рискнуть. Подпрягли друзей, соорудили столы для раскладки товара, и дело пошло веселее.
Теперь, почти каждый день, копеечная московская литература сбывалась даже не втридорога. Цены завышались в десятки раз, что позволяло неплохо зарабатывать. Наличка текла рекой. Правда, иногда приходилось решать вопрос с милицией, но, благо, они сами были людьми интеллигентными, так что пары книжек вполне хватало для решения любого вопроса.

И вот, в очередной раз возвращаясь из Москвы, наш дуэт с удивлением узнал, что цена на билеты значительно повысилась. А поскольку лишних денег с собой толком не было, пришлось отдавать все, что оставалось в кошельке. Ох, казалось бы, проблемы на этом кончились..

В этот раз попалась особо привередливая проводница, которая заявила, что если за эту ручную кладь не заплатят как за доп.груз, хрен она выдаст товарищам спальные принадлежности, в том числе и матрас. А поскольку провести всю ночь на металлическом каркасе казалось не самой лучшей идеей, пришлось выкручиваться, и бегать по всему поезду в попытках сбыть несколько книжек. Все же за час-другой удалось собрать нужную сумму. В основном помогли грузины из соседнего купе.
То были деловитые коммерсанты, с сочувствием поглядевшие на парочку доходяг. "Э, да ладно, мы сами были студентами такими же, че тут.." - сказал один из них.

Уже ближе к вечеру, праздные восточные товарищи постучали в купе к книголюбам, позвав их посидеть в вагоне-ресторане за свой счёт. Те, естественно, согласились.
Вместе с яствами, взяли к столу бутылку недурной водки. Но что есть чекушка, да на четверых? Заказали ещё одну. И ещё..

Конечно, после такой горячки, проскочив этап братания, начались неожиданные распри. Яблоко раздора лежало в личности Иосифа Виссарионовича, о котором грузины высказывались с глубочайшим почтением, впихивая упоминание о нем в каждый свой тост. Это крайне бесило Сергея, так как тот всегда плевался в фигуру усатого вождя из-за репрессированного дедушки. Он пытался доказать собеседникам, что их кумир - убийца и тиран. Разумеется, это драконило их все сильнее.

— Палач народов ваш усатый! Да вы знаете, а то-ж..

Евгений, отличавшийся особой сообразительностью после хорошего подпития, смекнул, что спорить с людьми, у которых ты на халяву ужинаешь - не очень-то культурно. А получить по морде от них, в случае чего, и того хуже. Так что, подняв рюмку, он прервал разборку, лаконично заявив:

— Да какая нахрен разница, был ли Сталин хорошим и плохим? Главное для нас то, ЧТО ОН БЫЛ ВЕЛИКИМ!

На том и порешали. Грузины одобрительно кивнули, постукивая рюмки. Серега неодобрительно скрипнул зубами, приняв такую версию. Как говорил тогдашний генсек, удалось найти консенсус. Вот такой он, настоящий консенсус эпохи. 

На перрон Женя с Серегой сошли уже утром. Через неделю - опять в Москву. Страна действительно катилась куда-то к черту, а эти двое шли к своей первой тысяче рублей. Пройдет всего пару лет и судьба их, закадычных друзей, разведет навсегда.  Серега станет писать стихи, возьмет себе прозвище "Невероятный", потом подастся в ученики бывшего мента, объявившего себя Христом. Который Виссарион. До сих пор живет в Сибири и ждет апокалипсиса. Женька же стал инженером, обзавелся семьей и.. Вот такую историю я и узнал на очередном новогоднем застолье.