Мои находки

                Золото Каспия
 Эта история случилась со мной очень давно. В прошлом веке. Я была молода. Всего двадцать два года. Девчонка!  Впереди маячил ещё один год учёбы в консерватории. Последний.
А пока что, в то горячее лето, все мои мысли были только о свадьбе. Через два месяца, совсем скоро, я выхожу замуж, и – здравствуй, новая жизнь! Навсегда освобожусь от родительской опёки. Будущее рисовалась в самых ярких красках.
Занятая этими мыслями, и в предвкушении безоблачного счастья, я беспечно шла босиком по золотистому песку шиховского пляжа к раздевалке.

 Нас было четверо: я со своим женихом, и его сестра с молодым человеком, своим будущим мужем.
Пляжников было мало. Наверно потому, что это был будничный день. Голубая вода Каспия, не потревоженная ветерком, ласково манила к себе освежиться после часовой тряски в тесном автобусе. Нигде больше я не получала такого удовольствия от морских купаний. А погрузившись в воду Атлантики, или Карибского моря, непременно вспоминала родное Каспийское море и воображала, что я там, дома...

 Моя будущая родня устроилась почти у самой кромки воды, вытаскивая нехитрую снедь из привезённых из дома кошёлок. А я, предоставив им хозяйничать, пошла погулять перед тем, как поборов застенчивость, облачиться в купальный костюм.
Не успела я дойти до раздевалки, сооружённой из четырёх щитов, внизу открывавших ступни ног, а сверху – головы переодевающихся пляжников, как заметила что-то блестящее на песке. Нагнулась посмотреть – батюшки! Золотые вещи без присмотра валяются.  Два массивных золотых  обручальных кольца (как сейчас помню!), ещё какие-то золотые колечки и часики... Я оглянулась –  вблизи нет никого. Лежит себе золото, как не родное. И только вдали, метров в десяти, а то и больше, сидят двое: мужчина и женщина восточной наружности. Явно старше меня. Полдничают на свежем морском воздухе.
Ну, мне и пришло в голову: кому, как не им может принадлежать золотишко? Поясню: восточным девушкам на свадьбу, по их замечательному обычаю, дарят килограмм золота в ювилирных изделиях. Ну, или что-то близко того. Правда, показалось странным: почему эти двое оставили дорогие украшения чуть ли не за километр от себя? Но я стряхнула набежавшие сомнения, торопясь совершить благое дело, пока охотнички до чужого добра меня не опередили.

 Иду к ним, спрашиваю женщину, протягивая руку с драгоценностями: - Ваше?
Она: - Сейчас у мужа спрошу! (тут бы мне догадаться... но!)
Муж оборачивается, и хвать! - Да, наше! И цепко так, почти ударил по моей ладони, хватая золото.
С чувством выполненного долга я удалилась.
И только позже снова засомневалась: а на самом ли деле ихнее было золотишко-то?... Странно ведь, что женщина не признала сразу же свои драгоценности. А если даже и её золотишко, неужели положила на песок и забыла о них, усевшись далеко в стороне?
Боюсь, что по молодости и по неопытности, совершила ошибку, обездолив настоящих владельцев золотых украшений. Сейчас я, конечно же, вначале спросила бы, не потеряли ли они вещи, и что именно. И только удостоверившись, что это их имущество, вручила бы его растяпам.
Впрочем, кто тут  растяпа, а кто балбес – это ещё большой вопрос!

                Обед на песке

Сразу скажу: жизнь не баловала меня ценными находками. Но пару раз случалось. Первый раз – на пляже, в далёкой молодости, когда нашла золотые ювелирные изделия и тут же вернула их предполагаемым хозяевам.
Второй раз случился через несколько лет. И финал моей находки был разительно не похож на первый случай. Но, по порядку.

 Я по профессии скрипачка. Работала всю жизнь, начиная с десятого класса, и до отъезда в Америку, в нескольких симфонических оркестрах. Играть в оркестре я любила с детства, точнее с четвёртого класса, когда оркестр стал обязательным предметом для струнников в музыкальной школе.
Симфонический оркестр бакинской филармонии был пределом моих мечтаний. К счастью, моя мечта осуществилась. И долгие семнадцать лет (которые на самом деле быстро пролетели) я проработала в этом оркестре.

 Работа в оркестре была безумно интересная. Каждое утро я просыпалась в предвкушении праздника. Меня ожидала красивая музыка. Интересные турне по братским республикам. Да и к нам, в филармонию, часто приезжали новые дирижёры и солисты со всего Союза и из-за границы. Это была самая замечательная работа в мире!

 А летом наш оркестр отправлялся с концертами по районам Азербайджана. Нас сажали в небольшие автобусы и на несколько дней, или неделю, мы уезжали от семьи, от детей, в мини-путешествие.
Местный народ встречал нас с воодушевлением. Живые артисты! Музыканты и певцы! В основном, наш репертуар состоял из произведений азербайджанских композиторов. Но исполнялась и классическая музыка. Ездили мы небольшим составом. И концерты чаще всего проводились  на открытом воздухе. Репетиций не было – мы в них не нуждались. Играли разве что не наизусть давно заученную программу. Отыграли концерт – и в автобус, в другое село или маленький городок. По пути, днём, заезжали в придорожную шашлычную  пообедать. Нам выносили стулья, столы, ставили их перед входом прямо на землю. А кое-где – прямо на песок. И вот в один из таких обедов на песке и случилась та странная история.

 Был летний полдень, но в тени высокого развесистого тутового дерева жара почти не ощущалась.
Наша небольшая компания оркестрантов расселась на стульях за несколькими маленькими,  составленными рядом, алюминиевыми столами. Вместо горячего асфальта у нас под ногами был прохладный песочек. Мы ожидали, пока принесут наш заказ.

 Эх! – сказал кто-то из наших парней-духовиков, - сейчас коньячок не помешал бы!

 Не знаю, что на меня вдруг нашло. Я решила подшутить над любителями далеко не прохлаждающих напитков, и завопила во весь голос:
- Сейчас вам будет коньяк!
Наклонилась и, дурачась, стала шарить рукой у себя под ногами.
Как вдруг, моя рука нащупала рядом со стулом, закопанную в песок бутылку.
Не веря своей удаче и понятия не имея, что это я в действительности «выудила» из песка, я подняла высоко вверх бутылку... коньяка!
Разговоры и смех за столом на минутку стихли. Все оцепенели. И я в том числе.
Это было похоже на какой-то трюк фокусника. Но я ведь не фокусник. Что же это значит?
Первым опомнился Эльдар, который озвучил свою мечту о коньяке.
- Здорово! – закричал он.  И тут же, не переводя дыхания: - А теперь давай водочку!
Прямо, как в ресторане. Заказал!
Я не растерялась и решила продолжить шутку, попутно дав ему щелчка, чтобы не слишком раскатывал губу.
- Сейчас!
И снова полезла шарить руками под своим стулом. И опять моя рука нащупала бутылку в ямке прохладного песка!
 Это уже было ни на что не похоже. Не веря сама себе, я медленно, растягивая ожидание голодных товарищей, подняла руку с крепко зажатой бутылкой.
 Надо же! Я выполнила и этот заказ. То была водка!
Музыканты за столом зашумели, задвигались. Кто-то просил: - ещё давай! Другие смеялись, на веря своему счастью.
 Наконец, наш шум и гам привлёк внимание окружающих.
С соседнего стола поднялся молодой азербайджанец в белой рубашке и подошёл к нам.
Ладно, ребята, - обратился он к нашим парням. – Водку оставьте себе, а коньяк – я заберу.
 Наши, не возразив ни слова, отдали ему коньяк.
 
 Пиршество продолжилось. Обычно, в таких случаях говорят – добро свалилось с неба (наверно, намёк на манну небесную). Но наш случай был особый. Не с неба, а «из-под земли» достался нам подарок.
Прошёл не один десяток лет с тех пор. И вспоминая то, что произошло, я продолжаю ломать себе голову: как же так случилось? Странно, что именно я «раскопала» подарочки, заранее пообещав при этом, что достану друзьям выпивку.
И второе, не такое уж и странное: кто мог забыть две бутылки коньяка и водки? На этот вопрос ответить легче. Ну, бывает. Зарыли в холодный песок охлаждаться напитки. А выпили так много, что ушли и забыли о них.
Кому-то повезло! А мне, как непьющей, и капли в рот не попало.