Сонет 46. Меж сердцем и глазами мир нет

Меж сердцем и глазами мира нет —
Мой глаз тебя крадет и в сердце прячет, 
А сердце не приемлет зримый свет,
И для него ты выглядишь  иначе.

И умоляет сердце — в нем пожар,
(Чулан, который не бывает светлым),
Ответчик отрицает ложный дар —
Так красота горит зарей рассветной.

И дело отдадут в гуманный суд,
Учтут все мысли и рассмотрят мненья,
И каждому  по праву вознесут,
И примут справедливое решенье.

Пусть красота увидится любой,
Но сердце пусть творцу вернет любовь.

Оригинал

Mine eye and heart are at a mortal war
How to divide the conquest of thy sight;
Mine eye my heart thy picture's sight would bar,
My heart mine eye the freedom of that right.

My heart doth plead that thou in him dost lie —
A closet never pierced with crystal eyes —
But the defendant doth that plea deny
And says in him thy fair appearance lies.

To 'cide this title is impannel;d
A quest of thoughts, all tenants to the heart,
And by their verdict is determined
The clear eye's moiety and the dear heart's part:

As thus; mine eye's due is thy outward part,
And my heart's right thy inward love of heart.


ИЗ СОВРЕМЕННЫХ ПЕРЕВОДОВ (Дм. Хлебников)

В моих частях идёт смертельный бой,
Как поделить твой облик и кто прав:
Мой глаз сомкнет на сердце образ твой,
Но виден сердцу непокорный нрав.

Мнит сердце, ты в нём пламенем лежал,
(Хрусталь очей в закрытый храм не зрит)
Но подзащитный той мольбе не внял,
Твердит: прекрасна ложь, когда горит.

Сей спор о главном будет здесь решён,
Вопросы все и мысли всех учтёт,
Вердикт по делу будет утверждён
Под чистым взором и в сердечный счёт:

Пускай мой глаз вокруг тебя узрит,
И сердце пусть внутри любовь таит,

Моим очам твой лик украсть к лицу,
Но сердце пусть любовь вернёт творцу.

Запись:  https://disk.yandex.ru/d/5PsxPRyVo_tsTg

Перевод  С. Я. Маршака

Мой глаз и сердце — издавна в борьбе:
Они тебя не могут поделить.
Мой глаз твой образ требует себе,
А сердце в сердце хочет утаить.

Клянется сердце верное, что ты
Невидимо для глаз хранишься в нем.
А глаз уверен, что твои черты
Хранит он в чистом зеркале своем.

Чтоб рассудить междоусобный спор,
Собрались мысли за столом суда
И помирить решили ясный взор
И дорогое сердце навсегда.

Они на части разделили клад,
Доверив сердце сердцу, взгляду — взгляд.

О ФИЛОСОФИИ СТИХА

Мне хотелось бы, чтобы читатели обратили внимание на то, как сложна и интересна философия Шекспира в его сонетах. Я полагаю, что речь идет о восприятии внешнего (зрительного) образа глазами и  сердцем, ведь для сердца это источник информации в его собственном творчестве и осознании мира.

Был ли Шекспир философом? Для этого надо хотя бы знать, кем он вообще был.  Но если говорить о философских взглядах Шекспира, выраженных в сонетах, то можно, к примеру, вспомнить БЭКОНА И НЕОПЛАТОНИКОВ. Бэкон был сторонником  эмпиризма, и в его системе познания природы первичную ступень занимало чувственное, физическое восприятие. При этом есть мнение, что в философии Бэкона есть элементы неоплатонизма.  Бэкон считал, что форма вещи отличается от самой вещи, как её сущность отличается от её явления. Эти формы определяют смысл вещей и близки к неоплатоническим идеям, из которых эманирует (лат. emanatio — истечение, распространение)всё сущее.

Из статьи  https://genius.com/William-shakespeare-sonnet-46-annotated

«Сонет 46 посвящен отношениям между сердцем и глазами. Глаз видит молодого человека, а сердце, представляющее внутреннего романтика, бросает ему вызов. Конфликт разыгрывается, как состязание адвокатов в суде. Важно понимать 46-й сонет в свете представлений эпохи Возрождения о НЕОПЛАТОНИЗМЕ, то есть о том, что существует разница между субстанцией чего-либо, содержащей его истинную сущность, и его «тенью» или более слабым проявлением в реальной жизни. «Смертельная война» между глазом и сердцем обретает более глубокий смысл, если рассматривать её в контексте неоплатонических идей. Шекспир и другие поэты того времени, например Джон Донн, были хорошо знакомы с этими концепциями».

Лежать или лгать

Интересны омонимы lie — лежать и lie — лгать, их переводят их по-разному. И это загадка для филологов (английских и русских) — откуда в словах омонимичность, причем на разных языках? Индоевропейский корень корень legh — у глагола лежать, а у лгать указывают основу lъgati. Может быть, лгать — это переосмысление от лежать, хотя ученые связь слов пока не подтверждают. Но вот сонет Шекспира — тоже повод задуматься) Ложь (внешнее) всегда лежит на поверхности, а сущность вещи внутри ее?

Цитата (Дм. Хлебников)

"...Английский тавтологичен, не как русский. Хоть хвалятся, что в английском много корней, а в русском мало — ерунда, не верь, в английском тавтология, которую пытаются компенсировать обилием корней. Но вот русский: глаз и око — глаз-glass, стекло то есть и "хрустальный eye", он же, а око — это окно. Есть два направления лучей — внутрь, через окно-глаз, и наружу, через око, смотрит тот, кто находится внутри.

Где внутри? В сердце, в середине. То есть сердце — это не орган, не только и не столько орган, это corde — по латыни, хотя может это "хорда", то есть опять середина. Но так или иначе, по-английски сердце не середина, а "творец", то есть в центре находится творец, а вокруг — мир, тело бога. Человек несёт часть бога и помещён в тело бога, живёт в нём, но в центре человека, антропоцентризм опять же, в центре центра человека находится творческое начало — та самая частица бога.
Вот такое представление: глаз-око, сердце-творец.

То есть всё несколько сложнее, чем просто катрены А и Б, тут каждая часть диалектична сама себе и, кроме того, они противопоставлены друг другу. Глаз и творец ведут спор, о боге, что-кто есть бог, но бог представлен только в виде явленного мира, то есть это не сам бог, который многомерный, а его части. Но глаз крадёт эти части и помещает их внутрь человека, потому что они являются ИСТОЧНИКОМ ЧУВСТВА, топливом, для внутреннего творца, таким образом Создатель и Творец сообщаются.

Однако глаз делает это машинально, как ворона ворует всё, что блестит. Но помещённый внутрь дух начинает рваться наружу и горит, что причиняет страдания — боль и радость, восторги и печали. Потому что внутреннее состояние ложно и внешнее явление ложно, они вместе изменяемы и непостоянны. И второй катрен так же запутан, неясно, кто же подзащитный и заставляет сердце-чувства страдать? Творец горящий или глаз ворующий? Но есть следствие — страдание сердца, которое в груди, которое молит. Но уже не только глаз, но и творца внутри, в центре себя...
И мне кажется, этот конфликт до конца у Шекспира не разрешён)"