Необыкновенная сказка глава 8 заключительная

Глава 8

Уехал царь Микросий без всего, даже не заключив какого-то важного договора, ради которого изначально прибыл. Всю дорогу пыхтел от гнева и срывался на окружающих Аноисий. Не мог он перенести поражения, ибо задачи были элементарными и, если только это было возможно, он бы непременно сыграл заместо своего царя и одержал победу. Микросий же, позабыв про свою дюжую силу и власть, трясся в карете как осенний лист, боясь совершить неловкое движенье и спровоцировать гнев переводчика.
Тем временем все Пустячковое царство праздновало победу: по деревням готовили праздничные обеды да танцевали, на площадях пели барды наскоро сложенные песни о победе. Скоро устроили свадьбу Зимнего и царевны Анастасии. Пышное празднество было: установили стол длиной в пять саженей (1) в зале для танцев, пригласили тьму гостей, кое-как рассадили всех. Конечно, в числе первых приглашенных были родимушки Адама: до чего же смешанные эмоции одолевали их! И восторг, и зависть, и гордость наполняли сердца. Сахарный сидел, скрестив руки и недовольно жуя курицу, и смотрел на пеструю толпу аристократов. Некомфортно ему и даже отчего-то грустно было на свадьбе брата, так что старался он не думать о происходящем вокруг и заедал свои мысли мясом и хлебом. Любава, Хельга да Дарья во время всего празднования не давали покоя Борщу. Никуда не мог он схорониться от настойчивых дам! Упрашивали девицы, чтоб он взял непременно кого-нибудь замуж. Вздохнул тогда царевич и, чувствуя, что дело ничем хорошим кончиться не может, решил по считалочке выбрать себе жену. Пробормотал он первую пришедшую на ум считалочку и в итоге его выбор пал на Хельгу. Ходил после этой «игры» Борщ, опечаленный, и ругал себя за глупый поступок (видать, поспешность и необдуманность решений была в крови у рода его). Чумной же вновь наслаждался обществом дамы, с которой познакомился на балу. Смеялась она, заливалась слезами, слушая, как Адам что-то ей рассказывал. И чувствовал молодец себя в тот момент значимым и понимаемым, как никогда прежде.
Золотой же сидел и оживленно и весело говорил с Гарольдом. Обсуждали они то, как им повезло, что полцарства не было проиграно. Гости, сидевшие вокруг, поднимали бокалы за Адама, говорили тосты в его честь. Зимний же был во главе стола, по правую его руку невеста. Старался молодец держаться покойно, чтоб и мускул не дрогнул, не выказал его волнение и искреннюю радость, да только зарумянившиеся щеки и горящие очи выдавали его восторг. Царевна, видя, как светился Адам, сама не могла сдержать счастливой улыбки. Однако на уме у нее было кое-что еще, и она неоднократно посылала бессловесные знаки судье, сидящей напротив нее. Агата несколько раз не примечала намеков, однако, осознав наконец посыл, она кивнула и встала со своего места, зовя Родерика с собой, так как совсем скоро должен был произойти еще один значимый момент в истории Пустячкового царства. Они проследовали прямиком к царю, судья, деликатно касаясь плеча Золотого, попросила его на мгновение прерваться. Владыка нахмурился и недовольно взглянул на Агату, выжидая. Гости, которые до сей поры шумно разговаривали с ним, сейчас примолкли и с затаенным дыханием ожидали слов судьи.

- Царь Золотой, - произнесла Агата, - при мне сейчас находится распоряжение суда, которое должно вступить в силу с сегодняшнего дня.
- Эка новость! Так я знаю про это ваше решение: вон свадьбу уже закатили. – фыркнул царь, желавший поскорее вернуться к предмету разговора.
- Верно, но женитьба Зимнего на царевне – это только часть решения суда. Видите ли, - судья довольно улыбнулась, - В условия также входит полный переход власти к царевне Анастасии, так как суд признал вас неспособным вести государственные дела.

Тотчас изменилось выражение лица Золотого. Осмотрел он всех присутствующих в растерянности, словно стыд за себя ощущая, и больше слова за вечер не вымолвил. Меж гостями же вновь развилась бурная дискуссия. Но больше всего, кажется, удовольствие получала царевна, ибо почувствовала она небывалый прилив внутренней силы. Загадочная улыбка блуждала весь вечер по ее лицу, а в голове уже рисовался набросок новой сказочной жизни, которая будет написала ее рукой.

1 пять саженей = 10 метров