Мэган Линдхольм. Робин Хобб. Колеса удачи. Глава20

- Отныне Ловеран - не провинция людей. Каково сознавать, что это отчасти и твоих рук дело?
  Вандиен ответил не сразу, лишь спустя несколько ударов сердца.
- Нет. Потому что я не приму это как правду. Знаешь ли, подруга, всё это произошло бы и без нас. Келлих все равно убил бы герцога, даже если бы мы никогда не появились в здешних краях.
- Но мы все же появились, - Ки взглянула на скачущих в их сторону брурианцев и снова повернулась к Вандиену.
  Мало того, что он выглядел чертовски привлекательно в герцогских доспехах, верхом на герцогском же скакуне! Так он ещё, кажется, прекрасно это понимал! Когда брурианцы поравнялись с ними, он небрежно вскинул руку в приветствии. Рукава его рубахи были закатаны, но на шрам от ножа никто и не взглянул.
 - Кеклокито, - дружелюбно пророкотал один из громил, проезжая мимо, и Вандиен важно кивнул, принимая почести. Белый конь, словно нож сквозь масло, прорезал ряды брурианцев, и воины расступались, давая дорогу и Ки, что ехала верхом на Сигмунде. Сигурда же она вела в поводу. Повозку Ки продала ещё в Виллене - не столько ради звонкой монеты, сколько из-за омерзения, которое та у неё вызывала. Да и Сигурду не мешало дать отдых больной ноге.
  Она выждала, пока шум брурианского войска не стихнет у них за спиной, и только тогда спросила:
 - Ну? Каково ощущать себя живой легендой мохначей?
  Он издал неопределённый звук.
 - Кстати, а что это вообще значит? Кеклокито?
 - Благородный владыка, - совершенно серьёзно ответил он.
 - Кто бы сомневался! Как думаешь, далеко до границы?
 - Неважно, разве ты забыла? Никаких грузов, никаких клиентов, никаких сроков.
 -  И денег тоже, - напомнила она.
 - Разве до сих пор это было проблемой? - с лёгким укором спросил Вандиен.
 - Нет. Но стоит нам пересечь границу, и у Кеклокито не останется брурианских дружков, на которых можно было бы положиться. И слава за то Луне!
 - Мохначи не так уж и плохи, - вновь возразил он. Ки фыркнула, но промолчала.
 - Я буду скучать по нему, - неожиданно заявил Вандиен, нарушив тишину.
  Ки не нужно было спрашивать, по кому именно.
 - Деллин говорил, что между вами возникла особая связь. Учителя и ученика. Именно она заставила его искать тебя, даже когда смирилась я… Парень всегда будет чувствовать тебя, через эту связь…
 - Готерис стал мне ближе родного сына… Я никогда больше его не увижу.
 - Мы ведь не обязаны возвращаться на север, - тихо напомнила ромни.
 - Обязаны, - Вандиен откашлялся. - Мне нужно было оставить его… Деллин объяснил мне всё прошлой ночью. Пока я рядом, Готерис никогда не сможет установить с ним первичную связь. А она ему необходима, чтобы научить парня не только целительству, но и самозащите.
 - Выходит, ты оставил Козлика ради его же блага.
 - Мальчик всё понял.
 - Вы об этом шептались в фургоне, пока твоё тело избавлялось от яда? Тебя всего трясло…
- Деллин считает, что это были скорее последствия брурианского снадобья, чем яда с клинка Келлиха. Должно быть, Халикира влила в меня лошадиную дозу.
 - А разве великий Кеклокито заслуживает меньшего? - с притворной серьёзностью спросила Ки.
  Мужчина бросил на неё взгляд, но так и не улыбнулся. Вот чего ей не хватало… Теперь заставить его улыбнуться стало куда сложнее, и он, казалось, вечно был погружён в какие-то свои мысли. Неужели это и есть та перемена, о которой говорил Деллин?
- Знаешь, что Козлик сказал мне накануне нашего отъезда из Виллены?
 - Что же? - снисходительно спросила Ки. С тех пор как они уехали из Виллены, Вандиен только и делал, что говорил о мальчике, то и дело повторяя не по годам взрослые высказывания Готериса. Но, как ни странно, ей это даже нравилось. Она и сама уже не раз их цитировала.
 - Он сказал: «Вандиен, твоя честь - это единственное, что позволяет тебе жить в ладу с самим собой».
 - А ты сейчас «в ладу с самим собой»?
 - Немного лучше, чем сразу после… всей этой кутерьмы. Готерис утверждал, что мною всегда двигали благородные побуждения, пускай итоги и выходили плачевными. - Вандиен запнулся, слабо усмехнувшись. - Поразительно! Слова безусого пацана, а я принимаю их так близко к сердцу.
 - Он хорошо тебя изучил, - ромни не удалось скрыть ревнивую нотку в голосе.
- Достаточно хорошо, чтобы знать, есть лишь одна женщина, ради которой я готов сжечь целый город, - неожиданно Вандиен расплылся в широкой улыбке. - Думаю, Готерис помог бы мне в этом, случись у него такая возможность.
  По старой привычке Ки смущённо отвела глаза. Но, спохватившись, заставила себя взглянуть ему прямо в лицо:
 - Неужели ты думал, что я угрожала Уиллоу чем-то меньшим, ради тебя?
  Они ехали рядом, плечом к плечу - так близко, как только Белый позволял Сигмунду. Между ними витало нечто неуловимое, безмолвный уговор, о котором оба не смели даже думать. И это было к лучшему.
                Пер. С. Коростылёв
                Megan Lindholm « Luck of the Wheels», 1989