Дневник. Апрель 1980

2.04.1980 Среда.

Зима на улице, море слёз на работе. Звонок Олегу. Не выдержала, позвонила,
пригласила в поход. К моему удивлению, он согласился. Но Нинуля что-то
упёрлась, идти не хочет.

4.04.1980 Пятница.

Начинаются причуды апреля. Вчера снег валил хлопьями, а сегодня мир
застлал густой туман. t перешла, наконец, за 0 град.

6.04.1980 Воскресенье. Пасха.

Грешно сегодня стирать, париться, но "Рад бы в рай попасть, да грехи не
пускают." Смывала вчерашний свой грех... Переверну страничку - и закрою
"дело Олега-Олежека". Грустно, конечно. Наш зимний сезон закончился, а
отношения приобрели иной характер.

Начну с того, что пригласила его в поход. Вчера с утра он вроде бы соглашался.
Нашу встречу в интимной квартире я откладывала до вчерашнего дня. Я чего-то
боялась, нервная система моя была неспокойна. Менструация должна у меня
вот-вот начаться (если вообще начнётся). Вообще-то я зарекалась не проводить
таких экспериментов. Забеременею ещё на старости лет. Но меня сбила с
панталыку Ольга, с которой я неосторожно поделилась, правда, не назвав имени.
Она сказала, что я наивная особа, не знаю, что ничего быть не может, если он
не будет в меня кончать. И всё твердила о цикле, в какие дни до и после
менструации можно жить.

В отношении женатого мужика она уверенно заявила, что у него опыт и
инстинкт существует: он чувствует, когда он кончает. Я вообще хочу наплевать
на свою личную жизнь, а также и на женатиков. Но здесь я подумала, что в
походе быть может придётся с ним жить, и потом, была надежда на какую-то
особую ласку. Но получилась обычная банальность.

На меня действовало всё: чужая квартира, где только этим и занимаются на
одной и той же чужой постели. Даже звонки в дверь. Что-то там у них
получилось с расписанием, пришёл другой парень с девицей. Олег выяснял
с ним отношения, они согласились подождать, спросили его, хватит ли нам часа.
Никаких предварительных ласк не было. Или, может, я ничего не чувствовала.
Чем я отличаюсь от проститутки? Проститутка получает удовольствие с любым
мужчиной. Я же - ни с кем. Значит я - холодная женщина...

Отдавалась я ему неумело. Мне почему-то опять было больно. Он попробовал
несколько положений. И вдруг спросил: "А ты не боишься попасть?" Внутри у
меня всё оборвалось.
- Как? А ты кончи не в меня.
- Я не могу. Я кончаю сразу. Давай я надену презерватив, Наташ?
Ни на Ольгу, ни на Олега у меня теперь не было надежды. Единственная
соломинка - это цикл. Только он меня может спасти... Кончал он, действительно
быстро, наверное, частично в меня. Я так и не поняла. В довершение он сказал,
что он мне не подходит. "Тебе нужен мужчина несколько флегматичнее..."
Вот не ожидала, что я — флегматик.

Меня охватило чувство злобы на мужиков и на себя. Я любила его так, как
Генку? Нет, не любила. И от поцелуев совсем не балдела. И ехать мне очень
не хотелось. Я просто надеялась на его опыт. Я не думала, что мы так спешно
займёмся только этим... Он дежурит к тому же у церкви. В ночь на Пасху там
будет проходить крестный ход. Ещё утром он строил планы. "Это так интересно.
Приезжай, Наташа. Я тебя встречу. Потом отвезу на мотоцикле."

После близости мне показалось всё миражом. Он никуда уже меня не приглашал.
Всё только извинялся, что измучил меня. Он не понимал, что только вот сейчас
извинениями своими, желанием поскорее от меня избавиться он начинает меня
мучить, иными словами, предавать. Он даже поцеловал меня на прощание,
бросил: "Не волнуйся, Наташ, всё будет хорошо. Приезжай на Поляну. Я тоже
буду появляться."

Неужели бог покарает меня именно сейчас? Я же подстраховалась, довела почти
до конца цикла. Завтра должна начаться менструация. В понедельник или во
вторник или... я погибла. Я приехала домой в субботу вымотанная и уставшая.
Думала, что усну, едва прикоснувшись к подушке. Но в 3 часа ночи открыла глаза.
Сердце ныло, сна не было. Я зажгла свет, достала тетрадь, начала вычислять
все возможные варианты цикла по разным формулам, чтобы хоть как-то
успокоить себя, забыться сном. Не получить никакого удовольствия, да ещё
забеременеть. Ужас!

Сегодня сбежала с Поляны раньше обычного... Не до Пасхи. Парилась до одури,
до сердцебиения, поддавала много, еле выдерживала сама. Что ещё? Глотнуть
бы что-нибудь. Таблеточку. Господи! Помоги! Клянусь! В последний раз!

10.04.1980 Четверг.

Спасибо, господи! Что пережила я за три дня после той злосчастной страшной
субботы! Тоже мне, нашла, когда еба*ься. Выбрала самый подходящий день, в
который нельзя грешить.

11.04.1980 Пятница.

Теперь я уже могу спокойно и подробно обо всём вспоминать. Как мы ехали,
как зашли в магазин, купили бутылочку коньяку, бифштексы и пирожные, как
вошли в эту квартиру. Пожарили бифштексы исключительно на любовном огне,
ибо масла в доме не было, и кроме того, Олег беспрестанно целовал меня, даже
сказал: "Хватит нам сил без бифштексов, Наташ?"

Он и пить не хотел, боялся, что после коньяка ему уже не захочется меня...
В лесу он целовал мне руки, каждый пальчик, шею, а сейчас почему- то нет.
Потом вся эта практика и его слова: "Наташ, с тобой надо как-то по другому
себя вести. Я долгое время жил с женщиной, которая быстро кончала. И она
меня как-то к этому приучила. У нас с ней очень хорошо всё проходило."
- Так почему же вы не продолжили ваших отношений?
- Я долго думал, и всё-таки порвал с ней. Семью я не бросил.

После расставания с ним меня охватило такое же чувство, как тогда в лесу
давным-давно, когда Лёва отошёл со мной в кусты, кончил мне в трусики,
развернулся, и ушёл к костру, а я ревела белугой, готовая провалиться сквозь
землю. Но тогда у меня в разгаре была менструация. К тому же стоя матка
закрыта, меньше опасность забеременеть. Сейчас же меня вдруг охватило
непонятное предчувствие. Эта ночь без сна, эти подсчеты, ожидание
менструации. Я ничего не делала, сидела и ждала. Все мои дела ушли далеко,
мозг сверлила одна только мысль.

Хотелось кричать, но как и кому рассказать об этом. На работе - бабкам,
дома - маме, друзьям? В то же время я нуждалась в участии, я была так
беспомощна, в таком жутком отчаянии. Первой, с кем я поделилась этой
"новостью" была малознакомая девица Таня, с которой я работала в теплице.
Она начала спрашивать о муже. "Какой муж! Нет у меня никакого мужа!"
Она поняла это по своему ("Все женщины-проститутки") Потом сказала:
- Ну, рожай, Наташ. Я тебе свою колясочку дам.
Представить всё это можно было только во сне.
- Ой, что ты, Танюша!
- А что, у меня в хорошем состоянии колясочка...
Орешкина отнеслась к моему известию по-деловому. "Сколько дней задержка?"
Насоветовала кучу лекарств.

Я ходила, как пьяная. Все люди как люди, а я влипла в такую переделку. Никто
ещё ничего не знает. Сказать ли Олегу. Ой, какие картины я себе рисовала-ужас!
Представить себя в таком положении, осознать свою роль в этом мире я не
могла. Я спала, просыпалась с тяжелым сердцем. Хотелось сбросить с себя эту
тяжесть. Я почему-то злилась на Ольгу больше всего. Как будто она мне
насоветовала, а я, дура, без головы. И вообще, сколько можно меня проносить.
Попалась - это и должно было случиться.

Позвонила Егорова. Я и ей выложила. Она отреагировала очень странно.
"Давай, Натуля, жди, может придёт. По крайней мере узнаешь, на что способен
твой организм." Она вообще, по - моему, уверена, что теперешние мужики не
могут делать детей, а женщины бесплодны. Про Генерала с Амбалом она уже
так говорила.

И, наконец, Воробьёва. При встрече она заверещала про свои дела, а я не могла
слушать и ляпнула:
- У меня горе, Рита.
- Что, ящики стащили что ли?
- Менструации нет.
- Да ты что, Саврасова, о*уела?
Воробьёва меня понимала. И она сильнее и острее других откликнулась на мою
беду.
- Не расстраивайся, Наташ, придумаем что-нибудь.
Она стала вспоминать, у кого можно узнать что-либо, достать какие-то средства.
Мне стало легче. Она даже не пыталась расспросить, кто этот "Он" и что у нас
произошло.

Я сразу побежала в аптеку. Рита обещала развить деятельность. Это меня
немного успокоило. Я беспрестанно думала о том, как я буду обходить мужиков,
если вдруг мне удастся избежать этого.  Я готова была верить в бога, если он
мне поможет.

Во вторник 8.04 я проглотила две пачки аскорбиновой кислоты, пила CaCl2 и
ею закусывала. Днём таскала тяжеленные ящики, вечером - тренировка и снова
парилась в ванной, вылезла из ванной, как грешник, которого черти варят в
котле. Уже в среду, когда начались боли и месячные, наконец, пошли как
обычно, мне полегчало, и я уснула, едва коснувшись головой подушки В среду
я радостная прибежала к Ольге, она сказала, что просто я очень волновалась,
они пошли своим чередом.

Вчера, то бишь в четверг, ехала я в своем 139-ом автобусе. Перед конечной
кто-то наклонился к самому уху: "Привет". Я в недоумении повернула голову,
и увидела улыбающееся, да нет, прямо красивое лицо возмутителя своего
спокойствия.
- Как дела, Наташенька?
- Да так как-то. Пережила интересный моментик!
Улыбка исчезла с его лица, он насторожился:
- Какой моментик?
- Не хочется рассказывать. Да и вообще сейчас это неважно.
Выйдя из автобуса он остановил меня.
- А я тебя по шапочке узнал. А так бы ни фига. Так что за моментик, скажи?
- Олег, я спешу. У нас сейчас банкет. Моей начальнице дали старшего. Меня
ждут, извини.

Я ушла, оставив его в думах. Он пребывал в них до вечера, ибо вечером он
звонил мне и задавал всё тот же вопрос... Мы вроде бы договаривались ехать
в субботу на соревнование: стрельба и волейбол. Я даже собиралась набрать
команду волейболистов. Но мне не хотелось ехать.
- Когда я увижу тебя? - спросил он.
"Увижу". Зачем? Чтобы спросить, узнать, ведь говорит, что спать теперь не
будет - так я его ошарашила.  "Увижу". Бог мой! Зачем ещё? Я не хочу...
- Не знаю, - ответила я, - я не поеду на соревнования.
- Поедешь на свою Поляну?
- Да.

Я - жертва случая.

12.04.1980 Суббота.

Моя Поляна. Дорогая моя Поляна! Сегодня раздевались до купальников и
играли на маленьком пятачке у леса. Везде сыро и ветрено. Константин
Михайлович нашёл это местечко. Сегодня-половодье. Всемирный потоп. Весна!
В балках земля оживает, скоро жёлтые соцветия мать-и-мачехи загорятся
золотом в ярких лучах полуденного солнца. А рядом лежат белые снега, и
светлые ручейки почти бесшумно вытекают из-под них.

Бабочка-крапивница выпорхнула из укрытия, за ней другая. Они поднимаются
всё выше. Сильные порывы холодного ветра над обрывом загоняют бабочек
вниз, в слои прогретого воздуха. Снег и бабочки... Первые весенние полёты
бабочек - зимовщиц непродолжительны. Бабочки исчезают, прячутся в травах
столь же неожиданно, как и появляются в воздухе.

13.04.1980 Воскресенье.

Переменчива апрельская погода. Утром я проснулась, а за окном хлопьями
падает последний снег... Унылое настроение. Но к полудню облака поредели
и проглянуло красное солнышко. Правда, ветер пронизывал насквозь, на
Филиале невозможно было играть. И вообще, в воскресенье я не нахожу
подходящей для себя компании. Олег не приезжал, вчера, наверное, ездил на
многоборье.

19.04.1980 Суббота.

Давно что-то не было проклятой ангины. Обметало всё горло. На погоду не
глядят глаза: вчера шёл снег весь день, сегодня с утра ливанул холодный осенний
дождь. Я вся промокла до нитки, пока дошла от автобуса до корпуса института
на Коммунистический субботник. Погода для субботника уникальная. Но я не
ожидала, что так много сделают мне работы аналитики во главе с Ириной
Борисовной.

Домой, правда, я еле притащилась: поясница отламывалась и болел низ
живота. Да ещё это горло. Воробьёва меня заразила. В пятницу я сидела у неё.
Что-то она вдруг разоткровенничалась со мной. Рассказала, как ездила на
квартиру со своим трактористом — Абрамовым. И как то приближала, то
отталкивала его, потом пришла соседка поливать  цветы "как раз вовремя",
когда они уже разделись. Воробьёва ездила на эту квартиру уже после моего
визита с Олегом...

На этой неделе он мне совсем не звонил. О походе ни словечка. Позвонила я
Галочке и узнала потрясные новости. Саша и его друг Боря записались в группу
"Грузия-Армения", но к Анюте. Нинулька объясняет это тем, что в Анютиной
группе есть молоденькие девочки, есть на что клюнуть. А у Белкина все
женщины "стандартные", к тому же она Боре сказала, что мы собираемся пойти
своей палаткой, т.е. со своим мужиком. Повлияло ли это её сообщение на их
решение, я не знаю. В ответ на её слова Боря сказал, что он ещё не знает, пойдёт
ли он, ещё для себя не решил.

В дни моего колебания позвонила Маринка, сказала, что мне подобрали
партнёра в байдарку со знанием немецкого. В ответ на моё нежелание
взять с собой резиновые сапоги, она сказала: "Ну, ладно, я узнаю у Витаса,
как твой хлопец физически..."

В общем, поеду я лучше с Маринкой. Тем более, в Армении выпал снег на
цветущие сады, температура минусовая. Бродить там по снегам... Конечно,
погода может перемениться, но идти опять без мужика, с больной ногой.
Итак, решено: плыву с Маринкой по Литовским озерам.

20.04.1980 Воскресенье.

Беспробудная ангина, но все же отправилась пешком до Поляны. Еле дотелепала.
Теплынь. Можно раздеться, но я совершенно больна. Собралась пораньше уйти,
но пришёл Слава. О! Это был восхитительный волейбол. Это было то, что надо.
Почему-то ни с кем более на Поляне не получаю такого удовольствия от игры в
кружочек.

23.04.1980 Среда.

Непредвиденная экскурсия в Горки Ленинские.  Я словно попала в другой мир, -
так здесь всё красиво и по-весеннему значительно. Последние годы жизни вождя
проходили в этом райском уголке, бывшем поместье градоначальника Москвы.