Печаль Волшебника

Истории, которые писал Волшебник, уже перестали быть клубком запутанных нитей с невероятными пересечениями: они слились в единую бесконечную кашу, калейдоскоп эмоций, настолько сильно, что ни конца ни края стало не найти.

Волшебник продолжал каждый день приходить к себе в каморку под чердаком, устало снимать маску и клоунский колпак и класть их на край стола. Он всё так же продолжал по ночам смотреть в окно, а старый мудрый серый кот продолжал тереться о его ноги. Тапочки малиновым помпоном всё так же стояли у батареи. Но в глазах Волшебника больше не было огня. Он бездумно смотрел на небо и по привычке считал звёзды, которые сам когда-то нарисовал.

Волшебник всё ещё помнил ту ночь, когда он испугался, что все звёзды исчезли. С того момента минуло почти десять лет, а быть может и больше. Ни один вечер он не пропускал: рисовал и рисовал звёзды, выводил за линией линию. Но, видимо, изрисовался Волшебник. Новые звёзды ничем не отличались от старых, они толкались на небосводе и никак не могли найти себе уютное местечко. С горечью Волшебник наблюдал за ними.

Старый серый кот надрывно мяукал.

Волшебник всё так же любил кофе. Он всё ещё варил его себе по вечерам в старой медной турке, но вкус кофе был безнадёжно испорчен отсутствием веры в чудеса.
Вы только представьте себе! Волшебник, который потерял веру в чудеса!! Вот и кофе получался теперь у него так себе, с горчинкой и привкусом отчаяния, сколько сахара бы он ни сыпал.

Когда-то звёзды нашептали Волшебнику, что ему предстоит научиться рисовать Любовь. Он пытался! И даже научился! Но что это за любовь? - Бьётся, живая, на бумаге, умоляет выпустить её на волю, но плен слов слишком силён, и она так и остаётся красивыми словами на белых листах, юродивая и неполноценная, способная лишь рыдать, оставляя кляксы вместо пробелов и смазывая текст в нелепую кашу.

Волшебник пытался нарисовать надежду. Но где она была, когда в открытое окно залетела птица и угодила прямо в лапы старому серому коту? Только перья на столе остались и надежда - бьющаяся в клетке из слов на белой нелинованной бумаге.
Волшебник давно износил свой колпак и свои мечты - они покрылись прорехами и в них гулял и свистел ветер.

Волшебник постоянно мерз, как бы ни кутался в свой любимый махровый халат. Холод продирал до костей и застревал в теле на недели и месяцы, заставляя держаться поближе к батарее.

Волшебник порой думал - да к чёрту эти истории! что толку в них? Ведь он знал, что все эти истории закончатся очень похоже - все будут счастливы, а потом сломают счастье своими руками, потому что не верят, боятся и вдруг перестали любить.

Да что за любовь такая! - восклицал Волшебник, когда очередная ниточка из клубка разматывалась полностью и заканчивалась. Волшебник устал писать эти истории - он не умел лгать, и поэтому не мог изменить то, что предначертано было свыше.

Ах, как же хотелось Волшебнику хоть раз взять, и перечеркнуть все последние абзацы очередной грустной истории! Жирно, крест-накрест, и начать новый абзац с таких слов:

"Впрочем, мы все прекрасно знаем, что если ты любишь, то можешь всё, что угодно. В том числе - обдурить судьбу."

Но пока что не в его силах было это. И Волшебник выл порой, катаясь по полу, от безысходности. Потому что он очень хотел, чтобы хотя бы одна история закончилась по-настоящему счастливо.

Но Волшебник в чудеса больше не верил.