Семь её лиц

У неё семь рук, у неё семь лиц. Семь плащей на гвозде висят, семь страниц.
Будут косы да кружево, перекличка птиц. Будет солнце да радуга, боги падут ниц.

  Выходи, выходи - далеко ль до зари?
Выходи из тени, выходи из границ - мелом белым на асфальте рисованных, цветом белым разлитым по озеру - облака.
  Собирай, собирай в горсть - смех подбрасывай, рассыпай камушками - пусть стучат по дорогам-дорожкам, пусть летят вольные, пусть летят быстрые - наперегонки с ветром, наперегонки с солнцем.

  Я о тебе слышал, я тебя видел - из оконца свет и в свете - полоска пыли.
  Ты танцуешь, танцуешь, всеми забытая, к богу ревнивая, рукава твои хранят сны, за поясом - связка ковыли, а под башмаком - тысячи слов. Ты танцуешь, гонимая, по тропе босиком - ну да и черт с ними, ритм не сбить, ритм живой.

  Распускается, словно ирис, распускается, словно листья берёзы, раскрывается с треском - кедра шишки. И взрывается закат под ладонью вспышкой, всего миг, да не  много мига ли? Всполохом красного по щеке - узор, всполохом синего - по подолу платья твоего линии.

  И что ж мне собрать из того, что я имею, что принести в дар? Что у меня за душой - да дороже золота, ярче камней самоцветных. Что ж у меня - простого и нищего - ценного?
  Я отдаю все, что есть. Не собрать с меня монет, не собрать каменьев, вот, посмотри - сердце вольное и мешок за плечом. Собери, забери - нет?
  Непокорна душа, сердце по приказу не бьётся. Не отдать своего, не отдать родное: безумной метелью в окно бьётся, морозом трескучим - да по рукам.

  У тебя семь лиц, с каждого - по маске фарфоровой, у тебя - больше больше семи лиц и каждое горит белым пламенем.       Собирай свои плащи, собирай все страницы - будем жечь костры, забывать те границы..
  Те границы, что мелом белым нарисованы, нарисованы цветом белым на озере - глянь, облака!
  И облака проплывают над нами гордые, и ты заплетаешь косы, вплетаешь ленты, распускаются на закате розы. Все, что сказано для семи - забудь, да и маски горят в огне, а над ними - запах полыни, да горечь срезанных трав.

  Отпуская птенецов из гнезда - не надеяться, что они вернутся.
В небеса, в небеса.

Вспыхнет соломой ворох воспоминаний, будет пылать от ночи до поздней ночи нового года, из из костра вырастет феникс, и из костра - вырастает свобода ее, свобода моя, свобода твоя.

И ее семь лиц - те сольются в одно, честное.

Кто бы знал, кто б сказал мне вчера, что все эти лики - она, что все эти лики - зима, что это все - ветер унылый, собака воет у столба.
Кто б мне сказал вчера, что это она - птица вольная, это она..

И уходит за горизонт шлейф цветочный платья нетканного; там, где закончится день - разгорается пламя нежданное, и она - в пламени.
Феникс мой славный.