Слова

 
В почтовом ящике лежало извещение на получение письма. Это был хороший повод выйти из дома и подышать свежим воздухом, поэтому я начал собираться на почту.
Я зашел в комнату жены, чтобы пригласить ее прогуляться со мной, но она сидела на диване с телефоном в руках и что-то оживленно обсуждала. Судя по количеству слов, которые лежали кучами вокруг нее на полу и на диване, мне стало ясно, что разговор длился долго. Из верхней части телефонной трубки выпадали короткие пульсирующие фразы, они медленно стекали сначала по ее щеке, затем по телу и затвердевали на полу. Изо рта жены также вылетали слова, примерно половина из них попадала в нижнюю часть трубки и исчезала в неизвестном направлении, другие же отскакивали от мембраны и падали на диван, сплетаясь в хаотические узоры.
Я решил не беспокоить жену и направился в детскую комнату, откуда доносились приглушенные крики детей. По дороге из моего рта выпало несколько коричнево-маслянистых букв. Это случилось в тот момент, когда я едва не упал, запнувшись в коридоре о раскиданные там узлы из засохших фраз. Дети забрасывали друг друга комками из слов, которые они собирали с пола в детской комнате. Заметив наблюдателя, они попытались вовлечь меня в свою игру. Один из комков попал мне в лоб, и с трудом отлепив его, я поспешил покинуть помещение.
В соседней комнате старшая дочь читала книгу. Целые предложения, состоявшие из мелких неразборчивых знаков, волнами бились об ее глаза. И те, которые не могли прорваться, отхлынув, падали ей на колени и заползали обратно в книгу.
В гостиной сидела теща и смотрела телевизор, по которому передавали новости. Тяжелые разноцветные слова с шумом вылетали из его динамиков прямо на ковер, некоторые из них сразу замирали и оставались на месте, другие – пытались доползти до тещи, но застывали на полпути, и лишь немногие добирались до ее ушей, и заползали в них.
Мне всегда было интересно узнать, что происходило со словами, когда они попадали в человека. Но в школе я учился плохо, книги по физиологии были всегда слишком сложны для меня, а общение с телевизором, где в доступной форме можно было получить об этом информацию в виде научно-популярных программ, я избегал. Я знал только то, что слова каким-то образом растворяются в наших телах, наполняя их энергией здоровья или болезни. И та среда, в которой я обитал, была в большей степени насыщена деструктивными текстами. Поэтому уже к середине жизни я еле таскал ноги, и часто думал о преждевременной смерти.
Тем не менее, в тот день я решил дойти до почты пешком.
Проспект была завален лингвистическим мусором. Словоуборочные машины очищали от него проезжую часть, поэтому по краям тротуаров безмолвно стояли неровные горные цепи, состоявшие из полуразложившихся или уже высохших знаков. Ветер играл на их вершинах, бросая буквы и обрывки фраз обратно на дорогу и тротуар.
Дворники, видимо, не справлялись со своей работой. По пути я встретил одного из них, и наблюдал, как он пытался подхватить совком кучку из разорванных слов, и часть еще живых букв расползалась от него в разные стороны. При этом дворник тихо ругался, и закопченные буквы падали из его рта прямо ему под ноги, пытаясь присоединиться к другим удиравшим.
Я прошел мимо молодой парочки, сидевшей на скамейке рядом с бюстом героини войны. Из-за рта юноши струилась горячая словесная жидкость, а ухо девушки, жадно поглощало ее. Но стоило потоку усилить свою интенсивность, как ухо-воронка выплеснуло излишки прямо на платье девушки. Она вскочила, и начала раздраженно отряхивать свою одежду, пытаясь сбросить с нее пульсирующие фразы, ползущие обратно наверх.
«Когда-то и я был влюблен, - подумал я, - и мы так же сидели на скамейке, запутавшись в паутине из слов. Мы обжигали друг другу уши еще какое-то время, пока не научились поддерживать нормальную температуру своих словесных потоков. Хотя были периоды, когда мы снова теряли управление».
Так, погрузившись в воспоминания, я прошел половину пути до почтового отделения, ничего вокруг больше не замечая, пока меня не разбудила дама с ребенком, двигавшаяся навстречу. Мальчик, лет трех, упирался, не желая идти, а мать тянула его за руку, и из ее ярко накрашенного рта струились черные потоки прямо на голову ребенка. Они пачкали его лицо, одежду, оставляли темный маслянистый след на тротуаре.
Оставшуюся часть дороги я думал о своих детях.
На почте мне пришлось изрядно испачкаться, пока я пробирался через толпу людей и словесные нагромождения, лежавшие между ними. Когда я наконец-то добрался до своего окошка, предназначенного для выдачи корреспонденции, на моей одежде висели сотни чужих слов. Некоторые из знаков еще шевелились, и мне пришлось их стряхнуть на мужчину, стоявшего в очереди впереди меня и отчитывающего заведующую почтой.
На непромокаемом плаще заведующей не было свободного места для вновь пребывавших истеричных фраз темных оттенков. Они отлетали от него, с визгом падали на пол и пытались доползти до операторов, сидевших в своих окошках. Операторы также носили защитную одежду, и были испачканы с ног до головы. Однако и из их ртов периодически вылетали короткие фразы с острыми краями, и, попадая в стоявших в очереди, оставляли на их одежде порезы, а на коже – кровоточащие раны.
Когда дошла очередь до меня, я предъявил девушке-оператору извещение, паспорт и шоколадку. Последний предмет был необходим, так как извещение было на имя жены, а значит, и письмо предназначалось ей. На почерневшем и израненном лице девушки появилась недобрая улыбка, когда она вручала мне письмо.
Я отошел в конец зала, туда, где почти не было людей, из-за возвышавшихся в этом месте гор мусора из букв, слов и предложений. В поле «от кого» значился некий доктор и какая-то клиника. Я не дал этим словам проникнуть мне в мозг, увернувшись от них, когда они спрыгнули с конверта. В поле «кому» было указано имя жены и наш адрес. Я вскрыл конверт, и вытащил письмо. На белом листе бумаге, пахнувшем лекарствами, дергались печатные буквы, готовые прыгнуть мне в глаза. И прежде чем я успел уклониться, целый фрагмент холодного, как лед, текста скрылся в их тьме. Он гласил: «…поэтому, основываясь на результатах проведенных нами тестов, мы ставим диагноз шизофрения, и настоятельно рекомендуем направить вашего мужа на лечение в нашу клинику…»

6 окт, 2010