Исповедь чемодана

«ИСПОВЕДЬ ЧЕМОДАНА»
Здравствуйте все! Не удивляйтесь - на сей раз пишет вам не моя хозяйка, а я, пожилой, но очень приличный и некогда дорогой чемодан. У меня даже есть имя: «Camel”. Так назвали меня производители и так называет меня моя хозяйка. Хотя, если честно, я вовсе не её чемодан. Меня подарили её мужу четырнадцать лет назад, на его пятидесятилетние.

Так вот, как только я прибыл в дом своего хозяина, его жена сразу же положила на меня свой завидущий глаз. Она, конечно, ничего не сказала, но когда ей пришлось в очередной раз куда-то лететь по своим педагогическим делам, вдруг выяснилось, что я как раз имею тот размерчик, о котором она всю жизнь мечтала! И тот цвет, который ей подо всё подходит. И те колёсики, которые не едут, а скользят. В общем, муж понял, что я - мечта всей её жизни и уступил…

Да, я  - чертовски привлекательный чемодан среднего размера и очень вместительный, как показала жизнь. Хозяин сплоховал: он временно отдал меня на растерзание своей жене, в надежде, что это будет всего одна поездка. Но, как вы знаете, нет ничего более постоянного, чем временное! И спустя несколько поездок уже никто в этой семейке не вспоминал, чей я на самом деле…
Мне везло: я никогда не терялся в дороге, как это бывает с моими товарищами. Я, как заговорённый, всегда следовал туда, куда меня посылали. Даже если были пересадки, меня отправляли в нужном направлении. Да, мне доставалось: какие-то грубые мужики лапали меня со всех сторон и швыряли так, что было мучительно больно! Всё моё тело покрыто ссадинами от мерзкого обращения по пути следования. Но, такова участь всех моих собратьев, и с этим ничего не поделаешь… Со временем я к этому привык, хотя возникал вопрос: зачем за меня заплатили так дорого, если кидают точно так же, как моих недорогих товарищей по несчастью?
Но, когда я, после всех  поездок и перелётов, попадал домой, меня любовно отмывали от грязи и ставили в шкаф, где у меня есть своя любимая полка. В этом шкафу лежат ещё несколько моих товарищей. Один - огромный и чёрный, потерял ручку при первом же путешествии. Хозяйка психанула, и набила его до отказа. Чем? Чем может набить женщина чемодан: всякой всячиной. Моя женщина тащит с собой столько, что даже не успевает надевать хотя бы по разу. Вот зачем ей, например, четыре пары обуви на неделю, не считая тапочек? Или косметика: это же чемодан в чемодане!
А однажды, когда эта красотка готовила меня в какое-то педагогическое турне, в меня залезла её кошка, решившая, что я не почтенный дорогой чемодан, а какой-то дешёвый лоток для справления её физиологических потребностей. Это случилось вечером, за несколько часов до вылета. Сказать, что меня чуть не вырвало - не сказать ничего. Хозяйка же орала, как зарезанная, не зная, что ей делать с этим мерзким кошачьим запахом. Сначала она отмывала меня шампунем, потом поливала какой-то химией, потом душила духами «Гуччи», и, наконец, долго сушила феном. Кстати, эти процедуры мне очень даже пришлись по душе, и я где-то был благодарен кошке: вряд ли меня бы когда-нибудь так вылизали, если бы не эта рыжая бестия с тигровым окрасом. К утру я был как новенький и совсем прилично пах всеми ароматами Франции.
В этот раз всё было как обычно: меня, залюбленного, опять набили тряпками, обувью и косметикой. Но я хорошо закрылся, и хозяйка даже вспомнила код, чтобы меня не попытались обесчестить в дороге. Я благополучно был отправлен в Грузию через Стамбул. В аэропорту Риги был взвешен - весил всего-ничего: 17 килограммов. Вот скажите: не много ли на неделю? Но, как заявила хозяйка, еле стащив меня по лестнице, «ничего лишнего»! Хотя, мне казалось, что я был забит до отказа!
«Эй, а куда ты засунешь чурчхелу и специи? - безмолвно кричал я ей.
- Вытащи хотя бы фен, дурища! В каждой гостинице есть фен!»
«Может, вытащить фен?» - вдруг спросила она себя. Подумав немного, решила не вытаскивать. Угадайте с трёх раз, она его хоть раз достала из меня?
«А зачем тебе семь дождевиков?» - так же безмолвно спросил я её.
«Для всех наших»- услышал в ответ.
Короче говоря, я был доставлен в аэропорт и отправлен в Грузию. Меня кидали, швыряли, и только когда бросили на ленточный транспортёр, я немного успокоился. А уж когда знакомые руки подхватили меня, я был совершенно счастлив! Но дальше, когда нужно было собирать меня для возвращения домой, началось нечто ужасное...
Как я и предполагал, чурчхела и специи, а также две бутылки прекрасного грузинского вина заняли во мне достаточно много места. Хозяйка сокрушалась, пытаясь запихнуть в меня, забитого до отказа, всё то, что она привезла с собой, плюс две пары новых брюк и блузку, купленные где-то в Телави.
«Эй, я же не резиновый! Ты что творишь? - возмущённо выговаривал я свои претензии.  - Замок лопнет! Слезь с меня немедленно, корова! Ты что, не видишь, что вторая бутылка вина сейчас лопнет и зальёт чурчхелу и все твои вещи! Выброси хоть дождевики! Пожалей меня! Я тебе ещё пригожусь!» - орал я истошным голосом.
Хозяйка вытащила из меня две пары новых брюк и блузку, вздохнула и, сказав кому-то, наверное, мне: «Ну, держись, милый…», залезла на меня и придавила всем своим весом. Каким-то непостижимым образом ей удалось застегнуть молнию, а я  при этом чуть не задохнулся от злобы и обиды. Я не мог даже орать: я был забит до отказа. Как показали весы, к своим 17 она воткнула в меня ещё 7 килограммов какого-то «бесценного» груза…
Поднять меня эта идиотка не смогла, даже когда перетаскивала через порог комнаты. Но когда я увидел моих товарищей по несчастью, то как-то успокоился: набитые до отказа,  они молча ехали за своими хозяйками, обиженно сопя и чертыхаясь.
В аэропорту славного города Тбилиси хозяева сдали нас в багаж и  уселись ждать рейс на Стамбул, который задерживался на целых два часа.
Это было очень опасно, потому что в Стамбуле пересадка на Ригу была всего  через три часа.
«Как они успеют добежать до посадки? А что будет с нами? А успеют ли нас перегрузить?»- перешёптывались мы с друзьями, лёжа в багажном отделении самолёта. Лежать мне было неудобно: на меня свалили ещё кучу чемоданов так, что я оказался в самом низу.
При прилёте в Стамбул цейтнот времени сыграл со мной злую шутку: в спешке меня таки забыли перегрузить в другой самолёт.
«Эй, я же летел с этими шестью чемоданами! Не вздумайте нас разлучать! Я хочу в Ригу!» - истошно вопил я, но мой голос потонул в крике остальных забытых чемоданов…
А в это время, в самолёте, куда еле успела моя хозяйка, глядя в окно на погрузку багажа, она вдруг сказала своей соседке: «Мне кажется, мой чемодан не погрузили… Знаешь, чего я больше всего боюсь? Что когда буду стоять у этой чемоданной карусели, своего красавца я там не обнаружу…»
Оставшись в Стамбуле, я впал в беспамятство… Что было дальше помню смутно: меня куда-то тащили, на меня что-то клеили, потом опять куда-то бросали, и я опять куда-то летел. Надежда на то, что я встречусь со своей любимой, практически умерла. Но через три дня я почувствовал какое-то волнение: то ли узнал родные шаги, то ли вдохнул любимый запах… И только когда услышал восторженный возглас: «Вот же он, мой любимый!», вздохнул с облегчением… Потом были долгие объятья, я слышал, как хозяйка кого-то горячо благодарила… А через полчаса мы были дома…
Я весь пропах специями, зато вино, засунутое в тапки,  было целым! Меня вымыли, насухо вытерли и со словами: «Больше не теряйся, милый!», засунули на любимую полку… Я был счастлив и спокоен!
Дом - это здорово! Да, я  очень люблю дорогу - для этого меня создали, но только дома я понимаю, какое же это счастье: лежать и ждать, когда родные руки вытащат тебя из тёмного шкафа, и знакомый голос произнесёт:
«Ну что, поехали!»