Прославление Иисуса и Марии Поэма Глава - II

Под впечатлением от прочитанного из Евангелия Марии Валторта
 
             ЕВАНГЕЛИЕ КАК ОНО БЫЛО МНЕ ЯВЛЕНО

               Прославление Иисуса и Марии
                (Поэма)
                Глава - II
                Воскресение.               
               
В саду сверкали росы. Была тишина.
Ещё виднелись звёзды в иссиня – чёрном небе.
Его сапфировые оттенки и цвета
Менялись мигом на светлом горизонте неба.

Звёздочки проглядывали слабее всё
Сквозь бледно-зелёное свечение рассвета.
Тая, в пепельно-молочном тумане все,
Враз проглоченные дымкой неясного света.

Тут промелькнула розовая линия
Тонкой нитью по бирюзовому шёлку небес.
Тишь звенела – утренняя идиллия!
Шёпот ветра пронёсся по листьям и исчез.

Будто будил всех, встречать новое утро.
Так никто и не проснулся, кроме листьев и трав,
Что алмазами рос, искрясь, ждали чудо.
Крепко спали и птицы, за хлопотный день устав.

Охранники у Гроба всё замерзали.
За входом приглядывая, не уснуть пытались,
Хотя камень известью запечатали.
На нём печать из красного воска выделялась.

В свете тлеющих головешек от костра
Эта Храмовая печать алела в извёстке.
Всюду остатки пищи. Видно, шла игра:
Клетчатая доска начерчена на тропке.

Очень, устав, бросили они всё, как есть.
Вот и полированные кости здесь брошены.
Стража, дремая, чтобы не утерять честь,
Взор не сводила с входа, их усилия тщетны.

В восточной стороне розового неба,
Вдруг появился метеорит в ярких оттенках.
Возникнув из неведомых глубин мира,
Он быстро увеличивался в своих размерах.

Огромным огненным шаром это тело
С невыносимым свечением неслось к Земле.
Его фантастичная белизна горела,
Не уставая, поедала рассвет вдалеке.

Стража на «нечто» поражённо смотрела.
Раскалённое, оно издавало, приближаясь,
Мощный, торжествующий гул, и страшило,
Заполняя Мироздание, быстро, опускаясь.

Гул шёл из далёкой небесной глубины.
Пели аллилуйя, славословие ангельское,
Дух Спасителя, сопровождая с высоты.
Он возвращался в Тело Своё истерзанное.

Ударился метеорит в бесполезный
Запорный камень Гробницы. С места его сорвав,
Охрану ввёл в ужас необыкновенный,
Сильнейшим грохотом землетрясение начав.

Дух Владыки Вселенной таким образом
Своё ознаменовал пришествие на Землю,
Как и смертный уход – землетрясением.
Войдя во тьму Гробницы, Он озарил её всю.

Пока нездешнее свечение это
Оставалось в оцепеневшем воздухе Гроба,
В лежащее стылое Христово Тело,
В пеленах недвижное, Его Дух вошёл снова.

Всё это случилось в долю мгновения:
Явление, сошествие, проникновение
Божьего Света, Христа исчезновение...
Безмолвие дано Духу в сопровождение.

Сущность недвижной Материи изрекла:
«Да будет». Но никакое слово не коснулось
Уха людского. Плоть тот приказ приняла.
Она глубоким вздохом ему повиновалась.

В пеленах и под плащаницей Его Плоть,
Искупителя, преобразилась в мгновение
В состояние Божественной красоты. Вот,
Пробудившись от смертельного сна в мгновение,

Ныне, вернулась Она из небытия
К тому, чем была ранее, ожив после смерти.
Первые же, внезапные движения
Под гнётом плащаницы, лишь еле заметны.

И вот Спаситель стоял твёрдо на ногах.
Внушительный, сверхъестественно красивый опять.
Величественным, степенным стал на глазах.
Возвысило то Христа, Любовь же, не смогло изъять.

При всём величие Он был Сам Собой,
Хотя же, теперь и без крови, и открытых ран.
Блистал Он Светом, струящимся сам собой,
Потоком лился из пяти бывших пробоин - ран.

Свет излучала каждая клетка тела.
Лучи из Ладоней, Ступней шли при движении,
Вкруг Христа, создавая ореол света.
От нимба над головой всё было в сиянии:

В местах ран, ссадин, от тернового венца.
Лучи света били и до края риз, когда Он,
Подняв руки, открывал ту область сердца,
Откуда шло ярчайшее свечение, и Он

В самом деле «Светом» воплоти, представал!
Не светом Земли, жалким! Не от звёзд, скудным светом!
Даже не от солнца над головой сверкал!
В блистании райском Он был, в Свете Божественном!
 
В единое Существо Рай в глаза привнёс
Свою, эту невообразимую синеву!
Добавил золотой пламень цвету волос,
Свою белизну ангелов - одежде и лицу.

Всему же, что есть в Нём - неописуемый
Человеческими словами огнь полыхающий!
Огонь - Святой Троицы! Превыспренний!
И своею пылающей мощью затмевающий,

Поглощающий всякое райское пламя,
Лишь в Себе Самом с тем, чтобы породить заново,
За мгновение, следующее время,
Вечной Пульсации Сердца Небес, что бессчётно

Вбирает и разносит капли крови Христа.
Бесплотной Его крови! Что есть в блаженных душах!
И в ангелах! В любви к Богу! И любви Бога!
Во всём, что представляет собой Рай на Небесах!

Всё это и есть Свет, придающий форму
Воскресшему Иисусу, идущему к выходу.
Два ангела кланялись своему Богу,
Встречая Его по одну и другую сторону.

Они пали ниц в трепетном почтении,
Наполнившись блаженством от улыбки Христа.
А Он шёл в невероятном сиянии,
Охваченный ореолом нестерпимого Света.

Ступая вновь по земле, что пробуждалась,
Искрясь от радости в росе своей переливах.
Идя в пестроте цветов, что красовались
Под ярким солнцем над ними и в Христовых лучах,

Вечного Солнца, что им видеть суждено.
Стража лежала без чувств на проснувшейся земле.
Силам зла, встретить Иисуса не дано!
Чистые существа Мироздания по всей Земле:

Цветы, травы, птицы – восхищались, чтили
Всемогущего, что ступал в ореоле Света.
От взгляда Его, улыбки птицы пели,
Распускались бутоны, ярче роса блестела.

Ещё синее становились Небеса,
Отражаясь в сияющих Иисусовых глазах.
Ещё радостнее звенели голоса,
Просыпающихся и резвящихся птиц в облаках.

Христос же, поднял руку, благословляя:
Пернатых друзей, розарий благоухающий,
Цветущие яблоньки. И, обнимая,
Тепло и любовно, душой, весь Свой мир огромный,

Растаял в ароматном воздухе сада.
Иисус исчез под восхищённый птичий гомон.
Усиливающийся вдруг запах ветра,
Пробудил поздней стражу, ощутившую холод.