Скромный образчик путиноидной пропаганды
Научный человек растратчик Шарлама Валаамова оказался самым обыкновенным квартирным вором Васькой Кишкеней, слесарем, как обычно называли себя представители этой преступной профессии, но капитан Ребров, самосплавом спустившийся к устью Колым - реки на дюралюминиевой байдарке, вынырнул много позже на другом конце Советского Союза, что привело к скоропостижной кончине фельдмаршала Толбухина цур Апраксина и разоблачению оккупационного режима вернувшегося под камни с неба Калининсберга.
- Жуткие слухи, - небрежно бросил Гриша шесть - на - девять, сноровисто меняя кассету в громоздком фотографическом аппарате, - Глеб Егорыч. Вот, напримерно, грит мне вчерась кухарка, что встренула на базаре одноногого солдата, так тот ей баял про капитана Реброва.
- О ! - взорвался крайне нетерпимый к небрежению заветов Ильича Шарапов. - Надо говорить " о ", а не " про ".
- Что ж тогда армянский сериал именуется " Про любовь ", а не как ты вот говоришь ? - сразил молодого оперативника опытнейший эксперт отдела по борьбе с.
- Ты сериалы не трожь, - захрипел пропитым баритонцем Жеглов, стремительно сокращаясь возле настежь распахнутого навстречу бодрящим речевкам первомайской демонстрации окна, - я свою совесть под Бобруйском в сорок втором оставил под гусеницами немецко - фашистских танков. Всю, без остатка !
Шарапов вскочил и нервно заходил по кабинету.
- Успокойся, - небрежно махнул ладонью начальник отдела по борьбе с. - И сядь. Нам банду брать, а ты мотаешься тут.
Шарапов уселся на стул верхом, сцепив побелевшие от ярости благородной крючковатые пальцы на гнутой спинке венского изделия мещанской меблировки, доставшегося отделу по борьбе с еще в лихие девяностые, когда вернулся прокурорский Ипать Епатич из знаменательной среднеазиатской экспедиции генерала Скобелева, и добывшего целый гарнитур в обозах Ёдты - бабая, бывшего, как известно и в МГУ, собинным обозником самого Бухарского эмира Кергуду - бая.
- Ты вот на стульчик этот усаживаешься, - заскрипел простуженно Жеглов, с ненавистью ожигая Шарапова горящим взором, - нисколько не задумываясь, что люди его добывали кровью, пока вы тут на продскладе подъедались.
- Верно ! - вскричал Гриша шесть - на - девять, громким щелчок помещая новую кассету в загадочные недра фотографического аппарата. - Помнится, уренгойские танкисты и бодайбинские шахтеры тащили украинские унитазы, угодив невзначай под карательную разнарядку СмерШ.
- Глохни ! - приказал Жеглов, не глядя на фотографа - эксперта.- Слушайте шифровку, пришедшую по ВЧ.
Он открыл верхний ящик письменного стола и извлек оттуда розовый бланк сверхсекретной телеграммы. Откашлявшись, зачел вгул.
" По оперативным данным разведки Седьмого Китайского фронта ранее законсеривированный агент Абвера Курт был выявлен советской почтальонкой Нюрой Беляшовой в каждой советской же деревне, в связи с чем член Политбюро Берия был арестован и расстрелян как британский шпион по приговору революционного трибунала. Указываю принять меры. Начальник ГУКР СмерШ Абакумов ".
- Ну ни х...я себе, - испуганно ворохнулся Гриша шесть - на - девять.
- Мы по уголовным, - заявил Шарапов, неприятно осклабившись, - не по воинским. Не наша подведомственность, Глеб.
- Стреляй ! - завизжал Гриша шесть - на - девять, цепляясь пальцами за яро начищенные голенища хромовых сапог Жеглова. - Стреляй, Глеб ! Уйдут же, уйдут !
Жеглов, отбросив стул, встал на четвереньки и выставил круглый зад в сторону быстро убегавших под плинтус тараканов. Оглушительно пернул и вернулся за стол. Еще один трудовой день отдела по борьбе с подходил к закономерному концу.
Свидетельство о публикации №225040400709