Рубаха родины

Эх, Родина-мать,
Ты даёшь — и ты отнимаешь,
Ширь твою не объять, не измерить саженью.
Я бросаю в поля своё горькое пенье —
Ветер гонит его, как пустую мякину.

У каждого путь —
Кто в столицу, кто в гроб.
Твои реки текут, твои сосны стонут,
А я меж них — чёрный след на снегу.

Моря — синь,
Горы — дым,
Луга — как зелёный дым.
Ты манишь свободой, да только обманешь —
Сколько глаз утонуло в твоей синеве?

А дозоры? Ха!
Сколько их пропало
В этой вечной, проклятой дали?
Ты широка, как Божий гнев,
И так же нема.

"Боль моя, а рубаха твоя" —
Значит, кровь — за тебя лить,
Значит, грязь — за тебя месить.
Ты оденешь, ты согреешь,
Да потом же и разденёшь.

А простить? Не жди.
Ты — не мать, ты — стихия.
Кто-то гибнет у чёрной межи,
А ты растешь берёзки да машешь рожью,
Как дешёвой фатой.

В озёрах — рыба,
В лесах — медведи,
В полях — могилы.
Всё твоё, всё родное,
Только чьё оно — один господь его знает.

Мы — как глухари на току,
Рвём глотки в тумане.
А ты слушаешь, слушаешь,
Да и машешь рукой:
"Живите, мол, как знаете..."

"Ради жизни приличий" —
Значит, пей, но в подкладку,
Значит, люби, но украдкой,
Значит, плачь, но чтоб слышно не было.
Ты великая актриса, Родина-мать.

А кто не играет —
Тот либо в тюрьме,
Либо в чёрной земле.
Ты даёшь нам билеты в этот цирк,
Да вот гримасы — сами выбираем.

Эх, Родина-судьба,
Не постичь тебя рабом,
Не достичь тебя псом.
Я бросаю в тебя, как в омут,
Свою рваную душу.

А ты — принимай,
Как принимала других.
Будет боль — станет песня,
Будет кровь — станет роса.
Мы — твои, даже если ты — не наша.
То тогда чья ты будешь Россия мать наша?..