Перевоспитание Полины Главы 14, 15

-14-

УЗИ показало, что у Полины будет сын! Когда она вышла из поликлиники, ею овладело невесомое состояние окрылённости. Глотнув чистого воздуха, Полина решила немного пройтись, думая, что прогулка подействует успокоительно. Водитель, который теперь возил её на всякие медицинские приёмы, в магазины, на учёбу, получил распоряжение подождать Полину в назначенном месте.

Она медленно шла по тротуару, вдруг в какой-то момент её огорошила мысль отправиться на старый чердак, словно на этом клочке огромного мира зиждилась осиротевшая, но ещё живая любовь, и Полина должна была вновь её увидеть. Так сильно захотелось очутиться там, где они с Женей проводили счастливые дни, где стоял запах чердачной пыли, жили краски, кисти и художественные полотна, где Полина наводила уют, а Женя устраивал художественный беспорядок. Интересно, что стало с чердаком? Полина давно не навещала его. Их чердак под крышей, которого было так жаль и которого так не хватало!.. Полина вызвала такси.

Она осторожно поднялась по металлической лестнице и толкнула чердачную крышку. Вообще-то, Полина думала, что чердак, скорее всего, будет заперт, а ключа с собой у неё нет. Но, как ни странно и неожиданно это выглядело, крышка оказалась не на затворе. Полина благополучно влезла в помещение.

Ого! Всё на месте, кроме картин! И диван, и столик, и электроплитка, и мольберт… Она приземлилась на скрипучий диван, крутя головой и оглядывая любимый приют. На глаза навернулись слёзы. Скопившись, они стали сами собой вытекать, оставляя мокрые дорожки на щеках. Полина убрала их ладонью и сказала:
- Женька, родной мой, у нас будет сынишка! Я назову его Евгением в твою честь, он память о тебе.

Она смотрела куда-то сквозь предметы и, будто Евгений невидимо присутствовал здесь, разговаривала с ним, как с привидением, которое могла созерцать лишь она одна.
- Я завтра хотела поехать к тебе на могилку, но почему-то сердце попросилось сюда, на чердак. Ты ведь здесь, Женя? Я чувствую тебя, чувствую, что ты рядом. Ты, может быть, отвечаешь мне, но я не слышу. Я поговорю с тобой немного. Ты послушай.

Разговаривая, Полина остановила взгляд на какой-то тряпочной вещи, небрежно перекинутой через спинку стула. О, это ведь женский плащ или лёгкое пальто... Полина взяла его в руки. «Не моё, - решила она, - а чьё же?»
- Да оно не старое, нормальное демисезонное пальто… Вроде его недавно сняли, бросили второпях, но, похоже, скоро вернутся за ним..., - произнесла она вслух.

Полина пристальнее всмотрелась в интерьер. Чердачная комната состояла в чистоте, потому что - и это хорошо было видно - периодически подвергалась уборке. Полина привстала с дивана и приподняла покрывало, под которым обнаружила опрятно застланное постельное бельё. Она быстро подошла к холодильнику и открыла дверцу. Полки были заставлены продуктами, а в кастрюле колыхался свежий борщ. Господи, в комнате живут, это ясно!

Может быть, чердак кто-то снимает за символическую плату? Кто-то бомжует, как в своё время Евгений? Но девушка чётко определила, что порядок наведён отнюдь не мужчиной - невооружённым глазом можно было обнаружить, что здесь поработали женские руки! Однозначно!

Полина нахмурилась и с некоторой боязнью насторожилась. Она стояла в невесёлой задумчивости, как ей послышалось, что отворяют крышку чердачного люка. Батюшки! Полина кинулась в одну, потом в другую сторону. Надо было бы, наверное, застыть на месте и объяснить новому хозяину своё непрошеное вторжение. Но она инстинктивно начала метаться.

В углу, возле мольберта, Полина увидела кусок ткани, с которым работал художник. Она прыгнула в этот угол, за мольберт, с макушкой накрывшись найденной тряпкой. «Очуметь! Как у Гоголя!..» - мелькнуло в голове.

Ткань была неплотной, и Полина наблюдала силуэты двух людей, влезших на чердак. То были мужчина и женщина.
- Ты сообщил маме номер поезда и вагона? - спросила женщина.
Полина сидела на коленках и, оберегая живот, прижималась к полу изо всех сил. Однако этих сил у неё оставалось очень мало. Если хозяева вернулись домой, то они могут больше не уйти из помещения. Надо всё же выползать отсюда и признаваться в своём присутствии.

- Костя, чего молчишь? - спрашивала женщина у возившегося мужчины. - Если бы ты знал, как я устала от всей этой бешеной суеты. Как же я устала!.. Андрюшка, небось, соскучился по нам! И мама устала! Ну, ничего, через два дня, дай бог, всё закончится. Так ты сообщил? Или мне ей написать?

Женщина двинулась к кухонному отсеку.
- Да, Натусь, написал. Не переживай.

Полину больно укололо что-то внутри. Она втянула голову в плечи. Голос! А ну-ка, пусть ещё раз что-нибудь скажет. Не бывает подобного сходства. Голос человека неповторим - всё равно что отпечатки пальцев!
- Ага. Хорошо. Давай на ужин картошки сварю. Я вкуснейшую селёдку купила, всегда у одной и той же торговки беру. Поедим и будем в дорожку собираться.

Женщина приблизилась к мужчине вплотную, по-родному положила руки ему на плечи.
- Спасибо тебе, Костик. Спасибо, родной! Знаешь, мне жаль, честное слово, что тебе пришлось пойти на…, страшно вымолвить, на преступление, - женщина, тяжко вздохнув, замолчала на минуту. - Очень жалко её. Но мы бы никогда не сумели найти столько денег.

И вдруг Полина явно услышала, что женщина отчаянно плачет.
- Наташа, тише, дорогая, успокойся. Мне тоже жаль, но что делать?.. Каждый пробивается, как может. Наш Андрейка ни в чём не виноват. Мы обязаны использовать любую возможность, чтобы спасти его.

- За счёт другого человека? - всхлипывала Наташа.

У Полины захватило дух! Аж глаза из орбит вылезли, и волосы встали дыбом. Это был голос Евгения! Нет сомнений, это его голос! Костя?!.. Что ещё за Костя? Кто эти люди? Полина было шевельнулась, чтобы выползти из убежища, но следующий вопрос Натальи резко приостановил её порыв.
- Костя, - мягко позвала Наташа, и по интонации голоса стало ясно: она собирается спросить его о том, что давно необходимо выяснить и о чём стыдно интересоваться, она не решалась на этот вопрос, и вот не выдержала.

- Костя…
- Что, говори же, - ответил он нетерпеливо, поймав тревожные нотки в голосе жены.

Опять наступило кратковременное молчание. Полина затаила дыхание, ожидая.
- Костя, тебе было хорошо с этой девочкой? Ты полюбил её? - тихо спросила отчаявшаяся, ревнующая женщина.

Константин, не отвечая, потупил взор. Как ни грустно было Наташе наблюдать его реакцию на такой интимный вопрос, она видела, что попала в точку, задела за живое. На его губах образовалась еле заметная улыбка или усмешка, но улыбался он с добродушием. Видимо, вспоминал сейчас ту «девочку», о которой шла речь и всё то, что связано с нею. Закинув на секунду голову назад, он, выпустив что-то вроде застрявшего стона, всё же ответил:
- Ты ведь сама дала согласие. Я ничего от тебя не скрывал. Мы вместе принимали решение. А теперь ты ковыряешься в этом, мучаешься от ревности.

Заметив, что Наталья вот-вот заплачет, он стремительно и крепко обнял её и с грубоватой мужеской силой привлёк к себе.
- Натуся, ты же отлично знаешь, что нет у меня никого дороже вас с Андрейкой! Я просто работал. Это была работа. Хорошо оплачиваемая работа! Сейчас на моём счету лежат обалденные деньжища, о которых мы ранее и помыслить не смели! Я их не заработал бы и за десять лет! Богатов - честный человек, заплатил всё до копейки! Через неделю Андрюшка будет в клинике у профессора. Думай только об этом. Не накручивай себя. И меня тоже. Ну?!

Константин прикоснулся губами к мокрой от несдержанных слёз щеке жены, потом с не меньшей нежностью уверенно проговорил:
- Я никогда вас не оставлю. Ты мой свет. Забудь о том, что ты себе нафантазировала. И… прости меня, Наташа!
Наташа мягко отстранилась от его груди.
- Хорошо, я возьму себя в руки. Да, я ревную тебя, но обещаю больше не поднимать этой темы, - еле слышно сказала Наталья.

Бедной Полине показалось, что все её внутренние органы вместе с ребёнком упали к ногам, плюхнулись на пол, а кровь, наоборот, бурным потоком поднялась вверх и напористым, мощным фонтаном залила черепное пространство. «Работа?!! Богатов заплатил?!!» - её охватила эмоциональная дрожь, затряслись руки, как у старухи с болезнью Паркинсона.

Полина вдруг встала во весь рост, с шумом уронив на пол мольберт, быстрее скинула с лица тряпку. Мужчина и женщина враз обернулись на внезапный грохот, а Наташа завизжала от неожиданности кого-то здесь увидеть и страшась. Полина смотрела на мужчину во все глаза, тот тоже, застыв на месте, безотрывно смотрел на неё. Перед нею стоял не кто иной, как Евгений Ковалёв. Живой, здоровый, не изуродованный и не умерший.
- Полина, - еле выговорил художник и скользнул взглядом по её выпирающему животу.

Она не могла выговорить ни слова, только оторопело и не мигая глядела в черешневые глаза воскресшего Жени. Вдруг она почувствовала какое-то необъяснимое напряжение мышц, а затем сильную тянущую боль внизу живота. Полину повело, сначала поплыли круги перед глазами, затем возник сплошной мрак, и она повалилась набок, потеряв сознание. Так и не успела узнать правды.


-15-

Полина Богатова очнулась и сразу увидела над собой лицо Николая Афанасьевича. Сначала лицо плыло в водянистой мутной пелене, но очень быстро приняло нормальное очертание - Полина узнала своего отца.
- Папочка, - обрадованно прошептала она, совсем как маленький ребёнок. - Что со мной?.. Где я?..
Богатов коснулся её руки, с умильной жалостью глядя на свою маленькую деточку.
- Здравствуй, Поля, - держась изо всех душевных сил, дрожащим голосом произнёс он.
- Здравствуй, - немного вопросительно повторила Полина. - Почему ты здороваешься? Где я?
- Ты в больнице, девочка.
Полина, наконец овладев ощущениями и сознанием, рассмотрела палату: она увидела какую-то медицинскую аппаратуру, подключенную к ней, и поняла, что лежит на функциональной медицинской кровати. Рядом с отцом оказался врач. Он осмотрел девушку и по виду остался доволен своей пациенткой.
- Поздравляю вас всех, - удовлетворённо сказал врач. - Дела, как мне видится, пойдут в гору. Молодец, Полина! Вот что значит молодой, здоровый организм, он тебя не подвёл! Однако придётся набраться терпения. И слушаться меня. Тогда всё будет хорошо!
- Доктор, - моляще, медленно ворочая губами, обратилась к медику Полина, - объясните, что со мной? Почему я здесь?

Врач пододвинул к кровати стул, присел, поправил круглые очки на носу и как-то прозаично сказал:
- Полина, вы около месяца пролежали в коме. В вас врезалась машина.
Полина ужаснулась.
- Я попала в аварию? А… как же мой ребёнок?! - сильно заволновалась девушка.
- Ребёнок? - непонимающе повторил врач, обеспокоившись, что пациентка волнуется некстати.
- Да, мой ребёнок? - нервничала она.

Врач и отец вопросительно переглянулись. Полина заметила, что отец горестно свёл брови к переносице и, глядя на доктора, словно спрашивая помощи, пожал плечами.
- Полина, вы думаете, что были беременны?! Я правильно понял? - врач посмотрел на неё с явным сочувствием.
- Что значит «думаете»? Я ждала ребёнка! - воскликнула Полина.
- Нет, милая, у вас не было никакого ребёнка, - с непререкаемой однозначностью произнёс врач. - Если это сообщение вас огорчает, то уж, пожалуйста, извините.
Полина испуганно взирала поочерёдно то на врача, то на отца.
- Папа, - беспомощно обратилась Полина, - зачем ты так со мной поступил?
Николай Афанасьевич нагнулся к дочери и ласково провёл рукой по одеялу.

- Полиночка, что ты имеешь в виду? Как поступил, доченька? - терпеливо спросил он.
- Нанял Ковалёва, который вовсе не Ковалёв!
- Не пойму, о чём ты?  - совершенно недоумевая, ответил Богатов. - Я не знаю никакого Ковалёва!
- Художник, мой жених. Он погиб, мы его даже похоронили. А потом я отправилась на чердак и там узнала, что он не погиб. И я ждала от него ребёнка!


Врач поднялся со стула и позвал медсестру.
- Полина, послушайте меня, - доктор постарался улыбнуться, - то, что с вами происходит, - последствие шока. Вероятно, вам перед окончательным выходом из бессознательного состояния приснилось или привиделось нечто, что принимается вами за реальную действительность. Такое бывает. Путаница в сознании. Главное, что после аварии вы остались живы. И память ваша постепенно придёт в норму. Вы выздоровеете, безусловно. К этому есть все показатели. Через пару недель, надеюсь, я смогу вас выписать домой.

Полина сделала порывистое движение вперёд.
- Но, доктор, я не сумасшедшая, я точно помню…
- Конечно, не сумасшедшая. Но ещё не совсем здоровая. Я встречусь с вами позже, а сейчас отдыхайте. Николай Афанасьевич, прошу на выход, - врач протянул руку в направлении двери.
- Отец, - настойчиво позвала Полина, собрав все силы, - я никогда тебя не прощу!

Николай Афанасьевич, вовсю стараясь быть спокойным, тепло поцеловал Полину в лоб, невзирая на её страшные слова, и, ничего не говоря, быстрым шагом покинул палату. К аппаратуре подошли медики, стали что-то отключать, переключать, следом за этим медсестра сделала ей укол, после которого Полина проснулась лишь следующим утром.

Полина очень скоро пошла на поправку. Через неделю она и вовсе нормально себя чувствовала, словно в её жизни не бывало никакой комы и больницы. Все ей говорили, что она долго находилась без сознания, что все ждали её «пробуждения», что Николай Афанасьевич не вылезал из реанимационного отделения, каждый день наблюдая дочь через стеклянную стенку палаты.

Всё произошло так, как предвещал лечащий врач: Полина ожила и вернулась к жизни. Но свой  шикарный «Мерседес» она больше не увидела - отец якобы продал его на металлолом. Он вообще стал противиться, чтобы у Полины появилась новая машина.
Везде она пыталась добиться правдивого изложения событий, но получала один и тот же ответ, что к ней в больницу никого не пускали. Полина стала расспрашивать знакомую молодёжь в университете - всех, кто хоть сколько-то был в курсе её личной жизни - о своём женихе, художнике Ковалёве. Но ни один из тех, к кому она обращалась, не подтверждал его существования. Полина с усилием рыла, подобно кроту, интернет. Но, к её великому сожалению, никаких статей или сообщений ни о ней, ни о Ковалёве, ни об их помолвке, и тому подобное, она не находила. Понятно, что молчание людей можно подкупить, можно с ними договориться, чтобы они врали. Но интернет?!

Тогда Полина набралась мужества и, как бы ей ни было противно, больно и страшно, что бы она ни испытывала, в один из выходных отправилась на чердак! Каким же великим было её изумление, когда она вообще не нашла знакомого дома с чердаком! Она абсолютно не находила улицы и дома! Возвращалась к исходному ориентиру, отправлялась в путь и начинала блуждать, никак не попадая в закоулок, где должен стоять дом с чердаком! Его не было в помине! Дом словно провалился сквозь землю, словно исчез под действием волшебных чар! Тут Полина почти поверила в своё сумасшествие.

Однако именно интернет всё-таки выдал ей правду. Вместо сведений о художнике Ковалёве Полина нашла кучу сообщений об аварии на Энском шоссе: в «Мерседес», которым управляла дочь известного ювелира Николая Богатова, на полной скорости врезался минивэн» Hyundai», выехав на полосу встречного движения. Водитель минивэна скончался на месте, Полина Богатова доставлена в реанимацию Первой горбольницы в тяжёлом состоянии.

В голове застряла дата аварии. Полина что есть мочи напрягала память, заставляла себя непременно вспомнить этот день, вспомнить, как он протекал. Не получалось! Как корова языком слизала! Но в один прекрасный день -  совершенно внезапно, совершенно непредвиденно, когда она, окончательно разуверившись что-либо вспомнить и психанув, махнула на всё рукой - этот день вспомнился, вспыхнул в сознании яркой вспышкой! Да, это случилось в тот день, когда она предложила свою машину влюблённому в неё Владимиру Зарыгину! Он ещё гордо обиделся на неё, посчитав, что Полина таким образом его унижает. Она тогда поехала «прогуляться»...

Ей пришли на память и некоторые подробности аварии, в частности то, как минивэн выскочил на встречную полосу, как она за считанные доли мгновения поняла весь ужас неотвратимого. А потом - конец! Провал! Так вот с каких пор сознание стало «придумывать» заманчивую и одновременно жутчайшую историю её встречи с Ковалёвым! На самом деле никакого художника Полина не встречала! Она хотела оставить машину и отправиться на прогулку по бульвару, но всего этого не произошло - уже «Скорая» отвозила раненую Полину в больницу!


Она отбросила ноутбук на постель, зарылась в подушку и залилась горькими слезами. Как просто - авария! Вся прекрасная и отвратительная история с подделанной любовью художника и предательством отца оказалась сном?! О, несправедливость! Но, поплакав минут десять, Полина успокоилась, села, взлохмаченная, на кровати, свесила растопыренные ноги и, напротив, неожиданно для самой себя стала громко смеяться! О, она жива! А отец, слава богу, никакой не предатель! Она свободна, и вся жизнь ещё впереди!

 Вечером Полина подошла к отцу, который примостился за работой в излюбленном «английском» кабинете.
- Папа, если я выйду замуж за неимущего, но горячо любимого мною человека? Ты станешь мне препятствовать? - напрямую, с твёрдостью в голосе спросила она.
Николай Афанасьевич уставился на дочь с долей подозрения.
- Что, есть претендент на руку и сердце моей дочери? Поля, родная моя девочка, я столько пережил, пока ты «бродила» между жизнью и смертью! Будто это не с тобой, а со мной случилось! И переживание моё было столь велико, что я переоценил многие вещи!
- Знаешь, я тоже переоценила. Прости меня за зло, которое я тебе причиняла, - и Полина обняла его, повиснув на шее. - Мне такое виделось, пока я «бродила между жизнью и смертью»! Такое!.. Прости, папа!

Полина вдруг взглянула на столешницу. Рядом с гранитным малахитовым прибором для письменных принадлежностей, украшающим отцовский письменный стол, в простой, лаконичной рамочке сияло милое и любимое лицо её матери...
- Папа, я теперь точно знаю, чего я хочу. В смысле профессии.
- Не спрашиваю, но догадываюсь. Рад буду узреть результаты! Я уверен, ты добьёшься, чего хочешь!

Полина приподняла бровь.
- А ещё, возможно, на днях я познакомлю тебя с молодым человеком, который мне нравится.
- Снова буду рад. Уверен, что он хороший человек!
- И ещё хочу спросить, - Полина было замешкалась, но всё же смело продолжила, - скажи, ты уволил Долгорукого?
- Что? Откуда тебе известно?
Полина пожала плечами.
- Не знаю. Теперь я не помню наверняка, это было наяву или во сне, но я слышала, как он строил против меня заговор… Я не подслушивала, честное слово, это вышло нечаянно…

Николай Афанасьевич неуклюже поёрзал на стуле, открыл и закрыл на автомате выдвижной ящик стола и, помявшись, сказал:
- Боже мой, Поля, Долгорукий действительно предложил мне дерзкий и рискованный план, чтобы привести тебя, так сказать, в норму. Но я отказался от этого сумасшедшего плана. Я ещё не выжил из ума, чтобы так изощрённо издеваться над собственным ребёнком! А ведь чуть не согласился, вернее, практически согласился, старый болван! И всё же я отказался, Поля! О, прости меня, доченька! Прости! - отец ринулся в сердцах к дочери.

- Значит, повредившись в аварии, я в сознании воплотила в жизнь его дикий замысел?! Как же сильно на меня подействовало его предложение! - всплеснула руками Полина. - Надо же! Художник Евгений Ковалёв, которого я страшно, безумно любила, беременность… Это всё походило на сущую реальность. Нет ни дома, ни чердака, нет в выставочном ряду на бульваре никаких подобных картин о нашем городе, никто никогда не видел этого художника, никто о нём не слышал…
- Какого чердака?
- Где он жил и писал картины. Папа, ты ни в чём не виноват. За что мне тебя прощать? Я была такой дурой! Я больше не буду, папочка!

Полина вновь обняла отца за шею. Он, мягко улыбнувшись, осторожно спросил:
- Твой друг, с которым ты хочешь меня познакомить, кто он?
- Однокурсник. Володя Зарыгин. Журналист. Его уже печатают. Весьма серьёзный и талантливый молодой человек.

2024 г.