Азбука жизни Глава 1 Часть 350 Симфония мгновений

Глава 1.350. Симфония мгновений

Как глубоко звучит сейчас мой голос в этой нежной, исповедальной балладе о любви. Красивое начало концерта, судя по экранам подключённых городов. Диана постаралась, угадав вчерашнее, всё ещё не отпускающее, состояние моей души. Платье в пол сводит с ума не только меня — оно заиграло новыми оттенками в тот миг, когда Эдик нежно взял мои руки в свои, и наш дуэт зазвучал как тихая, звёздная молитва, полная трепетной надежды.

Пока я переодевалась, надвинув с лёгким вызовом шляпу, Парижская группа начала играть горькую и полную достоинства песнь о боли, которую невозможно скрыть. Они ждали меня, подхватывая Эдика.

И вот я выхожу на сцену. Аплодисменты, родные лица на экранах. Эдик уже переходит к сияющему, драгоценному признанию. Я с наслаждением вступаю, мой голос льётся в прозрачных, отражённых в воде эхах былых чувств, а пальцы сами находят клавиши рояля. Эдик пойман этим настроением — я невольно завожу его. И как пронзительно звучит его горящая, полная упрёка страсть отвергнутого сердца!

Я мягко подхватываю, будто принимаю эстафету, и рождается воздушная, чистая ария-откровение. А вот уже торжествует моя собственная, несгибаемая клятва жить и побеждать. Счастливая, я иду к роялю, зная, какое глубокое, задумчивое умиротворение мы сейчас создадим с Эдиком.

Переодевшись, возвращаюсь к клавишным. Как трогательно и светло звучит наша с группой песнь-утешение, просьба не плакать. В зале появляются дорогие гости — и ради них, уже за роялем, рождается торжественно-скорбное, возвышенное размышление о вечном.

На сцене возникает наш Маэстро. Его взгляд просит меня остаться. И под его палочкой оркестр изливает широкую, пленительную и слегка грустную поэму о северных белых ночах.

Ах, как Эдик кружит голову в стремительном, изысканном и блестящем вальсе ушедшей эпохи! И как после этого обойти трепетную, полную светлой печали элегию памяти? Мой рояль торжествует, радуя Маэстро. А какая мощная, мятежная и трагическая буря чувств обрушивается со сцены в исполнении Эдика… Как же он сейчас хорош!

Но вот мы уже вместе, и наш дуэт звучит как тревожный, щемящий вопрос к себе и друг другу: «А любим ли мы ещё?». Как нежно и печально отвечает его скрипка моему роялю в этой лёгкой, мимолётной и такой прекрасной зарисовке мимоходом. И вот уже мой голос звучит на французском, как отчаянная, вечная мольба о бытии любимого. Я вижу, как в Париже Аннетт, затаив дыхание, слушает.