Книга одиннадцатая. Благодатное небо

«Хлеб сердце человека укрепит». (Пс. 103:15)


Глава 1. Царствие Небесное дало мне друга

«Хлопчик, что всем помогает...»


2024 год, Сергиев Посад


Мы говорим про искренних друзей, когда пишем о них на бумаге.

Когда же пытаемся стать таковыми – образ Божий встаёт, поражённый грехом.

А мы?

В двух тропинках – заблудиться даже сможем.

Мы ищем между: «нам это вовсе не под силу, Боже, сделай всё без нас», – увы, становимся бессильны, отказуясь соработничать с Ним, – и крайностью, отчаянием быть распятыми, вот просто так, без радости довериться Ему, а просто – быть распятыми.

Без Бога – быть распятыми.

Что невозможно.

***

Девочку встретили утки. Множество уток вышли из речки под Лаврой, и шли ей навстречу.

Девочка была одна, она ни с кем не говорила больше полугода – по сердцу, по сердцу была одна среди людей.


Глава 8. Не заблудиться бы в наречиях!

Не собирай святынь на земле.

В Царствие Божие входят сердцами.


Астрахань


Глава 14. Первая доля золотого сечения

Сосуд разлит 
до половины; 
уставших до речей – 
не сомкнуты уста.

Двойная и тройная перспектива – 
замшилые лоскутья 
в очагах резницы 
не поклонит 
до уставших от полей.

Необозримым проводом, 
где буквы – словно вровень встали, 
по линии к углу листа 
сведомой 
по диагональце,

Двойная и тройная перспектива – 
искромая река вовне.


Глава 25. Живое качество души

Созвучий стыли жемчуга, багрянцем не опрошённые.


Значит, дом будет здесь.

И это – неплохо; в этом и есть – здоровое качество души, её живое проявление, со стороны ответов что не ищет, но — привычно видит: как изменяется наш мир с окраин.

– Выпейте из чаши!

Варево блестело. 


Глава 26. Вслух

Проговорить, чтобы признать.


2025 год, Сергиев Посад – Нижний Новгород


Глава 33. Лигатура

Тот собиратель видимых чинов, 
Кто золотые башмачки 
Примерит только после бала, – 
Не узнаёт тебя – на "Вы", – 
Но и не ищет в центре зала. 

Кто приутюжив уголок 
Атласной тканью сшитой блузы, – 
Воспоминание колец, 
Околособранных Сатурном, – 
Нет, не собрать одной земли, – 

Ведь птицею она согрета, 
В полёте, гордости лишённом, – 
Избавленная от надежд, 
Звёзд нисходящих к очагу, 
Восполненных не притяжением, – 

Но разночтением межзвёздных, 
В безлунье светящих вовне, – 
Не чтобы озарить, однако, – 
Но чтобы путнику не стать оплотом ложным, – 
Несмолчавшим в благоговейной тишине.


Глава 34.

Дороги замостили белым щебнем; 
значит то – не изойдут и в этот раз – 
расхожим громом небеса покатые, 
воздвигнутые вдоль двух порознь висящих дисков – 
создателем Самим. 

Но у Него, – да, у Него, – есть Имя; 
ты его знаешь точно, слышал не единожды – 
коли в России был рождён; 
и с Ним – лишь с Его Именем – 
не спорь; 

ты к духу русскому по Его воле 
промыслительно рождён. 


2025 год, Нижний Новгород


Часть II. Дух Святой, вмещает лишь сосуд

А сердце?

Только Дух Святой.

А Дух Святой, вмещает лишь сосуд.

У сосуда стен – прозрачные основы.

Из тишины не будет слышен шёпот; сердце не шепчет, сердце лишь поёт.

А петь – то знать, а зная – видеть.

А видя – помнить.

А помня – знать.

А петь – лишь доверяя.


Глава 1. К небрежному прочтению

Это естественное состояние для христианина – сострадать всегда.


2024 год, Москва


Глава 2. Словом искать богообщения

Словом искать богообщения.

Порогом вышним,

до Живого Источника Любви.


Глава 3. Почва благодатная

Полагаться – на Слово, на истину; на Бога; в слове, в истине – Бог; в Боге – любовь и спасение.


Глава 4. Вода в камень претворяется

Поверить – отчего?
 
Отчего – исходит вера?
 
Сосуд гранёный – тот же кремень,
его число – сколочено вовне;
 
а твёрдости – не исходить по морю,
ведь его заветам – в соли пурпуристой
до хлеба – нисходить лишь жемчугом безвидным.   
 

Глава 5.

Да не придёт Царствие Божие видимым образом.


– Время – это производная пространства. Вычислять нужно форму пространства, а не время.

Он посмотрел на неё так, словно видел впервые – неизученный в четверостишиях слог в чертах лица, затронутого чтением книг по астрономии, таких, какие лягут только в руки бдительных чтецов, самых же, самых же бдительных из них.


Глава 6.

Слово, славящее Бога.


– Богословие?

Казалось, он будто удивился слову  – слову самому!

– Богословие – Слово Божие, славящее Бога; богодуховненное.


Глава 7.

Сложно ручаться за ветра потуги, – 
когда с корневиц пытались полуистлевшие 
вровень до самых окаменелых у чашечек васильковых глиняных черепков; 

восточные ветры, – 
негаснущих в самых последних слогах – литер заглавных слов поперечных, – 
не лягут на донышке чаши испитой – 
казалось, остывшим уже фитилём...

Но прежде, 
но прежде воскинутой чаши – 
на донце её тот самый фитилец, 
казалось, остывший уже, – 
не пламень земной, 
но яко же – сердца сосуд – 
распаляет подобно прообразу своему 
в этих гранях хрустальных.


2025 год, Сергиев Посад


– Всякое слово влечёт за собой действие или противодействие.

Алексей Ильич кистями рук указывал – слова его верны, то есть закон духовный, и исполнение его неотвратимо.


Глава 8. О смирении и страхе Божием


– Ложные мысли – от гордыни.

– Если нет смирения, ты становишься уязвимым к проискам падших духов, и ты неминуемо начинаешь испытывать страх, ведь самостоятельно отодвигаешься от Бога, а без вспоможения Его – человек не сможет душу свою спасти, и даже противостоять искушениям; а любой страх, кроме страха Божиего – что есть любовь к Богу, из которой мы и учимся и можем быть смиренными, – является грехом. Первые слова Спасителя после Воскресения были: «радуйтесь» и «не бойтесь»! Такмо что, христианская радость – в богообщении, которое источник смирения.


И заключила, наконец:

– Животные – помощники Божии для нас.


Глава 9. Зерницо нетлеющих предтеч


2026 год, Нижний Новгород


Гранатовых разливов, отточает берегца, – к началам воздающая чернильная река, по хтони бриллиантовой пурпурца обагряясь в светоч, сетей рыбацких избегая перемен.

Вперёдидущие к началу – у начальцев порознь разлитых, единым устюжков связуют радость невысотного.

Не поклонит к острию неисхождаемых дерев потоки – приобщённый к чуду.

Уставшие в опоре – безмолвствуют у корневиц, жемчугов безвидных не стяжавши.

Неперешедших, – смоковницей преднисходящей, – ты к ним, доколе непричастный, воздвигнешь у гранатовых разливов песнь горнюю, истоками расшитую.

Зерница – не глаголится вовне; она в безмолвии – единство изнутри соткать не чужда.


Глава 14.

Мироточение – это прикосновение Божие к нам.


Глава 15.

По длани тщетной – нет, пурпурца – по графиту непрочтённому вовне – разлито маслицо холодистой реки, извергшей пламя непоклонное – доколе не спасти же светоч, не спасти!


Часть III. Север помнит имя Его

Зерницею превосходящей — 
не по форме, а по сути, — 
реки исходят вновь 
по алым жемчугам, 
минуя грани искреннего 
иссине-чёрного цвета. 

От корысти и лености — 
к бесчестию. 

Предотточает бережцы 
ко вперёдидущим у зачальцев, — 
не имеющий в графите 
и намёка 
на своё лицо. 

Но не поклонит спицей 
в колесе — 
окна очагов 
кипящей белой ртути 
в длани лазурита. 

Не подотточит 
на резцах, 
чуждых к самой истории — 
имён предугловатой формы — 
кадры поперечных к миру 
на заре. 

Чудеса межмирны. 

И, думать непотужно — 
та срединная струна, 
что как река, 
в камень исходящая, 
подобно роднику 
ключом молчит, 
уступая лишь 
самой истории 
как памяти 
о Царствии Небесном. 


Глава 1. Миро – это роса Царствия Небесного


... И это – было только первое чудо!

И Ольга, дочь Веры, Варварой крещёная равно в Духе Святом – сопричастилась к этому чуду – когда рассталась с Павлом, с кем были от одной плоти; он-то – не поверил бы, и даже в это чудо!


... Она жила весело и наблюдательно.

И Дарья это знала – не тотчас, но в имени её узнав черты – что стали и её лицом!


Она заваривала мяту;


Глава 2. Красные реки и омут памяти

Отпевают – в Царствие Небесное; а заупокойных песен, в России не поют.

Ведь только тот, кто никогда не предаст государственные интересы – никогда не подвергнется испытанию медными трубами.

... У тебя в руках – чаша полна стужи! Нет, ты – не хватаешь её резные поручни, не указуя, в лицах – на предлог, – не отразив в своём лице, что было им всего дороже – тем, кто держал вот эту чашу до тебя!

-не окончен-