Одиночество перед грозой

Всеми забытый. Он стоял на перекрёстке дорог. Какую дорогу выбрать в этот раз? Хватит ли сил и времени на оставшийся путь? Всё давно исхожено, испробовано, потрогано руками. Какой шаг будет следующим? Тем более, что он может стать последним... Предугадать подобное было сложно, а тем более решиться на это ещё сложнее. От него уже ничего не зависело. Пришло время, когда решать будут за него: что и как, а ему останется лишь малость — принять это как должное с покорностью и покаянием. Причём навряд ли кто сообщит ему точный день и час, когда произойдёт это важное событие.

Со времени, как он явился на свет божий, прошли годы, а в этом мире так: куда бы ты ни входил, выходить всё равно придётся. Это вопрос времени: открыл дверь и вошёл в этот мир, пускай в другую дверь, но выйти придётся...

А сейчас тишина и мрачное напряжение, давящее на сердце. Вокруг — ни души, только он и свинцовое небо в ожидании дождя.

Всё замерло. Воздух сгустился, превратившись в плотную, душную пелену. Ни ветерка — только волнение в груди, от которого перехватывало дыхание. Пот струился по лицу, застилая глаза. Он машинально смахивал его, но тот возвращался снова. Ноги подкашивались от слабости, однако страха не было. Мысли лишь об одном: устоять. Не пасть ниц перед лицом неизбежного.

Небо почернело. Тучи, готовые к предстоящей атаке, словно вышколенные солдаты, выстроились в одну шеренгу. Они замерли в ожидании приказа, чтобы в нужное время обрушить свою водяную мощь на землю.

Он ощущал, как каждая клетка его организма наполняется трепетом перед неизбежным.   При этом он не в силах был что-либо противопоставить этому. Его время, отпущенное на земную жизнь, заканчивалось. Какой ничтожной букашкой он ощущал себя перед величием природы. Перед её способностью изменять мир, уничтожая годами апробированное старое. В то же время рождая новое, ещё неизведанное. Но будет ли это новое хоть каким-то боком касаться его? Увидит ли он одним глазком, что оно из себя представляет?  Сказать сейчас было трудно.

На перекрёстке судеб, где встречи мимолетны, а расставания неизбежны, стоял он. Стоял словно на краю пропасти, готовый в любую минуту соскользнуть вниз. Мысли, подобно воронам над погостом, кружили в безмолвном хороводе, предвещая скорбь.

Он был одинок — по-настоящему одинок. Ни руки, что поддержит, ни взгляда, что согреет. Всё вокруг дышало отчуждением, будто мир отвернулся, оставив его наедине с болью. 

Он искал утешения в природе, но она лишь множила тревогу. В этом месте, выбранном для покоя и уединения, деревья стояли неподвижно. Сейчас они походили на бетонные изваяния, лишённые жизни и тепла. Их опущенные ветви местами срастались с землёй, напоминая мрачных стражников, охраняющих тайну вечного безмолвия или памятники на заброшенном кладбище.

Птицы умолкли. Даже их далёкое пение больше не нарушало тишины. Ветер, обычно наполнявший пространство живительным дыханием, теперь затаился, боясь потревожить хрупкий покой.

А вот и первые капли дождя. Природа ожила, пробуждаясь от долгого сна. Но ему это не принесло облегчения. Он по-прежнему стоял, окружённый разбушевавшейся стихией: дождь хлестал по лицу, капли рыхлили пыль на дороге, молнии рассекали небо...

Он закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на звуках природы, но вопросы не отпускали: «Сколько осталось? Что делать сейчас? И стоит ли что-то делать вообще?»

Закрыл глаза. Дождь шумел в листве, слагая неповторимую мелодию. В ней он слышал не только голос природы, но и её смысл, полный тайн и загадок...

                (размышления в кардиореанимации)
 
 
                               02.05.25г.)"