Когда на душу сходит благодать. Часть 2

               
                Фронтовая молитва.

    Пасха, время, когда весь мир замирает в ожидании чуда. Время покаяния и прощения.

   Чуть полноватый,  с  округлым добродушным  лицом,  отец Нифонт, сидел рядом с водителем,   бережно прижимая к себе увесистую сумку, наполненную  праздничными куличами. Покрытый въевшейся песчаной пылью,  УАЗик несся на полном ходу по разбитой грунтовке, то и дело подпрыгивая на ухабах объезжая воронки. Мелькали опаленные почерневшие деревья, стаи ворон кружили  на месте недавних боев, сквозь тучи проглядывало  унылое, заплаканное солнце.

   Долговязый отец Алипий, разместившийся на заднем сидении ,  тихонько ойкнул и чуть не уронил образ Казанской Богоматери, когда машина очередной раз подпрыгнула и он ударился седой  головой о крышу.

   - Что, отцы,  прорвемся? – улыбнулся  румяный  паренек-водитель рассматривая в зеркало напряженные лица священников, - немного еще, потерпите, скоро в расположение прибудем, ребята вас ждут.

   - А как же, сынок, с Божьей помощью- завел отец  Нифонт и перекрестился.

   - ,,Воздух!"-закричал водитель,- держитесь! -  и прибавил газу.
 
    Машина мчалась под перекрестным огнем , сквозь плотную пелену едкого дыма, почти  при нулевой видимости,  виляя, пытаясь уйти от шквала разрывающихся снарядов. Святые отцы вжались в сиденья, испуганые,с побледневшими лицами, они  старались удержаться, то и дело  больно ударяясь  о стекло и двери.

  ,,Бегите в лесополосу, прячьтесь!" - перекрикивая шум , скомандовал боец.

   Машина  резко затормозила, из нее, подхватив сумки и чудотворную икону,  суетливо выбрались священники и  не оглядываясь, побежали в лес.  Через несколько мгновений огненным факелом загорелся УАЗ ,раненый водитель с обожженным  лицом и руками выпал на землю и неподвижно лежал на дороге.

   Отец  Нифонт  и отец Алипий бросили  сумки, наскоро прикрыли тряпицей икону и собрались  бежать на помощь.  Снаряды разрывались так часто и близко, что  священники не сговариваясь ,разом  упали на землю.  Они молились, выжидая, когда все стихнет, когда перестанет содрогаться израненная земля. Падали, ломались как спички ,пылающие  деревья.  На месте взрывов зияли  почерневшие воронки.

   - Я – триста! Я – триста! Нужна эвакуация!- звал их  из последних сил   водитель.

     Они решились. Передвигались ползком по растерзанной, сухой земле, прикрывая голову руками, повторяя: ,,Господи, спаси!», крестясь.  Не положены  были священникам ни каски ,ни бронежилеты, способные  привлечь вражеские беспилотники ,  вся надежда на Бога да на славословие…

    -Держись, сынок, - хрипло кричал отец Алипий,  приближаясь к линии огня, сплевывая грязный песок, осевший во рту. Дрожащие от напряжения пальцы,  до боли вдавливались в землю, помогая продвигаться  быстрее.

     - Ползи к нам, давай, родной, ползи!-  вторил ему отец Нифонт, протирая морщинистой рукой слезящиеся от дыма и песка глаза.

     Водитель услышал их, перевернулся на живот, опираясь локтями о землю, медленно подтягивал тело вперед. Казалось, время замедлилось, остановилось, наблюдая за этой схваткой на выживание.

    Они справились, сумели укрыться в зелени кустов и деревьев.

    До позиции оставалось  пару сотен  метров, искалеченный боец, волоча ноги по земле, держался за  Святых отцов, старался  не стонать громко.   Их заметили, навстречу из блиндажа  спешили две женщины в камуфляже.  Высокая,  с темными  волосами, собранными в ,,хвост»,  передвигалась как пантера, как дикий зверь, который чувствует опасность  и умеет ее избежать.  Вторая , щуплая,  скорее напоминала неуклюжего подростка и бежала  спотыкаясь ,  распахнув наивные  голубые, как лесные озера глаза .Вместо армейских ботинок на ногах у нее были пластиковые сабба , розовые , совсем не подходящие военной форме. Женщины перевязали   водителя , подхватили под руки и потянули волоком   в укрытие. Священники ,груженные сумками с продуктами ,   старались не отставать.


                ***


    - Ну, что , девчонки, - скрывая   волнение, - произнес командир подразделения,  – сегодня вы работаете в составе штурмового отряда, это приказ!  Сейчас инструктаж, вечером замените   погибших. Ясно?

    -Так точно! Служим России!- по- уставному слаженно ответили женщины.

    - И обувь сменить! Распустились совсем,- сердито  выговаривал он, рассматривая розовые сабба на ногах Светланы. 

   Отец Нифонт и отец Алипий возились возле стола, выкладывая помятые  куличи рядом с образом Богородицы  , зажигали свечи. Запахло ладаном и выпечкой. Ваниль  растревожила память  о доме, играла улыбкой на губах,  возвращала в  счастливое детство.  Родные сегодня  празднуют Пасху.

   Обещанное перемирие не состоялось, атаки лишь затихали на время, но не прекращались.  Из штаба поступил приказ подавить  огневую точку врага, без прикрытия артиллерии, тихо, вынужденно нарушая мир длинною в три дня. 

    Отслужив  молебен о тех, кто не вернулся, Святые отцы  исповедовали и  ,причащали бойцов.
 
     Мужчины  склоняли головы, скупо, без эмоций ,  каялись в грехах, получали кулич и отходили. Когда дошла очередь до женщин, возникла заминка. Ирина, та, что высокая, с холодным, уверенным взглядом, вдруг  заплакала, навзрыд.  Отец Нифонт  подошел к ней, положил руку на голову, стал читать молитву. Женщина судорожно всхлипывала,  снова и снова переживая ночную трагедию.   Разбомбили почти всю их группу,  она  собирала с выжившими фрагменты тел…  Хотелось кричать от переполнявшей душу боли…

   - Молись, молись, раба Божья, Ирина – уговаривал Святой  отец..  Обнял, погладил по спутанным волосам.

    Она посмотрела на батюшку серыми, полными слез глазами и вместо молитвы вдруг затянула:

   - И , глядя ангелом с неба на землю,

     Выберу нам с тобой место в тепле

     Голосу сердца и разума внемля,

     Я упаду, но поближе к тебе.

     И через день возвратившись сиренью,

     Я обниму тебя , кроной шумя.

     Ты будешь знать, что я твой добрый гений

     Я буду знать, что ты любишь меня.

   Выводили  ее потрескавшиеся сухие  губы.

  ,,Оставьте , Святой отец, шок у нее, не отошла еще," - раздался голос командира.

    Завозился, застонал, заснувший было  раненый водитель. Лик  Казанской  Божией Матери излучал  скорбь, красоту, сквозь пелену слез ,воплощение страдания.
 
    Батюшка  перекрестил женщину ,окропил   святой водой,  стал читать   акафест  Спасителю за здравие.

   А худенькая Светлана, так похожая на несуразного растрепанного воробышка, с позывным ,,Пиаф»,  истово крестясь ,исповедовалась отцу Алипию. Торопилась, как будто боялась не успеть ,упустить главное. Он, привыкший уже к страшным историям, содрогался от того, что ей пришлось пережить, несколько дней прячась от врага  под трупами товарищей. Без еды, довольствуясь  лишь дождевой  водой, как , как она это вынесла?  Даже мужчины ломались, а она, маленькая, хрупкая… Он знал, что Господь отпустит этой ,,пташке» все грехи, за то, что выносИла под огнем раненых, спасала  жизни, за то, что живот у нее в  шрамах от операций, что надорвалась от тяжестей ...  За то, что мужчины не могли смотреть на это уродство и бросали ее.. .
 
     Темнело. Бойцы стояли перед блиндажом обнявшись ,  и как заклинание повторяли хором раз за разом :,,Все ушли, все вернулись ! Все ушли все вернулись!»  Камуфляж на руках и ногах  перетягивал красный скотч-  знак штурмовиков.   Их  боялись,  элитное подразделение деморализовало врага ,наводя панику, принуждая сдаваться без боя.  Женщины, они прошли лишь инструктаж, одна- наводчица, другая – снайпер, теперь- штурмовики.  Отец Нифонт  вышел проводить отряд, обнял девчонок, в темноте они не могли разглядеть, лишь почувствовали на своих щеках его слезы. Подошел  с иконой отец Алипий , благословил, крестил их спины, смахивая слезы, причитая: ,Да что же это? Господи!»

    Упал на колени  в притоптанную  молодую траву , зашептал совсем другую,   фронтовую  молитву… :
 
    Если погаснут далекие звезды, высохнет весь мировой океан,

    Если спасать этот мир будет поздно,

    Он через час превратиться  в туман.

    Даже уже в раскаленной пустыне,

    В той, что когда- то мы звали ,,Земля»

    Знаю, что сердце твое не остынет,

    Я буду знать, что ты любишь меня…


    Случайный шорох, треснувшая под ногами сухая ветка, могли выдать группу.  Они продвигались в молчании, лишь сердца с надеждой бились в ритме молитвы...






         Песня ,,Вечная любовь» автор и исполнитель Денис Майданов.




                ****

   Дорогие, любимые мои читатели! Приглашаю Вас присоединиться к проекту ,,Зажигаем зеленый свет вместе!"

   Предлагаю Вашему вниманию работы замечательного автора- Любовь Тарасова- Горина.  Произведения  создают особенное очарование в  душе, меняют настроение, а порой и погоду. Автор открывает дверь в мир первозданной красоты, наполняет любовью к природе.

  Ваша Виктория.

         Сентябрь.

    Ну вот! Пришёл и сразу нахмурился! Неужели  на дежурство своё так идти не хотелось? Мало того, что нахмурился, ещё и поплакал немножко. Чуток покапали слёзки-дождинки, как будто кто-то обидел тебя, и пожаловаться надо было кому-нибудь. Да уж известно, кому, подруге своей – Осени. Вы же с ней всегда дуэтом плачете. Ведь ты же у неё любимчик.

    Пожаловался, и хватит. Сентябрь же самый первый  из осенних месяцев, самый красивый, и, возможно, самый любимый. Именно ты лето провожаешь, потому и всплакнул  немного, жалея потерю таких богатых красок. Зато Осень свою желанную встречаешь как королеву. И беспрестанно её украшаешь такими яркими, такими насыщенными оттенками желтого, багряного и пурпурного цвета, что порой хочется зажмурить глаза на  чудодейственную красоту, чтобы снова открыть их  и ещё раз сказать: Ах!

   Шуршишь золотой листвой, богато устилаешь ею тропинки в парках и садах,  роняешь с веток перезревшие яблоки. А Осень всё расцветает и расцветает. К приходу Октября она уже во всей красе. Ты для него старался, Сентябрь?

   А как чудно твоё бабье лето с последним солнечным теплом, богатое  золото листьев, дразнящий румянец рябин, первый иней на всё ещё яркой изумрудной траве! Вся природа и все люди благодарят тебя за продолжение лета, за последние солнечные деньки перед осенней слякотью и холодами.  Пахнет хвоей в прозрачном воздухе,  листья меняют свой окрас, теряя зелень и одеваясь в эффектные наряды, как будто собираются на карнавал. Даже лиственница  надевает жёлтое платье и роняет свои иголки, и они пушинкамии плавно скользят на волнах игривого ветерка.

   Это пока  ты ещё Лето провожаешь, прощаешься, не торопишь его уходить. Даёшь  ему вдоволь наговориться с Осенью.  Погода по инерции ещё продолжает дружить с теплом, но тает оно каждый день помаленьку. Приходит осеннее равноденствие,  и укорачиваются эти деньки сначала незаметно, а потом всё быстрее, становятся прохладней и собирают птиц к дальнему трудному перелёту в тёплые края.  На куст боярышника с  пучками красных ягод присела отдохнуть, заодно и перекусить первая птичья стайка: путь у них,  ох,  как далёк. Жалко тебе прощаться с ними, Сентябрь?

   А после равноденствия ты окончательно вручаешь бразды правления в руки Осени.. И всё раньше погружаешь улицы в темноту, всё меньше оставляешь  тепла в осеннем воздухе, всё глубже погружаешь природу в хмурость и дождливость. И плачет она и плачет….  Такая у тебя обязанность: время от времени насылать морось, стелить туманы, включать ветры. «Ну, засентябрило!», - говорят люди и изумляются твоему капризу вдруг наслать на них снег, –  побольше да погуще! Конечно, он растает, это не его время, но тебе же нравится пошутить иногда вот так неожиданно.

   Любишь ты собирать урожаи, Сентябрь, восхвалять прошлые усилия людские. Для людей твой приход знаменует новое время года, для них это новый этап жизни. Начинается учеба у школьников и студентов, после отпусков  наступает новый виток работы, творческих достижений, стремления к совершенству.
 
   Люди радуются тебе, любят тебя, с тобой размышляют о своей жизни, о своих успехах и неудачах, надеются на лучшее будущее. Сентябрь, твоё время – это и воспоминание о потерях и вера в перемены. Ты не оставляешь нас в меланхолии и грусти, а если и погружаешь ненадолго, то грусть эта тёплая и светлая. Всё ещё впереди, разве не так?

                http://proza.ru/avtor/ufqut


© Copyright: Любовь Тарасова-Горина, 2024
Свидетельство о публикации №224120801440
Список читателей / Версия для печати / Разместить анонс / Заявить о нарушении
Другие произведения автора Любовь Тарасова-Горин