Адалат

Как Адалат, азербайджанец из далёких мест оказался в городе Семипалатинске никто не знает. Сам он толком объяснить не мог потому, что очень плохо говорил по-русски. Хотя из немногих слов можно было бы предположить, что на далеком молокозаводе в городе Кировабаде, а ныне Гяндже, случилась недостача, и нужно было срочно сменить место жительства. Женился он на русской девушке Людмиле, работающей медсестрой в поликлинике. Прожили они вместе лет двадцать. Детей родили Эльхана и Рустама. В городе азербайджанцев было раз, два и обсчелся. Всё окружение его русские, казахи, татары. Между собой общались они по-русски, но так и не научился Адалат хорошо их понимать и говорить.

С какого-то времени стал он присаживаться на скамейке во дворе улицы Лесотарной и слушать бабушек, которые целыми днями сидели на скамейках и перемывали косточки кому не попадя.
Вот и Адалат как-то шел с работы мимо, и присел невзначай отдохнуть, а они ему:
-Алик, Алик там в Юбилейном не видел, мясо не выкинули на прилавок? У нас, видишь ли, бабку Надю увезли в больницу и не известно, когда она выпишется оттуда. Так жалко, так жалко. Сын ее приехал, горемычный. Все ходит в магазин за пивом. Переживает.
Адалат один раз присел, другой, и привык присаживаться к ним после работы. Они ему говорят что-то, а он головой кивает. Им это нравится и ему тоже. Они  что-то рассказывают ему, а он только улыбается и кивает.
-Алик, расскажи нам что-нибудь интересное. А то мы говорим, а ты молчишь все время- попросили они.
- Что сказать?- переспросил он.
- Расскажи, какая на Кавказе жизнь? Что интересного там было?
- Море есть. Горы. Змеи там большой. Как нога. Ползал змея на дорогу. Волосатый. Гусеница есть, который бабочка делается? Вот такой волосатый змея. Тракторист колесный трактор наехал на этот змея. Трактор прыгал. Такой сильный змея. Все потом ходил смотреть. Долго там лежал. Еще крылатый змея был. Крылья, как летучая мышь. Старик кустарник рубил, арба грузил, рядом Шеки Мингечаур. Потом кнут спина бил. Он смотрел назад – нет никто. Вверх смотрел, а там змея летит и хвост как кнут плечам бил. Старик ружье арба лежал. Стрелял и убил. Кустарник смотрит потом, там много яйца. Разбил, а там маленький змея с крылья. Змея деревня привёз. Все выходить и смотреть. Ах,ах, говорить.
Бабки тоже заахали, заохали.

Как-то подсел к ним после работы. Они говорят о чем то и смеются. Он посидел, посидел, и показалось ему, что над ним смеются. Пошел в переулок, набрал камней на обочине дороги  и давай перекидывать сверху в то место где бабки сидят. Потом выходит к ним. Бабульки всполошенные, кричат ему:
-Алик, ты видел что творится? Что творится такое?! Камнями кидаются. Хулиганы какие!
- Ай, хулиганы! – потряс он кулаком в воздухе в сторону переулка – Я вам! Хулиганы!

Еще раз, когда он сидел на скамейке с бабульками, мимо шел сын Рустам с племянником Алексеем после учебы. Подсели тоже на скамейку. Поздоровались. Сын рассказал новый анекдот, который услышал днем в техникуме. И племянник и бабки посмеялись от души. Адалат молча посидел, потом засмеялся:
- Ха-ха-ха. Рустам совсем дурак стал уже.
Понял или нет, так и осталось не ясным.

Иногда он очень хорошо все понимал. Особенно если целыми днями говорили об одном и том же.
А говорили о дочке Коровниковых.
"Ходит, - рассказывают бабки - шалава, проститутка, юбка до задницы. То с одним гуляет, то с другим. Стыд и срам. Родители спились совсем и дочка туда же". И несколько дней только об одном и том же говорили.
- Коровникова девица совсем гулящая стала, размалеванная, с парнями ходит - обронила случайно жена дома.
Обычно жена сплетни не разносила. Так. Вырвалось.
 
В ближайшие выходные Адалата с женой позвал на юбилей Рамис. Адалат с Рамисом работали на ТЭЦ и вроде считались земляками с Кавказа. Приоделись, пошли в гости. Рамис тоже был женат на русской, и была у них дочка лет семнадцати. Жили в частном доме у мясокомбината. Пришло человек пятнадцать. Посидели за столом в доме, выпили самогонки. Адалат не пил совсем и никогда. Сидел рядом с хозяином дома - уважаемое место. Потом все пошли на улицу разговаривать, песни петь. Гуляли, плясали.
Поздно вечером пришли домой. Адалат сказал жене:
- Я Коровникову учил.
- Алёша, кого ты учил. Какую Коровникову? - изумилась жена.
- Который шалава, короткие юбки, проститутка. Когда все ушёл песни петь. Я остался и этот Коровникова. Незаметно подошел, взял волосы и на стол положил голова её два раза. Показал кулак лицо. Сволушь, говорю. Еще раз юбка оденешь, получишь, шалава.
- Какую Коровникову? Ее там не было!
- Сидела за стол, рядом Елена. Светлый волос такой.
- Так это же дочка Елены – Маша. Она же приемная дочь Рамису. Ты что ее не помнишь? Ты ей лодочку делал с парусом, когда она маленькая была. Хорошая девочка. В институт уже поступила.
Адалат махнул рукой:
- Какой разница? Маша, Саша. Что ты хочешь? Юбка короткий нельзя носить. Будет большой, скажет спасибо дядя Алик, хороший урок был. Что стоишь? Чай пить нада и спать уже. Рустам! Алексей! Чай пить!
Сын с племянником вышли из дальней комнаты, протирая глаза спросонья.
- Рустам! Расскажи анектод! Я очень много смеялся, как ты говоришь. Не правильно ты говоришь. Надо учить, а потом на люди выходить. Садись, чай пить будем и спать.

Это была традиция семьи. Попить чай и ложиться спать.