Разочарование

     Вода уходила, обнажая влажный, темный песок, словно смывая последние следы чьих-то мимолетных радостей. Она сидела на самом краю прибоя, спиной к надвигающейся тьме, и ее взгляд был устремлен туда, где серая дымка горизонта сливалась с хмурым небом. Нельзя было дольше держать эту боль внутри, словно запертую птицу, рвущуюся на волю. И вот, первая слеза, горячая и крупная, прочертила влажную дорожку на ее щеке, словно крошечный ручеек, пробивающийся сквозь каменистую почву.
     Затем рыдания вырвались наружу, сотрясая ее хрупкое тело. Она быстро закрыла лицо ладонями, словно пытаясь спрятаться не только от мира, но и от собственной боли. В этот миг небо расколола ослепительная вспышка молнии, и порывистый ветер, словно вздох разгневанного великана, помчался к берегу, вздымая холодные, серые волны.
     Гроза обрушилась внезапно, безжалостно сминая безмятежность пляжа. Тяжелые капли дождя хлестали песок, взбивая его в грязную пену. Но девушка не шелохнулась, продолжая безмолвно плакать, словно окаменевшая в своем горе. Казалось, внутри нее бушевала такая же яростная стихия – воспоминания, обиды, невысказанные слова терзали душу, словно безжалостные молнии, освещая темные уголки памяти.
     Ливень усиливался с каждой минутой, превращая пляж в бурлящий поток. Ветер крепчал, с яростью обрушивая волны на берег, словно пытаясь смыть ее печаль вместе с песком. Гром раскатывался над головой, словно небесный гнев, а молнии, рассекая тьму, на мгновение выхватывали из мрака ее одинокую фигуру.
     Девушка промокла до нитки, ледяные капли стекали по лицу, смешиваясь со слезами. Она дрожала от холода, но не двигалась, словно замерзла не только телом, но и душой. На мокром песке образовались лужи, темные и блестящие, словно осколки разбитого зеркала. В одну из них упала еще одна слеза, расплываясь мутным кругом.
     И вдруг, словно вспомнив о чем-то важном, она дрожащей рукой достала из кармана небольшой кулон. С трудом расстегнув замок, она открыла его и уставилась на крошечную фотографию внутри. Затем ее губы зашевелились, беззвучно произнося четыре выгравированные строчки:

– "Свети всегда Моя звезда,
Сквозь тучи, в бурю и туман.
Я всё прощу тебе всегда,
Но не предательство и не обман."

     Словно услышав эти слова, природа вдруг затихла. Ветер стих, успокаивая взбушевавшееся море, и сквозь рваные тучи пробились первые лучи заходящего солнца, окрашивая мокрый песок в золотистые оттенки.
     Девушка медленно поднялась, ее взгляд в последний раз скользнул по линии горизонта, где только что бушевала стихия. Неслышно прошептав несколько слов, словно прощаясь с кем-то или с чем-то, она еще немного постояла, вдыхая свежий, омытый дождем воздух. Затем вздохнула и не спеша пошла прочь, оставляя за собой мокрые следы на зыбучем песке. Пляж, безмолвный свидетель ее горя, провожал ее до самой кромки дюн.
     И к кому прикасались ее озябшие ноги, кого она оплакивала в этот бурный вечер, пляж никогда не запомнит. Лишь на мокром песке, словно крошечная, блестящая капля застывшей печали, остался лежать раскрывшийся кулон, потерянная частичка разбитого сердца.