Дуэль и время

— Сударь, соблаговолите выбрать пистолет, сказал секундант.

Он не спеша открыл небольшой ящик с вензелями. Там лежали валетом два пистолета и какие-то незнакомые инструменты. Впрочем, догадался я, это шомпол, а это масленка. Да, до технологического прорыва еще далеко.

На вид пистолеты были абсолютно одинаковыми. Стальное дуло, деревянное ложе и рукоятка. Красивые. Серебряные накладки с вензелями около курка.

Я пожал плечами, и взял один. Он удобно лег в руку.

— Заряжен? — спросил я.
— А как же! — рассмеялся секундант.

На вороненой стали дула причудливо играли розоватые блики рассвета.
В шагах десяти, отвернувшись, стоял Пушкин, и о чем-то думал, глядя на акварельные краски зимнего утреннего неба.

Секундант подошел к Пушкину. Тот небрежно хмыкнул, и взял второй пистолет.

Секундант закрыл ящик, и встал рядом со вторым секундантом, и сказал
— Господа, прошу последовать к барьеру. Стреляться будете с пятидесяти шагов.

«Дуэль, однако!» - подумал я.

**********

Вчера я был на вечеринке, или как здесь называют, приеме у одной богатой дамы. Там было несколько довольно милых девушек. С одной из них я обменивался улыбками. Как назло, в это время Пушкин рассказывал что-то очень драматическое из своей жизни или из своей повести. Что-то действительно интересное. Но я, будучи в кругу слушателей, как уже сказал, отвлекся, чем, видимо, задел самолюбие рассказчика.

В эту эпоху, оказывается, нужно было совсем чуть-чуть, чтобы застрелить человека. В наше время за такое даже морду бы не стали бить. Впрочем, это зависит от компании. Я же имел ввиду общество условно интеллигентных людей.

Нас, конечно, попытались помирить. Но Пушкину вожжа попала под фалды фрака, и дело кончилась дуэлью.

**********

Утро для смертоубийства выпало великолепное. Легкий морозец, легкая облачность. И место приятное - полянка вблизи березовой рощи.

 Мы с Пушкиным сняли для удобства сюртуки. Пушкин посвистывая пошел на свое место, а я двинулся к своему.

По дуэльному кодексу первым стрелять полагалось мне. Но стрелять в Пушкина я, разумеется, не собирался. Я же не Дантес несуразный! По команде я прицелился, и слегка повернул дуло в сторону и вверх.

Выстрел! Баххх! Громко!
Как и ожидалось, Пушкина пуля не задела.

— Вы промахнулись, сударь! — насмешливо произнес Пушкин. — Теперь очередь моя.
— Да, разумеется! — ответил я. Расстояние большое, может промахнется. Не из Макарова же стрелять будет.

Пушкин медленно поднял пистолет, тщательно прицелился. Выстрел!

Было забавно видеть как, замедляясь и размазываясь по слоям разделявшего нас времени, приближалась ко мне пуля.

Тут словно лопнула струна, и я вернулся в свое время.

**********

Я стоял у памятника Пушкину, и смотрел на гордо вскинутую голову поэта.

“Да, шалопай ты был изрядный, Александр Сергеевич”, — подумал я.
И тут, то ли мне показалось, то ли вправду, поэт скосил на меня глаза и усмехнулся. Потом сделал пальцами легкий жест, мол, иди, мальчик, не мешай. И снова замер.

Я пожал плечами. Ну ладно. И пошел домой.