Питер-двор колодец

Среди старых домов, облупленных временем, есть один двор-колодец, который появляется лишь раз в десятилетие. Обычный с виду — с высокими стенами, тусклым светом фонаря и серым небом над головой. Но стоит тебе ступить за порог в определённую ночь, когда луна зависает в точке пересечения веков, и воздух становится гуще, словно в нём растворилось чьё-то дыхание.

Ты моргаешь — и мир вокруг смещается.

Ветер несёт запах угля и горячего хлеба. Каменные мостовые звенят от копыт, кареты проплывают мимо, растворяясь в дымке. Голоса вокруг звучат мягче, размереннее. Город перед тобой — живой, но не твой. Это Петербург 1913 года, застывший в последнем вдохе перед бурей, перед войной, перед тем, как мир станет другим.

У тебя есть шесть часов.

Если успеешь найти выход — вернёшься обратно, с запахом прошлого в волосах и отблеском газовых фонарей в глазах.

Но если замешкаешься, если зазеваешься, если что-то — или кто-то — заставит тебя задержаться…

Мир сомкнётся вокруг тебя, как замёрзшая вода на стекле.

И тогда ты больше не вернёшься.

Ты останешься здесь, в городе, где тебя никогда не существовало.

И, возможно, спустя десять лет кто-то войдёт в этот двор-колодец и случайно увидит в толпе знакомый силуэт.