24-й кадр...

В заводском Доме культуры "Мир" вместе с  моим отцом работает художником Мишка Жигоцкий, он через дорогу от нас живёт и частенько забегает  к нам в гости.И вот что он однажды придумал. Все художники ,как  и положено, делают  вначале для афиши набросок и только потом принимаются за работу. А Мишка рисовал афиши с помощью диапроектора - договаривался с киномехаником, тот  вырезал  ему из фильма понравившийся кадр: " А чего их жалеть,  там  их  24 за секунду проскакивают, кто эти кадры будет пересчитывать". Потом вставляет плёнку в проектор и обводит изображение карандашом, а после заливает всё краской - вот  вам и готовая афиша. Все  художники  успевают  сделают в день по одной афише, а Мишка клепает их по четыре штуки, и ещё подрабатывает в других местах. Я  слушаю своего отца  и не понимаю, а почему же он сам так не делает, если это  быстрее и  проще, а отец   неожиданно сам  мне ответил:
- Работать надо честно, и  желательно с душой.
- А если афишу прямо с киноэкрана срисовывать! В натуральную величину. Большие бы получались, и красота? - предлагаю я отцу.
- Не пойдет. Если в большом киноаппарате остановить пленку для стоп кадра, то она тут же выгорает и плавится. Лампа же очень мощная.
- А как художник, Мишка твой, он как? - не унимаюсь я.
- Так, средне. Буквы рисует правильно, без ошибок. На вот тебе,- он положил на мой стол кадр из фильма.

Это была красавица Оливия Хасси из Ромео и Джульетта!

- Цензура приказала вырезать. Так Мишка  сказал...

-Знаю я вашего Мишку, тот еще кадр,- это вмешалась  наша мама, мы и не заметили как она с кухни вернулась. - Паненка, вы сегодня обворожительны. Думал я щас вся растаю и  положу ему самую большую котлету. Дурочку нашёл.

Котлеты у мамы получались всегда разных размеров, но были необычайно вкусные.   Мясо для них она брала у знакомого мясника, жена которого постоянно рожала в роддоме, где мама заведовала аптекой.

-В следующее воскресенье  едем в Кавголово. Вы не забыли?

Когда приехали в Кавголово, то поначалу двинулись в сторону озера. Отец набрал там воды, сказал , что  интересного ничего  нет -кругом  одни камыши, и мы  направились к  холмам. На одном из них он  развернул свой этюдник и принялся за работу, а мы с мамой  собирали цветочки и выкапывали калган , которого там  было превеликое множество. Потом мы  достали из сумки  скатерть и принялись выкладывать  скромный  "завтрак на траве"... Отец присоединился к нам позднее как только закончил  свой этюд. На нём  редкие  облака  плыли над  землей и создавали  на ней  причудливые  тени  которые нарушали  все  каноны  восприятия  перспективы.
А вот преподаватель вечерних классов отца, разглядывая этот этюд, неожиданно выразился так:

- Лес вблизи должен быть  чуть темнее, а вдали  всё светлее и размыто…

Но нам с мамой этот этюд нравился, мы-то всё видели своими глазами, а в моём письменном столе долго потом лежал тот самый 24 -й кадр, пока я не встретил свою свою... Оливию.