Загадка Керна I часть

Можно послушать аудиоверсию детектива https://vk.com/wall57341228_2347


Сие произведение посвящаю моему первому читателю - Марине Парновой.

                Загадка Керна.



  Керн подошел к двери своей квартиры. Дверная ручка показалась удивительно холодной, хотя в доме, состоявшем из десяти одинаковых квартир, отопление работало исправно.
  Керн повернул ручку и вошел. Первым, что бросилось в глаза, был белый прямоугольный конверт, аккуратно лежащий на тумбочке у двери. Шестиугольный металлический стержень длиной около десяти сантиметров покоился на конверте. Здесь же стоял телефонный аппарат.
  «Консьержка», - подумал Керн.
  Он быстро распечатал конверт. Это был штраф за стоянку в центре, выписанный ему месяц назад дотошным инспектором дорожной полиции. Керн давно забыл о происшествии. Пустяк. Тем более дело, которым он сейчас занимался, требовало полной концентрации сил и отнимало все его время.
  Керн служил детективом в одном частном агентстве. Некая престарелая мадам наняла их для слежки за неверным супругом. Но любитель плотских утех весьма успешно занимался и другими не богоугодными делами.  В частности, Керн обоснованно подозревал его в торговле запрещенными веществами.
  Слежка приносила плоды, и Керн быстро переключился на свою работу, решив по дороге оплатить злосчастный штраф. В конце концов, не арестуют же его за это.
  Стержень тоже мог подождать своей разгадки. Конечно же, все очень просто. И он выяснит при ближайшей возможности у консьержки или даже владелицы дома, благо последняя жила здесь же, на первом этаже.
  Керн вздрогнул, когда раздался телефонный звонок.
- Алло!
  Механический голос в трубке поскрипывал.
    - Здравствуйте. Вас беспокоит служба взысканий задолженностей. За вами числится…
  Керн бросил трубку. К черту! Не до этого сейчас. Надо составить подробный отчет о проделанной работе и план дальнейшей слежки за «объектом».
  Всю следующую неделю он жил в машине. Кипа фотографий и прочих доказательств незаконной деятельности подопечного росла. Керн предлагал шефу сдать клиента полиции, но у начальства были свои планы. И этих планов он пока не знал.
  Когда через неделю Керн вновь стоял у дверей своей квартиры, ему что-то сразу показалось необычным. Да. Точно. По нижней кромке двери пролегла непонятная белая полоса. Кое-где она даже переходила на пол. Он наклонился и провел по полосе пальцем. Почувствовал холод и сырость. Иней! На двери в квартиру второго этажа теплого кирпичного дома появился иней!
  Недоумение охватило его. Ручка на тот раз оказалась еще холоднее, чем неделю назад. Зайдя в квартиру, он опять увидел белый прямоугольник на тумбочке. И снова на нем лежал стержень. Нет, уже, пожалуй, штырь. Толщиной в палец он также имел шесть граней и был, по крайней мере, в два раза длиннее предыдущего.
  Поход к консьержке не дал результата. Она не заходила и никого постороннего не видела. Владелицы дома не оказалось. Керн распечатал конверт. В нем лежала точно такая же квитанция, как на прошлой неделе. И опять зазвонил телефон. Керн замер. Он решил не снимать трубку.
  Что это? Шантаж? Кто-то решил его запугать? Или подшутить? И если врагов у Керна было достаточно, то друзьями в свои сорок он так и не обзавелся. Связи, агенты – да. Но друзья… Друзья мешают работе. Личная жизнь тоже отсутствовала. Он не умел страдать от одиночества, что и делало его идеальным детективом.
  Хотя ему нравилась его соседка Лара.
  Лара!
  Телефон перестал звонить. Керн стремительно вышел в коридор и постучал в соседнюю дверь. Лара оказалась дома.
  Она была обворожительна в легком домашнем платье и с убранными волосами.
- Добрый вечер, Лара.
- Добрый вечер, Макс.
- Я, собственно… хотел спросить. Не слышали ли Вы что-нибудь необычное в последние дни? Стены у нас тонкие и, может быть…
  Лара с интересом смотрела на него. Или ему показалось, что с интересом. Или хотелось, чтобы показалось.
- Пожалуй, нет. – Ответила она.
- И все-таки. Что-то необычное было?
- Позавчера мне показалось, что Вы вернулись домой, Макс. Будто скрипнула дверь. Я обратила на это внимание, потому что одновременно свет моргнул у меня. Потом мне позвонили, я отвлеклась и больше ничего.
- Кто звонил?
- Ошиблись. Робот говорил мне о задолженности по штрафу на транспортное средство. А у меня и машины нет.
- Конечно… Ошиблись. Спасибо, Лара, Вы мне помогли, – Керн сделал паузу, потом улыбнулся. – Может как-нибудь сходим куда-нибудь? Кофе выпьем. Я знаю отличное кафе неподалеку.
- Можно, – Лара улыбнулась в ответ.
Он действительно ей нравился. Хоть и был староват для нее.
- Я Вам позвоню тогда.
- Можете просто постучать в стенку.

  Керн вернулся к себе. Телефон молчал. Он повертел штырь в руках, поздно подумав об отпечатках пальцев на нем. Возможно тот, кто принес его, оставил следы. И все же Керн завернул стержень в платок: решив отдать его на экспертизу. Чем черт не шутит?
  Надо разобраться с этим несчастным штрафом. Он решил не откладывать это в долгий ящик и немедленно съездить в службу взысканий задолженностей. Хоть этот вопрос прояснить.
  Через двадцать минут Керн сидел перед толстым клерком с жирными волосами и терпеливо ждал, пока тот искал его штраф в базе.
-  Вы ничего не должны, - заявил он внезапно, смешно глотая окончания слов.
-    А это что? – Спросил Керн, протягивая чиновнику квитанцию.
  Клерк повертел ее в руках и, улыбаясь, промямлил:
-   Подделка. Вас никто не штрафовал за последний год. Вы - примерный водитель.
   Керн вышел из здания службы. Он пока ни на шаг не приблизился к разгадке. И как объяснить иней на двери? Кто-то принес к его квартире маленькую морозильную камеру, открыл ее и подышал холодом на дверь? Бред. Как это было возможно осуществить незаметно для консьержки? Старушка обладала цепким взглядом, хорошей памятью и командным голосом. Сам Керн побаивался ее, про себя называя Цербером.
  Черт! Он осознал, что уходит в сторону от основного расследования, и решил слегка передвинуть приоритеты. Тему мелкого наркодилера надо было срочно довести до логического завершения, сдать все факты начальству, и дальше пусть они сами разбираются с делом.
  День был погожий. Город привычно гудел пробками и стонал тормозами многочисленных авто. Идеально для слежки. Керн, конечно, отдаст конверт и оба стержня на экспертизу.  И, кроме того, он решил ночевать дома каждую ночь, чтобы не пропустить момент появления странной посылки в его квартире. Вероятность этого события была весьма велика.
  И все-таки прежде всего - работа.
  Все случилось в среду. Нижняя половина двери белела свежими кристаллами инея. Керн смотрел на дверь и вдруг его осенило! Ему нужен свидетель. Он постучал в соседнюю квартиру. К счастью, Лара была дома.
 -  Здравствуйте, Лара. Мне опять нужна ваша помощь.
  Лара смотрела на него своими ясными серыми глазами.
-  Конечно, Макс. Чем могу?
-  Пойдемте со мной.
  Они подошли к двери Керна. Лара замерла.
-  Что это? – спросила она.
-  Хотел бы я знать. Похоже на иней обыкновенный.
  Лара провела по двери рукой. На ней остался мокрый смазанный след.
-  Да. Иней. Но откуда?
 Они смотрели друг на друга, ожидая ответа. Хотя бы версии.
-  Странно, - сказала девушка.
- Внутри должно быть не менее странно, - заметил Керн. – Я еще не заходил. Один вывод можно сделать точно. Я не сошел с ума и не страдаю галлюцинациями. Вы видите то же, что и я. Зайдем? Не боитесь?
-  Не боюсь.
 Он повернул ручку, держа ее через платок. В противном случае рука могла примерзнуть к металлической поверхности.
  Все повторилось. На тумбе лежал конверт. Но стержень! Это был теперь прут толщиной с ножку стола и длиной не менее полуметра.
 Прут блестел хромированной поверхностью и выглядел угрожающе.
  Керн взял его в правую руку. Да, теперь это, пожалуй, оружие. Лара завороженно смотрела на него. Вскрыв конверт и обнаружив там третью копию фальшивой квитанции, он аккуратно перенес предметы на стол.
  Лара увидела все три комплекта из одинаковых писем и разных стержней.
  Она опять вопросительно взглянула на Керна. Он рассказал о первых двух происшествиях.
-  У меня нет объяснения, - сказал он. – Три недели – три послания. Я отдавал все это на исследование. Ничего, все стерильно, только мои отпечатки. И чиновника службы взысканий. Квитанции напечатаны на обычном принтере и на обычной бумаге. Таких миллионы.
-  Похоже на розыгрыш, - заметила девушка, разглядывая предметы. – Очень странный розыгрыш.
 Керн нервно ходил по комнате.
-  Даже розыгрыш должен иметь конечную цель, - сказал он. – А дверь? При чем тут иней? Кстати, тот скрип, что вы слышали на прошлой неделе, не в среду случайно был?
-   Да, – подумав, ответила Лара. – В среду.
-  Так. Допустим, это шутка. На шантаж или запугивание весь этот спектакль не тянет. Шутка. Чего ждать через неделю? Обледеневшую дверь и телеграфный столб в конверте?
-  Я думаю, через неделю все кончится.
-  Почему?
- Три. Сакральное число. Кстати, Макс, в некоторых религиях лютый холод ассоциируется с нечистой силой. Как и адская жара.
-  Я – атеист, - уточнил Керн.
-  Это совсем не отменяет веру.
  Неожиданно зазвонил телефон. Нет уж, теперь он не упустит момент. Керн взял трубку.
-  Здравствуйте. Вас беспокоит служба взыскания задолженностей. За вами числится…хррр…за вами числится….хррр…за вами…хррр…
-  Бесовщина какая-то, - выругался Керн, положив трубку.
-  Хорошо, - Лара приложила палец ко лбу. – Жидкий азот. С его помощью можно сотворить что-то подобное с дверью…
-  Это очень сложно. И как проскочить незаметно мимо Цербера?
-  Цербера?
-  Консьержки.
-  Верно вы подметили. Цербер.
  Лара широко улыбнулась. Керн обратил внимание, какая у нее милая, детская улыбка. С ямочками.
-  Мимо нее мышь не проскочит, - сказала девушка.
-  Вот именно.
  Они замолчали.
- Ну, и каков будет наш план действия? – прервала молчание Лара.
-  Наш? – Керн удивленно приподнял бровь.       Он знал, между прочим, что эта гримаса идет ему. Он становится похож на какого-то голливудского актера. Клинта Иствуда, что ли.
-  Да. Вы же не думаете, что я теперь останусь в стороне. Времени у меня сейчас, хоть отбавляй. Сезон в театре закончился.
  Точно, она - актриса. Как он мог забыть?
-  Тогда поступим так, - деловым тоном произнес Керн, внутренне обрадовавшись сближению с Ларой. – У меня сезон в самом разгаре. Я продолжаю выполнять свою основную работу. Параллельно постараюсь выяснить, откуда звонили. Вам и мне. И еще. Штраф все-таки имел место быть. В центре меня подловил некий инспектор. Возможно, тоже фальшивый. Попробую его найти. Вы внимательно слушаете, нюхаете, запоминаете, что происходит в доме всю неделю. Постарайтесь замечать все мелочи. Лучше записывать. В следующую среду назначаю очередное совещание. Если возникнет что-то неотложное, вот вам мой номер телефона.
  Он протянул ей визитку.
-  Детективное агентство «Три бобра». Старший детектив Макс Керн, - прочитала вслух девушка. – А почему «Три бобра»?
-  Отец, мать и сын. Что тут непонятно? Сейчас мне нужно идти. Остаемся на связи. До свидания, Лара.
-   До свидания, Макс.
Совещанию не суждено было состояться.

  Звонки отследить не удалось. Керн уже не удивлялся. Покрутившись у места, где его оштрафовали, он осторожно попробовал найти лже-инспектора через его настоящих коллег, дежуривших здесь же. Под предлогом поиска свидетеля, служащего в дорожной полиции, Керн подробно описал внешность разыскиваемого. Результат нулевой. Такой человек в полиции не служил. По крайней мере, в центральном отделении.
  Опять мимо. К счастью, сбор доказательств незаконной деятельности его клиента подходил к концу. Керн все знал о его связях с женщинами, о том, где он берет наркотики и кому сбывает. Адреса, условные знаки. Полностью знал маршруты горе-любовника и его обычный распорядок дня. Он даже знал, что ровно половину своих незаконных доходов тот тратил на супругу. А это была очень солидная сумма. Так что мадам зря затеяла это расследование. Теперь она могла лишиться средств к своему безоблачному существованию.
  Папку со всеми материалами Керн постоянно держал при себе. И со дня на день собирался завершить дело, передав ее шефу.
  Но тут позвонила Лара. Это опять была среда. Лара кричала и плакала одновременно и сначала Керн ничего не понял.
-  Она! Она там!!! Мозги!!! Везде ее мозги!! О, Макс! Это я нашла ее!! Полиция… О, Макс!
-  Лара, успокойтесь, - он старался говорить негромко и медленно. – Лара, что случилось? Пожалуйста, с самого начала. Кого вы нашли?
-  Цербер… - девушка продолжала всхлипывать. – Я вернулась из магазина. Заглянула в ее окошко, спросить про почту. А она там. На полу. И кругом ее мозги. Она и сейчас там лежит. Макс, я боюсь!
-  Не бойтесь, Лара. Я сейчас приеду. Вы полицию вызвали?
-  Да, я сразу позвонила, как немножко пришла в себя, - девушка почти успокоилась. – Что мне делать?
-  Ждать меня. Что-нибудь еще вы успели заметить? Или кого-нибудь?
Девушка помедлила с ответом. Вспоминала.
-   Да. На ее окошке была изморозь.
-   Изморозь? Вы не ошиблись?
- Нет. И еще, Макс, - она опять громко всхлипнула. – Из ее головы… Цербера… консьержки, то есть… торчал тот самый прут. Последний.
  Керн замер. Тот самый прут? Но там же…
-  Так, Лара, - быстро заговорил он. – Я не смогу приехать. Слышите меня?
-  Да. Почему?
-  Позже объясню. Полиции про меня ни слова! Вы меня не знаете. Просто сосед. Не общались. Встречались редко. Поняли?
-  Да. Но почему?
-  Все позже. Я вам завтра позвоню. Запомните! Вы меня не знаете!
-  Хорошо.

  Так. Теперь успокоиться. И все по порядку. Консьержку убили. Цель? Мотив? Пока напрашивается один – подставить его, Макса Керна. Сделано ловко. Его отпечатки на пруте – улика неопровержимая. Алиби у него нет по той простой причине, что последний месяц главной его задачей было оставаться незаметным. А это Керн умел. И умел очень неплохо.
  Кому еще могла понадобится смерть старушки, он попытается выяснить по ходу расследования. Но в приоритете цель – он сам.
  Срочно сменить машину. И скрыться в убежище. Прятаться и оставаться невидимым он умел отлично. Надо все обдумать.
  Лара. Возможно, она тоже в опасности, как единственный свидетель его невиновности. Косвенный свидетель. Факта самого убийства она не видела. Опять надо все обдумать.
  Похоже, пришло время обзаводиться друзьями. Лучше поздно, чем никогда. Одному ему с этим запутанным делом не справиться, а на полицию рассчитывать не приходится, потому что у них есть главный подозреваемый. И нет причин искать другого убийцу.
  Керн быстро вскрыл и завел ближайший ржавый Ситроен. Есть у него каморка, о которой не знает никто на этой планете. Он иногда там ночевал, когда не имело смысла ехать домой через весь город. Не говорил никому про это место просто на всякий случай. Такой случай сейчас и подвернулся. Кроме того, там хранились кое-какие шпионские примочки: для подслушивания, для подсматривания, для перевоплощения и прочее. И его безотказный браунинг. Тоже на всякий случай. Холодильник он там всегда держал полным. Можно было несколько дней не высовываться на улицу. Но высунуться придется. Иначе дело не сдвинуть с места.
  Зацепки. Их нет. Конверты и стержни – мимо. Звонки – мимо. Лже-инспектор – мимо. Хорошенькое дело. Единственная надежда на Жоржа. Жорж Азимов служил в криминальной полиции. Они нередко сотрудничали, обмениваясь какой-либо информацией по разным делам, компаниям, людям. Оба заранее договорились о полной конфиденциальности. И Жорж ни разу за три года не подвел Керна.
  Ему срочно нужны все подробности убийства консьержки. Жорж не откажет.
  Пока Керн решил сделать паузу до утра. Оставив машину в двух кварталах, позаботившись об отсутствии в ней его отпечатков и вообще каких-либо следов, ведущих к его персоне, он дворами прошел к нужному дому и закрылся в своем тайном убежище.

  Утром он первым делом позвонил Жоржу и назначил встречу через два часа в обычном месте. Обычным местом для них была заброшенная котельная на окраине города. Любопытных глаз там избежать было легче всего.
  Лара. Здесь сложнее. Надо ее предупредить, но звонок ей был опасным. Придется нанести визит в свой собственный дом. Ведь умение оставаться незаметным подразумевает талант перевоплощения. И Керн в этом преуспел. И так за дело! Только он сам сможет распутать этот клубок и выйти на преступника. Или преступников.
 Он издалека увидел Жоржа и, как обычно подкрался к нему незаметно. Так он всегда проверял свои навыки, и ему нравилось испуганное удивление в глазах Жоржа каждый раз, когда он вырастал перед ним из-под земли.
-  Опять ты! – Воскликнул Жорж, узнав Керна в бездомном оборванце. – Каждый раз не по себе. Синяк настоящий?
-  Нет, к счастью, - ответил Керн. – Пока не настоящий.
-  Что случилось?
  Керн подробно обрисовал ситуацию, рассказав Жоржу о посылках, Ларе и, наконец убийстве Цербера.
-  Допустим, - заметил Жорж. – Какое дело ты вел в последний месяц.
  Керн рассказал все, что считал возможным, о похождениях мужа-наркоторговца.
-  Так-так. И ты не связываешь эти два дела? – поинтересовался Азимов.
-  Пока нет к этому оснований. Ты мне веришь, Жорж?
-  Если бы не знал столько лет, не поверил бы. Прямо здесь арестовал бы. Но, зная тебя…пожалуй, верю. И буду рад помочь. Ведь у тебя не было оснований убивать бедную старушку?
  Керн на мгновение представил консьержку. Меньше всего к ней было применимо словосочетание «бедная старушка».
-  Совершенно.
-  Хорошо. Дай мне сутки. Я буду знать об этом убийстве больше всех в городе. Завтра в это же время, здесь же, жди меня.
-  Договорились, - улыбаясь ответил Керн.
  Он в очередной раз порадовался тому, что связался с профессионалом. Жорж, безусловно, был одним из лучших в криминальной полиции. Если не лучшим.

  Полицейский дежурил у входа в дом. Ничего необычного. Если не учитывать, что вчера вечером в этом доме произошло жестокое убийство. Какой-то маньяк размозжил милой старушке череп, и теперь вся полиция города искала его. Маньяк городу был не кстати. На носу выборы мэра. И, вообще, туристический сезон в разгаре, а тут такое. Задача была поставлена жестко и однозначно. В ближайшие три дня найти убийцу, арестовать и показательно судить. Благо, его личность уже была установлена, и физиономия находилась у каждого полицейского города в нагрудном кармане. И у нашего полицейского она тоже хранилась там же. Да, он так тщательно рассматривал мерзкую рожу маньяка, что теперь всерьез опасался, что убийца придет к нему во сне.
  В это время по той самой тихой улочке шла молодая дама. Она бодро виляла бедрами, и ее длинные рыжие волосы колыхались на ветру, как настоящий дьявольский костер в преисподней. Полицейский невольно загляделся. Дама подошла к нему. Потом он протянул ей зажигалку, она прикурила, и они о чем-то недолго мило беседовали. Следующее действие полисмена явно выходило за рамки его должностной инструкции. Он приподнял фуражку и, улыбнувшись, пропустил даму в дом. Она, грациозно вильнув бедрами, исчезла внутри.
  Лара пила кофе, когда в дверь неожиданно постучали. Она вздрогнула, секунду помедлила и подошла к двери.
-  Кто там?
-  Я, - ответил знакомый баритон.
  Она открыла дверь и замерла в изумлении. Перед ней стояла сильно накрашенная и обильно политая духами девица неопределенного возраста и определенного рода занятий.
-  Это я, Лара, - опять прозвучал знакомый голос.
-  Макс?
-  Он самый.
  Керн – а это был, конечно же, он – вошел в квартиру. Лара все еще неподвижно стояла и смотрела на это явление.
-   Как? Боже, вас совсем не узнать.
-   Конспирация, - ответил Керн.
-   Вас все ищут. Вас подозревают в убийстве. Но это же не вы?
-   Конечно, нет.
-    А кто?
- Это и предстоит выяснить. Безвинно отбывать срок совсем не вписывается в мои планы на жизнь.
  Он присел.
-  Могу я обнаглеть и попросить чашку кофе? Как вы ходите на этих каблуках?
-  Конечно.
  Керн с наслаждением сбросил туфли на шпильках и вытянул ноги. Он в очередной раз отметил привлекательность Лары. Даже сейчас бледная и встревоженная она притягивала его.
  Они оба расположились за барной стойкой. Тревога висела в воздухе, и Керн должен был еще более сгустить краски. Лара должна быть готова ко всему.
  Он начал:
-  Я догадался, что на данный момент в убийстве Цербера обвиняют меня. Скоро у меня будут все подробности убийства. В свою очередь, спрошу вас, Лара. Может еще что-то вы заметили необычного, когда нашли тело?
  Лара содрогнулась, ей неприятно было вспоминать это.
-  Все было, как в тумане, - ответила она. – Я пришла из магазина. Дверь в парадную была приоткрыта. Но это не удивительно. Жара. Подошла к окошку консьержки. Ее не видно было сначала. Я приблизилась к стеклу и… увидела. В этот момент мне запомнилась изморозь на стекле. К приезду полиции она растаяла, и я им об этом не говорила. Все равно сочли бы за последствия стресса.
-    Разумно, - заметил Керн. – А дальше?
- Все. Поднялась к себе. Позвонила в полицию. Позвонила вам.
-  Вы им сказали, что ничего обо мне не знаете?
-    Да. Макс, что будет?
-  А будет вот что, - Керн встал и нервно заходил по комнате. – Пока убийца – настоящий убийца – на свободе, вы – в опасности. Вы знаете о происхождении орудия убийства и, надеюсь, понимаете, что я не мог этого сделать.
-    Конечно, Макс.
- Поэтому вам лучше исчезнуть. Не сиюминутно. Вам есть куда скрыться?
-    Нет.
- Плохо. Тогда придется терпеть мое общество какое-то время. Я дам вам ключ от квартиры, про которую никто не знает. Скажу адрес. Вы в течение пары часов после моего ухода под каким-либо предлогом для полисмена у входа покинете дом. Брать с собой только документы, деньги. Никаких чемоданов! Скажем, пошли в парикмахерскую. Сядете на любой трамвай и доедете до конечной. Потом так же на другой и третий. Убедитесь, что нет слежки. Уже после найдете мой дом и подниметесь в квартиру. Ждите меня там.
-   Я поняла.
-   Отлично. Дело очень серьезное. Видите ли, сегодня я шел по городу и вдруг почувствовал слежку. Как будто, за мной кто-то наблюдает. Трудно объяснить, но это мое чувство никогда меня не подводило. Кто-то шел за мной, но я так никого и не увидел. Долго петлял, пока это чувство меня не покинуло.
-  Я поняла. Все сделаю.
  Лара выглядела все такой же встревоженной, но чуть более уверенной в себе. Как человек в неопределенной ситуации чувствует себя, когда нащупал какой-то выход. Составил план.
-   А как вы проникли в дом? – спросила она.
-  Ах, эти мужчины, - пропел великолепным дискантом Керн. – Мы делаем с ними все, что захотим.
  Лара засмеялась. Керн сыграл бровью, как Иствуд, не понимая, насколько комично это выглядит в наряде девушки не тяжелого поведения. Настроение Лары заметно изменилось, и Керн решил, что в таком состоянии ее можно оставить. Она сделает все, как надо.
  Они попрощались, подав друг другу руки, и договорились встретиться на тайной квартире.
  Он спешно покинул дом, кокетливо подмигнув постовому у парадной. Тот долго смотрел вслед соблазнительной дамочке, на какое-то время забыв свою толстую и грубую жену.
  Ровно через два часа Керн в потертом костюме школьного учителя стоял в конце той самой улицы. Похотливый полицейский был на месте. Лара легко выскочила из парадной. Перекинулась парой слов с постовым и пошла на остановку. Как и было решено, села в первый подъехавший трамвай. Керн последовал за ней.
  «Хвост» проявился в третьем трамвае.
«Профессионал», - определил Керн.
  Серый человек в кепке на глаза с постоянно скошенным в сторону взглядом совсем не привлекал внимания. Если бы не профессиональное чутье Керна, «хвост» так и остался бы не замеченным.
  Для себя Керн отметил нездоровый цвет лица филера. Зеленый. Пожалуй, единственная особая примета субъекта. Все трое друг за другом вышли на конечной остановке трамвая. Лара, как было оговорено, пошла в сторону указанного Керном адреса.
  Проходя очередную арку по маршруту движения, «хвост» был внезапно обрублен резким ударом по затылку рукой вынырнувшего из темноты Керна. Зеленолицый медленно осел на асфальт.
  Лара, ничего не подозревая, следовала дальше.
  Керн оттащил филера под арку. «Язык» ему был нужен, как никогда.
  Приведя зеленолицего в чувство, он начал допрос с пристрастием. В качестве пристрастия хорошо работали сильные тычки под дых. 
  И опять мимо. Зеленолицый служил примерно в таком же детективном агентстве, как и сам Керн. Только называлось оно, наверное, не «Три бобра», а «Утренний выстрел» или, например,  «Пегий олень». Он получил разовое задание – проследить за Ларой и доложить начальству ее конечный пункт. Все. Больше он ничего не знал. Не верить ему не имело смысла. Керн, как никто другой, знал эту кухню.
  Потрошить агентство с целью выяснить имя заказчика было делом очень шумным и не гарантировало результат. Оставалось надеяться на информацию Жоржа.
  Лара сидела на диване, аккуратно подогнув ножки. Она не стала включать свет, дожидаясь Керна, и ее профиль мягко вырисовывался на фоне закатного окна. Как же она была красива.
-  Все прошло хорошо? – спросил Керн, едва переступив порог конспиративной квартиры.
-  Да, - непринужденно ответила девушка. «Хвоста» и всего, что с ним приключилось, она не видела.
-  Отлично. Можно поужинать. Что у нас есть?
  Керн открыл холодильник. Там были сосиски, консервированная фасоль, хлеб. Достаточно для двоих. Быстро накрыв стол, он достал из бара початую бутылку текилы. Сегодня лишним не будет.
- Прошу к столу, - провозгласил он, описав широкий пригласительный жест рукой. – Вы имеете что-нибудь против жареных сосисок с фасолью?
-  Это лучший ужин в моей жизни! – ответила Лара, присаживаясь к столу. – Я голодна, как слон!
-  Слон? Мне тоже нравится это животное. Большое, мудрое и независимое.
-  А еще у слона нет врагов. Он слишком велик.
-    Зато, наверняка, есть завистники.
-    Да, и подхалимы. Эти всегда желают зла объекту подхалимажа.
-  Точно. Только слон их не замечает. Он слишком велик.
-   В этом его слабость. Слабость – в величии.
-  Согласен. Хорошо, что нам это не грозит. Величие слона!
-  Да, Макс. Поэтому у нас есть полный набор врагов, завистников, подхалимов и прочей нечисти.
-  И эти враги активно взялись за дело. Мы вынуждены прятаться. Бегать.
-  Человек всю жизнь прячется и бегает. Родившись, прячется от внешнего мира. Бегает от боли и голода. Потом прячется от неудач и бегает за везением и успехом. Прячется от осуждений и бегает за похвалой и наградами. Прячется от ошибок и бегает от старости.
-  Вы правы, Лара. Мы попробуем посмотреть нашей беде в лицо. Думаю, завтра многое прояснится.
  Они замолчали. Оба чувствовали, что даже в молчании им не становится неловко. Им легко в обществе друг друга. Как будто они говорили, только неслышно, без звука. 
-  Давайте выпьем за нас, - предложил Керн. – Иногда мне кажется, что я немножко рад случившемуся. Нет, мне, конечно, жаль старушку. В принципе, она никому ничего плохого не сделала. Но если бы не ее безвременная ужасная кончина, мы бы с вами вот так здесь не сидели.
   Они подняли бокалы и сделали по глотку. Текила была старая и жутко дорогая. Она теплом прошла внутрь и принесла успокоение.
-  Но, надо отдыхать. День был тяжелый, и следующий будет не легче. Вы ложитесь на кровати. Я расположусь здесь на кушетке. Ванна там, - он показал рукой. – Полотенце и халат чистые.
  Лара грустно вздохнула. Как будто хотела что-то сказать, но, видимо, было рано.

  Утром Керн, наскоро позавтракав, облачился в лохмотья бездомного и ушел в неизвестном направлении. В назначенный час Азимов встретил его у котельной.
-  Новости такие, - сказал он, вертя пальцами левый кончик уса. – Тебя ищет вся полиция города. Даже назначено вознаграждение. Все улики против тебя. Аналогичные пруты в твоей квартире. Соседи показали, что ты недолюбливал консьержку. И главное – отпечатки на орудии убийства.
- Скорее она меня недолюбливала, - парировал Керн. – Рычала при моем приближении, как цепной пес.
-  Это сейчас не важно, - Жорж, наконец, накрутил левый ус и принялся за правый. – есть небольшая зацепка. Но проработать ее должен ты. Тебе надо встретиться с бывшим инспектором Стеренсом. Он давно уволился со службы по здоровью. Бояться тебе его не надо. В жизни города он не участвует и, вообще, последние годы никуда не выходит из дома и ни с кем не встречается. Курьер приносит ему продукты, почтальон - счета и пенсию. И все же мне удалось договориться с ним через третьих лиц о свидании. Он ждет тебя через час по этому адресу.
  Жорж показал бумажку с адресом Керну. Затем порвал ее и сунул в карман.
-  Чем мне интересен Стеренс? – Спросил Керн.
-  Не знаю. Но служил он в отделе наркотиков. Побеседуй. Вполне возможно, он тебе поможет в расследовании. Больше, к сожалению ничем помочь не могу. Если тебя поймают, ты сядешь  надолго. Без сомнений.
-   На том спасибо… друг.
-   Держись, Макс. Удачи!
  Побродив по городу, так и не обнаружив слежки, Керн стоял перед старым домом с отбитой местами штукатуркой. В таком доме консьержку не держат. Он зашел внутрь и постучал в нужную дверь.               
-  Входи! – крикнули изнутри.
  Керн открыл скрипучую дверь. На него пахнуло застойным воздухом болезни и лекарств. Пройдя в комнату, он увидел человека, сидящего в старом кресле к нему спиной.
-  Проходи. Керн? – произнес человек.
-  Да. Стеренс?
-  Стеренс.
  Керн прошел вперед и, развернувшись, увидел лицо человека. Стеренс был в черных круглых очках и форменной рубашке. Круглое лицо его было тщательно выбрито.
-  Садись, - сказал он скрипучим голосом. – Рассказывай.
   Керн пересказал всю историю о стержнях и муже-наркоторговце. По мере рассказа, он наблюдал, как Стеренс то бледнел, то покрывался красными пятнами. Что-то в рассказе было ему не чуждо. Отлично.
-  Все, что ты рассказал, Керн, - после паузы проскрипел Стеренс, – означает только одно – он здесь.
-   Кто он? – закономерно спросил Керн.
-   Ты не представляешь, с кем имеешь дело. Когда он к тебе придет, соглашайся на все, что он тебе предложит. Не перечь ему и не отказывай.
-   Кому, черт возьми?! – повысил голос Керн.
-    Вот именно. Ему.
-  Вы чокнутый, Стеренс? – Керн не мог поверить в то, что потратил драгоценное время на сумасшедшего.
  Ну, Жорж! Ну, удружил!
-  Не отказывай ему, – повторил Стеренс.
-  А если откажу, то что? Попаду в ад?
  Стеренс медленно стянул очки вниз. Вместо глаз у него были подсохшие язвы. Местами из них еще сочилась желтая жидкость. Стеренс вытер глаза чистым платком.
-  Не отказывай ему, – опять повторил слепой.
  Керн понял, что ловить здесь больше нечего. Он вышел на улицу. Темнело. Придется возвращаться домой без какого-либо результата. Целый день впустую! Ну, Жорж! Он ему выскажет при случае. Отправить его за информацией к чокнутому!
  Размышляя, в каком направлении ему теперь действовать, Керн сам не заметил, как оказался у их с Ларой нового дома. Убежище. Слежки не было. Он бы ее заметил.
  Уже совсем стемнело. Окно их тайной квартиры не светилось.
  «Молодец, - подумал Керн. – Соблюдает конспирацию».
  Он беззвучно поднялся на пятый этаж. Открыл дверь и вошел. Было холодно. Надо бы включить электрокамин.
-  Лара, - тихо позвал Керн.
Тишина. Он прошел в комнату. На диване кто-то сидел.
-  Лара, - еще раз позвал Керн.
-  Не совсем, - ответил незнакомый мужской голос.
  Керн выхватил из-за пояса браунинг.
-  Не стоит, Керн, - произнес тот же голос. – Лучше включи свет.
  Керн нажал выключатель. Перед ним, вальяжно развалившись на диване, сидел не кто иной, как муж-наркоторговец!
-  Теплинский? – удивился он. – А где Лара?
-  Жива. Больше пока тебе знать не надо.
-  Что ты хочешь?
  Этот тип был омерзителен Керну. Он знал всю его подноготную, всю его наглость и подлость его дел. Он ненавидел наркотики и всех, кто зарабатывал на этом деньги.
-  Правильный вопрос. Только не я. Будь моя воля – и ты, и твоя актриска давно кормили бы рыб в реке. Но есть лицо (назовем его Президент), которое хочет предложить тебе кое-что?
-   А если я тебя пристрелю?
-  А если ты меня пристрелишь, то твоя актриска отправится в иной мир, а ты просто сядешь в тюрьму на всю жизнь. Знаешь, что там делают с такими, как ты? Лучше бы тебе тогда умереть.
-  Говори.
-  Во-первых, немедленно отдай мне папку.
-  Какую?
-  Ты знаешь.
 Папка была здесь, в тайнике. Найти ее без Керна не смог бы никто из живущих на этой планете.
-   Немедленно, - повторил Теплинский.
-   Хорошо. Тогда ты отпустишь Лару?
-  Она не у меня. Но да. Тогда ты получишь свою любовницу обратно. Ты не будешь нам опасен. Кроме того, тебе, по-прежнему, придется бегать от полиции.
  Керн взял стул, встал на него и потянул за люстру. В потолке открылся незаметный лючок, из которого выпала папка с компроматом. Но он все еще держал Теплинского на прицеле.
-   Какие гарантии? – спросил Керн.
-  Мое честное слово, - мерзко захохотал Теплинский.
«Убью его при первой возможности», - решил Керн.
-  Что дальше? – вслух спросил он.
-  Я забираю папку и ухожу. Через час твоя принцесса будет здесь.
  Теплинский встал.
-  Еще вопрос, - сказал Керн. – Что «во-вторых»?
-  Ты узнаешь скоро.
-  И еще. Кто убил консьержку?
-  А разве не ты? – Теплинский опять мерзко захохотал. -  Шучу. Президент развлекается.
  Он взял папку и быстро вышел из квартиры.  Керн по-кошачьи двинулся за ним. Он не упустит гада. Теплинский грохотал тяжелыми ботинками по ступенькам. Он явно не ожидал такой наглости от Керна. На его самонадеянность Керн и рассчитывал.
 В темноте скользить за наркодилером было одно удовольствие. Керн играючи нырял в подворотни, менял стороны улицы, иногда даже умудрялся обгонять объект слежки. Он получал удовольствие от процесса.
  Неожиданно он потерял Теплинского из вида. Стоп. Куда он провалился? Не исчез же он, в самом деле? Керн наткнулся на него при осмотре одной из арок старого здания. Теплинский лежал ничком на боку и рядом быстро и обильно растекалась темная лужа. Папки не было. Керн обшарил тело, вытащил бумажник и, не оглядываясь, рванул обратно.

  Зайдя в конспиративную квартиру, которая теперь не была такой уж конспиративной, он первым делом включил электрокамин. Здесь было невыносимо холодно. Опять холод.
  Лары не было. Керн сделал себе кофе и решил спокойно все взвесить.
  Первое – и самое главное – Жорж был прав. Убийство консьержки и городской наркотрафик были связаны. Это бесспорно.
  Второе. Не проще ли было в самом начале этой запутанной истории просто застрелить его – Керна – и все? Теплинский без проблем продолжал бы свое черное дело. Компромат никто не нашел бы. А его убийство можно было бы замаскировать под банальное ограбление.  Проще. Но его предпочли подставить. И теперь загоняют в угол. Загадка.
  Третье. Жоржа он знал, как сугубо делового и прагматичного сыщика. А тот посоветовал ему сумасшедшего больного инспектора. Не вяжется. Не станет Жорж советовать заведомую пустышку. Загадка. Надо еще раз переговорить с ним.
  Четвертое. Теплинский убит. Ну тут попроще. Он засвечен. Убрали для подстраховки. Но кто? Наркомафия? Не похоже. Тогда Жорж направил бы его к совсем другим людям. Загадка.
  Пятое. Что делать дальше? Необходимо обезопасить Лару. Где она? Долго нет. И продолжать искать доказательства своей невиновности. И необходимо уходить отсюда.
  Лара зашла тихо. Она сильно дрожала. Керн кинулся к ней и невольно прижал к себе.
-  Ты цела? – он не заметил, как сказал ей «ты».
-  Цела, - голос девушки дрожал. – Я очень испугалась и очень замерзла.
  Керн, обняв, довел Лару до дивана. Принес большое одеяло и тщательно укутал ее.
-  Я сделаю горячее молоко, - сказал он, разрываемый от нежности к этой девушке.         Ему хотелось увезти ее отсюда. Спрятать. Защитить от всех. Но пока получалось, что именно он втянул ее в эту страшную историю.
-  Я прилегла вздремнуть, - медленно начала рассказ Лара. – Они вошли и, видимо, выключили меня каким-то эфиром. Я очнулась в машине. Глаза были завязаны. И руки тоже. И было очень холодно. Потом мы приехали. Меня куда-то отвели и закрыли. Боже, как я замерзла.
  Керн принес ей чашку с дымящимся молоком.
-  Выпей. Потихоньку. Оно горячее.
-  Потом точно так же они отвезли меня обратно. Высадили и развязали руки. Все.
-  Они говорили о чем-то? – спросил Керн.
-  Нет. Только шум дороги. По шагам я поняла, что человек было не менее двух.
-  Долго ехали? Может запахи? Посторонние звуки? Шум реки?
-  Полчаса. Больше ничего.
-  Понятно.
  Керн озабоченно смотрел на Лару. У него все еще не было общего понимания ситуации. И, что самое плохое, не было плана действий.
-  Удалось что-нибудь узнать? – спросила Лара.
-  Да.
  Он решил ничего не утаивать от нее. Она столько перенесла, что имела право знать все. Керн подробно рассказал о визите к Стеренсу, его мистическом бреде. Потом о Теплинском, шантаже жизнью Лары, папке, и все о смерти Теплинского.
-  Вторая смерть, - безучастно произнесла девушка.
  Керн видел, как она вымотана. На свой страх и риск он решил остаться в этой квартире до утра. Он сядет у входной двери и будет охранять ее хоть от самого дьявола. Может к утру придет какое-нибудь решение. Лара медленно засыпала. Керн бережно, как ребенка, поднял ее на руки и перенес на кровать. Ночь прошла спокойно.
  Утром Лара проснулась заметно отдохнувшей и посвежевшей.  Керн, не сомкнувший глаз всю ночь, рад был увидеть на ее лице легкий румянец. К ней вернулась ее обычная легкость движений.
  Позавтракав яичницей, они уселись на диване, чтобы еще раз всерьез обсудить их положение.
-  Расскажите еще раз про ваш визит к слепому инспектору, - попросила девушка.
  Керн подробно в красках рассказал о его визите к сумасшедшему Стеренсу.
-  Он так и сказал: Он здесь? – переспросила она.
-  Именно, - ухмыльнувшись, ответил Керн. – Очевидно, у этого человека не все дома.
-  А кто такой Президент? Как вы думаете?
-  Думаю, это какой-то крупный мафиози. Возможно, не местный. И точно садист. Поэтому нам лучше убраться отсюда. У меня есть кое-какие сбережения, я смогу анонимно снять жилье. Лучше за городом.
-  Подождите, - остановила его Лара. – Если вы позволите, я предложу кое-что.
-  Слушаю.
-   Только пообещайте отнестись серьезно. В конце концов, у меня тоже есть право голоса.
-  Безусловно, - согласился Керн.
-  Мы едем в Храм-на-площади.
-  Куда?!
 Бровь Клинта Иствуда подлетела до небес.
-  Да-да. И не спорьте. Я немножко знакома с тамошним священником. Мне необходимо поговорить с ним.
- Это пустая трата времени. Чем нам поможет священник?
  Керн опять нервно заходил по комнате. Неужели Лара не понимает, что меньше всего нечто мистическое сейчас способно помочь им?
-  Я помню, что вы неверующий. Но можно я помолюсь?
  Он остановился. А почему нет? Пусть помолится.
  Через полчаса они сидели в угнанной Керном машине и двигались в сторону центра города.
  Храм-на-площади был старейшим строением города. Выглядел по-готически мрачно и величественно. Он был огромен и доминировал над разноцветными домишками горожан с их булочными, модными магазинами и мясными лавками.
  Керн никогда в жизни не был внутри храма. Его родители, царствие им небесное, считали религию лженаукой, что с успехом и привили своему единственному отпрыску.
 Лара уверенно пошла к огромным воротам, украшенным тяжелой художественной ковкой. Керн поплелся за ней. Он же отвечает за ее безопасность.
  Отвратительный грязный нищий, сидевший около ворот, потянул руки к Ларе. Трясущимися пальцами он умудрился схватить ее за подол платья. Керн подскочил бешеным леопардом и оторвал руки нищего от одежды девушки. Он хотел врезать ему хорошую затрещину, но Лара крикнула:
-  Нет! Нет, Макс. Лучше дайте ему монету.
  Керн помедлил, но послушно бросил медяк в сторону нищего. Что-то его смутило. Что-то было не так. Он не мог уловить – что.
  Они медленно прошли дальше. Королева и ее телохранитель.
  Вопреки ожиданиям Керна, его не поразила молния божьего гнева при входе внутрь храма. И даже не накинулись разъяренные священнослужители, чтобы вытолкнуть его взашей. Вокруг было очень тихо и спокойно. Несколько человек молились, шепча что-то совершенно беззвучно.
  Лара сделала ему знак подождать и ушла в одну из боковых дверей. Ходов и дверей, кстати здесь было столько, что, в случае необходимости, уйти от преследования не составило бы труда. Керну это понравилось. Спрятаться в таком здании можно было за несколько секунд и очень надежно.
  Через какое-то время Лара показалась уже из другого прохода и махнула ему рукой. Он пошел к ней. Шаги удивительно гулко раздавались в стенах храма.
  За дверью его встретил человек в одежде священнослужителя.
-   Это отец Николас, - сказала Лара.
  Керн протянул руку.
-  Керн. Очень приятно.
  Священник мягко и за самые кончики пальцев пожал его руку. Такое приветствие явно было непривычно ему.
-  Послушайте, - начал он, - Лара рассказала мне все, что с вами приключилось. И, кажется, я могу вам помочь.
-  Каким образом.
-  Во-первых, в стенах храма вам ничто не угрожает. Здесь вы в полной безопасности. Полиция тоже искать вас здесь не станет. Я же гарантирую вам наше молчание.
-  Это хорошо, - заметил Керн. – Лара остается здесь. Что касается меня, то сидеть и ждать благоволения господня не в моем характере. Мне надо найти убийцу.
-  Во-вторых, - продолжил отец Николас, - настоящий преступник может оказаться совсем не тем человеком, которого вы себе представляете.
-  Я пока вообще плохо себе его представляю, - парировал Керн.
 - В связи с этим, я прошу вас принять от меня это.
 Священник протянул ему маленький серебряный крестик на веревочке.
-  Нет, спасибо, - жестко ответил Керн, - это лишнее.
-  Макс, возьми, - Вступилась Лара. – Я тебя очень прошу.
  Керн отметил, что Лара перешла на «ты» с ним. Она умоляюще смотрела на него. И в ее глазах он уловил не только страх за него. Что-то большее.
-  Хорошо, - сдался он.
 Он принял крестик из рук отца Николаса и повесил себе на шею.
-  Если тебе так будет спокойнее.
-  Будет.
-  Господин Николас, - обратился Керн. Сказать «отец Николас» он пока не мог. – Господин Николас, знаете ли вы того нищего, что сидит у ворот храма?
-  Нищего? – Удивился священник. – Странно. Там никогда не сидели нищие.
-  Как же, - продолжил Керн, - он схватил Лару за платье. Неужели вы его не замечали?
-  Там никогда никого не было, - стоял на своем отец Николас, – заявляю со всей ответственностью.
-  Понятно. Таким образом, я удаляюсь. Лара, ты остаешься в надежных руках, я надеюсь.
-  Куда ты? – обеспокоенно спросила девушка.
-  Надо кое с кем встретиться. Отсиживаться не имеет смысла. Рано или поздно меня схватят. И ты можешь пойти сообщником. Я вернусь вечером. Постараюсь.
-  Хорошо.
  Лара потянулась к нему. Поднялась на цыпочки и поцеловала в щеку. Керн смутился. Он что-то пробурчал и быстро пошел прочь из храма.

  Нищего действительно не было на прежнем месте. А вот медяк Керна лежал там, куда он его бросил. Керн поднял монету, осмотрел, как будто надеясь что-то в ней разглядеть, и сунул в карман. Нищий, отказавшийся от денег, столь же реален, как актер, плюющий на аплодирующих зрителей. Итак, нищий – не тот, за кого себя выдает. Отличный грим, натуральные лохмотья. Даже запах. И, конечно, актерский дар. Эти дрожащие пальцы… И, все же, еще что-то в нем было не так.
   А пока ему нужны все последние новости. И кроме Жоржа информировать его было некому. Жорж назначил встречу на вечер. А было только около полудня. Керн решил зайти в кафе и, наконец-то, по-человечески поесть. Бдительность он, конечно, не терял ни на секунду, отмечая каждое резкое движение, громкое слово или косой взгляд в его сторону.
  Он удачно зашел в маленькое кафе на окраине города, заняв место в темном углу, откуда было видно весь небольшой зал и через окно прилегающую улицу. Заказав горячий суп и неизменную чашку кофе он внезапно почувствовал, как устал. Все же бессонная ночь, постоянный стресс и непрерываемая концентрация внимания дали о себе знать.
  Но тут случилось такое, что усталость испарилась, и адреналин, мгновенно поступивший в кровь, придал ему сил и энергии еще минимум на сутки вперед.
  По противоположной стороне улицы, согнувшись в три погибели, на кривых ножках довольно быстро семенил тот самый нищий! Керн узнал бы его из тысячи подобных оборванцев, не раздумывая. Какая удача.
  Так и не дождавшись супа, Керн рысью выскочил на улицу и последовал за ним. Нищий не вертел головой. Быстро шел, опустив взгляд в землю. Керн, не особо прячась, шел за ним на удалении двадцати шагов. Наконец, нищий подошел к небольшому серому трехэтажному зданию. Так же не оборачиваясь, он нырнул в парадную. Керн за ним. Нищий поднялся на третий этаж и зашел в единственную на этаже квартиру. Дверь громко хлопнула. Раздался щелчок автоматического замка.
  Проклятье! Керн выскочил на улицу. Справа от входной двери к стене была прикручена пожарная лестница. Она поднималась до самой крыши. Отлично!
  Не раздумывая, Керн прыгнул на лестницу и очень быстро и ловко взобрался по ней до третьего этажа. Он осторожно заглянул в окно. Нищий был там.
  Только с ним произошли невероятные перемены. Он выпрямился. Высоко держал голову. И ноги его оказались совсем не кривыми, а очень даже прямыми. Теперь под гримом угадывался молодой мужчина не старше тридцати лет. Стройный и высокий. Он что-то говорил, активно жестикулируя руками. Слышно не было. Черт! Почему они не открыли хотя бы форточку?
  Значит, в доме есть кто-то второй. Но он стоял в стороне, и Керн не видел его. Только изредка показывалась взлетающая рука. Очевидно, второй тоже говорил и довольно сильно жестикулировал.
  Провисев так семь минут, Керн почувствовал, как начали затекать конечности. Он уже решил было спуститься вниз, чтобы дождаться нищего или его собеседника и последить за ними. Но тут нищий неожиданно сделал три шага вправо, и второй так же шагнул, но уже влево, сохраняя дистанцию для диалога. Он вышел из мертвой зоны, и Керн увидел его. У него потемнело в глазах. Он не мог поверить в то, что видел. Жорж! Собеседником нищего был Жорж Азимов!
  Он попытался взять себя в руки. Спустившись вниз, Керн не спеша побрел по улице. Оставаться в засаде не имело смысла. Через несколько часов он встретится с Жоржем и вытрясет из него душу. А пока… А пока он вернется в кафе и все-таки съест свой горячий суп.

 Они встречались на старом месте у заброшенной котельной. Азимов стоял к нему спиной. Керн решил сразу играть в открытую, и, когда Жорж повернулся к нему, на него смотрели не только два холодных пронзительных глаза, но и равнодушный зрачок браунинга.
-  Как ты узнал, Макс? – спросил он.
-  Не важно. Я хочу знать все, что знаешь ты. Начинай с убийства консьержки.
-  Макс, я тебе не советую…
-  Начинай.
  Жорж, конечно, тоже был вооружен, но выстрелить первым у него не было шансов. Керн раз в неделю стабильно тренировался с оружием на полигоне в течение уже нескольких лет. И хотя в человека до сих пор стрелять ему не приходилось, его взгляд говорил о том, что рука у него не дрогнет.
 - Все из-за этой идиотки – жены Теплинского, - начал Жорж. – Если бы она не затеяла слежку за своим благоверным, ничего этого бы не случилось.
-   Как ты узнал, что я слежу за ним.
-  От Брода. Брод – ближайший помощник Президента. Его правая рука. Через Брода я получал задания, ему же сдавал отчеты о проделанной работе.
  Жорж закрутил левый ус.
-  Кто убил консьержку?
- Брод. Он штатный киллер Президента. Этому садисту расколоть череп человека проще, чем тебе раздавить ромашку. Когда я услышал твою фамилию от него, я предложил не устранять тебя, а завербовать в свои ряды. Так я спас бы тебе жизнь и получил отличного профессионала в напарники.
-  Какую работу ты выполнял? Наркотики? – спросил Керн.
-  О, нет! Для такой работы у Президента навалом болванов типа Теплинского. Я выполнял эксклюзивные поручения. В основном – добыть информацию, проследить за кем-то, вовремя предупредить об опасности. Ты планировался на аналогичную должность. Очень хороший заработок и, в принципе, ничего противозаконного. Я знал о твоей непримиримости к криминалу и наркотикам, а это все-таки основной бизнес Президента, поэтому предполагал, что просто так тебя уломать не удастся. Надо действовать жестче и надежней. Хотя убийство я не планировал.
-  Зачем все эти посылки, письма?
- Надо было тебя немного расшатать и запутать. Что, в принципе, удалось. Кстати, иней на твоей двери – выдумка Брода. Он химик по образованию и горазд придумывать такие необычные штуки. Не понимаю, как ты вышел на меня. Но в любом случае, именно сегодня я планировал вербовку тебя. Ты загнан в угол. Тебя ищут. Твоя девушка вынуждена прятаться. В случае твоего согласия, все эти проблемы были бы решены за час.
-   Как?
- Я точно не знаю. Знаю только, что у Президента практически не ограниченная власть и запредельные связи.
-  Ты видел Президента? – в лоб спросил Керн.
-  Нет. Все через Брода. Пойми, я пытался спасти тебя.
-  Неудачная попытка. Лучше бы вы меня грохнули. Работать на вас я все равно не стану.
  Керн опустил пистолет. Вряд ли Жорж станет в него стрелять.
-  А может Брод быть Президентом? – спросил он.
-   Я тоже так вначале думал, - ответил Жорж, накручивая правый ус. – Но нет. Не тот уровень. Брод – садист и извращенец. Ловкий, как обезьяна. Хитрый. Жестокий. Я вообще какое-то время думал, что он живой мертвец. У него ледяные руки.
   Вот! Вот, что было не так с нищим. Ледяные руки. Керн почувствовал это, когда отрывал их от платья Лары. Брод – тот самый нищий!
 - Но это результат нарушенного кровообращения, - продолжал Жорж. – Президент намного более опасен. Мне кажется, если он захочет он может сотворить хаос во всем городе. А может и стране.
-  Жорж.  Поскольку, ты мой… друг. Я даю тебе двадцать четыре часа, чтобы исчезнуть из города. Потом я пойду в полицию.
-  Не делай этого, Макс! – умоляюще закричал Жорж. – Я не для себя. Для твоей безопасности. Я отвечу, если придется. Но ты не понимаешь, с кем имеешь дело. Ты и твоя девушка просто умрете.
-  И все же я рискну, - твердо сказал Керн.
-  У тебя просто нет никаких доказательств. Убийцей все до сих пор считают тебя.
-   Жорж. Сделай, как я сказал. Остальное – моя забота.
- Как знаешь. Напоследок скажу. Я подозреваю, что Президент – не совсем человек.
-  В дьявола я не верю, - мрачно сказал Керн.
  Они разошлись без выстрелов. Так и не удалось ему завести друзей. Хотя Лара… Но тут уже, кажется и не дружба.

  Он знал, куда пойдет. Его козырем был адрес, где мог находиться Брод. Керн всегда поддерживал отличную физическую форму. Бокс и джиу-джитсу были неотъемлемой частью его повседневной жизни. Он был уверен, что справится с Бродом.
  Он решил идти напролом. На удачу. Просто поднялся к той самой квартире на третьем этаже и сильно постучал в дверь. Дверь открылась сама. Керн зашел. Брод стоял у окна и, не поворачиваясь, сказал:
-  Давно жду тебя, Керн.
  Неужели Жорж в очередной раз сдал его?
- Ты – непревзойденный мастер слежки, Керн, - продолжил Брод, - но я срисовал тебя тогда.
  Керн держал его на мушке. Дикое желание нажать на спусковой крючок сдерживал здравый смысл.
  Брод повернулся к нему. Он был дьявольски красив. Блондин с идеальными пропорциями лица, широкими плечами и мускулистыми руками. Красив до отвращения – сказал бы Керн.
 - У тебя еще есть шанс выбрать правильную сторону, - сказал Брод. – Президент не каждому дает такой шанс. Ты – везунчик.
- В гробу я видел и тебя, и твоего Президента.
 Брод громко захохотал.
-  Допустим, я уже был в гробу. Но Президент! Сильно сказано, Керн!
-  Заткнись, Брод! Сейчас ты сядешь за стол и в письменном виде изложишь все ваши злодейства. Включая убийство консьержки.
-  Этой злобной старухи? Да, туда ей и дорога!
  Брод опять захохотал.
-  Садись, сволочь!
  Керн взвел курок браунинга.
- С превеликим удовольствием! – неожиданно заявил Брод. – Напишу все, что ты скажешь. Только знаешь что?
  Керн приподнял бровь Иствуда.
-  Тебе это уже не поможет, - улыбаясь сказал убийца.
-  Пиши!
-  Хорошо-хорошо. Можешь даже целиться в меня из своего пистолетика. Это ничего не изменит. Умирать мне не впервые.
  Ну и тип! И все же Керн был удивлен, что ему не пришлось простреливать конечности Брода, чтобы заставить его признаться. Уж слишком безнаказанно тот себя чувствует.
 Через двадцать минут он держал в руках пять рукописных листов признания. Он пробежал их глазами. Ни в одной строчке не фигурировал Президент. Брод абсолютно все брал на себя.
-  Тебя все устраивает? – с наглым видом спросил он.
-  Да, - ответил Керн. – Теперь ты пойдешь со мной в полицию.
-  А как же Азимов?
  Все-таки он сдал Керна. Брод явно был в курсе их разговора. Тогда и он Жоржу ничего не должен.
- Протяни руки перед собой, - твердо сказал Керн.
  Брод послушался. Неизвестно в какой момент Керн увидел блестящее лезвие в его руке. Мгновенно отклонившись, он  проводил летящий на уровне его глаз клинок. Одновременно раздался выстрел.
  Керн точно знал, что он не стрелял. Тогда кто? Обернувшись, он увидел в дверях Жоржа Азимова, который прислонился к косяку и почему-то медленно сползал по нему на пол. Из шеи Жоржа торчала рукоять ножа. Он обхватил руками шею и что-то силился сказать.
  Повернув голову в другую сторону, Керн увидел труп Брода. Небольшая дырочка зияла аккурат посередине его красивого белого лба.
  Керн кинулся к Жоржу.
- Я…не…сдавал…тебя… - шептал умирающий.
- Я знаю, - прошептал Керн, чувствуя, как на его глаза наворачиваются слезы.

  Он волочил ноги по улице. Не понимал, куда идет и зачем. Просто шел. Признание Брода, свернутое в трубочку, он крепко держал в правой руке. Так же когда-то, полжизни назад, он держал в правой руке тот злосчастный прут. Теперь это тоже было опасное оружие. Только по кому оно ударит?
  Керн вдруг понял, что идет к ближайшему отделению полиции. Жорж мертв. Брод мертв. Остальную мелочь легко и быстро переловят. Его оправдают. Лара сможет жить прежней жизнью. А вот сможет ли он? Вряд ли. Ему очень захотелось убраться из этого города. И только мысли о Ларе удерживали его.
  Он не сразу понял, что происходит. Слишком ушел в себя. Какая-то суета поднялась вокруг. Некоторые прохожие бежали, что-то крича на ходу. Он схватил первого попавшегося за грудки.
-  Что случилось? – заорал Керн ему в лицо.
-  Храм горит!
-  Что?!!!
 Керн бросился бегом в сторону центра. И правда, через пару поворотов он увидел густой, черный дым над площадью. Храм горит! Там Лара!
  Во мгновение ока Керн оказался на площади. Пожар охватил всю крышу Храма-на-площади. Его готические шпили торчали из клубов дыма, как бы взывая к господу богу.
  По площади хаотично бегали какие-то люди. Кто-то носил воду ведрами. Кто-то тачками возил песок. Пожарная команда выбивалась из сил, поливая из брандспойта не на шутку полыхающее здание. Они, очевидно, не справлялись. Как кричали люди, помощь уже спешила из соседнего города.
  Керн подбежал максимально близко к горящему зданию. Сняв с себя рубаху, он порвал ее на длинные полосы. Вымочил в воде и закрутил ими голову, оставив неприкрытыми только глаза. Накинул сверху куртку. Затем, подбежав к пожарной машине, незаметно сунул листы с признанием под сиденье водителя. Тут же, подставившись под напор брандспойта, основательно промочил свою одежду и вбежал внутрь храма.
  Из-за дыма ничего не было видно. Легкие отказывались дышать. Он наугад бежал к проходам в стенах, заглядывая внутрь и крича:
-  Лара!!!
  Крыша над головой Керна полыхала огнем. Сколько оставалось до ее обрушения, знал один бог. Он бежал от прохода к проходу, от двери к двери. Некоторые были закрыты. Он в бессилии дергал за ручки и бежал дальше. Иногда он сталкивался с людьми, беспорядочно бежащими по храму с выпученными глазами и открытыми ртами. Вдруг он узнал тот самый проход, где они разговаривали с отцом Николасом. Керн вбежал внутрь, не преставая кричать.
-  Лара!!
  Она лежала на полу кельи, которую ей, очевидно, выделил священник. Керн наклонился, схватил ее за плечи и приподнял. Веки девушки едва заметно дрогнули.
  Жива! Керн легко поднял ее на руки и побежал обратно. Едва они оказались на улице, крыша храма рухнула, хороня всех, кто не успел эвакуироваться.
  -  Жива, - шептал Керн, отбегая все дальше и дальше от пожара.
  Наконец, он остановился и бережно опустил Лару на каменную брусчатку площади. Она дышала. Но дыхание ее было шумным и тяжелым. Керн умоляющим взглядом посмотрел вокруг.
- Помогите, - шептал он.
  Вокруг носились люди. Кто-то был обожжен, кто-то в крови. На них никто не обращал внимания.
  И вдруг Керн увидел человека лет шестидесяти, неподвижно стоящего невдалеке от них с Ларой и глядящего на них немигающим взглядом. Он был высок. Обладал аристократичной внешностью и осанкой. Его черный костюм был идеально скроен и так же идеально выглажен. В правой руке он держал тяжелую трость с золотым набалдашником.
  Несколько секунд они смотрели друг на друга. Затем человек в черном костюме медленно развернулся и пошел прочь от них, не обращая внимания на хаос, творящийся вокруг.
  Керн очнулся. Он вновь поднял Лару за плечи и прижал к себе. Она не дышала.

 По широкому автобану летел старенький форд. Человек за рулем неподвижно смотрел вперед и жал на газ так, будто готовился оторваться от асфальта и продолжить путь по воздуху. Куда и зачем он ехал, он не знал. Он не думал об этом. Наверное, главным для него было то, от чего он хотел уехать.

КОНЕЦ.