Глава 1
Дождливое весеннее утро радовало теплым ветерком и свежестью. Есения шла в школу, слушая грустную музыку, засунув в уши белые проводные наушники. Не обращая внимания на накрапывающий дождь, спадающий каплями по её коричневой кожанке, она была погружена в свои мысли, повторяя текст для репетиции в театре. Девушка мечтала о главной роли, так старалась её заполучить и теперь, когда она в руках, она чувствует некоторое волнение. Ощущение будто она не достойна играть на первом плане на сцене. Распускающиеся бутоны на ветках вишни и пение вернувшихся с юга птиц кричали о жизни, а Есения боялась жить, а не играть. Словно она может сделать что-то не свойственное написанному герою.
Из круговорота размышлений её вырвал звонкий знакомый голос и крепкие объятия, сковавшие её сбоку. Это была одна из её лучших подруг ещё со времен начальной школы — Мэри. Она была иногда чересчур тактильной, но эта черта казалась Есении милой и привычной, а её лучезарная улыбка согревала даже в пасмурную погоду. Рядом модельной походкой вышагивала Лиза — вторая её любимая подружка. Она была выше их, никогда не сутулилась, будто девочка с обложки модного журнала. Правда стиль у неё был мрачноватый для них двоих, но тем не менее девушки восхищались вкусом Елизаветы. Она копалась в рюкзаке, ища расчёску. Ветер растрепал её гладкие прямые чёрные волосы, Лиза вечно нервничала из-за внешности, пытаясь всегда выглядеть идеально.
Лиза: Там хоть никого из наших нет? Не хочу, чтобы меня видели такой растрепанной.
Есения: Успокойся, горизонт чист. И даже макияж от дождя не потёк.
Около ворот школы их ждал старший брат Мэри, держа два стакана из кафетерия. Усталые темно-карие глаза, буравили их ещё издалека.
Михаил: Почему так долго, девочки? Кофе уже наверное успело остыть.
Лиза: Есения долго собиралась, тетрадь не могла найти.
Лиза с Есенией взяли у него стаканы, парень сразу засунул руки в карманы куртки.
Есения: Благодарю, Миша, ты просто лучший друг. Выручил.
Михаил: Не за что, только вот ты же понимаешь что горячий напиток тебя не спасёт от холода. Куда ты так вырядилась в такую погоду? Ещё не настолько тепло.
Лиза: Смотрите-ка, Миша заделался в папочки для Яси. Волнуется, чтобы горлышко не простыло.
Он холодно хмыкнул, закатывая глаза. А Мэри тихо посмеялась над её замечанием.
Есения: Не переживай, у меня свитер тёплый. Не замерзну.
Есения сделала маленький глоток, чтобы не обжечься, но кофе успело остыть, разливаясь по горлу еле ощутимым теплом и оставаясь на языке лёгким привкусом карамели. Мимо них пробежал малыш, убегая от мамы, задорно смеясь. Мэри тепло улыбнулась, провожая его взглядом.
Мэри: Такой славный. Хотела бы я себе младшего братика или сестрёнку.
Приобнимая одной рукой сзади, он начал потихоньку подгонять её и заодно нас всех.
Михаил: Сейчас на занятия все опоздаем, хватит бездельничать.
Лиза: Есть, сэр.
Лиза лениво отдала ему честь, саркастично ухмыляясь. А потом побежала к центральному входу в здание, увидев там кого-то знакомого.
Мэри: Сеня, я сегодня раньше домой вернусь, у нас последние два урока отменят. Приготовить твой любимый морковный пирог?
Есения оживилась, понимая о чём она говорит.
Есения: Это тот с изюмом, грецким орехом и лимонной цедрой?
Мэри: Да.
Есения: Как прелестно. Жаль, что мне нужно будет в театральный кружок. Хотелось бы чай с пирогом.
Михаил: Я тебе потом занесу. Ты до вечера снова будешь?
Есения: Да, скоро выступление.
Михаил: Я напишу тебе. Ладно, до встречи, мне уже нужно идти на физику. Хорошего дня, девочки. И, Мэри, когда придёшь домой, сначала отдохни, не переутомляйся.
Мэри: Хорошо.
Когда они шли уже вдвоём, Есения подметила.
Есения: Такой заботливый. Ну может же, когда хочет. Он в последнее время повнимательнее к тебе стал. Раньше будто бы строже был и грубее.
Мэри: Я же месяц назад ногу сильно подвернула. Помнишь, когда с велосипеда упала? Вот он и начал после этого лучше заботиться обо мне, но иногда слишком оберегает. Я всё-таки не из стекла.
Есения: По-моему это очень мило и приятно. Не то что мой братец.
Мэри: Что Антон опять учудил, что ты состроила такую гримасу?
Есения: Не хочет убираться за собой. Мы чуть не поссорились из-за этого. Но папа поговорил с ним и тот быстро всё сделал как надо. Не знаю, что сказал ему, но эффект был на лицо.
Мэри: Отец у тебя классный, очень любит тебя. Он вообще хоть и строгий и суровый на внешность, но такой внимательный. Помню на восьмое марта подарил нам всем букеты тюльпанов и шоколадки.
Есения: Ага, вот бы и мама дружелюбие ко мне проявляла. Мне часто кажется, что она меня совсем не любит.
Мэри: Ты пробовала с ней говорить об этом?
Есения: Нет, думаю, что это бесполезно. Для неё всё, что она делает это правильно и хорошо для меня.
Девочки проходили по длинному коридору с обшарпанными в некоторых местах стенами, персикового цвета краска слезла, оголяя пятнами светло-серую шпаклевку. Почему-то именно это крыло ремонт обходит стороной, зато начальной школе всё новое сделали. Найдя нужную дверь кабинета, сверху которой было написано «кабинет математики», они зашли внутрь. Есения сидела с Мэри за одной партой где-то посередине класса, а Лиза предпочитала задние ряды. Но сейчас её с ними не было. Опаздывает. Она зашла прямо со звонком на урок — довольная с новым серебряным кулоном на шее в виде объемного маленького сердца. После нудного занятия и маленькой контрольной работы, все вышли в коридор. Лизу там ждал её возлюбленный из класса старше — из десятого.
Лиза: Сеня, ты чего тут?
Очень высокий парень с кудрявыми чёрными волосами достал из-за спины сладкую булочку в пакете.
Арсений: Это тебе, подумал, что проголодаешься скоро. Она с клубникой, как ты любишь.
Её голубые, как чистый океан, глаза засияли напротив его цвета холодного чёрного крепкого кофе, который обычно бодрит по утрам. Только когда она обняла его, на лице парня можно было уловить лёгкую улыбку и нежность во взгляде. Они были самой яркой парой, что многие завидовали каждому из них.
Лиза: Кстати, Арс, кажется твой друг хорош в математике, да?
Арсений: Какой из? Ты про Женю что ли?
Лиза: Да, просто у Яси проблемы сейчас по этому предмету. Может быть он поможет ей и они вместе позанимаются.
Есения с Мэри не слышали о чём они разговаривают, но то что их взгляды теперь были обращены к ним как-то настораживало.
Есения: Мне не нравится её заговорческая улыбка.
Мэри: Они идут к нам.
Засунув руки в карманы тёмных брюк, чуть сутулившись, Арсений обратился к Ясе, натянув на лицо своё привычное обаяние.
Арсений: Слушай, Есения, мне Лиза сказала, что ты не успеваешь по математике и физике кажется ещё. Я могу попросить своего одноклассника помочь тебе. Может знаешь Евгения.
Она немного смутилась из-за того, что подруга выставила её какой-то глупой.
Арсений: Кстати, а вот и он. Женя, подойди сюда!
Оглядываясь назад, к ним неспешно подошёл парень, которого конечно же знала Яся.
Арсений: Женя, это Есения, она из класса Лизы. Можешь помочь по учёбе ей?
Светло-серые глаза печально смотрели на неё, даже будто бы устало. Щеки Яси порозовели, когда она вспомнила, как иногда на переменах находила его взглядом в коридоре и любовалась его изящными чертами лица, длинными музыкальными пальцами и светлыми практически белыми волосами, завязанными в низкий хвост. Он вдохновлял её.
Евгений: Я подумаю. Есения, подойди к классу химии после следующего урока. Я должен посмотреть свой график.
Отведя взгляд, она ответила.
Есения: Хорошо.
Не торопясь уходить, он задержал на ней взгляд, рассматривая, словно пытаясь что-то вспомнить. Потом что-то прошептал на ухо Арсению, тот бросил смешок, ухмыляясь. Девушки были в недоумении, а Яся и вовсе, нервничая, разозлилась.
Есения: Что смешного?!
Арсений: Ничего. До встречи, Лиза.
Лиза: До встречи, сегодня погуляем вечером?
Арсений: Погуляем.
Зайдя в кабинет Арсений переспросил его.
Арсений: Серьёзно? Она на тебя прям смотрит постоянно?
Евгений: Не делай из этого повод для сплетен. Я замечал такое, но не вижу ничего плохого.
Арсений: А вдруг эта рыженькая змейка влюбилась в тебя? Как она рассердилась, видимо поняла, что мы о ней говорим.
Евгений: Забудь. Сядь уже на своё место.
Арсений: Как это будет романтично, что ты позанимаешься с ней. Смотрите не увлекитесь чем-то кроме учёбы.
Женя лишь тяжело вздохнул на его неуместные фантазии. Отвернувшись от лучшего друга, взглянул в окно. Дождь усилился, барабаня каплями по стеклу и листьями деревьев. Он вспомнил её веснушки, разбросанные по лицу, словно поцелуи солнца. Задумался, как бы выглядели её болотные глаза, если бы Яся улыбалась, можно ли было в них увязнуть в какой-то момент. Она не казалась ему дерзкой, хоть и делала вид. Парень видел в ней тихую девушку, читающую книжки на перемене, которая не обращала внимания на то, как порой прядки волнистых рыжих волос падали ей на глаза. Он тоже начал посматривать на неё, особенно после того, как Арсений познакомил его со своей девушкой Лизой, а она ведь постоянно была рядом с Есенией.
Тем временем у девочек был урок литературы — любимый предмет Есении. Она с большим интересом изучала биографии великих писателей и поэтов, погружалась с головой в созданные ими творения. Кроме карьеры актрисы, Яся мечтала прославиться и другим своим хобби, а именно писательством небольших произведений, её больше захватывал жанр ужаса и детективы. Такую литературу она и сама любила поглощать тоннами. Как бы она не интересовалась творчеством Гоголя, которое они сейчас проходили, из головы не выходил образ Евгения, который сам был словно соткан из густого тумана, покрытого тайной. Есения ругала себя за то, как повела себя, стоя напротив него. Это было глупо и не сдержанно. Ей казалось, будто бы она уловила в его взгляде интерес к ней. Показалось, что он знает её. Что она не просто проходящий мимо силуэт в школьном коридоре.
Есения не была популярной девочкой в своём классе, но ей особо этого и не хотелось. У неё уже были замечательные подруги, которые могли поддержать в любой момент. Одноклассники к ней относились с теплом и дружелюбием, правда было несколько девочек, которые были грубы с ней временами. Но она могла защитить себя и поставить на место обидчиков, хоть и казалась тихой и милой. Эта злая компашка больше и чаще задевала Мэри. Она была для них подходящей жертвой — робкая, ничего плохого в ответ не скажет. Её доброта в этом случае играла с ней злую шутку. Лизе частенько приходилось учить этих девчонок уму разуму после чего они надолго отставали от бедной Мэри.
Следующей была физкультура у их класса. Раньше отпустили с урока, поэтому Есения решила пойти быстро переодеться и тогда уже встретиться с Женей. В раздевалке было душно и тесно. Одноклассницы громко обсуждали вчерашние посиделки с пацанами, пускали сплетни. В какой-то момент ненавистные две девицы поддели Мэри, высмеивая её размер груди. Она была больше, чем у остальных из класса. Но Мэри обладала очень красивой фигурой, в которой каждый её элемент гармонично смотрелся. Они просто завидуют. Но ей стыдно и больно.
Лиза: Замолкните, тупые курицы. Если самих природа обделила это не значит, что можно смеяться над другими.
Есения: Вообще-то мы все разные, и каждая из нас красива по-своему. Но вы своим поведением выставляете наружу свою гниль, которая идёт изнутри. Как бы вы не красили свои лица, вы будете клоунами в глазах окружающих.
На её слова те девушки лишь надменно ухмыльнулись, но переводя взгляд на сердящуюся Лизу, решили ничего не отвечать на это замечание.
Есения: Девочки, я скоро вернусь, мне нужно переговорить с Женей.
Лиза: Ты не обижаешься на меня за то, что я без твоего согласия втянула тебя в эту авантюру?
Есения: Нет, я думаю, что это прекрасный шанс на повышение моих оценок.
Лиза: И ещё шикарный случай подвернулся для того, чтобы познакомиться с ним поближе.
Лиза скрестила руки на груди, и её губы растянулись в довольной ухмылке. Она шепнула Есении на ухо.
Лиза: Я же вижу, как ты на него смотришь.
В этот момент Мэри совсем не понимала о чем они шепчутся, но выражение лица Есении намекнул ей о том, что сказанное заставило её нервничать.
Есения: Он мне не нравится, тебе просто показалось.
Мэри: Кто не нравится?
Лиза: Пойдём, Мэри, я тебе объясню.
Есения: Что ты ей объяснять собираешься?
Она преградила им путь, хмурясь.
Лиза: Расслабься, Яся, и иди уже к Евгению. Думаешь он тебя долго ждать будет?
Вспомнив, что кабинет химии находится аж на третьем этаже, а они сейчас на первом, девушка устроила себе забег, несколько раз получив вслед замечания преподавателей, что бегать по коридору нельзя. Запыхавшись, она пришла к нужному месту, но парня там не было. Есения заглянула в кабинет и встретилась взглядом с Арсением. Тот как-то странно улыбнулся и направился к ней, чтобы не кричать через весь класс. Вальяжно, облокотившись рукой о дверной косяк, он оглядел её.
Арсений: У вас такая форма прикольная, хотел бы я Лизку увидеть в ней.
Есения: Ты куда пялишься? Мне ей рассказать что ли?
Пытаясь восстановить дыхание, она злостно пыхтела на него. Как Лиза может терпеть эти его подкаты к другим девушкам и полное бесстыжие и бестактность. Хотя может Яся и немного преувеличивала и не был Арс таким негодяем, каким казался ей. Потому что для неё и многих других девочек он был типичным плохим парнем. Но для её подруги он показывал себя и с другой стороны. Она помнила как Лиза ей рассказывала на ночёвке при свете луны, попадающим в окно её спальни, какой Арсений галантный и заботливый, как балует её подарками и свиданиями во вкусных кафешках. Мысли вернули её в настоящее, где он стоял перед ней, ухмыляясь.
Арсений: Хватит свои зубки показывать. Меня интересует только моя Лиза и никто другой. Можешь не переживать.
Есения: Смотри мне, я буду следить за тобой. Только попробуй её обидеть.
На самом деле Елизавета уверенная в себе девушка и знающая себе цену, наверное, если бы Арс вёл себя странно, то она бы первая его бросила.
Есения: Ладно, неважно. Где Евгений?
Арсений: Он ждал тебя здесь около кабинета, а ты слишком долго где-то возилась. Ушёл в библиотеку, не знаю, когда вернётся, наверное к началу урока точно.
Есения: Хорошо, я пойду поищу его. И… извини, что накричала на тебя. Я не хотела.
Арсений: Ничего, я не в обиде, Яся, такой маленький рыжий котенок как ты мне не страшен.
Закатив глаза на его сравнение, она быстренько пошла на поиски.
Буквально минут 5 назад в библиотеке Евгений встретился со своим другом. Он сидел за столом, с интересом листая книгу.
Евгений: Саша, привет, не ожидал тебя сегодня увидеть в школе.
Александр: Привет, в поликлинике передвинули время моей записи на пораньше и вот я только что пришёл. Не хочу пропускать контрольную по химии, потом ругаться учитель будет.
Евгений: Что ты так увлечённо листаешь? Причём быстро.
Женя подошёл к нему, встав сбоку. Друг разглядывал книгу про различные минералы с яркими картинками. А рядом лежала книга про музыкантов различных эпох.
Александр: Решил взять домой почитать эти две книги. Конечно не классика, но всё равно будет интересно узнать что-то новое.
Евгений: Так говоришь, будто я тебя заставляю читать русскую классику.
Саня бросил смешок, поворачиваясь к нему лицом. Поправив очки с прямоугольной оправой, бросил в ответ.
Александр: И не только русскую. Я на днях прочёл по твоему совету «Мастера и Маргариту», как же долго откладывал и зря. Множество цитат оттуда почерпнул.
Полагая, что тот сказал это к слову, чтобы его не обидеть, Женя с интересом спросил.
Евгений: Например?
Александр: Дай подумать… «Поймите, что язык может скрыть истину, а глаза — никогда!»
Сказав это с некой артистичностью, Саша улыбнулся своими светло-зелеными глазами, которые могли напомнить летний лес, через кроны деревьев которого проникали яркие солнечные лучи. Поправив с глаз вечно мешающую чёлку, он ожидал реакции друга.
Евгений: Неплохо, тебе хоть понравилось?
Александр: Несомненно! Ещё бы Арсения нашего заставить прочесть хоть пару строк.
Евгений: Пусть сам для себя найдёт стоящую книгу, невозможно заставить человека полюбить читать. Я бы посидел с тобой ещё, но меня там возможно уже ждут.
Александр: Кто?
Евгений: Я решил помочь одной девочке из девятого класса помочь с математикой и физикой.
Александр: О, это очень мило с твоей стороны. Бесплатно?
Евгений: Да.
Александр: Не перестаю восхищаться тобой. Иди, потом поговорим.
Как раз на лестнице они чуть не столкнулись с Есенией, девушка очень торопилась и чуть не подвернула ногу на ступеньке. Парень придержал её.
Евгений: Ты чего так несешься? Аккуратнее.
В этом действии не было чего-то выдающегося, но это заставило девушку чуть покраснеть.
Есения: Извини, я бываю неловкой. Хотя и просто неловко. Что я говорю…
Затараторив, она отвела глаза в сторону, стыдясь взглянуть ему в глаза.
Евгений: Скоро урок начнётся, давай перейдём к делу.
Есения: Да, прости, что задерживаю тебя.
Евгений: Ох, ну хватит извиняться.
Он достал из кармана телефон, открыл в заметках свой номер.
Евгений: Записывай, потом напишешь мне что это ты. Я могу заниматься с тобой по средам и выходным. Только желательно, чтобы ты за день до занятия уведомляла меня, вдруг появятся какие-то дела. Лучше проводить их вечером. Ты как хочешь — вживую или по звонку?
Есения: Давай попробуем вживую, а потом посмотрим.
Когда она подняла на него глаза, то впервые увидела некое озорство в его всегда потухшем взгляде. Женя усмехнулся в кулак, после чего тихо произнёс.
Евгений: Боишься, что что-то может пойти не так? Или стесняешься меня?
Её глаза округлились, не знала, что и ответить ему. Поэтому нервно смеясь, считая это шуткой такой, сделала шаг назад.
Есения: Мне пора на физкультуру. Я тебе напишу.
И убежала вниз по лестнице. Евгений пару секунд смотрел ей вслед. В мыслях пронеслось.
Евгений: А ей идёт высокий хвостик. Такие волосы пышные... От неё вкусно пахнет вишней. Это её парфюм или шампунь?
Вернувшись к подругам, они вместе пошли на школьный стадион. Есения словно в облаках летала весь урок. Девочки не могли не спросить её.
Лиза: Что произошло за то время, пока тебя не было?
Мэри: Ты более задумчивая, чем обычно. Несколько раз чуть не споткнулась и по асфальту носом не проехалась.
Есения: Ничего особенного, просто мне показался Женя каким-то необычным во время нашего разговора. Я даже словила какую-то исходящую от него опасность.
Лиза: Опасность? От Евгения? Не смеши. Он один из самых спокойных и воспитанных парней, которых я когда-либо знала.
Мэри: Яся, а можешь поконкретнее сказать?
Есения: Не обращайте внимания, мне наверное просто показалось.
Лиза: Для тебя любой мальчик кажется опасным. Он с тобой заигрывать начал?
Есения: Что ты говоришь такое? Потише, ещё услышит кто.
Мэри: Яся, ты влюбилась?
Глаза Мэри засияли от счастья за подругу. Они с Лизой, улыбаясь переглянулись.
Есения: Ну что вы заладили. Между нами просто возникла неловкая ситуация, о которой я не хочу говорить.
Мэри: Что плохого в том, что ты можешь к кому-то испытывать чувства? Мне вот тоже кое-кто нравится.
Есения: Правда?
Лиза: Да, Мэри недавно проговорилась о своих чувствах к Александру из класса Арсения и Жени. Они постоянно вместе время проводят, такие же лучшие друзья, как мы с вами. Кстати, было бы прикольно, если бы вы с этими двумя начали встречаться, девочки.
Есения: Нет.
Мэри: Да, это выглядело бы забавно. Только мне страшно ему признаться, вдруг я ему совсем не нравлюсь.
Лиза: Мэри, ты замечательная девушка. О такой только мечтать можно.
Есения: Она права.
Мэри: Может как-нибудь.
Как закончились занятия, Есения поспешила домой, чтобы переодеться и успеть в театральное. Возле её подъезда был облагорожен роскошными клумбами с различными цветами, которые благоухали на несколько метров. Эти были единственные яркие пятна на фоне серого девятиэтажного дома. Её взгляд задели всякие рекламные листовки, наклеенные на стенд возле входной двери.
Есения: Сейчас скидки большие на пиццу, но родители наверняка не захотят тратиться на вредности. Хм…
Она подошла ближе, увидев блеклую черно-белую фотографию подростка с подписью «пропал». По коже пробежал мороз, глядя в его чёрные глаза. Как пропал? Где?
Есения: Жуть. Может просто сбежал из дома…
Зайдя внутрь подъезда, она погрузилась в тишину, где был слышен только треск старой лампочки. Окна на лестничной площадке практически не пропускали свет, отчего здесь было темно. В детстве Яся очень боялась вечером с прогулки возвращаться домой. Она жила на пятом этаже и часто поднималась по лестнице. Ей казалось, будто кто-то скрывается в мрачных углах, следит за ней и выжидает удобного момента, чтобы схватить её. С возрастом страх всяких призраков залег на дно, но ощущение дискомфорта осталось. Ей не нравилось как пахло сыростью, хотя с этим пытались бороться жители дома. Казалось, что им было всё равно на создание комфортных условий. Будто всё и так нормально. В её подъезде большинство — это пенсионеры, в глазах которых затухала жизнь. Как-то становилось уныло, когда в ночной тишине, она слышала покашливание соседки квартирой рядом. Или же когда сквозь открытое окно чувствовала запах сигар соседа сверху.
Зайдя в квартиру, Яся быстро разулась и пошла к себе в комнату. На кухне мама гремела посудой, что-то нарезая. Пахло борщом, который девушка терпеть не могла после одного инцидента. Однажды тарелка с этим красным супом оказалась у неё на голове. Брату было не долго смешно, она отомстила, сделав также с ним. Они оба потом долго стояли в углу за такое поведение, матери было всё равно, кто начал первым.
Есения так мечтала о том, чтобы побыть дома одна. Но мама работала из дома, психологом по видеосвязи и лишь изредка принимала в своём кабинете через две улицы от их дома. Хорошо, что Антон задерживался почти каждый день, то гуляя с друзьями, то на тренировках по футболу. Почему-то Яся скрывала тот факт, что он пробовал курить под шумок, хотя ему и не понравилось, и то, что он частенько пьёт энергетики с пацанами, скрываясь поздно вечером там, где никто не увидит. Она узнала об этом только потому, что один раз он бесстрашно прихватил одну банку домой. Когда она зашла к нему в комнату, то тот играя в видеоигры, от которых у неё болела голова, спокойно попивал её. Есения знала, что его скорее всего сильно наругает отец, но не хотела создавать ему проблем и сама же потом себя ставить под удар. Ведь кто простит такое предательство. Тем более не всегда он был так противен. Антон даже будучи младшим братом покупал иногда всякие вкусности для неё. Знал какое она любит мороженое и мармелад. А когда кто-то на улице приставал к Ясе из парней, то тот и вовсе шёл драться, защищая сестру от всяких идиотов.
Закрыв за собой дверь, она облегченно выдохнула. Есения радовалась тому, что папа позволил ей сделать ремонт под её желания. Когда-то мрачная комната с коричневыми обоями сейчас была светлой и приятной глазу. Отец сам собрал ей книжный шкаф и всякие тумбочки, здесь теперь не было ничего лишнего. На подоконнике стоял маленький кактус с цветочком, на письменном столе аккуратно были сложены её тетради и книги, которые она сейчас читала. На стене над кроватью она повесила маленькие лампочки, которые вечерами излучали тёплый жёлтый свет, навевая атмосферу романтики и уюта. И у неё ещё было мягкое кресло около окна с клетчатым пледом. Комната была не большой, но ей места хватало, чтобы создать свой уголок, который она и называла домом. Окна выходили на сторону запада, поэтому она могла любоваться закатом. Хотя хотелось это делать не дома, а на природе, как в романах.
Переодевшись в винтажное платье, подходящее её героине, которую она играла в театре, девушка прошла на кухню, чтобы перекусить. В холодильнике из быстрого перекуса был лишь творог с ягодным джемом и парочка яблок.
Мама: Есения, может ты наконец нормально поешь? Смотри уже как похудела. Ещё не дай бог себе желудок испортишь.
Есения: Мам, ну творог это же не плохо.
Мама: Ты вернёшься поздно сегодня?
Есения: Наверное примерно в восемь вечера. Ещё не так темно.
Мама: Скажу отцу, чтобы тебя забрал на машине.
Есения: Не нужно, я так прогуляюсь, идти всего полчаса, вроде и дождя больше сегодня не обещают. Или же на автобусе проедусь.
Мама: Почему против?
Есения: Папа говорил, что сегодня на работе задержится, уставший будет. Не хочу его беспокоить.
Мама: Да? А потом тебя будем в лесах наших сибирских искать? Ты видела листовки? На каждом столбе расклеены, что мальчик пропал. Тоже так хочешь?
Есения: Да брось ты. Будто я никогда по темноте не возвращалась. Если что попрошу Антона за мной зайти. Не трогай папу.
Мама: Ох, Яся. Когда уже у тебя появится парень, чтобы я не беспокоилась о твоей безопасности.
Есения: Удивительное заявление от тебя однако.
Мама: А что, тебе уже можно. Только смотри мне без всяких последствий…
Есения: Всё, мама, хватит.
Недоев творог, она ушла с кухни. Матери пришлось за ней убрать, что она сопроводила естественно тяжёлым вздохом и ворчанием. Есения решила выйти пораньше. Здание театральной школы было изысканным и старинным. Но время ничуть не испортило его, добавляя лишь величественности. Она тихонечко прошла в помещение для выступлений, села на сидение недалеко от сцены. Никого ещё не было из её товарищей по искусству. Тишина благоволила продолжить повторение сценария. Яся решила это делать вслух. Её роль — знатная девушка, сбежавшая из семьи навстречу приключениям, которая в одном из них встречает любовь всей своей жизни. Это был троп от ненависти до любви, очень частый и любимый многими.
Играя одну из своих реплик, она услышала позади тихие медленные аплодисменты и бархатный смешок. От неожиданности вздрагивая, она обернулась, замечая своего учителя. Высокий молодой человек направлялся к ней, одобрительно улыбаясь. Серые глаза с хитрецой поблескивали под лучами прожекторов, висящих над сценой. Светлые волосы длиной по плечи, завязаны в хвост, с выбивающимися парочкой прядок из длинной чёлки, он любил одеваться в классику, но никогда не застегивался на все пуговицы, придавая образу лёгкости и немного даже дерзости. Почти все девочки, кто был под его руководством испытывали к нему симпатию. Он обладал особой харизмой и притягательностью, всегда соблюдая субординацию со своими учениками. Его любили и уважали.
Виктор: Браво, Яся. Правильную интонацию используешь. Только попробуй меньше наигранности.
Есения: Виктор Михайлович, вы меня напугали.
Виктор: Извини, я зашёл недавно после буфета и заслушался.
Есения: У меня не получается вжиться в роль. Через неделю уже выступление, а я в полнейшей панике.
Он подошёл к ней ближе, кладя руки на её плечи. Установил зрительный контакт, заговорив медленно и спокойно.
Виктор: Тише, отставить волнение. Чему я тебя учил, когда ощущаешь страх?
Есения: Сделать глубокий вдох и затем выдох.
Виктор: Умница, и делать это до тех пор, пока не успокоишься. Ты очень способная девочка, одна из лучших моих учениц. Я верю в тебя. Если бы я счел, что ты не готова к этой роли, то и не давал бы.
Есения: Благодарю за эти слова.
Виктор: Кстати, сегодня твой партнёр не придёт, ему срочно нужно было поехать в больницу.
Есения: Боже, а что такое? Он же сможет со мной выступить?
Виктор: Надеюсь, текст он хорошо знает, поэтому я не переживаю за это. Не думаю, что ему было бы приятно, если бы я рассказал повод.
Есения: Извините, вы правы. Я сегодня буду одна играть?
Виктор: Нет, там сцена с поцелуем будет, я хочу посмотреть как ты это отыгрываешь. Я попросил своего младшего брата прийти и заменить его. Не страшно же?
Есения: Оу, нет, всё хорошо.
Она уже так привыкла к своему партнёру, что было как-то волнительно играть с кем-то другим. Ещё и такую нервную сцену. Но Есения давно готовила себя к тому, что она же актриса, а значит должна уметь приспосабливаться к любой ситуации, которую ей предлагают сыграть. Настоящий профессионал своего дела не боится экспериментов и трудностей. Такому её учил Виктор. Но знала бы она, кто войдёт в эту дверь через пару секунд. Сначала Яся услышала знакомый голос, а потом увидела его, пребывая в шоке.
Есения: Евгений?
Глава 2
Сам парень был не менее удивлён увидеть её здесь. Учитель с неподдельным интересом наблюдал за их эмоциями, боясь прервать такой момент.
Евгений: Это я с Есенией должен играть эту сценку?
Виктор: Верно. Невероятно, что вы знакомы.
Евгений: Мы только сегодня с ней познакомились.
Наконец отведя от неё взгляд, Женя вновь приобрёл невозмутимый вид. Получается его вообще не смущает тот момент, что они должны по сценарию целоваться?
Виктор: А где познакомились?
Евгений: Разве это важно, Виктор?
Сложив руки на груди, Виктор ехидно ухмыльнулся, ожидая продолжения рассказа.
Виктор: Конечно. Есения учится у меня почти полгода и я ни разу не видел вас вместе. А сегодня как раз в такой грандиозный момент, мы знакомитесь и ты говоришь, что это вообще не важно?
Женя приложил руку к лицу, устало и немного нервно вздыхая.
Есения: Мы учимся в одной школе. И сегодня Евгений согласился помочь мне подтянуть парочку предметов.
Виктор: Значит заделался учителем?
Евгений: Пришлось.
Виктор: Молодец. Яся, он очень умный парень, присмотрись к нему.
Он подмигнул ей. Находясь во всей этой ситуации, Есения залилась краской, закрывая лицо руками. Подходя ближе к сцене, парень сказал брату.
Евгений: Не смущай её ещё больше, она сейчас не сможет сосредоточиться на своей роли.
Виктор: Она настоящая актриса, вот увидишь, её ничем нельзя смутить. Яся просто уже входит в роль.
Девушка прошептала.
Есения: Это издевательство…
Виктор: Что?
Есения: Ничего. Ничего…
Когда она хотела взойти по ступенькам наверх на сцену, Евгений подал ей руку. Этот жест отозвался электрическим током в сердце и немного на кончиках пальцев. Её растерянный взгляд вызвал на его губах лёгкую улыбку.
Евгений: Подождите меня немного, дама моего сердца. Мне нужно переодеться.
Есения: А?
Евгений: Яся, расслабься, я же шучу.
Она никогда не видела его таким как сегодня в некоторые моменты общения. Сразу вспомнился их разговор на лестнице. Есения не думала, что он так легко может меняться — из тихого таинственного юноши в такого с огоньком в глазах и хитрой улыбкой.
Вернулся он, одетый в коричнево-кремовый костюм викторианской эпохи. Демонстративно поклонился ей, снимая шляпу.
Виктор: Вы готовы?
Евгений: Да.
Есения: Д-да.
Виктор: Тогда начинайте.
Усевшись поудобнее на первый ряд, учитель принялся внимательно смотреть сценку. Первые пару минут давались Есении с трудом, она была очень закрыта и забывала текст.
Виктор: Ну соберись же, Есения. Что с тобой случилось?
Есения: Можно перерыв? Я хочу пить.
Виктор: Хорошо, только не больше десяти минут. Я не собираюсь тут с вами до ночи сидеть.
Кивнув, она убежала за кулисы. Женя, немного подумав, пошёл следом за ней. Он нашёл её сидящей на полу. Девушка обнимала колени руками и тихо всхлипывала. Подойдя к ней, он присел напротив. Рука потянулась к её волосам, чтобы погладить и успокоить, но он решил, что это будет лишним, поэтому вовремя убрал её.
Евгений: Эй, ты чего плачешь?
Есения: Не смотри на меня. Уйди. И не трогай.
Евгений: Я и так не трогаю тебя. У нас очень мало времени, чтобы привести тебя в порядок. Там сидит очень сердитый Виктор. Тебе же не хочется его разочаровывать?
От этих слов она заплакала ещё сильнее, утыкаясь лицом в колени.
Евгений: Так, Яся, сделай вдох и выдох. Тебе легче станет.
Есения: Говоришь как он, бесит.
Евгений: Хах, ну это видимо семейное. Либо же так все люди говорят, наверное. Давай, начинай дышать. И поговори со мной.
Девушка сделала так пару раз, дыхание восстановилось. Вытирая слезы, она подняла на парня взгляд.
Евгений: Молодец, теперь скажи, что именно тебя беспокоит. Мне говорили, что моя партнерша отлично играет эту роль, так что произошло?
Она не торопилась говорить, собираясь с мыслями.
Евгений: Хорошо…Давай поступим следующим образом. Сделай вид, будто не я с тобой играю, а кто-то другой. Ты же меня видимо стесняешься, так ведь? Ещё и эта сцена с поцелуем. Хочешь потренируемся прямо сейчас, чтобы ты не падала в обморок на сцене?
Его спокойствие и чрезмерная уверенность разозлили её и звучали даже унизительно.
Есения: Ага, конечно! Ничего я тебя не стесняюсь. Я вообще с лёгкостью отыграю эту роль. И чего это ты с поцелуем пристал? Хочешь что ли?
Она всегда тараторила, когда нервничала и парень это уже подметил. Пытался сдержать смех, но получилось плохо.
Есения: Ты ещё и смеёшься надо мной?
Неожиданно он взял её руку в свою, глядя прямо в глаза. Наклоняясь, коснулся губами тонкой кисти. Её кожа была нежной, гладкой. Прочертил дорожку из лёгких поцелуем к пальцам, потом вновь вернул взгляд к ней, со словами.
Евгений: Я обещаю, что поддержу тебя на сцене. Ты уже успокоилась, мы можем идти?
Она сидела в непонимании, что сейчас только что произошло. Что за волна нежности и романтики с его стороны?
Есения: Зачем ты это сейчас сделал?
Евгений: Чтобы ты помолчала минутку и привела мысли в порядок.
Есения: Значит ты просто меня заткнуть хотел? Думаешь, что от такого мысли в порядок прийти могут?
Он помог ей встать. Есения ощутила как он аккуратно и почти незаметно вдохнул аромат её волос.
Евгений: У тебя очень приятный парфюм.
Есения: Спасибо.
Евгений: Слушай, нам не обязательно целоваться с языком. Это даже вообще не для театра. Так что лёгкого касания губ должно хватить.
Есения: Но в тексте же написано, что мы должны сыграть страстный поцелуй воссоединения пары возлюбленных.
Евгений: Тогда будем играть.
Есения: Только конечно без языка. Я вообще не целовалась никогда раньше.
Уже собираясь уходить, он вдруг остановился, оборачиваясь к ней. В глазах читалось удивление.
Евгений: Это будет твой первый раз?
Есения: Да. Поэтому я нервничаю. И ещё с тобой…
Последняя фраза вырвалась как-то сама собой. Вообще всё происходящее воспринималось как пьяный бред. Женя взял её за руку, слыша голос старшего брата, который их подгонял.
Евгений: А что со мной?
Всё его внимание сейчас было сконцентрировано на ней. И все эти переглядки в коридоре, которые тянулись месяцами, сейчас воспоминаниями ещё больше подогревали его интерес, а её вгоняли в жар. Яся словно потеряла дар речи, её взгляд блуждал по его лицу, цепляясь то за губы, нежность которых она только что ощущала на своей руке, то за глаза, в которых можно было утонуть.
Есения: Ты мне…
Их прервал Виктор зашедший за кулисы.
Виктор: Что тут у вас? Что так долго?
Евгений: Мы уже идём.
Виктор: Даю минуту на сборы.
Он ушёл, оставляя их наедине с недосказанностью. Вернувшись в реальность, Яся поняла, что только что чуть не призналась ему в своих чувствах. Какой позор. Может он бы посмеялся вновь над ней и завтра вся школа узнала бы об этом.
Евгений: Что я тебе? Продолжай.
Есения: Давай потом, нас ждут.
Девушка метнулась от него к сцене, оставив его без ответа.
Играли они в этот раз хорошо и с эмоциями, которым хотелось верить. И вот настал момент поцелуя. Евгений рывком прижал её к себе за талию, сминая губы в жарком поцелуе, от которых у неё подкашивались ноги. Он придерживал её эти пару секунд, когда под аплодисменты Виктора, их закрывал занавес. Будучи наедине это мгновение, парень не упустил шанса вновь обжечь её своим дыханием, но только на уровне уха.
Евгений: Ты мне тоже нравишься. Только я бы не спешил.
Есения: Я не думала, что ты скажешь мне это.
Её сердце бешено билось, вырываясь из груди. Они были так мало знакомы, но что-то очень сильно тянуло их друг к другу.
Есения: Я не такая смелая, как ты.
Евгений: Я заметил. Нам нужно получше узнать друг друга, если ты вообще этого хочешь. Может быть тебе просто кажется и это всё случайность.
Есения: Нет, я бы хотела узнать тебя. Сегодня вот узнала совершенно с другой стороны.
Он усмехнулся, в глазах заиграли чертики.
Евгений: И какой же я тебе больше симпатичен? Какая из ролей?
Есения: А ты разве играешь?
Евгений: Как говорит мой брат, каждый из нас часть большого театра и все мы играем какие-то роли в нём.
Есения: Ты мне нравишься любым. Главное, чтобы то, каким ты себя показываешь было настоящим тобой.
Евгений: Ты совсем про меня ничего не знаешь ещё, как и я про тебя. Но в тебе есть что-то такое, что меня привлекает. И это даже не про внешние черты.
После некоторого времени обсуждения ошибок, настало время расходиться по домам. Пытаясь не показаться навязчивым, Женя между прочим спросил её.
Евгений: Уже темнеет. Тебя кто-то встретит?
Есения: Нет, я сама. Тут идти совсем немного, пол часика.
Евгений: Я провожу тебя до квартиры. Не хочу, чтобы с тобой что-то стряслось по пути.
Есения: Ой, да не нужно.
Евгений: Это не обсуждается.
Окликая брата, он сообщил.
Евгений: Виктор, я Ясю до дома провожу, а потом сразу к тебе.
Виктор: Хорошо.
Когда они уже шли по улице, зажигающейся высокими фонарями, Есения спросила.
Есения: А вы с Виктором одни живёте?
Виктор: Да, он снимает двухкомнатную квартиру. Решил и меня забрать с собой. У нас с родителями не очень хорошие отношения. Я очень благодарен ему.
Есения: Это весьма печально. Но если у вас всё хорошо…
Евгений: У нас всё чудесно, не волнуйся. Мне отец продолжает финансово помогать. Не настолько ужасные отношения, чтобы бросить несовершеннолетнего ребёнка. Яся, а мы можем пока идём поговорить об увлечениях?
Есения: Да.
Евгений: Прекрасно, что ты открыта к разговору. Ты любишь читать, я прав?
Есения: Угу.
Евгений: Я видел тебя часто с книгой в руках на переменах. Но особо не рассматривал. Какие жанры предпочитаешь?
Есения: Ужасы, триллеры, детективы. А тебе классика больше нравится?
Евгений: Ты права.
Следом он рассказывал ей про один из смешных случаев, когда они с Александром заночевали в местной библиотеке. Есения пыталась максимально вникать, но ей так хотелось идти державшись за руку с ним, что она размышляла, как ему об этом сказать. Так она чуть не врезалась в столб.
Евгений: Ну аккуратнее же. Постоянно я тебя спасать не смогу.
Есения: Я могу тебя о кое-чем попросить?
Евгений: Давай.
Пока ветер развевал её огненные волосы, которые смотрелись невероятно роскошно на фоне красного закатного солнца, практически севшего за горизонт, она неуверенно промолвила.
Есения: Можем держаться за руки?
Евгений: Можем.
Его улыбка теперь стала более частым явлением, чем это было ранее. Парню доставляло особое удовольствие дразнить её и заставлять покрываться румянцем, но этого он ей пока не хотел говорить. Просто так она теряла серьёзность и могла быть очень мила по его мнению.
Евгений: Только смотри, мы должны прояснить всё. И наверное мы можем забыть о том, о чём говорили недавно. Я подумал к чему эти затяжные драмы. Хочешь ли ты стать моей девушкой прямо сейчас?
Её ответ не заставил ждать.
Есения: Да, хочу.
Евгений: Даже будучи уже в отношениях можно много всего нового узнать о партнере. Так что нас это беспокоить не должно. Ещё я хочу прояснить один очень важный момент. Пойдём присядем на лавочке, это не надолго. Если будет надо, я сам извинюсь перед твоими родителями.
Есения: Всё хорошо, они не будут против.
Они сели рядышком, развернувшись друг к другу лицами. Народа вокруг почти не было, лишь изредка проезжающие машины мимо сквера. Женя взял её за руку, которая чуть вспотела от нервов и была ледяной.
Евгений: Ты замёрзла? Тебе дать куртку?
Есения: Не надо, всё нормально.
Он всё равно снял её с себя и накинул на её плечи. Погладил большим пальцем тыльную сторону кисти, не торопясь переходить к теме разговора. Он хотел запомнить каждый миг, проведённый с ней.
Евгений: Я могу тебя касаться, когда захочу или только, когда ты будешь позволять?
Этот вопрос поставил её в ступор. Яся ещё не была никогда в отношениях, не знала, как отреагирует на то или иное действие с его стороны. Будет ли ей страшно или же приятно. А вдруг он имеет ввиду какие-то интимные вещи.
Есения: Можешь это делать, когда захочешь. Только, если мне что-то будет не нравиться, то ты остановишься.
Евгений: Разумеется. Не бойся, я тебя не обижу и не сделаю больно. Ты говорила, что никогда раньше не целовалась. Значит это твои первые отношения?
Есения: Да, это так.
Евгений: У меня тоже нет особого опыта. Были лишь одни отношения, но очень короткие. Хоть мы и успели многое сделать вместе, чего возможно ты боишься, но никто из нас с грустью не вспоминает об этом. Мы разошлись с ней, потому что оказались разными людьми.
Есения: Понятно.
Он приобнял её, стараясь согреть. На ушко шепнул.
Евгений: Всё-таки ты просто потрясающе пахнешь вишенкой.
Есения: А ты древесными нотками и будто бы ещё морем.
Её шею щекотнул его нос, проводя дорожку от низа ближе к мочке уха.
Евгений: Можно тебя называть какими-то милыми словами или просто шептать какие-то нежности?
То что он говорил уже вызывало трепет и мурашки по всему телу, отзываясь приятным теплом в животе, будто бабочки порхают на лесной полянке.
Есения: Да. Ты можешь делать всё, что захочешь.
В следующую секунду он прижал её к себе сильнее, целуя открытую часть шеи, кусочек изящной ключицы и, касаясь губами мочки уха, чуть прикусывая её. Девушка часто задышала, переводя на него пораженный такой смелостью действий прямо на улице взгляд. Было видно, что он смутил её своим поступком. Не понимая, нравится ей это или нет он спросил, восстанавливая сбитое дыхание.
Евгений: Тебе нравится? Мне продолжать? Ты просто выглядишь немного испуганной.
Есения: А вдруг кто-то увидит.
Евгений: Уже темно, здесь никого нет и мы ничем таким не занимаемся. Я просто целую твою шейку. Тебе хоть приятно, моё солнце?
Есения: Да, это очень приятно. Но я бы не хотела здесь продолжать. Как-то стыдно и неправильно.
Евгений: Хорошо, пойдём тогда домой. А то родители реально ругаться будут.
Откуда у него взялись такие яркие и нежные чувства к ней? Было такое ощущение, будто он знал её много лет и наконец ему позволили приблизиться к той, которая была под запретом, показать ей свои чувства, которые он держал под замком. Парню хотелось сжать её в объятиях, зацеловать каждую веснушку на лице. Но ей было бы дискомфортно от таких порывов при людях, поэтому он себя сдерживал.
Евгений: Когда ты придёшь ко мне заниматься уроками, мы сможем провести время вместе просто так наедине?
Есения: Я не совсем понимаю о чем ты говоришь.
Евгений: Ну полежать вместе, посмотреть кино. А там как пойдёт.
Есения: Если что я ещё не готова к тому самому.
Евгений: Успокойся, мы ещё не настолько близки. Я же не зверь какой-то, всё понимаю. Но я не прочь зацеловать тебя от самой макушки до пяток.
Есения: Откуда такая любвеобильность? Я же вроде была тебе безразлична.
Евгений: Я сам не понимаю. Это даже пугает немного. Думаю, что ты мне уже давно любопытна, но я и не предполагал, что когда-то с тобой заговорю.
Есения: Это довольно странно, но я рада, что так всё произошло.
Остальную часть пути до дома они шли, беседуя о любимой еде. Как раз Яся успела проголодаться и её список был таким большим, возможно даже надуманным. Какие только кухни она не перечисляла, но в конце концов они сошлись на том, что котлета с пюре и салатиком это еда богов. Женя пообещал, что к их занятию закажет пиццу, какую она захочет. Когда они проходили уже ближе к её площадке, парень заметил, как тут темно в такое время суток, фонари есть, но работает только два из них и на достаточно большом друг от друга расстоянии. В нём вспыхнуло возмущение.
Евгений: И ты так одна и зимой ходишь? Там ещё раньше темнеет.
Есения: Да, а что?
Он крепче сжал её руку.
Евгений: Теперь ты не будешь ходить одна по этому мраку. Не позволю.
Есения: Мне кажется, что ты слишком сильно опекаешь меня. Прямо как мама моя.
Евгений: Это же не безопасно, Яся. На улице столько больных людей. Вот ты вообще умеешь постоять за себя? Самообороне тебя учили?
Есения: Ну только если коленом в пах давать.
Он бросил осуждающий смешок, останавливая её.
Евгений: Моя хорошая, это редко когда помогает, твою ногу и перехватить могут. Потом поучу тебя как-нибудь. Будь, пожалуйста, внимательна и лучше носи с собой перцовый баллончик.
Есения: Ладно.
Зайдя в подъезд они столкнулись с качающимся в разные стороны пьяницей. Неухоженный мужчина средних лет с щетиной чуть ли не валился с ног, держа в руке бутылку дешёвого алкоголя и от него смрадило. Яся с детства ненавидела таких личностей, они внушали страх неизвестности и опасности. И сейчас она встала вступор, боясь сдвинуться с места. Мужчина не обращал на них внимания, что-то бубнил себе под нос, сползая по стенке на пол.
Девушка сильно сжала руку парня, он чувствовал как её трясёт. Тихо произнёс.
Евгений: Не бойся, я с тобой. Он тебя не тронет. Идём к лифту.
Только когда двери лифта закрылись, она с облегчением выдохнула. Это старое сооружение издавало скрипучие звуки и противно пищало, когда они приезжали на этаж. Поэтому ещё Есения ходила пешком. Страшилась однажды застрять там или же вообще боялась, что верёвки на которых он держится, оборвутся.
Евгений: Уже всё в порядке? Как ты?
Есения: Не волнуйся, меня просто такие как он пугают. Когда мне было семь лет этот дядька дрался с каким-то другим мужиком при мне, и так сильно бросил его в стену, что тот еле уполз на улицу с первого этажа.
Евгений: Это ужасно, что тебе пришлось такое увидеть.
Выйдя на своём этаже, Есения неохотно подошла к двери квартиры.
Есения: Сегодня же не будем тебя знакомить с родителями?
Евгений: Как хочешь. Я могу, для меня это не сложно.
В этот момент на этаж поднялся отец Яси, увидев её с каким-то незнакомым парнем, удивился, на секунду застыв на месте. Суровый на вид мужчина с ухоженной короткой рыжей бородой подошёл к ним и обратился к Евгению.
Отец: Вы кем будете, молодой человек?
Евгений: Добрый вечер, я парень вашей дочери. Меня зовут Женя.
Отец: Ну здравствуйте, Евгений. Я её папа — Сергей Юрьевич.
Евгений: Приятно познакомиться.
Они крепко пожали друг другу руки.
Отец: Гостей не ждали, но после такой неожиданной встречи ты просто обязан зайти на чай. Только я зайду сейчас маму предупрежу. Подождите немного.
Есения: Да, пап.
После того как дверь закрылась, Яся начала паниковать, хватаясь за голову.
Евгений: Ну чего ты, солнце? Всё ведь хорошо.
Есения: Вдруг мама будет какие-то странные вопросы задавать.
Евгений: На всё отвечу, не беспокойся. Иди ко мне.
Заключая её в объятия, он поцеловал её в ярко-рыжую макушку.
Есения: Я постараюсь быть спокойной. Маму если что зовут Маргарита Витальевна.
Через минут 5 дверь им открыла уже мама Есении. Нарядилась в изумрудное платье карандаш, прихорошилась. И конечно же встретила их с широкой приветливой улыбкой.
Мама: Заходите.
Евгений: Здравствуйте, Маргарита Витальевна. Извините, что так неожиданно заявился. Не хотел отпускать вашу дочь по темноте идти.
Мама: Спасибо за заботу, Евгений. Проходите на кухню, скоро чайник закипит.
На цветочной скатерти были разложены маленькие блюдца под чашки чая и посередине тарелка с печеньем с шоколадной крошкой.
Мама: Женя, извини, знали бы, что Яся приведёт своего кавалера, так хоть тортик купили бы.
Евгений: Вы очень гостеприимны, я буду и печенью рад. Мне с вами очень приятно познакомиться. У вас дома уютно.
Мама с папой сели напротив них после того, как Яся разлила кипяток по чашкам. Неловкой паузы не последовало, мать сразу задала свой первый вопрос.
Мама: А как вы познакомились и как давно? Я то Яся только сегодня днём утверждала, что ей вовсе не хочется ни с кем дело иметь.
Есения: Мама.
Отец: Марго, ну что ты смущаешь молодёжь.
Евгений: Всё в порядке, Сергей Юрьевич, в этом нет никаких тайн. Правда ведь, Ясь?
Есения: Кхм, да.
Евгений: Мы учимся в одной школе, только я на класс старше. Периодически видимся на переменах и как оказалось мой друг встречается с её подругой Лизой. Вот как-то так мы и познакомились случайно, когда болтали компанией вместе. Есения очень скромная девушка, к ней было тяжело подступиться, но мы нашли со временем общий язык.
Мама: Как мило. Жалко только, что наша доча не хочет с нами подробностями своей жизни делиться, дорогой.
Её слова звучали с оттенком обиды, а взгляд пронизывал девушку насквозь. Стало ещё более неуютно.
Отец: Ясечка, мама не со зла.
Есения: Естественно, я заметила.
Отец: Евгений, я очень надеюсь, что у вас к нашей дочери серьёзные намерения.
Евгений: Яся для меня бесценное сокровище, которое только одно такое на свете. Я буду ей дорожить.
Отец: Это замечательно, если у вас такая любовь. Не будем вас с мамой мучить, потом ещё успеем поболтать. На майских праздниках поедем на шашлыки, тебя с собой возьмём. Умеешь мясо жарить?
Евгений: Да, сэр.
Шутливо отвечая ему, казалось, что он был более уверен в себе, чем родители и Яся вместе взятые. Откуда у него такие способности? Такой спокойный.
Отец: Зови меня дядя Серёжа.
Евгений: Хорошо.
Мама: А меня пока что называй Маргарита Витальевна.
Евгений: Да, конечно.
Когда Есения провожала парня до выхода, у неё непроизвольно вырвалось.
Есения: Ты так отлично на ходу придумываешь. Я просто не перестаю восхищаться.
Евгений: Всё-таки брат у меня актёр и по жизни приходилось…
Есения: Врать?
Евгений: Скорее добавлять сюжету красок.
Попрощавшись, он вышел на лестничную клетку и только собирался спускаться, как позади себя почувствовал тёплые руки крепко обнимающие его.
Евгений: Хах, я чуть не свалился от твоей инициативности. Но знаешь.
Развернувшись, парень одарил её согревающей лёгкой улыбкой. Оказывается у него тоже есть ямочка на щеке, на правой, а у неё на левой.
Евгений: Меня это очень радует и вызывает приятный трепет в груди.
Есения: Жень…
Неловко улыбаясь, она снизу вверх взглянула на него. Тихий нежный голос коснулся его сердца.
Есения: Можно тебя поцеловать на прощание?
Вопрос повис в воздухе без ответа. Парень вместо пустых разговоров решил перейти к действиям. Ласково проведя пальцами по щеке, он мягко притянул её к себе за талию. Пару секунд не мог отвести от неё взгляда, в нём было столько невинной любви, столько нежности. Встав на цыпочки, Есения прильнула к его мягким губам. Сейчас поцелуй казался ей более особенным, чем в первый раз. От него немного кружилась голова, не было сил и желания оторваться, прекратить. Каждая секунда была для них бесконечностью, в которой хотелось раствориться, запомнить каждое неловкое касание навсегда. Но вспомнив, что его ждут дома, она отстранилась.
Есения: Тебе наверное нужно торопиться. Там уже темно.
Евгений: Никакая тьма мне не страшна, когда рядом такое солнце, как ты.
Есения: Да, но я же останусь здесь.
Евгений: Твой облик будет перед глазами и в душе. Так что ты всегда со мной, даже если не рядом. А вообще я не боюсь поздно гулять. Если нет страха, то никто не сможет тебе навредить, ведь ты будешь сильнее.
Есения: Мудро.
Евгений: Да, наверное странно слышать подобное.
Есения: Ничуть, меня подобные речи привлекают.
Его лицо приобрело неожиданно серьёзный оттенок.
Евгений: Только не каждому слову нужно внимать. Ещё одна мудрость, так сказать — оценивай, кто перед тобой, за сладкими и красивыми речами иногда может скрываться гниль и тьма, которые способны на зло.
Есения: Да, я понимаю.
Евгений: Завтра среда, мы можем с тобой вечером позаниматься у меня.
Есения: Ой, прости, завтра не могу. Давай я к тебе в субботу приду.
Евгений: Хорошо. Тогда до скорой встречи.
Есения: До встречи. Напиши, как будешь дома.
Евгений: Напишу.
Её ненавязчивая забота вызвала радостную ухмылку на лице, которую он скрыл от девушки, спускаясь по еле освещенным ступенькам. Есения вернулась к родителям, которые ждали её на кухне. Выражение лица матери требовало от неё быстрых объяснений, а отец чесал затылок, пытаясь не смотреть на жену.
Мама: Значит ты меня сегодня обманывала. Зачем скрывала?
Есения: Я устала, мам, не хочу ничего доказывать.
Пожелав уйти, тут же остановилась от командного маминого «стой!»
Отец: Яся, мы не хотим на тебя давить, правда. Только пообещай, что не будешь держать такие важные вещи от нас в секрете.
Постукивая нервно ногой, скрестив руки на груди, девушка думала над ответом. Входная дверь открылась и к их беседе присоединился Антон.
Антон: Что у вас тут за собрание? Яся, с тобой всё хорошо? Выглядишь раздражённо.
Есения: Отстань.
Антон: Мам? Пап?
Мама: Сынок, у твоей сестры ухажер появился, а она только по случайности нам его показала.
Антон: Ого! Яся, это правда?
Есения: Да.
Антон: Это же круто.
Он шутливо взял её руку, чтобы крепко пожать, но сестра смерила его ненавистным взглядом исподлобья.
Антон: Что? Я думал, что такая зануда как ты никому не нравится.
Есения: Как видишь я могу быть очень интересна.
Антон: Ну или на фигурку твою повёлся.
Есения: Что ты сейчас ляпнул?
Она хотела ударить его, но отец её остановил и сам вместо неё дал сыну пощёчину.
Отец: Думай, как говоришь со старшей сестрой. Извинись, живо.
Хватаясь за горящую щеку, парень процедил сквозь зубы.
Антон: Прости, заигрался.
Мама: Дорогой, зря ты его так. Тоша, давай лёд приложим.
Антон: Не надо. Я в комнату.
Через час после того как Яся сделала домашнюю работу на завтра, она пошла к брату в комнату. За закрытой дверью была тишина, что большая редкость для него. Она постучала.
Есения: Антон, можно к тебе?
С той стороны послышалось усталое «заходи».
Антон: Если хочешь повозмущаться, то вперёд.
Он лежал на своей двуспальной кровати в полной темноте.
Есения: Если позволишь, я включу свет.
Антон: Ага.
Его комната была в некоторых местах увешана плакатами музыкальных групп и даже появились новые по аниме. Яся засмотрелась на них, удивившись.
Антон: Давай, смейся.
Есения: Почему? Я тоже смотрю аниме, в этом нет ничего странного. А у тебя хороший вкус.
Антон: Ну конечно… Если кто-то из моих ребят узнает, то моей репутации конец.
Есения: А разве они к тебе в гости не шастают?
Антон: Убираю на время. Так чего ты хотела?
Есения: Эм, точно. Как бы так сказать. Что нравится парням?
Её вопрос рассмешил брата, особенно то, с каким серьёзным выражением лица она это спросила.
Антон: Прости, я не ожидал такой темы для разговора. И вообще я тебе не могу ничем помочь, все люди ведь разные. А если его выбрала ты, то я тебе тут не советчик. Наверняка наши с ним интересы никак не пересекаются.
Есения: Да я если честно сама его почти не знаю. Он как загадка, которую сложно решить, но очень хочется.
Антон: Ой, не нравятся мне эти таинственные ребята. Когда ты меня с ним познакомишь? Хочу посмотреть на твоего парня.
Есения: Не забывай, что он старше тебя. А то защитничек нашёлся.
Антон: Хах, знаешь, сестрёнка, я не позволю никому тебя обижать. Может ты и зануда, но я тебя люблю.
Эти слова застали её врасплох. Девушка даже не знала, что ей ответить.
Есения: Не думала, что услышу от тебя такое. Ты тоже для меня много значишь.
Антон: Может это начало нашей крепкой дружбы?
Есения: Ты же это не всерьёз? Опять приколы твои?
Антон: Я серьёзно. Надоело ругаться. Хотел давно с тобой поговорить. Но уж сильно нравится, когда ты так мило злишься.
В душе девушки что-то пошатнулось, будто там разлили тёплое молоко с мёдом. Она часто обижалась на Антона за его грубые выходки, за то, что ему больше было позволено со стороны матери, что она больше любила его, чем её. Но она даже не замечала, как её губы складываются в улыбке, когда они вместе шутят, как весело им было в детстве играть на старой площадке с ржавыми качелями и каруселями, где их фантазия рисовала яркие краски и волшебные приключения. Она сама хотела за него заступаться, когда он был маленьким, а теперь парень делает то же самое с ней, когда грозит опасность. Да, Антон ведёт себя эгоистично и в какой-то мере нагло, но никогда не забывает, что для него значит семья. Именно он когда-то подал родителям идею подарить Ясе собаку — белого лабрадора по кличке Джон. Есения узнала об этом только год назад в очередной ссоре с братом от отца. Это было её большой мечтой и он помог ей исполниться, Джон стал лучшим другом и защитником Яси, когда братишки не было рядом. А она даже не сказала ему спасибо за это. Было стыдно и гордость не позволяла сделать первый шаг на примирение.
Есения: Тогда давай попробуем начать сначала. Станем дружнее.
Антон: Тогда почему бы на выходных не сходить в парк?
Есения: Отличная идея.
Через час пешей прогулки Евгений был у себя дома. Они жили с братом в многоэтажке. Хоть дом был и новым, но квартира, которую снимал Виктор не отличалась красотой. Хозяева сделали простенький, но приятный глазу ремонт, поставили за неё достаточно небольшую цену за аренду. Женю всё более чем устраивало, у него была своя комната. Раньше он приходил в эту квартиру с тоской по родительскому дому, но сейчас он всё реже навещает их, почти не звонит. Видятся по праздникам и редко в выходные дни и то когда им нужно чем-то помочь. Виктор совсем про них позабыл, что пугает младшего брата. Он зол на родителей, но старается не настраивать Женю против них. Виктор просто молчит и уходит от разговора.
Зайдя в квартиру, парень услышал классическую музыку, пластинка граммофона заела. Разувшись он вошёл в гостиную, где жил старший брат. Виктор сидел, откинув голову назад, в кресле с бокалом красного вина в руке. Глаза были закрыты, он не обратил внимания на то, что Евгений подошёл к нему. Парень выключил граммофон и застыл рядом с братом.
Виктор: Так и будешь пялиться на меня?
Сказал он, оставаясь в той же позиции.
Евгений: Мне кажется, ты себя доводишь до сумасшествия.
Включенная настольная лампа отдавала тусклым жёлтым светом на маленькую часть комнаты. Но очертания лица Виктора были хорошо видны. Его взгляд коснулся парня. Он был никаким — пустым, немного пьяным.
Виктор: Откуда такие выводы?
Евгений: Ты редко выпиваешь, а в последнее время зачастил с алкоголем. Я знаю, что с тобой что-то происходит. Не хочу, чтобы ты продолжал заниматься этим…
Не дав ему договорить, Виктор выставил указательный палец, останавливая его.
Виктор: Ни слова больше. Я в полном порядке.
Евгений: По всему Барнаулу ищут мальчика, надеются, что он жив. Его нет уже несколько дней. Надежда умирает последней, правда?
Виктор: Да.
Евгений: Тебя вообще это не трогает?
Виктор: У каждого человека своё предназначение и судьба.
Евгений: Точно. Я пойду к себе, а ты продолжай утопать в вине.
Сбросив с себя рюкзак, он достал из кармана брюк телефон. Написал Есении, что вернулся домой. К его удивлению она была в сети и будто ждала сообщения.
Есения: Тебя не ругал Виктор за то, что поздно пришёл?
Евгений: Нет. Ему не до меня.
Есения: Я волновалась за тебя. Сейчас на улице всем опасно. В интернете много городских статей об этом исчезновении.
На его лице проскользнула улыбка. Он посчитал, что глупо так реагировать на простые сообщения, но в них была забота. Женя понял, что встретил ту самую. Лишь бы это не было иллюзией. Он пару минут не отвечал. Сидел анализировал то, как возможно изменится его жизнь рядом с ней. Завибрировал телефон. Звонок от Яси. Парень взял трубку.
Есения: Всё точно хорошо?
Евгений: Да, я задумался. Прости, что не ответил сразу. Знаешь, я размышлял насчёт нас с тобой.
Есения: И к чему пришёл?
Евгений: Я впервые испугался, что могу не понравиться. Что ты можешь меня считать странным.
Есения: А обычно тебя это совсем не беспокоило?
Евгений: Нет.
Есения: Я приму тебя любым. Ведь наши чувства это самое главное.
Евгений: Да, как раз о чувствах. Извини, что был напористым. Это для меня не свойственно. Но тогда почему-то было сложно сдерживать себя. Так не должно было быть.
Есения: Ничего, ты не сделал мне больно, а значит не страшно. Но хотелось бы более размеренно подходить к тактильности и подобным прикосновениям.
Евгений: Конечно. В выходные приходи в любое время, я буду дома весь день в субботу. Напиши только, чтобы я тебя встретил, тут много собак бродячих ходит.
Есения: Я собак не боюсь.
Евгений: Я видел у тебя в комнате на коврике пёсика. Как зовут?
Есения: Джон.
Евгений: Очень милый. Но не милее чем твой голос.
Есения: Жень, подкат не очень, но всё равно приятно.
Евгений: Прости, я учусь.
Есения: Нужно пораньше спать лечь. Увидимся завтра?
Евгений: Да, конечно. Доброй ночи, Яся.
Есения: Хороших тебе снов. До встречи.
Отложив телефон, Есения развалилась на кровати, раскинув руки в стороны. Этот небольшой разговор наполнил её счастьем. Такая мелочь, но как теперь уснуть и не думать о нём? Зайдя в чат с подругами, она увидела от них много сообщений. Лиза рассказывала о сегодняшней прогулке с Арсением, о букете алых роз и шоколаде со вкусом рома. А Мэри жаловалась на то какой сложный доклад по истории ей достался, но почему-то вместо того, чтобы его писать пекла кексы и обещала, что завтра возьмёт их с собой в школу.
На следующий день после школы Есения с подругами и Женя с друзьями собрались в кафе восточной кухни. Лиза долго подводила к новой теме в их беседе.
Лиза: У меня для вас сюрприз, девочки.
Улыбка не сходила с её лица.
Есения: Боюсь представить. У тебя такое лицо, когда ты пытаешься нас в какую-то авантюру впихнуть.
Лиза: Да? Ну так и есть. Через полтора часа мы идём с вами на квест в тематике злых духов Японии.
Мэри: Что? На квест? А может не надо? Я боюсь все эти страшилки.
Лиза: Всё будет хорошо, Мэри. Нашими актёрами будут Арсений и Женя. Сюрприз!
Яся с Мэри удивлённо хлопали глазами, смотря то на неё с горящим взглядом и жаждой развлечения подобного характера, то на парней попивающих лимонад с полным спокойствием на лице.
Александр: О, а мне с вами можно?
Лиза: Конечно. Я так и хотела. Нам как раз нужен такой мозг как ты в команду.
Есения: Звучит оскорбительно, Лиза.
Лиза: А ты что не рада? Как раз вдохновишься атмосферой ужаса для писательства.
Есения: Женя мне не рассказывал про то, что работает на квестах.
Евгений: Я ещё не успел.
Есения: А ты знал вчера, что мы идём туда сегодня?
Евгений: Нет, я только сейчас и узнал, что нашими игроками будете вы.
Арсений: Мы с Лизой это только обговаривали. Уже хочется посмотреть на то, как вы будете визжать от страха. Хотя Лиза уже когда-то ходила на квесты.
Лиза: Чур, я буду там капитаном.
Есения: Мне всё равно.
Лиза: И возьмём для начала средний контакт, чтобы вам сильно болезненным это не показалось.
Мэри: Они нас бить будут что ли?
Лиза: Ну как сказать… Нет, но будут хватать, кидать и так далее.
Арсений: У нас хорошая фантазия с Женей. Вам повезло, что мы сегодня с ним на смене. Обещаем вам полное погружение. Сашу щадить не будем.
Александр: Эй, только попробуй мне устроить там.
Арсений: Хах, не бойся, у тебя очки, сильно мучать не буду.
Евгений увидел в глазах Яси сомнение, а также то, как побледнела Мэри.
Евгений: Девочки, не переживайте, от нас все уходят довольные. Чего-то ужасного с вами не случится. Оператор расскажет вам правила, легенду квеста и предложит выбрать режим игры.
Лиза: Только попробуйте сказать, что хотите без контакта.
Мэри: А нельзя сделать так, чтобы меня не трогали? Я не хочу этого.
Арсений: Для тебя можем индивидуальный режим сделать. А вообще у тебя есть рядом Саша, пусть попробует успокаивать.
Он глянул на него, подмигивая с хитрой ухмылкой.
Александр: Мэри, я буду держать тебя за руку, если ты захочешь.
Девушка чуть смутилась, теребя ткань юбки под столом.
Мэри: Я не против.
Посидев ещё какое-то время за приятными разговорами о том о сем и вкусной едой, они двинулись в сторону места, где находился квест. Арсений с Евгением пошли туда первыми, спускаясь в подвальное помещение.
Евгений: Оператор позовёт вас, ожидайте примерно минут десять здесь.
Лиза: Вау, круто, вы сейчас будете готовиться.
Арсений: Такое чувство, что будто бы только Лизе нравится эта идея.
Мэри: Тебе не кажется…
Заперев за собой дверь они оставили их ждать. Александр пытался всё это время развеселить Мэри, как-то перевести всё в шутку, а Лиза тараторила Есении о своих ожиданиях на это мероприятие. Время пролетело быстро, дверь, ведущая в темноту открылась. Ребят встретил молодой человек в чёрном кимоно и маске японского демона.
Оператор: Проходите и присаживайтесь.
В помещении было мрачно, с слегка бирюзовым светом падающим на стены, изрисованные различными иероглифами и демоническими сущностями. Играла тихая восточная музыка. Организатор встал перед ними, сложив руки за спиной в замок. И начал рассказывать правила квеста, что им нельзя делать, предложил выбрать режим.
Лиза: Мы хотим контактный режим, но без боли.
Оператор: Хорошо. Теперь перейдём к легенде.
Свет полностью погас, а музыка стала зловещей. По коже побежали мурашки. Молодой человек начал свой рассказ громким низким голосом, который уже очень пугал Мэри. Есения взяла Лизу за руку. Так было спокойнее.
Оператор: Много лет назад, процветающая деревня Ямамура славилась своим шелком и трудолюбивыми жителями. Но однажды на деревню напал жестокий даймё. Началась кровопролитная битва. Во время битвы даймё, одержимый жаждой власти, призвал тёмные силы, чтобы сломить сопротивление жителей. Он совершил ужасный ритуал, принеся в жертву невинных, и высвободил орду злых духов, истребивших всех жителей деревни. Вы оказались здесь, в заброшенной деревне Ямамура, следуя слухам о проклятии, павшем на эти земли много лет назад. Говорят, что души мертвых, одетые в изорванные кимоно, бродят по улицам, ища мести за страшную трагедию, случившуюся здесь. Они преследуют каждого, кто осмелится войти на проклятую землю. Ваша задача — разгадать тайну проклятия Ямамуры и освободить души заблудших. Вопросы?
Есения: У нас нет вопросов.
Оператор: Тогда добро пожаловать в деревню Ямамура.
Оператор вошёл в какую-то комнату, закрыв за собой дверь. Приглушенный свет включился, команде нужно было пройти в тёмное помещение, из которого исходил искусственный туман.
Мэри: Какая же гнетущая атмосфера. Ещё мелодия просто жуть.
Александр: Давай мне руку, так будет менее страшно.
Лиза: Ну идемте вперёд.
Они прошли в комнату, которая выглядела как какое-то японское жилище. Декорации цепляли взгляд, всё было продумано до мелочей.
Есения: И что нам делать здесь?
На низком столике стояла чаша, наполненная будто бы кровью, и по комнате валялись листочки.
Лиза: На этих листах какие-то странные зарисовки и обрывки ритуала. Точнее маленькая его часть. Возможно в каждой комнате будут ещё другие куски, чтобы можно было соединить текст ритуала и запечатать портал между мирами. Ну сверху тут так написано, что это придётся нам сделать.
Мэри: Скорее всего этот ритуал как раз освободит души.
Свет начал мигать. Музыка сменилась. За полупрозрачной раздвижной дверью-сёдзи показались два мужских силуэта в кимоно. Было видно только их тени. Они достали катаны и начали борьбу между собой. Выглядело это захватывающе и красиво. А после они выбежали к команде. Арсений был одет в чёрное кимоно, лицо закрывала маска демона. Он подбежал к Лизе, хватая её за плечи и грубо прижимая спиной к стене. В разрезе для глаз были видны красные линзы. Свои действия он сопровождал нечеловеческим ревом. Евгений медленно, как настоящий призрак, излучающий опасность, подошёл к Есении. Быстро закидывая её себе на плечо, понес в другую комнату. Девушка даже не успела испугаться, пока Арс пугал её друзей в той ещё комнате, она послушно зашла за решётку, рядом с которой поставил на ноги её Женя. Он запер её.
Евгений: Будешь сидеть здесь, пока тебя не освободят.
Его голос был искаженным, пугающим. Его волосы были завязаны в низкий хвост, кожа лица покрыта белым гримом с кровоподтеками, а в глазах были белые линзы, делающие его взгляд пустым, лишенным жизни. Парень был одет в белое кимоно, держал в руке катану, которой резко ударил по решетке, когда Яся решила с ним заговорить.
Евгений: Молчать. Моли богов, чтобы твои друзья смогли освободить тебя, а то…
Он подошёл ближе, хватая её за шею, чуть придушивая. Его лицо исказила злая ухмылка, когда он смотрел в её испуганные глаза.
Евгений: Если вернусь за тобой раньше, будет очень больно. Вы, мерзкие туристы, узнаете что такое настоящий ад.
И он ушёл. Через минуту к ней зашла остальная часть команды. Саша сразу подбежал к решетке, обдумывая как её открыть. Мэри ещё приходила в себя после того, как злой дух покрутил её по всей комнате.
Лиза: Мэри, ну не начинай, меня он вообще по полу таскал.
Мэри: Я больше с тобой на такое не пойду. Ненормальная.
Есения: Может вы перестанете болтать о недовольствах и будете искать способ открыть меня.
Александр: Нужен ключ. Он скорее всего в той коробке находится, только нужно ещё её как-то открыть.
Проведя все нужные манипуляции, они освободили подругу.
Есения: Наконец-то, я устала тут стоять.
Весь квест они прошли прям как раз за отведенное им время, решая различные интересные загадки и чувствуя на себе контакт актёров, а также наблюдая за сюжетом, который они отыгрывали. В последней комнате они нашли последний клочок текста и собрали все нужные артефакты для ритуала. И по итогу освободили души жителей деревни. В конце их встретил оператор.
Оператор: Сложно было?
Лиза: Ну местами очень. Но спасибо, что помогали нам.
Оператор: Вы большие молодцы. Как вам контакт с актёрами?
Лиза: Мне всё очень понравилось, было весело. Особенно когда призрак в белом кимоно повалил на пол Ясю и приставил ей к горлу катану. А потом и вовсе потащил за ноги в другой конец комнаты.
Сидевшая рядом Есения стукнула слегка её кулаком в предплечье.
Есения: Да уж, очень забавно было наблюдать за тем, как надо мной издеваются. Мэри вообще в какой-то момент заплакала и ей снизили контакт. Хоть Александр решал нормально загадки, не смотря на то, что его тоже швыряли повсюду.
Оператор: Если хотите, то можете сделать фотографию в нашей фотозоне.
Лиза: Да, хотим.
Оператор сфотографировал их пару раз и проводил до выхода.
Оператор: Приходите к нам ещё.
Лиза: Обязательно!
Мэри: Ни за что…
Ребята остановились на улице, продолжая обсуждать моменты квеста и свои эмоции. Через минут пятнадцать к ним вышли Арсений с Женей.
Александр: У вас сегодня одна игра что ли?
Арсений: Нет, будет ещё через час, а потом по домам. Сегодня мало броней игры. Вам как, понравилось?
Лиза: Ага, было супер. Вы такие молодцы, мальчики. Прям профессионалы. Надо будет сходить ещё на какую-нибудь игру с тобой, Арс.
Арсений: Я тебе и так могу устроить подобные игры дома.
Есения: Фу, хватит. Только не при нас обсуждайте это.
Лиза с Арсением отошли чуть дальше от компании, парень закурил сигарету, слушая, что ему говорит его девушка. И довольно улыбался, смотря то вперёд то, опуская взгляд к ней. Яся же тоже решила поговорить с Женей. Он предложил присесть на лавочку рядом.
Есения: Это было что-то с чем-то. Не думала, что ты можешь быть таким.
Евгений: Это была моя роль. Извини, если сделал больно.
Есения: Сделал… У меня теперь всё тело ноет.
Заметив след на её кисти, который кто-то из них оставил, он поднёс её к своим губам, нежно целуя.
Евгений: Прости меня, солнце. Я готов поцеловать каждый участок тела, который болит.
Она нахмурилась, увидев на его лице хитрую ухмылочку. Но любящий огонек в его глазах, заставил её обиженное сердце чуть растаять.
Есения: Кхм, не нужно. Когда приду к тебе в гости, тогда будет у тебя шанс извиниться в полной мере.
Евгений: Хорошо. Чего ты хочешь?
Есения: Закажи пиццу и сладости какие-нибудь.
Евгений: Будет сделано, моя любовь.
Когда они собрались снова вместе, уже готовые прощаться, Яся метнула недовольный взгляд в сторону Сени.
Арсений: Ну что ты так смотришь на меня. Не понравилось на ручках у нас кататься?
Есения: Ты не так аккуратно меня держал, как Женя.
Арсений: Ну так нужно было уронить, я не специально. Бери пример с Лизы, она там наслаждение получала от каждого контакта.
Лиза: Эй, не делай из меня какую-то психопатку озабоченную.
Арсений: Хах, я любя.
Лиза: Да-да.
Есения: Вы бы не хотели собраться на даче у нас в деревне? Допустим в пятницу?
Евгений: А как же наше с тобой занятие? Забыла, что учиться тоже нужно?
Есения: Мы на один вечер, а потом на поезде обратно утром.
Арсений: Я только за. У нас и работы вроде бы нет в этот день.
Евгений: Хорошо.
Лиза: Думаю, это отличная идея. Пожарим шашлыки, порассказываем страшные истории перед сном. Будет весело.
Мэри: Опять ужастики ваши.
Александр: А у тебя хватит на нас всех места там, Ясь?
Есения: Если потесниться, то хватит. Там ещё спальный мешок один есть. Три кровати и диван в гостиной.
Александр: Ого, что за домик такой у вас там?
Есения: Красивый и большой. Когда-то там жила большая семья со стороны папы, но потом дом достался нам.
Арсений: Ладно, друзья, нам пора идти готовиться к следующей игре, а то сейчас наш оператор Артём забьёт тревогу.
Евгений: Яся, когда домой придёшь, напиши мне.
Есения: Угу.
Парни ушли, захлопнув за собой дверь.
Александр: Лиза, Яся, вы не против, если мы с Мэри покинем вас?
Им двоим стало ещё более неловко, когда Лиза, сложив руки на груди, прошлась по ним озорным взглядом. Есения уже чувствовала, как та словно купидон пронзает их сердца стрелами любви.
Лиза: Значит на свидание хотите сходить, уединиться? Хорошо-хорошо, голубки.
Есения: Не смущай их.
Нервно улыбаясь, Саша почесал затылок, отрицая неловкую ситуацию.
Александр: Ничего страшного. Мы же тут все свои.
Мэри: Девочки, до завтра.
Лиза: Угу, давай.
Есения: Хорошего вам вечера.
Александр: Пока.
Они ушли, держась за ручку. Лиза даже незаметно сфотографировала их со спины.
Лиза: Боже, как это мило. Они друг другу очень подходят.
Есения: Мы вообще тут все просто поразительная шестёрка. Удивительно, что судьба так свела.
Лиза: Уже темно, поедем на автобусе до дома?
Девочки жили в нескольких домах друг от друга.
Есения: Давай.
Ожидая транспорт на остановке, Лиза поглядывала на молчаливую подругу.
Лиза: Грустишь?
Есения: Нет, морально и физически устала.
Лиза: Зато будет что вспомнить. Ты же не в обиде на меня после этого?
Есения: Не, мне было даже иногда весело.
Лиза: Как-то я не верю в твои слова. Чтобы загладить вину, принесу тебе завтра шоколадку. Тебе же в последнее время нравится с орешками? Ой, или кофейная?
Есения: Не надо, Лиз, всё правда хорошо. Но если настаиваешь, возьми, что хочешь и вместе поедим на перемене.
Лиза: Угу.
Есения: Лиз, а у вас с Арсением что-то уже было?
Вопрос был неловким, но Яся знала, что Лиза не будет стыдиться этого и расскажет всё как есть.
Лиза: Да.
Есения: Прям всё?
Лиза: Да, всё. Может тебе ещё подробно всё выложить?
В её голосе послышались нотки раздражения, Есения не ожидала, что будет такая реакция.
Есения: Извини.
Лиза: Ничего, мне просто не очень нравится говорить об интимной жизни. Мы лучшие подруги, но это слишком личное для меня.
Есения: Я просто немного боюсь.
Лиза: Чего? Что Женя с тобой что-то может сделать без твоего согласия?
Есения: Не, не думаю, что он может так поступить со мной. Просто страшно так открываться.
Лиза: Вы только вступили в отношения. Ты не обязана сразу ложиться с ним в постель.
Есения: Я ещё стыжусь того, что мне самой хочется каких-то новых ощущений. Но боюсь, что буду жалеть об этом. Не знаю, рядом с ним я становлюсь совсем другой. Гормоны начинают сразу играть, как бы смешно это не звучало.
Лиза: Понимаю тебя. Как всё быстро будет решать вам. Он хороший парень. Ну наверное. Арсений о нём только положительно отзывается, правда тот иногда слишком серьёзен.
Есения: Вот и автобус приехал.
Очутившись дома, Яся сразу пошла в свою комнату. Отписалась о своём прибытии во все чаты. Через полтора часа ей ответил Евгений.
Евгений: Хотел бы сейчас обнять тебя и ещё раз извиниться за сегодняшнее.
Есения: Ты не виноват.
Евгений: Но я видел, что тебе не нравилось, но должен был продолжать. Ты ещё так реагировала практически спокойно, равнодушно, что даже страшно стало. Мало ли тебе плохо было или шок какой-то.
Есения: Почему ты выбрал именно такую подработку? Тебе нравится пугать людей?
Евгений: Уходишь от ответа значит. Не скрою, мне нравится моя работа. Видеть эмоции игроков, играть для них — это увлекательно. Я дарю им интересный опыт, воспоминания и хорошее настроение. Правда некоторые очень боятся, но что поделать, они сами пришли на подобное развлечение. Быть актёром для меня — часть моей жизни. Старший брат поддерживает мою занятость, хотя сначала скептически относился. Но театр не для меня.
Есения: А кем ты бы хотел стать в будущем?
Евгений: Не знаю, пока буду работать на квестах, а потом может пойду учиться на режиссёра. А может и нет. А может и в актерскую школу пойду. Только тогда нужно в Европу ехать или Америку.
Есения: Понятно. Почему-то я видела тебя больше преподавателем или каким-то врачом. Что-то такое серьёзное. Не думала, что ты такой творческий человек.
Евгений: Хах, а ты кем хочешь стать?
Есения: Я ещё не определилась, но хочется связать свою жизнь с искусством. Люблю рисовать и пишу тоже неплохо, по моему мнению.
Евгений: Покажешь свои работы как-нибудь?
Есения: Да, попозже.
Евгений: Хотел бы я сейчас оказаться рядом с тобой. Хочешь узнать зачем?
В животе девушки запорхали бабочки и стало чуть волнительно от предвкушения разговора. Что он имеет ввиду? Явно в этом мало скромности.
Есения: Наверное, хочу.
Евгений: Наверное? Тебе неловко говорить об этом? Я имею ввиду что-то романтичное, возможно даже интимное в какой-то степени.
Есения: Ну как сказать, я хотела бы услышать, но немного стесняюсь.
Парень вышел из чата. На телефоне высветился его номер. Яся чуть не выронила его из рук, приняла звонок.
Есения: Да?
Евгений: Подумал, что нам нужно поговорить так. В сообщениях не так интересно.
Он сделал голос чуть ниже? Или ей показалось? В любом случае он разливался по её телу, словно горячий чай, немного терпкий, но очень приятный на вкус.
Есения: И что ты хотел сказать?
Её голосок дрогнул, Женя бросил тихий смешок. Щеки девушки порозовели, она укрылась одеялом почти по самую голову, будто бы он тоже был сейчас с ней в комнате.
Евгений: Милашка моя. Представь, что я сейчас сижу рядом с тобой. Беру твою руку в свою, начинаю целовать её, медленно поднимаясь к плечику. Потом укладываю тебя на подушку, снимаю с тебя футболку и начинаю нежно касаться губами твоих изящных ключиц. Ты там как? Просто замолчала.
Есения: Я? Нормально.
Евгений: Точно? Мне продолжать или ты хочешь прекратить этот разговор?
Её лицо уже пылало жаром, а внизу живота приятно ныло.
Есения: Продолжай.
Евгений: Как-то не уверено прозвучало.
Есения: А я вот слышу усмешку в твоём голосе.
Евгений: Не злись, я просто представил как выглядит твоё смущенное личико. Это в какой-то степени даже цепляет. Думаю, что с тебя сегодня хватит. Остальное покажу потом.
Есения: Почему? Может быть я хочу услышать то, что будет дальше.
Евгений: Ясь, я же не железный, у меня тоже есть чувства. И мне кажется, что чем дальше заходит этот разговор, тем дольше я не смогу уснуть. Да и держать для тебя интригу очень хочется. Доброй ночи.
Есения: Ладно, доброй, спи себе спокойно.
Евгений: Ясь…
Она бросила трубку, не дав ему договорить. В горле застряла обида. Почему ему нравится её дразнить? Это жестоко. И в то же время она сама идёт на поводу. Желает этого.
В пятницу после уроков ребята собрались все вместе и пошли на железнодорожную станцию. Погода была чудесной. На небе ни облачка, ночь будет звёздной. Приятный вечерний ветерок играл с их волосами. Поездка была недолгой, но атмосферной. Друзья смотрели на мелькающие сибирские пейзажи за окном, мальчики с Лизой успели поиграть в карты, Мэри подремала, а Яся следила за остановками. Когда они вышли, с одной стороны от железной дороги был густой лес, а с другой начиналась деревня. Солнце медленно садилось за горизонт, окрашивая кроны деревьев в ярко-оранжевый, а небо само было розово-синим.
Есения: Жаль, что тут немного облачно. Но на звезды думаю, что сможем поглядеть. Мой дом примерно в минутах пятнадцати отсюда, идём.
Деревня казалась не очень населенной, некоторые дома пустовали, а участки были заброшены и заросши высокой травой. Где-то неподалёку скрипели качели. Вороны каркали, сидя на ветках деревьев и будто бы наблюдали за прохожими своими чёрными глазами. Есении здесь очень нравилось, но в детстве это место казалось ей ярче и веселее. Столько можно было развлечений найти, поиграть с соседскими детьми в прятки. А сейчас оно утратило свои краски, стало более мрачным, но не менее уютным и полным воспоминаний. Яся иногда приезжала сюда с родителями, чтобы вдохновиться на новые писательские шедевры.
Девушка завела друзей на свой участок, закрыла за ними ворота на ключ. Большой красивый дом из белого кирпича, а вокруг фруктовый сад и клумбы с цветами.
Евгений: Как на картине, у вас очень красиво. А кто приглядывает за садом, пока вас нет? Ты же говорила, что нечасто сюда приезжаете.
Есения: Тут моя тётя живёт, мама просит её приходить пару раз в неделю, поливать всю растительность и следить за домом.
Арсений: Вообще круто, что предки разрешили тебе с нами сюда приехать. Доверяют.
Есения: К нам скоро Антон присоединится — мой младший брат. Он написал, что скоро приедет. Вы же не против?
Арсений: Чем больше народа, тем веселее.
Евгений: Будет шанс с ним познакомиться.
Есения: Да, а то он очень хотел. Возможно, поэтому и поехал.
Есения: Наверное, нужно прибраться немного. Поможете?
Лиза: Не вопрос. Нас много, быстро справимся.
Разбредясь по разным комнатам, они начали уборку, через час всё было готово и чисто. Ребята вышли на улицу, уже смеркалось. Арсений собирал мангал, Женя нанизывал мясо на шампура с овощами, а Александр помогал девочкам нарезать салаты и наводить красоту на столе под беседкой. Вскоре в ворота постучались.
Есения: Тоша приехал, пойду открою.
Брат встретил её недовольной гримасой.
Антон: Я стучу уже несколько минут. Вы слишком громко музыку поставили, сейчас соседи прибегут жаловаться.
Есения: Ой, точно. Ребят, сделайте музыку тише!
Антон: Иди к ним, я закрою.
Через пару минут Антон подошёл к компании, поздоровавшись. Друзья Яси тепло приняли его. Он сразу пошёл помогать Арсу и Жене с шашлыками, разговорился с ними.
Антон: А я вас двоих видел уже. На квест ходил и там вы актёрами были. Помню ещё с командой хотели взять режим хард, но нам не разрешили из-за возраста, да даже медиум не дали. Но пугали вы нас знатно. Было круто.
Арсений: Рад, что понравилась игра.
Евгений: А ты с Ясей не в одну школу ходишь? Я тебя никогда не видел там.
Антон: Просто не попадался на глаза. Я не такой уж заметный.
Лиза: А говорил нам, что девочки за тобой носятся.
Лиза хихикнула, хитро метая в него глазками.
Антон: Ну я немного приукрасил тогда. Я не особо люблю чрезмерное внимание, но отношения с классом у меня хорошие.
Лиза: А девушка у тебя есть на примете? А, Тош?
Антон: Так я тебе и сказал…
Арсений: Хватит парня смущать, Лиза. Ему наверное и так неловко в новой компании.
Антон: Да мне с вами нравится даже. Не думал, сто у сестры могут быть такие друзья. Да и ты, Женя, очень классный, но с тобой нам нужно будет познакомиться поближе. Всё же я очень внимателен к тем, кто хочет стать близким человеком для Яси. Она сама довольно наивна и добра, нужно присматривать за ней.
Есения: Эй, что ты за чушь говоришь!
Евгений: Антон прав. Я постараюсь оправдать твои и его ожидания. Надеюсь, что мы с тобой будем друзьями, парень.
Антон: Ага.
На лёгкую улыбку и расслабленный тон Жени младший брат Яси ответил серьёзным прожигающим взглядом. И тогда девушка поняла, что возможно всё время он проверял его, пытаясь влиться в беседу, узнать что-то. Может Антону и вовсе он не совсем понравился.
Есения: Антон, пойдём переговорим один на один.
Евгений: Что-то случилось, Ясь?
Есения: Нет, всё отлично.
Они с братом отлучились подальше от компании, она начала говорить шёпотом.
Есения: Что за взгляд у тебя был? Я думала, что вы поладили.
Натянув капюшон худи на голову, он сложил руки на груди и отвёл взгляд в сторону от неё, косясь на остальных.
Антон: Я не доверяю ему. Слишком какой-то правильный и будто притворяется дружелюбным.
Есения: Он просто хороший человек. Здесь нет никаких подводных камней.
Антон: Хватит, Яся, ты же его совсем не знаешь. А я чувствую людей.
Есения: Я тоже чувствую и он полностью нормальный. Да, у него есть какие-то свои странности в характере, но они есть у каждого.
Антон: Какие ещё странности?
Есения: Он скрытный довольно, хотя бывает достаточно резким. Но может он тоже не хочет сразу доверять мне.
Антон: Да у тебя всё на лице написано. Короче старайся пока не оставаться с ним наедине.
Есения: Ещё чего. Если захочу, то останусь.
Антон: А потом будешь у меня на плече плакаться…
Есения: Точно не у тебя. Всё, разговор окончен.
Демонстративно рыкнув, она развернулась и пошла к друзьям, чуть споткнувшись по пути.
Антон: И вот почему я должен с ней возиться?..
Лиза предложила всей компании сфотографироваться на память, никто не был против этой идеи. Она поставила телефон на стол, оперев его о бутылку с газировкой. Девочки стояли впереди парней, так как были ниже. Есения была посередине, Лиза справа от неё, а Мэри — слева. Подруги обняли её с двух сторон. Женя стоял позади Лизы, засунув руки в карманы и слегка улыбаясь камере. Арсений вальяжно положил руки на плечи девочек, состроив на лице обаятельную ухмылку, а Саша смущённо завёл руку за голову, касаясь затылка, не понимая как ему встать. 3…2…1… Щелчок. Смена позы. Второй. Они сделали пару фотографий, некоторые из них были забавными. Антон не захотел присутствовать на фотографиях. Его и не упрашивали.
После вкусного ужина, аромат которого разносился на всю улицу, ребята остались сидеть в беседке, украшенной гирляндами из маленьких лампочек, излучающих тёплый свет. Неподалёку стрекотали сверчки и было изредка слышно сову. Время было позднее, но сна ни в одном глазу у друзей. Разливая персиковый сок по белым пластмассовым стаканам, Лиза предложила каждому рассказать страшную историю или жуткую легенду про их родные земли. Многие посчитали идею заманчивой и пока Мэри раскладывала сладости на столе, Арсений начал свой рассказ.
Арсений: История про Чёрного шамана. Короче, дед мой рассказывал. Говорит, раньше, лет сто назад, был там один шаман, сильный до жути. Мог с духами говорить, погодой управлять, болезни лечить. Но однажды он пошёл по тёмной дорожке. Начал духов заставлять, чёрную магию использовать для своей выгоды. Стало вокруг него мерзко, люди стали болеть и умирать. И вот собрались старейшины и решили его… убрать. Подкараулили в лесу и сожгли заживо на костре. И теперь, его дух бродит по тайге, ищет мести. Говорят, если услышишь ночью его бубен — беги без оглядки, иначе он твою душу заберёт, и будешь вечно ему прислуживать! А если ещё и увидишь его, в чёрном таком одеянии, с горящими глазами… Всё, пиши пропало!
Тишина. Ветер шелестит листьями. Мэри зябко пожимает плечами.
Лиза: Блин, жутко! Ладно, я дальше. Слышали про «Дьявольское кладбище»?
Александр: «Дьявольское кладбище»? Это где-то в тайге что ли?
Лиза: Да, в Красноярском крае, вроде. Короче, рассказывают, что там в начале 20-го века, когда ещё были гражданские войны всякие, красноармейцы, вроде как, зачистку делали. Ну, там, бандитов ловили, да… И вот, типа, они нашли какое-то странное место в лесу. Там, короче, поляна такая большая, а посередине — огромная воронка. Земля вокруг — мёртвая, ничего не растёт. И вот, когда они туда подошли, что-то с ними случилось. Кто-то просто с ума сошёл, кто-то начал себя убивать. В общем, говорят, что это место проклято, и что там обитает какая-то нечисть. Если туда сунуться, то назад уже не вернёшься, либо вернёшься с поехавшей крышей. До сих пор никто не знает, что там на самом деле произошло.
Лиза заглядывает в темноту за беседкой. Саша нервно смеётся.
Есения: Подумаешь, поляна какая-то… Я вот вам про «Белую невесту» расскажу, вот это реально стрёмно.
Евгений: «Белая невеста»?
Есения: Короче, дело было в одном шахтёрском городке, не помню точно где. Там была одна девушка, звали её вроде Светлана. И должна она была замуж выйти, всё как положено: роскошное белоснежное платье, фата, гости. Но, короче, случилось так, что в день свадьбы её жених погиб в шахте, обвал произошёл. И вот, она, вся в белом, побежала в шахту, чтобы его спасти, ну или хотя бы попрощаться. Но, к сожалению, она тоже там погибла, завалило её камнями. И теперь, рассказывают, что её дух бродит по окрестностям, в белом свадебном платье, с фатой на лице. И если её встретишь ночью на дороге, то она попытается тебя затащить в шахту, чтобы ты навечно остался с ней. А ещё говорят, что если услышишь её плач — скоро кто-то умрёт.
Есения смотрит вдаль, как будто проверяет, не приближается ли Белая Невеста. Все молчат.
Александр: Ладно, мою слушайте. Она не то чтобы страшная, а такая, криповая. Про «Кровожадного Лешего» слышали?
Лиза: Леший и Леший, что нового?
Александр: Этот особенный. Рассказывают, в одной деревне, давным-давно, люди, совсем перестали природу уважать. Деревья рубили просто так, животных убивали для забавы, речки засоряли. Ну, природа и разозлилась. Явился к ним Леший, но не обычный, а какой-то страшный. Весь в крови, с окровавленными руками и зубами. И начал он мстить за все издевательства. Сначала он убивал животных, но потом перешёл на людей. Заманивал их в лес, а там уже… ну, вы понимаете. Говорят, что его можно призвать, если семь раз плюнуть в берёзу и выругаться на лес. Но я бы не советовал. Этот Леший потом не отстанет, покоя не даст. Будет приходить во снах, кошмары мучить, и в итоге сведёт в могилу.
Все замерли, прислушиваясь к звукам ночного леса. Внезапно что-то громко хрустнуло в кустах.
Мэри: Ааааа!!! Что это было?!
Антон: Не бойся. Это кошка соседская, любит гулять по окрестностям.
Очередь дошла до Мэри. Она далеко не была фанатом подобных рассказов, но благодаря компании своего старшего брата и его друзей в более раннем возрасте запомнила несколько историй.
Мэри: Блин, реально страшно стало… Но, ладно, раз уж начали, надо закончить. У меня есть одна про «Старую дорогу в никуда».
Лиза: Опять твои городские легенды?
Мэри: Эта — посерьёзней! Говорят, была когда-то дорога, соединяющая два посёлка в тайге. Но потом её забросили, строить новую начали. И вот, старая дорога заросла вся, стала как непроходимый лес. И, короче, рассказывают, что там пропадают люди. Идут по грибы, по ягоды, и исчезают бесследно. А самое ужасное — что находят потом только обувь! Причём, такую древнюю, как будто её лет сто назад носили. И самое жуткое, что говорят, будто на этой дороге можно увидеть призрак Старой женщины в рваном сарафане. Она заманивает путников вглубь леса, а там уже… Ну, понимаете, убивает каким-то образом. Кто её видел, потом говорил, что у нее вместо глаз — пустые провалы, и она шепчет что-то на непонятном языке… Короче, лучше там вообще не ходить, даже днём.
Мэри обнимает себя руками, её губы чуть подрагивают не то от ночного холода, не то от страха.
Евгений: Ладно, чтобы разбавить эту жесть… У меня есть легенда про «Подземный город».
Есения: Подземный город? В Сибири?
Евгений: Ну да. Говорят, где-то в горах Алтая есть вход в древний подземный город, построенный какой-то загадочной цивилизацией, задолго до нас. И что там живут какие-то существа, потомки этих древних. Они, мол, охраняют какие-то секреты, знания, технологии. И это не добрые инопланетяне из кино, а очень злые и могущественные создания. Говорят, если они почуют присутствие чужака, то выпустят на него всяких монстров или будут насылать проклятия. Короче если ты случайно наткнёшься на этот вход, то лучше сразу бежать оттуда, куда глаза глядят, и никому об этом не рассказывать. Иначе тебя найдут и… Не буду уточнять. И что, самое жуткое, что якобы все эти рассказы про йети, про снежного человека, — это всё про тех, кто сбежал из этого подземного города, и с тех пор живут в горах, подальше от всех
Есения: И ты веришь в эту легенду?
Евгений: Конечно нет. Вы просили историю, вот я и что вспомнил, то и рассказал.
Мэри: У нас только Антон без внимания остался.
Антон: Я не увлекаюсь подобной чепухой.
Он задумался.
Антон: Хотя у меня есть история о слухах, которые ходят вокруг Барнаула и его окраин. Недавно слышал в школе обсуждения.
Арсений: Ну и что там? Не томи.
Антон: Ну, вроде как говорят…
В конце девяностых, когда страна захлебывалась от свободы и безверия, в городе объявилась секта под названием «Братство Рассветной Звезды». Никто не знал, откуда они пришли, кто их лидер, но люди, как мотыльки на пламя, слетались к ним в их уединенный дом на окраине Барнаула. Говорили, что там можно найти ответы, исцеление, смысл жизни. Лидером «Братства» была женщина по имени Серафима. Её описывали как неземной красоты существо с глазами, в которых плескались и лунный свет, и бездонный мрак. Говорили, что она обладает даром исцеления, что ее слова проникают прямо в душу, что она знает тайны мироздания. Она обещала своим последователям вознесение, новую эру, где они станут избранными, и что только «Братство Рассветной Звезды» приведет их к истинному свету.
Но вскоре начали происходить странные вещи. Члены секты отдалялись от своих семей, продавали квартиры и машины, отдавая всё Серафиме на «нужды общины». Они стали всё более замкнутыми, их взгляды — стеклянными, а речь — навязчивой. Слухи ползли о странных ритуалах, о ночных песнопениях, доносившихся из дома «Братства», о кошках, которых видели мертвыми на окрестных улицах.
Местные жители, опасаясь за своих близких, обращались в милицию, но те лишь отмахивались, называя всё это «бабскими сказками». Но однажды, когда в разгар летней жары над домом «Братства» поднялся удушливый дым, а затем, после затянувшегося молчания, раздался пронзительный женский крик, даже самые скептичные сердца замерли в предчувствии чего-то невообразимого.
В ту ночь дом сгорел дотла. Пожарные обнаружили внутри обугленные тела — десятки людей, одетых в белые балахоны. Лица их были искажены ужасом, а в руках они держали иконы, перевернутые ликом вниз. Серафимы среди них не было.
С тех пор прошло много лет, но легенда о «Братстве Рассветной Звезды» жива до сих пор. Говорят, что в полнолуние, если подойти к пепелищу сгоревшего дома, можно услышать шёпот Серафимы, зовущей своих последователей. Говорят, что она все еще где-то бродит по Барнаулу, ищет новых жертв, чтобы построить свою «Рассветную Звезду» на их костях. И если вам повстречается женщина с глазами, в которых плещется и лунный свет, и бездонный мрак, помните: возможно, это она, и вам лучше бежать. Бежать как можно дальше, прежде чем она поглотит и вашу душу. Ведь в городе, где ветер шепчет о мертвых, зло никогда не спит, а лишь ждет своего часа.
Антон: Вот такая легенда ходит уже много лет. Но сейчас все шепчутся о том, что эта секта вновь возродилась. И к этому также относят пропажи людей.
Мэри: Жуть какая…
Есения задела взглядом Женю, парень выглядел мрачновато после истории. Взгляд совсем потух, будто серые глаза его заволокли в непроглядный густой туман, из которого нельзя было выбраться. Да и остальные ребята тоже как-то напряглись, даже Арсений стал серьёзнее на лицо.
Есения: Холодает. Идемте в дом. Только сначала нужно всё убрать.
Младший брат собирался по-тихому уйти, но Яся поймала его за капюшон.
Есения: И ты тоже будешь помогать.
Антон: Да хорошо, отпусти.
Александр: Как вы считаете, эта секта может быть опасной?
Евгений: Думаю, что да.
Произнёс тихо, отрешенно смотря в сторону. Есения знала, что перед сном поговорит с ним об этом, если не забудет.
Закончив с уборкой, все зашли в дом. В их распоряжении было три спальни и гостиная. Как же повезло им, только нужно было решать, кто с кем спит.
Есения: Ну и что делать будем?
Лиза: А мы что уже спать идём? А как же поиграть в настольные игры?
Есения: Тогда сыграем в монополию один раз и по кроватям.
Лиза: Ну мне всё равно куда идти. Но я чур буду с Арсением.
Приобнимая её за талию, парень подтянул девушку ближе к себе, соблазнительно ей улыбаясь.
Арсений: Да, я с тобой солидарен.
Антон: Тогда займите родительскую комнату. Там очень большая кровать.
Антон сказал это с усмешкой, но будто бы эти слова совсем не засмущали парочку.
Лиза: Отлично.
Мэри: Если позволите, то я в гостиной посплю.
Антон: Лучше ко мне в комнату иди. У меня небольшая одноместная кровать, а тут диван на двоих раздвинуть можно. Мы как раз с Сашей тут переночуем.
Александр: Угу, я считаю, что он прав. Тем более ты слишком напугана после сегодняшнего вечера, не уснёшь же тут.
Антон: Ну или можете с Сашей вдвоём здесь…
После его слов они оба моментально покраснели, боясь взглянуть друг на друга.
Антон: Так, понятно. Ладно, значит по старой схеме. А эти два голубка пусть в Ясиной комнате спят.
Есения: Не указывай, я так и хотела сделать.
После игры все разбрелись по комнатам. Есения привела Женю в свою спальню. Она смутилась, когда он сразу же прикрыл за ними дверь. Лунный свет, пробивающийся сквозь кружевные занавески, окрашивал всё в мягкие, нежные тона. Это было похоже на декорации к старинному фильму, или на иллюстрацию из книги, которые Яся так любила. Парень чувствовал восхищение, смешанное с удивлением. Он знал, что девушка любит читать, но даже представить не мог, что её комната так пропитана духом книг. Напротив окна – высокий книжный шкаф, заполненный до отказа. Корешки потрёпанных томиков с позолотой соседствуют с современными изданиями в ярких обложках. Четверть шкафа занимают книги в жанре ужасов и детективов – потрепанный Кинг, сборники рассказов Лавкрафта, изданные в мягкой обложке романы Агаты Кристи. Некоторые книги отмечены закладками, словно девушка только что оторвалась от чтения. Особенно его тронула аккуратность и уют, с которыми Есения обустроила своё личное пространство. Каждая деталь, казалось, была выбрана с любовью и заботой. Старинное кресло-качалка, плюшевый зайчик, фиалки на подоконнике… Всё это создавало ощущение дома, настоящего, тёплого дома, которого ему так не хватало в его квартире.
Ему захотелось снять обувь и просто прикоснуться к мягкому ковру, вдохнуть аромат ванили и старых книг, раствориться в этой атмосфере умиротворения. Он единственный в этой комнате, кто был уверен в себе и спокоен, потому что девушка обеспокоенно обнимала себя, стоя в стороне.
Он повернулся к ней и увидел, что она смотрит на него с улыбкой. В ее глазах было смущение, а на щеках розовый румянец.
Есения: Ну как тебе?
Евгений: Здесь… волшебно. Это совсем другой мир.
Евгений нежно взял её за руку и потянул за собой к кровати. Они сели рядом, плечом к плечу, и на мгновение воцарилась тишина.
Яся почувствовала, как её сердце начинает биться быстрее. А его дурманила близость девушки, её тихий смех, запах ее волос… Всё это заставляло его забыть обо всём на свете. Комната, с ее приглушенным светом и шепотом книг, создавала идеальную атмосферу для того, чтобы стать чуточку ближе.
Он взял ее руку в свою и нежно погладил. Яся ответила ему мягким взглядом, и он почувствовал, как его губы сами по себе растягиваются в особенной улыбке, полной любви, которую Женя хотел дарить только ей.
Евгений: Здесь так уютно…
Он произнёс эти слова шёпотом почти что на ушко.
Есения: Да, это мое любимое место. Надеюсь что станет и твоим тоже.
Лунный свет, проникая в комнату сквозь неплотно задвинутые шторы, ложился на кровать причудливыми полосами. В этой полумгле Евгений видел только глаза Есении, большие и зелёные, словно болото, затягивающие в свои пучины, полные смешанного чувства: трепета, нежности и едва уловимого страха.
Они сидели близко, так близко, что чувствовали тепло друг друга. Её ладонь покоилась в его руке, дрожащая, словно птичка. Евгений осторожно гладил ее тыльную сторону большим пальцем, словно боясь спугнуть это хрупкое мгновение. Тишина казалась оглушительной, заполненной невысказанными словами, желаниями, которые только начинали распускаться в их юных сердцах.
Он смотрел на нее, завороженный. Ее губы приоткрылись в немом ожидании. Евгений медленно наклонился и коснулся их своими. Это был нежный, трепетный поцелуй, как касание крыльев бабочки. Он углублял его постепенно, чувствуя, как губы Есении отвечают ему, робко, но с возрастающей смелостью.
Его рука переместилась на ее щеку, нежно поглаживая ее. Он чувствовал легкий румянец на ее коже, и этот жар только усиливал его желание. Поцелуй становился более страстным, требовательным, языки сплетались в танце, выражая то, что не могли передать слова.
Евгений отстранился на мгновение, чтобы перевести дыхание. Он смотрел в глаза Есении, и видел в них отражение своего собственного желания. Он знал, что это правильно, что они оба этого хотят.
Его рука коснулась края ее футболки. Медленно, неуверенно, он начал поднимать ее вверх. Есения не отстранилась, лишь слегка прикрыла глаза, позволяя ему делать то, что его сердце хотело больше всего на свете.
Футболка скользнула вверх, обнажая ее плечи, ее шею, ее ключицы, тронутые лунным светом. Евгений задержал дыхание, любуясь ее красотой. Она была прекрасна, чиста, невинна, и в то же время — невероятно желанна.
Он провел кончиками пальцев по ее коже, чувствуя ее мягкость и тепло. Его губы переместились на ее шею, оставляя там нежные поцелуи. Есения вздрогнула и крепче обняла его, прижимаясь всем телом. Он посмотрел в ее глаза, спрашивая без слов, всё ли в порядке. Девушка кивнула, и в ее взгляде уже не было ни тени страха, только доверие.
Женя обнял её крепко, прижимая к себе. Они лежали так, в тишине, чувствуя биение сердец друг друга. Мир за окном перестал существовать. Была только комната, лунный свет и они — двое влюблённых, объединенных не только страстью, но и чем-то гораздо большим — нежной, чистой и всепоглощающей любовью.
Евгений: Давай не будем торопиться и растянем этот смущенный и невинный период в наших отношениях. Я не хочу, чтобы ты жалела о том, что всё произошло слишком быстро.
Есения: Да, но можешь ещё чуть-чуть…
Евгений, словно зачарованный, медленно спустился взглядом, изучая каждый изгиб ее тела, словно это была карта неизведанной земли. Он прикоснулся губами к ее ключицам, ощущая легкую дрожь, пробежавшую по ее телу. Поцелуи были нежными, почти невесомыми, но в каждом из них чувствовалось предвкушение, обещание чего-то большего. Его руки мягко скользили по ее плечам, чувствуя тепло ее кожи. С каждым его поцелуем Есения все больше растворялась в ощущениях. Ей казалось, что она парит в невесомости, а мир вокруг сузился до прикосновений любимого. Она закрыла глаза, стараясь запомнить каждое ощущение, каждое движение, каждую секунду этого волшебного момента.
Губы парня переместились ниже, к ее груди. Легкие, трепетные поцелуи осыпали кожу, заставляя ее вздрогнуть от удовольствия. Он целовал ее медленно, словно давая ей время привыкнуть к этим новым ощущениям, но в то же время — страстно, словно не мог насытиться ее красотой. Он продолжал спускаться ниже, целуя ее живот, каждый сантиметр ее кожи. Есению охватила волна жара. Она чувствовала себя одновременно уязвимой и невероятно желанной. Ее дыхание участилось, а сердце бешено колотилось в груди.
Когда его губы коснулись низа ее живота, она почувствовала, как по ее телу пробежала новая волна, на этот раз — более сильная, более жаркая. Она слегка изогнулась в спине, прижимаясь к нему ближе, словно моля о большем. Затем Женя начал целовать ее ноги. Сначала — колени, мягко обводя их губами. Потом — икры, ощущая легкую дрожь в ее мышцах. Потом — ступни, поцелуи были трепетными и почтительными. Есению это удивляло, смущало и одновременно — невероятно возбуждало. Она никогда не думала, что поцелуи могут быть такими чувственными.
Он вернулся выше и начал целовать её руки. Поцелуи коснулись запястий, внутренней стороны локтей, плеч и ладоней, и каждый поцелуй ощущался как электрический разряд, пронзающий все ее тело.
На протяжении всего этого процесса глаза Есении оставались закрытыми. Она хотела полностью отдаться ощущениям, не отвлекаясь ни на что. Она чувствовала себя как во сне, в котором всё было возможно, в котором не было ни запретов, ни границ.
Каждый его поцелуй, каждое его прикосновение заставляли ее чувствовать себя желанной, любимой, прекрасной. Он смотрел на неё как на богиню, и она начала верить в то, что она действительно прекрасна.
Есения чувствовала себя полностью отдавшись во власть Евгения, и ей нравилось это чувство. Она доверяла ему полностью, зная, что он никогда не причинит ей вреда. И в этом доверии, в этой взаимной нежности и страсти и заключалась вся магия их любви. И когда она решилась посмотреть на него, то встретилась с его взглядом. В полумраке комнаты его глаза казались почти черными, словно два бездонных колодца. Но когда свет касался их, проступал легкий оттенок — пепельный, дымчатый, словно в них плескалось небо перед грозой.
Его взгляд был сосредоточен только на ней, в нем было много чувств — желание продолжать доставлять ей удовольствие, видеть её улыбку и чистое, неподдельное восхищение.
Есения: Ты прекрасен.
Евгений: Солнце, а ты светишься даже ночью. Твой свет дарит мне надежду.
Есения: На что? У тебя какие-то проблемы? Ты сегодня был поникший какой-то, задумчивый.
Евгений: На то, что жизнь может быть лучше, чем она есть на данный момент. К сожалению, больше сказать тебе не могу. Не сейчас. Но не переживай, у меня всё хорошо.
Вот в это совсем ей не верилось. Всё же было видно по его лицу, даже сейчас.
Тишина комнаты Антона давила на Мэри. Стены, выкрашенные в тёмно-серый, казались ближе, чем были на самом деле, создавая ощущение замкнутого пространства. Лишь редкие лучи лунного света, проникающие сквозь шторы, давали хоть какое-то представление о реальных размерах комнаты. На стенах хаотично развешаны плакаты. Мэри узнала лица актеров из любимых триллеров Антона, названия его любимых рок-групп, обложки культовых фильмов. Все плакаты были старые, некоторые — порванные по краям, но в этом чувствовалась какая-то особая ценность, словно каждый из них — часть его личной истории.
Небольшой письменный стол завален тетрадями и карандашами. На столе стоит старый ноутбук, а рядом с ним — кружка с недопитым чаем, и несколько разбросанных наушников.
Кровать парня, односпальная, скромно приютилась в углу комнаты. Она была застелена простым серым покрывалом, на котором хаотично валялись несколько подушек. У изголовья — небольшая тумбочка, на которой лежат несколько книг и недочитанный комикс.
В углу комнаты, у стены, притаился старый футбольный мяч. Мэри знала, что брат Яси обожает футбол. Этот мяч, потертый и исцарапанный, был, наверное, его самым верным другом, с которым он делил и радости побед, и горечи поражений. Её взгляд упал на фотографию, лежащую на столе. На ней были Антон и Есения, маленькие и смешные. Они держались за руки и смотрели в камеру с широкими улыбками. Мэри почувствовала тепло в груди.
Внезапно она почувствовала усталость. Она прошла к кровати и села на край. Подушки были мягкими. Девушка легла на кровать, устраиваясь поудобнее. В этой темноте и тишине она чувствовала себя в безопасности. Всё же лучше чем спать на первом этаже. Она закрыла глаза и попыталась уснуть, но сон не приходил. Мысли о Саше заполняли голову. Он был так внимателен с ней. Всегда выслушает, даст совет. Ведёт себя очень воспитанно. Но Мэри боялась того момента, когда его придётся знакомить со старшим братом. Миша слишком опекает её, особенно от общения с мальчиками.
Под тусклым светом настольной лампы, бросавшим дрожащие тени на стены, Антон и Саша склонились над диваном в гостиной, азартно раскладывая карты. Ночная тишина прорезалась тихим шелестом карт и редкими репликами о стратегиях и хитростях. Саша, утомленный прошедшим днем, то и дело зевал, прикрывая рот ладонью. Их разговор то и дело перетекал от покера к бурным обсуждениям любимых видеоигр: о новых обновлениях, сложных уровнях и легендарных героях. В этой сонной, мальчишеской атмосфере, время словно замерло, оставив их вдвоем в уютном коконе ночи и общей увлеченности.
В просторной спальне наверху, отгороженной от тихих игр внизу, царила совсем иная атмосфера. Лунный свет, просачиваясь сквозь неплотно задернутые шторы, заливал комнату призрачным, серебристым светом. Лиза и Арсений лежали на большой кровати, переплетясь в страстном объятии. От Арсения исходил терпкий, слегка терпкий аромат сигарет, смешанный с его естественным запахом, а от Лизы — свежий, бодрящий аромат мяты, отголоски ее любимого чая. Каждый поцелуй был наполнен жаждой и нежностью, прикосновения — изучением и открытием. Их дыхание участилось, сливаясь в единый ритм, а тела, прижатые друг к другу, пылали огнем юношеской страсти. После бури страсти, утихшей, словно отступившая волна, в комнате воцарилась тишина, наполненная тихим, умиротворенным дыханием. Лиза, словно потерявшийся птенчик, прижалась к Арсению, ища в нем защиты и тепла. Он, в свою очередь, нежно обвил ее руками, притягивая ближе к себе, словно оберегая от всего мира. Так, переплетясь телами, еще хранящими отголоски недавних ласк, они и уснули. Он — её надежный щит, она — его хрупкое сокровище, объединенные в тишине ночи нитями любви и сна. Только рядом с ним она могла быть такой нежной, как и он с ней. Они хранили эту сокровенную тайну вместе, не впуская никого в свой мир.
Ранним утром компания друзей покинула деревню, забрав с собой в город тот прекрасный вечер, полный забавных разговоров и заливистого смеха и ночь, пропитанную нежностью и покоем. Майский дождь, теплый и настойчивый, барабанил по стеклам поезда, размывая горизонт и окутывая мир мягкой дымкой. Компания друзей, набравшись деревенского покоя и свежего воздуха, возвращалась в Барнаул, увозя с собой ворох впечатлений и воспоминаний.
За окнами разворачивалась панорама цветущей Сибири. Весна в мае достигала своего апогея, превращая все вокруг в буйство красок. Поля, словно расшитые ярким полотном, пестрели лютиками, васильками и ромашками. Леса, одетые в изумрудную листву, тянулись к небу, словно стремясь уловить последние капли дождя. Деревья, усыпанные белыми и розовыми цветами, казались невестами, готовящимися к свадебному торжеству. Воздух был наполнен пьянящим ароматом цветущей черемухи и душистой сирени, проникавшим даже сквозь закрытые окна вагона. Реки, освободившиеся от ледяного плена, несли свои воды к горизонту, отражая в себе облачное небо и прибрежные заросли. Вдоль берегов паслись стада коров, лениво пережевывая траву, а над их головами кружились стаи птиц, приветствуя наступающее лето.
В вагоне царила атмосфера легкой грусти и умиротворения. Кто-то слушал музыку в наушниках, кто-то читал книгу, а кто-то просто смотрел в окно, пытаясь запомнить каждый момент этой поездки.
Дождь постепенно стихал, и сквозь разрывы в облаках проглядывало солнце, озаряя мир золотистым светом. Капли на траве и листьях сверкали, словно бриллианты, а в воздухе появилась радуга, перекинувшаяся через весь горизонт. Возвращаясь в город, в суету и шум, они уносили с собой кусочек майской Сибири, ее нежность, ее красоту и ее надежду. И в их сердцах оставалось тепло от общения с природой, от дружеских разговоров и от осознания того, что жизнь прекрасна, даже если за окном идет дождь.
Лиза с Арсением напросились на ещё одну такую поездку, чтобы устроить пикник в лесу. Лето у друзей обещает быть ярким и насыщенным. Попрощавшись, они разбрелись кто куда — Мэри нужно было помочь сегодня маме с готовкой и уборкой, Саша с Арсением пошли в закусочную, Арса попросили сегодня подменить одного актёра на квесте про цирк и время поставили утреннее, Лиза потопала на остановку, чтобы поехать домой, а Антон с Ясей и Женей не могли разобраться с кем пойдёт девушка.
Антон: Что ты забыла у него?
Евгений: Вообще-то я тут тоже стою…
Есения: Эй, вы так хорошо общались, не нужно грубить, Антон. Жень, я съезжу домой, возьму все нужные вещи и через часик приеду к тебе. Только адрес напиши мне.
Евгений: Я тебе такси вызову. Просто скажешь, когда будешь готова.
Есения: Ладненько.
Евгений: Тогда до встречи.
Через пару часов за Ясей заехало не такси, а старший брат Жени на собственном автомобиле. Девушка очень удивилась, увидев его на водительском месте.
Есения: Виктор Михайлович?
Виктор: Ясь, садись назад.
Растерявшись, она молча кивнула ему.
Виктор: Тебе включить музыку?
Есения: Нет, спасибо.
Выезжая с двора, он глянул на неё в зеркало заднего видения. Есения неловко теребила ручку сумки, стараясь не ловить с мужчиной зрительный контакт. Виктор усмехнулся, возвращая взгляд на дорогу, обратился к ней.
Виктор: Ты в близких отношениях с моим братишкой, а значит уже член нашей семьи. Если не трудно, то зови меня просто по имени без отчества.
Есения: Хорошо. Но мне наверное нужно будет привыкнуть к этому.
Виктор: Ничего. Женя так светится от счастья в последние дни, мне кажется, что сама судьба свела вас. Всё-таки хорошо, что я тогда вызвал его помочь нам с тобой в сценке.
Есения: Да. Виктор, вы себя нормально чувствуете? Вы отменили занятие последнее и Женя рассказывал, что вы…
Не дав ей договорить, он перебил, моментально меняясь в лице. До этого озорные серые глаза вмиг стали темнее. Во взгляде читалась ледяная строгость, даже в салоне стало будто холоднее. Его голос стал ниже.
Виктор: Что он тебе сказал?
Есения: Ничего такого, просто, что вам было плохо недавно. Он переживал.
Девушка ранее не видела его таким и не слышала. Он будто испугался, что Женя сболтнул чего-то лишнего. Интонация звучала опасно. Не хотелось бы больше слышать подобное от него. Так почему у него такая реакция?
Виктор: Прости, у тебя такое выражение лица сейчас. Я напугал?
Есения: Нет, не обращайте внимания.
Что это с ним? Есении было интересно разузнать, но сейчас казалось, что лучше не тормошить скелетов в шкафу. Они с Женей очень странные временами. Её это и интриговало? Завораживало? Неловкое молчание сопровождало их всю оставшуюся дорогу.
Сразу на пороге квартиры их встретил Женя. Он был одет по-домашнему — чёрные широкие спортивные штаны, длинная белая футболка. Есения впервые увидела его с распущенными волосами. Необычно. Парень заботливо взял у неё пакеты с вещами, понес их в свою комнату.
Евгений: Виктор, можешь показать ей квартиру?
Виктор: Я думал, что это будет приятнее сделать тебе.
Евгений: Эх, просто сказал бы, что не хочешь.
Виктор: Я собирался в продуктовый магазин идти сейчас.
Евгений: Ладно-ладно.
Виктор: Вам что-нибудь взять?
Евгений: У нас хлопья для завтрака закончились. И можешь наверное йогурт питьевой взять. Ясь, ты будешь это на завтрак?
Есения: Я не привередливая в еде. Но йогурт хотелось бы клубничный.
Виктор: Будет сделано. Отдыхайте.
Как только дверь за ним захлопнулась, Яся тяжело выдохнула.
Евгений: Ты чего?
Есения: Мне до сих пор неловко осознавать, что мой учитель это твой брат. И наоборот.
Евгений: Хах, ну бывают в жизни сюрпризы. Пойдём, проведу тебе экскурсию.
Первым путника встречала гостиная — владения Виктора. Время, казалось, оставило здесь свой след, запечатлев его в поблекших узорах старых обоев. Комната, одетая в приглушенные тона коричневого и бежевого, оживала благодаря изумрудным всполохам зелени комнатных растений. В углу, словно старый мудрец, возвышался граммофон, готовый в любую минуту извлечь из глубин истории волшебные мелодии. Стеклянная дверь вела на балкон, откуда открывался вид на кипящую жизнью детскую площадку — маленький островок радости и беззаботности в каменных джунглях города.
Кухня, средних размеров, излучала тепло домашнего очага. Деревянный гарнитур, с уютными шкафчиками, хранил запахи трав и свежей выпечки. Небольшой столик, покрытый клетчатой скатертью, словно приглашал разделить трапезу и душевные беседы. На окнах, словно занавес театра, висела узорчатая тюль, пропускающая мягкий свет, играющий причудливыми тенями на стенах.
Дверь в конце коридора вела в совершенно иной мир — спальню Евгения. Она была меньше гостиной, в оттенках интерьера грязно-серого и белого. Большая кровать, укрытая мягким пледом, манила в объятия сна и отдыха. На столе скромно расположился ноутбук и учебники с тетрадями. Шкаф, доверху заполненный книгами, представлял собой настоящую сокровищницу знаний и фантазий. Яркий свет лампы, словно луч прожектора, выхватывал из полумрака лица, запечатленные на плакатах и рисунках, украшавших стены. Это были сувениры от участников квестов, в которых парень играл роль талантливого актера. Каждый рисунок, каждая надпись хранили в себе тепло благодарности и признания его мастерства. На подоконнике и в углу комнаты стояло пару горшков с растениями — разнообразные кактусы, большой папоротник.
Туалет совмещенный с ванной он показал в последнюю очередь. Достаточно просторно, светло. Квартира показалась Есении мрачноватой, она словно чувствовала всю её долгую историю.
Евгений: Ну как тебе? Не понравилось? Или стесняешься? А то ты какая-то напряжённая ходишь.
Есения: Я скучаю по своему песику. Да и разнервничалась, когда увидела, что за мной Виктор приехал. Ты же говорил, что такси вызовешь.
Евгений: Он сам предложил, чтобы я деньги не тратил. Лучше закажу тебе больше вкусняшек. Мой руки и пойдём ко мне в комнату. Если ты не забыла, то у нас вообще-то сегодня по плану занятие учёбой.
Женя закрыл за ними дверь, войдя в спальню. За окном солнышко яркими золотистыми лучами пробивалось сквозь густые темные тучи, пели птички. У девушки была сонливость, бодрости добавлял лишь ветерок проникающий в комнату из-за открытой форточки.
Евгений: Ты взяла учебники и тетради?
Есения: Да.
Евгений: Не стой, присаживайся за стол. Пока подумай, что именно ты хочешь обсудить, а я нам закажу еду. Я думал взять две большие пиццы, какие любишь?
Есения: Гавайскую и мясную какую-то.
Евгений: Хорошо. А из сладкого что хочешь?
Есения: Даже не знаю, мне как-то неудобно, что ты всё это заказываешь.
Евгений: Расслабься, я же предложил. Ну так что? Тут есть пирожные, чизкейк, эклеры.
Есения: Давай шоколадное пирожное, если есть. О и можешь, пожалуйста, фруктовый лёд заказать?
Евгений: Будет сделано, дорогая. Я тебе ещё мармеладок возьму.
Чуть позже парень присоединился к ней. По математике они разбирали несколько новых тем, по которым на следующей неделе будет итоговая контрольная, а по физике он помог ей с задачами. Через час Яся уже клевала носом стол. Сильно устала. Спасением стал звонок в дверь. Курьер приехал с их заказом. Когда Женя занёс пакеты в комнату, у девушки загорелись глаза. Она проголодалась и готова была наброситься на эти коробки с пиццей, из которых доносился манящий сливочный и острый аромат.
Есения: Давай передохнем.
Сложив руки на груди, он осуждающе тяжело вздохнул, пронзая её строгим взглядом. Прям будто реально вжился в роль учителя.
Евгений: Яся, нам осталось чуть-чуть, ты и так не совсем внимательно слушаешь. У тебя скоро экзамен, а ты ведёшь себя не серьёзно.
Есения: Извините, профессор, но я сейчас в обморок от голода упаду. Мне нужен перерыв.
Евгений: Ладно, но только не надолго.
В комнате витал аромат свежей пиццы, смешиваясь со сладковатым запахом мармеладок и шоколадного пирожного, создавая атмосферу расслабленного уюта, напрочь вытеснившую напряжение прошедших нескольких часов учебы. Женя с Есенией расположились на широкой кровати, усыпанной подушками. Перед ними, на картонной коробке, красовались две пиццы – сливочная гавайская и аппетитная мясная.
Есения облокотилась на подушку, прикрыв глаза. Учебники, конспекты и ручки, словно остатки битвы, лежали в беспорядке на столе. Женя, заметив её усталость, с нежностью улыбнулся.
Евгений: Ты и правда вымоталась, солнышко.
Проговорил он, беря кусочек гавайской пиццы с сочным ананасом.
Евгений: Открой ротик.
Есения с удовольствием приняла угощение, благодарно улыбнувшись. Жуя, она приоткрыла один глаз и с хитрой улыбкой взглянула на Женю.
Есения: Спасибо, мой учитель.
Пробормотала она с набитым ртом.
Женя, озорно приподняв бровь, заиграл роль строгого наставника.
Евгений: Раз ты моя ученица, то должна слушаться и хорошо учиться.
С напускной серьезностью произнес он. Затем, подмигнув ей, добавил, сменив тон на ласковый.
Евгений: Но сейчас можно и расслабиться.
Он отложил пиццу и взял в руки шоколадное пирожное, украшенное взбитыми сливками. Протянув его Есении, он игриво спросил.
Евгений: На десерт – шоколадное поощрение за усердие?
Есения рассмеялась, принимая пирожное. Женя внимательно следил за тем, как она ест, наслаждаясь каждым ее движением. Он нежно убрал непослушную рыжую прядь волос с ее лица и прошептал.
Евгений: Ты такая красивая, когда увлечена. И когда устала тоже. Ты вообще всегда красивая.
Есения зарделась от его комплимента. Она прильнула к нему, положив голову на плечо.
Есения: Спасибо.
Прошептала она, чувствуя тепло его тела.
Есения: Ты лучший учитель на свете.
Женя обнял ее крепче, вдыхая аромат ее волос. Он наклонился и нежно поцеловал ее в макушку.
Евгений: Для тебя я готов быть кем угодно. Только отнесись к этому серьёзно. Я хочу, чтобы ты не волновалась на экзаменах, а шла туда с уверенностью в своих знаниях.
Есения: Ты прав конечно, но я так не люблю этот предмет. Тяжело…
Уткнувшись лицом ему в грудную клетку, она еле слышно вздохнула.
Есения: Давай уже покончим с этим делом, а потом фильм посмотрим какой-нибудь.
Евгений: Я с радостью.
Бремя сложных математических задач спало с плеч, сменившись приятной истомой. Общими усилиями одолев цифры и формулы, они погрузились в мягкие объятия кровати, утонув под теплым пледом, словно в пушистом облаке. Женя, прихватив с собой ноутбук, устроился поудобнее, водрузив его на колени. На экране замерло окно сервиса, предлагая бесконечный выбор кинолент.
Началась игра в угадывания: "Ужастик? Детектив?", что предлагала Есения, с лукавым блеском в глазах. Женя усмехнулся, зная ее любовь к щекочущим нервы историям. Но сегодня хотелось чего-то более мягкого, нежного, окутывающего, как этот плед. В итоге, сошлись на компромиссе: мелодрама в детективном антураже — чтобы и сердце трепетало, и ум не скучал.
За окном, укутанный сумерками, засыпал город. В комнате, освещенной лишь мягким светом экрана, разворачивалась другая история, гораздо более захватывающая и личная. Начавшись с легких прикосновений, с невинных касаний рук, романтика постепенно набирала обороты, перерастая в нечто большее, ощутимое и волнующее.
Есения смущенно опускала взгляд, ее щеки заливались нежным румянцем. Эта невинная робость только разжигала в Жене страсть и желание. Ему нравилось видеть ее такой — трогательной, беззащитной, прекрасной в своей неуверенности.
Он хотел, чтобы она отбросила все сомнения, растворилась в моменте, открылась ему без остатка. Он хотел, чтобы она поверила в силу их чувства, в то, что между ними происходит что-то особенное, настоящее. Не отрывая взгляда от ее лица, он медленно провел рукой по ее щеке, большим пальцем ласково коснулся ее губ. В его глазах плескалось нескрываемое обожание, призывая к смелости, к откровению. Парень хотел, чтобы она сделала первый шаг, проявила инициативу, стала такой же смелой, как героини тех захватывающих детективов, которые она так любила. Евгений знал, что в ней живет огонь, который нужно просто разбудить. И он готов был стать тем, кто этот огонь зажжет.
Фильм, разворачивающийся на экране, постепенно терял свою значимость, меркнул на фоне той бури эмоций, что бушевала между ними. Настоящий детектив разворачивался здесь и сейчас, расследуя тайны сердца, раскрывая секреты души. И Женя был готов играть в нем главную роль, направляя Ясю к ее собственной смелости, к ее собственному счастью.
В глазах Есении, как в зеркале, отразился свет экрана, причудливо искажая ее черты. В этом призрачном полумраке, в тишине, нарушаемой лишь тихим шепотом диалогов из фильма, в ее взгляде промелькнула мысль, смутная и волнующая. В воздухе повис невысказанный вопрос, робкое предчувствие чего-то важного, переломного. Она задумалась: а что, если сейчас? Сейчас, когда они так близки, когда сердца бьются в унисон, когда мир сузился до размеров этой уютной комнаты, согретой теплом пледа и их дыханием.
Женя, словно опытный читатель, безошибочно прочел в ее глазах этот мимолетный порыв, эту робкую надежду. Он почувствовал, как в ней борется желание с трепетом, страсть со стеснением. И в этот момент он принял решение, твердое и осознанное: он не станет торопить события.
Он не хотел, чтобы их первый раз стал результатом его напора или ее мимолетного настроения. Он хотел, чтобы это было ее осознанное решение, ее страстное желание, проявление ее истинной воли. Он хотел, чтобы она сама, без всякого давления с его стороны, проявила инициативу, захотела этих прикосновений, этого сближения.
Парень мечтал о том, чтобы она сама просила его о ласке, шептала его имя, утопала в его объятиях, ведомая не любопытством или желанием угодить, а искренней, всепоглощающей страстью. Женя хотел видеть ее смелой, уверенной в своем выборе, отдающей себя без остатка. Ведь только тогда, когда она сама решит сделать этот шаг, он будет уверен в том, что это истинное чувство, а не мимолетное увлечение. Только тогда он будет знать, что она действительно готова разделить с ним не только тело, но и душу.
Женя нежно поцеловал ее в лоб, оставляя на ее коже едва ощутимое тепло.
Евгений: Не думай ни о чем.
Прошептал он, его голос звучал мягко и успокаивающе.
Евгений: Просто будь здесь, со мной. И когда ты будешь готова, я буду рядом.
Его слова, словно ласковый ветер, рассеяли ее сомнения, окутали теплом и уверенностью. Она прижалась к нему крепче, чувствуя, как с плеч падает груз ожиданий, как уходит страх неизвестности. Она поняла: он не торопит ее, он уважает ее чувства, он ценит ее саму, а не только ее тело.
И в этот момент она поняла, что любит его еще больше, чем раньше. За его терпение, за его понимание, за его умение читать ее мысли и чувствовать ее душу. И она знала, что когда придет время, она сама, без колебаний и сомнений, сделает этот шаг. Потому что именно с ним она хотела разделить все, все до конца.
За окном смеркалось, парень с девушкой лежали, нежась в объятиях друг друга. Как вдруг к Есении пришло осознание.
Есения: Виктор не приходил ещё? Его как-то долго нет.
Евгений: Не волнуйся, значит дела какие-то возникли.
Женя глянул на часы. 20:30. В полумраке комнаты, лицо парня, обрамленное светлыми прядями, казалось скульптурным, выточенным из слоновой кости. Серые глаза, обычно лучистые и полные озорства, сейчас потемнели, словно небо перед грозой. Он смотрел на Есению, но словно сквозь нее, погруженный в свои мысли.
Нахмуренные брови выдавали внутреннее смятение, которое он так отчаянно пытался скрыть. В уголках глаз залегли едва заметные морщинки, свидетельствующие о тревоге, грызущей его изнутри. На самом деле, в душе у него бушевала буря. Его мучили сомнения, терзали страхи, которые он не хотел выпускать на волю, не хотел делиться ими с Ясей. Ему казалось, что это только утяжелит ее, омрачит их светлый вечер.
Он боялся, что не оправдает ее ожиданий, что не сможет стать тем самым, единственным, кого она искала. Боялся, что разрушит хрупкое счастье, которое они только начали строить. Боялся всего, что могло им помешать, что могло их разлучить.
Парень пытался подавить эти эмоции, спрятать их глубоко внутри, за маской беззаботности и уверенности. Но они, как назойливые мухи, возвращались снова и снова, отравляя его разум.
Он крепче обнял Есению, прижимая ее к себе, словно пытаясь укрыться от надвигающейся бури. Он вдыхал аромат ее волос, надеясь, что он поможет ему успокоиться, обрести гармонию.
Евгений понимал, что не может вечно прятать свои чувства, что рано или поздно ему придется рассказать ей о своих страхах. Но сейчас, в этот вечер, он хотел лишь наслаждаться ее присутствием, ее теплом, ее любовью. Он хотел заморозить этот момент счастья, сохранить его в своей памяти, как талисман, оберегающий от надвигающейся тьмы.
И поэтому он молчал, прятал тревогу в глубине души, пытаясь казаться спокойным и безмятежным. Он надеялся, что она ничего не заметит, что его маска не даст трещину. Он хотел быть для нее опорой, защитой, надежным плечом, на которое можно опереться в любой момент.
Но в глубине души он знал, что рано или поздно правда выйдет наружу. И она может сильно ранить её сердце, испугать. Но Яся уже догадывалась, что что-то тут не так, когда видела парня таким. Они оба молчали в таких ситуациях, боясь навредить друг другу.
Есения: Знаешь, хоть мы совсем мало времени провели вместе и ты наверное не можешь мне до конца доверять, я очень хочу быть рядом с тобой. Разделить твои переживания.
Евгений: Извини, что порчу тебе настроение, что всегда такой холодный. У меня есть некоторые проблемы и я не хотел бы, чтобы они тебя касались.
Есения: Тогда ответь на вопрос один. Всего один, правда.
Евгений: Ладно.
Есения: Это связано как-то с Виктором?
Тишина повисла над ними, в комнате стало ещё темнее.
Евгений: Да.
Хотелось расспросить, но она обещала, что не будет больше спрашивать. Яся видела боль на его лице, пустоту в глазах, которые так полюбила. Тоже загрустила.
Евгений: Эй, всё хорошо. Пожалуйста, улыбнись.
Девушка откинула с себя плед, вставая с кровати. Обнимая себя, отошла к окну, рассматривая на стекле большие капли после недавно прошедшего дождя.
Есения: Я не могу не обращать внимание на это. Хочу помочь, но ты не даёшь. Это чувство съедает изнутри.
Она ощутила на своей талии тёплые руки, обнимающие её. Женя уткнулся подбородком в её плечо, медленно выдохнул.
Евгений: Солнце моё.
Есения: Какое я солнце, если не могу согреть тебя, сжечь твои тревоги?..
Евгений: Ты освещаешь мою мрачную дорогу в неизвестность. Пока что мне этого достаточно.
Есения: Значит я хочу ещё стать твоей путеводной яркой звездой, которая поможет тебе выбраться с неё.
Парень оставил нежный поцелуй на её шее, обнял крепче.
Евгений: Пообещай, что не будешь спрашивать Виктора, где он был и почему так долго.
Есения: Ты честно говоря пугаешь меня этими словами. Но я обещаю. Сделаю вид, что мы даже не заметили его задержку.
Евгений: Спасибо.
Прошёл примерно час. Женя решил принять душ перед сном, а Яся сидела в гостиной перед телевизором. В гостиной царил полумрак, разрываемый лишь пляшущими тенями от экрана. Есения, свернувшись калачиком на диване, бесцельно переключала каналы, словно пытаясь сбежать от собственных мыслей. Но вечерние новости, как назло, принесли с собой тревожную весть.
Диктор с серьезным лицом вещала о вчерашней пропаже девушки. Восемнадцать лет, возвращалась из творческого кружка по декорациям, и вот уже вторые сутки — тишина, лишь безуспешные поиски и надежда, медленно угасающая с каждым часом.
Холодок пробежал по спине Есении. Очередная пропажа, очередная трагедия, которая могла случиться с кем угодно. Ее воображение тут же нарисовало жуткие картины, заставляя сердце сжаться от страха. Она и сама часто поздно возвращалась домой, то после учебы, то после встреч с подругами. И теперь, после этих новостей, даже самая короткая дорога казалась ей опасным путешествием.
Поглощенная своими мыслями, девушка не заметила, как в квартиру вошел Виктор. Она вздрогнула, когда услышала его голос, раздавшийся из-за спины.
Виктор: Опять двадцать пять
Прокомментировал Виктор, с усталым вздохом.
Виктор: Сколько их уже пропало за последнее время?
Его голос, обычно теплый и добродушный, сейчас звучал мрачно и равнодушно.
Есения: Вы меня напугали.
Тихо усмехаясь, он начал снимать пальто, бросив его на подлокотник дивана. Метнув на него короткий взгляд, девушка ужаснулась, увидев на его рукаве кровь. Но испуг не стала выдавать, собралась и спокойно произнесла.
Есения: У вас кровь.
Виктор: Где? А, точно. Я зацепился об забор. Надеюсь, что не подхвачу столбняк.
Есения: Если у вас рана, давайте помогу обработать или же съездим в травмпункт.
Она потянулась к его руке, чтобы посмотреть насколько глубокая царапина, но он отдернул её. Глаза Виктора опасно и грозно блестели в полумраке гостиной, голос, как острый нож, обрубил её попытку помочь.
Виктор: Не трогай. Я пойду отстираю это недоразумение.
Есения: Там в ванной Женя.
Виктор: Думаю, он не засмущается.
Наигранная улыбка на его лице и подмигивание совсем сбили её с толку. Она услышала, как захлопнулась дверь в ванну и включилась вода. Прислушиваясь, Яся могла еле различать голоса за той дверью. Они с ним ссорились. Это можно было понять по возмущённому тону. Выглядывая, она заметила как Женя резко вышел в одном полотенце из ванной, он был явно не в духе. Пошёл в спальню, наверное, чтобы надеть что-то на себя. Через минуту, Есения услышала его шаги, приближающиеся к ней. Она сделала вид, что всё это время просто смотрела передачу про фигурное катание.
Евгений: Тебя не напугали наши крики с братом?
Есения: Нет, я ничего даже не слышала.
Она старалась не спалить своё волнение и страх от всей этой ситуации, но будучи читателем и писателем детективов и ужасов, в её голове не мог не складываться пазл, от которого шли мурашки по коже. Женя сел рядом, взял её руку в свою. Удивился тому, что она была холодная, как у мертвеца и пальцы чуть дрожали.
Евгений: Что случилось, пока я мылся?
Не зная, стоит ли ей вообще произносить вслух свои темные догадки, она опустила голову, не отвечая. В голове кружились в смертельном водовороте мысли. Виктор связан как-то с этим всем? Почему он в крови? Что значат эти слова Жени о нём? Может он правда поранился и она всё придумала? Возвращаясь в реальность, она мысленно согласилась с собой. Да, конечно, это же Виктор — её учитель, которым она столько восхищалась, брат Жени. Он просто не может быть злодеем. Это бред. Это всё её больные фантазии.
Евгений: Любимая, ты в порядке?
Есения: Да. Хочу воды.
Евгений: Сиди, я принесу.
Пока Жени не было, в гостиную вошёл его старший брат. Виктор сел в кресло, закинув ногу на ногу. Зажег настольную лампу на тумбочке рядом и взял какую-то книгу, раскрывая её где-то ближе к середине.
Чтобы снизить неловкость, возникшую между ними и придать себе уверенности, она задала ему вопрос.
Есения: Что читаете?
Виктор, сидя в кресле под теплым желтым светом лампы, даже не поднял головы. Его взгляд был прикован к страницам книги, словно там была спрятана какая-то жизненно важная тайна. Он пробормотал, не отрываясь от чтения:
Виктор: Детектив.
Затем, помолчав немного, добавил.
Виктор: Про девушку, которая встречалась с убийцей, но ничего не подозревала.
И снова погрузился в чтение, оставив Есению наедине со своими страхами. То, что он выбрал именно эту книгу, показалось ей зловещим совпадением, будто он специально играл с ее нервами.
Минуты ожидания тянулись невыносимо долго. «Почему Женя так долго несет ей стакан воды?». Эта мысль, словно назойливая муха, кружила в ее голове. Она уже начала всерьез волноваться. Но как только она собралась встать, чтобы пойти его поискать, в комнату вошел Евгений со стаканом воды в руке.
Евгений: Вот, держи.
Сказал он, протягивая ей стакан.
Евгений: Ты какая-то бледная. Что случилось?
Яся с благодарностью приняла стакан, чувствуя, как холодная вода приятно освежает пересохшее горло. Она посмотрела на Женю, на его доброе, искреннее лицо, и почувствовала, как к ней возвращается хотя бы частичка былого спокойствия. Но страх все еще не отступал, притаившись где-то глубоко внутри.
Есения: Ничего, я просто устала, хочу спать.
Приобнимая её со спины, подталкивая к коридору, он ненадолго оглянулся, прожигая брата осуждающим взглядом.
Евгений: Иди в спальню, Ясь. Закрой дверь. Нам нужно с Виктором поговорить.
Есения: Да, хорошо.
Она хотела бы, чтобы он пошёл с ней, но не стала уговаривать.
На всякий случай парень закрыл дверь в гостиную. Встал напротив брата, всё ещё погруженного в чтение. Будто ему было всё равно на их разговор.
Евгений: Что ты наговорил ей?
Виктор: Ничего плохого.
Евгений: Ты хоть со мной не играй в эти игры. На её лице был ужас, у меня игроки после квеста даже так не выходят.
Виктор: Я предупреждал тебя, что не стоит приводить её сюда. Но ты ведь хочешь жить обычной жизнью. Так наслаждайся.
Старший брат даже взгляда на него не поднимал. Унизительно. Гнев накрывает парня. Он хочет выхватить эту чертову книгу из его рук и выбросить её куда подальше. Но он сдерживает себя.
Евгений: Ты мне обещал, что сегодня всё будет хорошо. Что мы проведём этот день с Ясей. Посмотри же на меня!
Недовольно отрываясь от страниц книги, Виктор смерил его строгим взглядом. Его голос оставался спокойным, что настораживало ещё сильнее.
Виктор: Не повышай на меня голос. У меня были причины сменить планы. Я купил вам то, что просили. Иди к ней и не раздражай своим присутствием.
Евгений: Эх, боже…
Не став дальше ругаться, Женя покинул его комнату, возвращаясь к своей девушке. Есения уже сладко спала, свернувшись калачиком под одеялом. Ложась рядом с ней, парень ласково провел кончиками пальцев по её щеке и волосам, поцеловал в макушку.
Евгений: Спи спокойно, солнце, я защищу тебя от всего и всех. Теперь я знаю ради кого хочу жить. Нормально жить…
Глава 3
Яркое солнце заливало кухню, прогоняя остатки ночных кошмаров. Тучи, нависшие вчерашним вечером, словно и не бывало — небо сияло безмятежной голубизной. Есения, сонно потягиваясь, вышла из комнаты, чувствуя, как от кухни веет восхитительным ароматом свежих блинчиков.
На столе красовалась вазочка с рубиновым земляничным вареньем, манящая баночка со сметаной, и горка теплых, аппетитных блинчиков. У плиты стоял Виктор, с ловкостью переворачивая оставшиеся блинчики на сковороде. Вчерашний ужас, казалось, был лишь дурным сном. Сейчас он мило улыбался ей и тихонько мурлыкал себе под нос какую-то веселую песенку.
У раковины, намыливая тарелки, стоял Евгений. Увидев, что Яся проснулась, он радостно улыбнулся и принялся сервировать стол, доставая чистые тарелки и приборы. Он обменялся парой шутливых фраз с Виктором, и Есения с удивлением отметила, как хорошо они ладят друг с другом. Их общение было непринужденным и легким, словно вчерашней зловещей сцены и не было вовсе. Старший брат добродушно поддразнивал Женю за его любовь к сладкому, а тот, в свою очередь, парировал шутками про увлечение Виктора детективными романами.
Вся эта утренняя идиллия казалась настолько, что Есении захотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что она не спит. Но аромат блинчиков, тепло солнечных лучей и улыбки Жени и Виктора были вполне осязаемыми.
Однако, несмотря на это, в глубине души все еще таился червь сомнения. Вопрос, мучивший ее всю ночь, так и не нашел ответа: что же произошло вчера вечером? И как ей теперь относиться к Виктору, который казался таким обычным и дружелюбным, но в памяти которой все еще стояли окровавленный рукав и зловещий блеск в глазах?
Виктор: Ясь, садись за стол. Надеюсь, что тебе нравится такой завтрак.
Есения: Да, я люблю блинчики. Я даже не надеялась на такое, вчера ведь мы обсуждали, что будем завтракать хлопьями с молоком и йогуртом.
Евгений: Ты можешь взять свой йогурт, он там в холодильнике стоит на верхней полке. Просто Виктор так решил извиниться за вчерашнее. Да, братец?
Она поперхнулась. Перевела обеспокоенный взгляд на Виктора.
Есения: Ой, не стоило.
Виктор: Ну почему, я вчера был не в духе. Тебя это напугало. И я решил порадовать тебя.
Евгений: Кхм…
Виктор: Да и прости, что уделил тебе мало времени. Ты теперь очень близка нам, а семья должна держаться вместе.
Его слова поразили её прямо в сердце. Сейчас Яся думала о том, что кем бы он не был, Виктор хочет построить с ней хорошие отношения. Они и так были не плохими, с самого начала её обучения в театре, но быть семьёй это совсем другой уровень. Даже если он делает это лишь только для младшего брата, она не может его осуждать за такое.
Есения: Спасибо, что приняли меня у себя дома. Всем приятного аппетита.
Блинчики таяли во рту. Он готовил их даже лучше, чем её мама. А с ягодным вареньем и холодной сметаной это был верх наслаждения.
Виктор: Яся, ты помнишь, что в четверг у тебя выступление?
Есения: Да, конечно. Репетиция в среду будет?
Виктор: Угу. У вас уже учёба заканчивается на следующей неделе. Надеюсь, что ты найдёшь в себе силы хорошо сыграть посреди всей этой подготовки к экзаменам?
Есения: Да, для меня это только в радость. Хотя я волнуюсь.
Евгений: Я приду тебя поддержать. Уверен, что ты отлично справишься. Виктор тебя часто хвалил.
Виктор: Главное это не перехвалить. А то я знаю некоторых, которые потом зазнавались и думали, что легко всё смогут без усилий.
Есения: Я не подведу вас, учитель.
В её глазах горело желание быть лучшей в своём деле. Есения хотела жить театром. После сытного завтрака и согревающих душу посиделок в комнате Жени, где они, играя в лото и беседуя обо всем на свете, пытались получше узнать друг друга, настал час расставания. Евгений проводил Ясю до кинотеатра, где ее уже ждали подруги. Яся, одетая в уютные вельветовые брюки теплого коричневого оттенка и светлую, почти воздушную блузку, казалась олицетворением мягкости и женственности. Мэри, в легком светлом платье, словно сошедшая с полотен импрессионистов, излучала нежность и романтику. А Лиза, верная своему бунтарскому духу, облачилась в привычный гранж — темный макияж подчеркивал ее решительный взгляд, а рваные джинсы и кожаная куртка добавляли образу дерзости. С попкорном в руках, они устремились в темный зал кинотеатра, готовые испытать острые ощущения от нашумевшего ужастика.
На экране разворачивалась жуткая сцена: окровавленный маньяк преследовал свою жертву в заброшенном доме. Мэри, съежившись на своем кресле, закрыла глаза ладонями.
Мэри: Ненавижу ужастики!
Прошептала она, еле слышно.
Мэри: В следующий раз я выбираю фильм!
Лиза, наоборот, с интересом наблюдала за происходящим на экране, не отрывая взгляда, и даже посмеивалась над глупыми поступками некоторых героев. Есения, находясь где-то посередине между подругами, то закрывала глаза от мерзких моментов, то с любопытством и вниманием смотрела за происходящим, вдохновляясь картинкой и сюжетом.
Тем временем Евгений, одетый в стиле "old money" – элегантный, сдержанный и безупречный, встретился со своими друзьями в парке. Арсений, в кожаной куртке, отпивал глоток газировки и жаловался на вчерашнюю тяжелую смену на квесте, где ему пришлось целый вечер изображать кровожадного и чокнутого клоуна. Александр, в классическом костюме, сиял от счастья. Он увлеченно рассказывал друзьям о том, как сегодня прекрасно провел время с Мэри на свидании в итальянском кафе.
Мэри, напуганная ужастиком, уже предвкушала рассказ об их свидании, чтобы хоть немного развеять атмосферу страха и тревоги. Она шепнула подругам.
Мэри: А вы знаете, как Саша сегодня красиво ухаживал? Прямо как в лучших романах! После фильма расскажу все в деталях!
Лиза усмехнулась, но в ее глазах тоже читалось любопытство.
Лиза: От Яси тоже ждём подробного рассказа о вчерашнем дне.
Лиза была очень счастлива, наблюдая за тем, как её подругам хорошо в отношениях. И под шумок гордится собой, что поспособствовала их началу.
Арс улыбчиво слушал Сашу, изредка поглядывая на Евгения. Тот был какой-то вялый, задумчивый, словно не с ними.
Александр:… и тогда я предложил ей стать моей девушкой и она согласилась. Мы потом ещё заказали джелато, очень вкусное мороженое и такое необычное.
Арсений: Ты молодец приятель, настоящий джентльмен. Только вот я не уверен, что Женя вникал в историю.
Они теперь оба смотрели на него, а он был всё ещё в себе и своих мыслях, смотря куда-то в одну точку вдаль.
Арсений: Эй, земля вызывает Евгения.
Сеня не больно стукнул его в предплечье, давая о себе знать.
Евгений: Что?
Арсений: Ничего, просто ты только что пропустил красивую историю любви.
Евгений: Чью?
Александр: Мою…
Евгений: Поздравляю вас с Мэри.
Он говорил бездушно, какими-то шаблонными фразами.
Арсений: Так дело не пойдёт, колись, что с тобой. Ты, как зомби, сейчас.
Александр: Поделись с нами, ты редко когда выговариваешься. Всё в себе наверное держишь.
Арсений: Да, расскажи что-нибудь хоть.
Евгений: Ну мы с Ясей хорошо провели вечер, а с братом опять скандалы. Ничего интересного.
Арсений: А детали будут?
Евгений: Я не в настроении говорить об этом.
Сеня закурил, нервно цокая.
Арсений: Вот вечно ты… ладно, не будем продолжать эту тему, каждый раз этот разговор ничем не заканчивается полезным.
Александр: Мы твои друзья, Жень, и ты можешь нам довериться.
Арсений: Ага, даже по-девчачьи поплакать в плечо, если нужно.
Он горько усмехнулся, понимая, что сейчас его друг и не обидится на эту шутку.
Александр: Я думал, что вы с Виктором в хороших отношениях в последнее время.
Евгений: Счастье долгим не бывает.
Арсений: Ой, не надо только так говорить. Все ссорятся, нормально всё будет.
Евгений: У нас не обычный случай. Он мне велел молчать. Делать, что скажет.
Арсений: Да уж. Тяжело. Особенно когда живёшь и за его счёт тоже, особо перечить не можешь в этой ситуации. У моих родителей с этим тоже всё строго.
Евгений: Да…
Арсений: Но не раскисай уж слишком, жизнь полна и крутых моментов. Например, нам с тобой очень повезло с работой, дарим людям эмоции. Смотри завтра на нашу смену не опоздай, а то закроешься в себе на несколько дней.
Александр: Так говоришь, будто такое уже случалось.
Арсений: Вообще-то да.
Александр: Офигеть, Жень, ты же ответственный очень. Да и безумно пунктуальный.
Евгений: Я не мог прийти, были семейные обстоятельства.
Арсений: Ага, опять Виктор — эти обстоятельства…
Александр: Сеня, ладно тебе, он же брат его.
Арсений: Короче, мне Вика писала, что пару девочек из команды именно на тебя хотят прийти посмотреть. Как бы обидно это ни звучало.
Евгений: Да буду я.
После кинотеатра девочки шли в кафетерий, чтобы поболтать по душам. Мэри ничего не брала себе, а Лиза с Ясей взяли по стаканчику кофе. Они сели снаружи кафе за столик. Играла приятная музыка.
Лиза: Ну, кто начнёт?
Есения: Пусть Мэри.
Мэри: Хорошо, если настаиваете. Он привёл меня в итальянское кафе. Я так смущалась, вы себе представить не можете. Он такой милый. Заплатил за наш заказ. Очень неудобно было, но он настоял.
Лиза: О чем говорили?
Мэри: О разном. Он такой начитанный, что иногда даже стыдно было за свои знания. Оказывается, что тоже любит готовить, как и я.
Лиза: А мне Арсений говорил когда-то, что у него так себе получается. Может Саша пытался тебе понравиться?
Мэри: Это не важно. Хотя я бы не хотела, чтобы он меня обманывал лишь бы угодить. Хотя я тоже сидела умничала иногда, чтобы не показаться глупой.
Лиза: Вы конечно оба стоите друг друга.
Мэри: Я пообещала ему испечь брауни. А он сказал, что за это отведет меня в океанариум. Я так давно там не была. Это будет очень романтично.
Лиза: Ну а поцелуй первый был?
Мэри покраснела, опуская взгляд. Шёпотом произнесла, улыбаясь, словно проживая этот момент вновь.
Мэри: Он меня в щёчку поцеловал. Это было так прекрасно.
Лиза: Понятно, детский сад у вас.
Мэри: Это только первое свидание. Я ещё стесняюсь целоваться. Да и он не настаивал.
Лиза: Вот бери пример с Яси, у них с Женей всё завертелось в первый же день.
Есения: Спасибо, что выставляешь меня в не очень хорошем свете.
Лиза: Я не имела ввиду, что это плохо. Просто пошутила. У нас с Арсением первый поцелуй был где-то через две недели после того как мы общаться начали. Это тоже небольшой срок. Кстати, у вас там ещё с Женей не было того самого?
Есения: Нет. Мы не торопимся.
Эти слова были отчеканены с некой обидой.
Лиза: Хорошо-хорошо, извини, что так выразилась. Мир?
Есения: Мы и не ругались.
Лиза: Ой, ладно тебе, твоё обиженное лицо и хмурые брови я узнаю из тысячи.
Девочки с этого по-доброму посмеялись, на губах Яси вновь появилась улыбка.
Есения: Мне с ним так хорошо было. Правда у них не очень уютно дома. Постоянно такое чувство, будто кто-то наблюдает со стороны.
Мэри: Ой, пожалуйста, не надо, у меня уже бегут мурашки.
Лиза: Если это старый дом, то не удивительно.
Есения: Ещё это наверное наложилось на мои переживания насчёт выступления в театре. Прокручиваю в голове, что может пойти не так.
Лиза: Делать тебе нечего. Думай о хорошем, что будешь блистать там. Мы будем за тебя болеть, уже билеты купили на первый ряд.
Мэри: У тебя всё получится, Ясь.
Настал этот знаменательный день. Вечер окутал театр бархатным сумраком. Дамы в элегантных платьях, кавалеры в строгих костюмах — все жаждали увидеть новое представление. Мэри и Лиза, выбрав самые лучшие места, переглядывались, предвкушая триумф подруги. Женя, с букетом белых лилий, не мог оторвать взгляда от сцены, представляя, как сейчас там появится Есения. В первом ряду с самого краю сидел Виктор. С едва уловимой, но тёплой улыбкой он подбадривал взглядом своих учеников, словно передавая им частичку собственной уверенности.
За кулисами царила лихорадочная суета, но Есения, казалось, находилась в другом измерении. Сердце колотилось в бешеном ритме, но ее охватывало не страх, а вдохновение. Сегодня она — леди Элеонора, мятежная аристократка, уставшая от светских условностей и тайно пишущая дерзкие памфлеты под псевдонимом «Сокол».
Музыка заиграла, и занавес плавно поднялся, открывая взору зрителей гостиную старинного поместья. Свет приглушен, в камине потрескивают дрова. Леди Элеонора сидит за столом, увлеченно пишет при свете свечи. На ней элегантное платье из зеленого бархата, подчеркивающее ее тонкую талию. Воротничок из тонкого кружева обрамляет ее лицо, а в волосах — заколка с изумрудом. Она воплощение аристократизма и утонченности.
Внезапно в комнату входит лорд Астон, ее партнер по сцене — таинственный незнакомец, который прибыл в поместье под видом искусствоведа. Он одет в классический костюм эпохи, темный сюртук идеально сидит по фигуре, а белоснежная манишка и кружевной галстук подчеркивают его аристократическое происхождение. В его взгляде — тайна и притяжение.
Между ними завязывается интеллектуальный поединок. Они спорят об искусстве, политике, о месте женщины в обществе. Их разговоры острые, провокационные, полные скрытых намеков. Лорд Астон подозревает, что леди Элеонора и есть загадочный «Сокол», но доказать это не может.
Есения блистала на сцене. Ее жесты, мимика, интонации – все выдавало ее талант, ее умение перевоплощаться. Она была не просто актрисой, она жила жизнью своей героини, заставляя зрителей забыть о реальности.
Второе действие разворачивается в библиотеке. Лорд Астон, улучив момент, пытается раскрыть тайну леди Элеоноры. Они вступают в страстный спор, который перерастает в признание. Она открывает ему свою душу, рассказывает о своих мечтах и стремлениях. Он понимает, что влюбился в ее ум, ее смелость, ее независимость.
Наступает кульминация. Лорд Астон клянется ей в любви, признаваясь, что давно следил за ее творчеством. Он восхищается ее талантом и предлагает ей сотрудничество. Леди Элеонора отвечает ему взаимностью, но боится раскрыть свою тайну, опасаясь, что он предаст ее.
Их поцелуй, долгий и страстный, становится клятвой верности и любви. Зал замирает в тишине, очарованный красотой момента.
Занавес опускается, и в зале раздается шквал аплодисментов. Зрители встают со своих мест, кричат «Браво!», забрасывают сцену цветами. Есения и ее партнер выходят на поклон, сияя от счастья.
Женя, сжимая в руках букет белых лилий, не может сдержать гордой улыбки. Он знал, что его Яся — настоящая звезда, и сегодня она зажглась на театральном небосклоне.
Когда последние зрители покинули театр, оставляя за собой лишь легкий шлейф духов и восхищенных разговоров, Виктор подошел к актерам. Сдержанно, но искренне, он похвалил их, отметив тонкую игру и глубокое понимание персонажей. Есения, как обычно, получила особую порцию похвалы — Виктор отметил ее харизму, умение перевоплощаться и держать зал в напряжении.
Затем, словно вихрь, к девушке подлетели ее подруги. Мэри, с блестящими от восторга глазами, обняла ее, наперебой делясь впечатлениями о спектакле. Лиза, обычно сдержанная, расплылась в улыбке и, толкнув Женю локтем в бок, прошипела ему на ухо.
Лиза: Ну что, ревновал, когда этот лорд Астон твою принцессу целовал?
Женя, не растерявшись, обнял Есению за плечи и, глядя на Лизу с лукавым прищуром, ответил.
Евгений: Ревновал, конечно, немного. Но я знаю, что это всего лишь игра. И самые настоящие поцелуи — только для меня.
Есения зарделась от его слов, но счастливо улыбнулась, прижавшись к нему. В ответ на Лизину подначку она лишь игриво закатила глаза.
Он провел рукой по её щеке, и прошептал на ушко.
Евгений: Ты была невероятна.
Есения обняла его в ответ и ответила.
Есения: Спасибо что был рядом, это много для меня значит.
Виктор, наблюдая за их милой перепалкой, добродушно улыбнулся. Подождав, пока стихнет гам, он шутливо обратился к Есении.
Виктор: Не расслабляйся, юная актриса! В конце июля — премьера нового спектакля. И, конечно же, главная роль — твоя!
Есения удивленно вскинула брови.
Есения: Правда? Какого?
Виктор: «Ужасы Сибири».
С таинственным видом произнес Виктор, многозначительно подняв палец вверх.
Виктор: Мое собственное творение.
Заинтригованная, девушка поинтересовалась.
Есения: И что там будет?
Виктор, словно заправский сказочник, принялся рассказывать.
Виктор: Представь себе бескрайние снежные просторы Сибири. Затерянную в глуши деревушку, где веками процветает зловещая секта. И ты, Яся, играешь девушку-призрака, ставшую жертвой их темных ритуалов. Тебе предстоит мстить, пугать и сеять ужас! Будет много мистики, саспенса и неожиданных поворотов. В общем, настоящий хоррор на сцене!
Вместо восторга на лице Есении отразилась тревога. Новая роль, безусловно, звучала заманчиво и интересно. Но в памяти внезапно всплыла легенда, которую ей рассказывал Антон тем вечером в деревне.
О старинном проклятии, о духах, не нашедших покоя, о таинственных силах, дремлющих в сибирской земле. И если раньше это казалось ей лишь забавной страшилкой, то сейчас, в свете предстоящей роли, легенда приобрела зловещий оттенок.
Есения занервничала. Что, если в спектакле Виктора есть что-то большее, чем просто вымысел? Что, если он случайно заденет какие-то темные силы, которые потревожат ее душу?
Евгений: Может лучше оставить эту идею на зимнее время. А то как-то странно будет выглядеть летом.
Лиза: Наоборот интересно. В театре время течёт совсем по-другому.
Виктор: Елизавета правильные вещи говорит. Времени осталось совсем мало, так что учи роль, начиная с сегодняшнего дня. Через неделю начнём потихоньку репетиции.
Есения: Хорошо, я выучу.
Евгений: Даже не дашь ей отдохнуть после этой роли?
Виктор: Путь к славе тернист и полон сложностей, бессонных ночей. Это отличный шанс показать себя.
Незаметно подкралось время выпускных экзаменов. Для Есении это казалось сном, зыбким и немного пугающим. Только вчера они с девчонками делили секреты под партой и строили планы на будущее, а сегодня их ждали строгие экзаменаторы и судьбоносные вопросы.
В школе царила атмосфера напряжения, словно перед грозой. Даже шумные коридоры притихли, слышалось лишь нервное шуршание страниц и приглушенные шепотки. Яся чувствовала себя марионеткой, чьи нити дергает безжалостная система образования.
В душном классе, под пристальным взглядом учителя, она отчаянно пыталась сосредоточиться на билете. Но мысли предательски уносились в лето, к мечтам о свободе и новых горизонтах. Вспоминались смешные моменты из школьной жизни, нелепые ошибки на контрольных, первая влюбленность — всё это казалось таким далеким и безвозвратным.
Когда прозвенел спасительный звонок, Яся вывалилась из аудитории, словно из жерла вулкана. У входа её ждали Мэри и Лиза, обе с взволнованными лицами.
Мэри: Ну что, как ты?
Тут же спросила Мэри, с тревогой вглядываясь в лицо Яси.
Яся шумно выдохнула.
Есения: Не знаю… Вроде бы что-то написала, но уверена, что больше половины – бред сивой кобылы. А у вас как?
Мэри: Да ты преувеличиваешь, наверное. Вы так с Женей усердно готовились. Думаю, что проходной балл точно наберёшь. Мне, кстати, более менее понятно там всё было, было бы неплохо четверку получить.
Лиза усмехнулась, немного саркастично.
Лиза: О, у меня всё отлично! Я-то школу-то покину, в колледж отправлюсь. Просто адекватные баллы набрать надо, а так оценки итоговые всё решают. А вы вот с Мэри в десятый класс пойдёте. Не завидую.
Мэри, несмотря на лёгкую грусть от того, что Лиза уходит, улыбнулась.
Мэри: Ну да, Лиза права. Ещё два года мучений предстоит. Зато потом — свобода!
Её взгляд вдруг загорелся.
Мэри: Кстати, помните, мы хотели устроить пикник в лесу? После последнего экзамена, может, соберемся? И парней позовём.
Яся, немного сникшая от мысли о предстоящем году учёбы, оживилась.
Есения: Пикник – отличная идея! Заслужили отдохнуть. Мэри, может и Мишу позовёшь?
Мэри: Не знаю, он не особо любит большие компании. Но я попробую.
Лиза, уже мысленно прощаясь со школой, добавила.
Лиза: Пусть все придут! Праздник ведь! И Антона надо звать.
Есения: Лучше не стоит этого делать. Они с Женей не ладят. Буквально на неделе они чуть не поссорились, правда там Антон хорош…
Мэри, кивнув, достала телефон.
Мэри: Тогда я начну составлять список всего, что нам нужно купить и взять с собой.
Яся, глядя на подруг, почувствовала, как напряжение спадает, сменяясь предвкушением отдыха и веселья.
День последнего экзамена забрезжил сквозь пелену усталости и нервного напряжения, словно долгожданный луч солнца после затяжной бури. Для Яси этот день был особенным — сегодня она сдавала литературу, предмет, в котором всегда чувствовала себя как рыба в воде. Она любила книги, любила истории, любила погружаться в мир фантазий и переживаний, созданный великими писателями. И сегодня она верила в лучший результат.
Утро выдалось солнечным и теплым, словно сама природа благословляла их на успех. Есения проснулась с необычайным подъемом, словно крылья выросли за спиной. Она надела свое любимое платье, которое всегда приносило ей удачу, и, накинув легкую куртку, вышла из дома.
В школе царило необычное оживление. Все выпускники были в приподнятом настроении, словно скинули с плеч тяжелый груз. Они обнимались, поздравляли друг друга и делились планами на будущее. В воздухе витали ароматы цветов и конфет, которые принесли родители, чтобы поддержать своих детей.
Экзамен прошел на удивление легко. Вопросы оказались интересными и понятными, словно она заранее знала ответы на них. Девушка писала с удовольствием, погружаясь в мир литературы и делясь своими мыслями и чувствами. Она верила, что смогла передать комиссии свою любовь к предмету и свой искренний интерес к творчеству великих писателей.
Когда прозвенел звонок, Яся выдохнула с облегчением. Она сдала последний экзамен. Все позади. Свобода!
Выходя из школы, она увидела его. Женя. Он стоял у ворот с букетом ее любимых ромашек и смотрел на нее с улыбкой. Яся почувствовала, как ее сердце начинает биться быстрее.
Евгений: Привет, солнце.
Сказал он, протягивая ей цветы.
Есения: Привет, спасибо большое за букет. Ты не представляешь как я рада, попалось всё, к чему готовилась.
Евгений: Я знал, что ты сдашь все на отлично. Ты у меня умница!
Яся приняла цветы и вдохнула их аромат.
Евгений: Теперь можно расслабиться и отдохнуть. Я тут подумал, может, сходим в кафе? Отметим это грандиозное событие?
Она кивнула.
Есения: Отличная идея! Мне как раз нужен допинг в виде кофе и чего-нибудь сладкого.
Они пошли в небольшое уютное кафе, расположенное неподалеку от школы. Там они заказали кофе и пирожные и погрузились в разговоры, не связанные с учебой.
Евгений: Ну, и чем планируешь заняться в первую очередь, как получишь аттестат?
Спросил парень, делая глоток кофе. Яся задумалась, помешивая ложечкой пену в своем капучино.
Есения: Если честно, пока не решила. Наверное, просто буду отсыпаться целыми днями. А потом… может, попробую устроиться на какую-нибудь подработку на лето. Давно мечтаю заработать на поездку в Петербург.
Женя усмехнулся.
Евгений: Подработка – это хорошо, конечно. Но зачем тебе в Петербург? Лучше поедем куда-нибудь отдохнуть на море. Представляешь, солнце, пляж, волны…
Яся мечтательно прикрыла глаза.
Есения: Звучит заманчиво… Но это пока только мечты. У меня нет денег на такие поездки. Даже на море. Это всё так далеко от нас.
Евгений: Ну, это мы еще посмотрим.
Загадочно ответил он.
Может быть, я придумаю какой-нибудь способ, чтобы твоя мечта сбылась.
Девушка удивленно посмотрела на него.
Есения: Что ты имеешь в виду?
Женя пожал плечами.
Евгений: Секрет. Узнаешь позже. А пока давай лучше поговорим о чем-нибудь приятном. Например, о том, что наконец-то закончились эти дурацкие экзамены. Ты рада?
Есения: Еще бы!
Воскликнула девушка.
Есения: Я так устала от этой учебы! Мне хочется просто жить, дышать полной грудью и наслаждаться каждым днем. Хотя сейчас такие нехорошие настроения в городе, что даже нет ощущения лета.
Евгений: Тогда давай сделаем это прямо сейчас.
Предложил Женя, вставая из-за стола.
Евгений: Я знаю одно место, где можно отлично провести время. Поехали?
Яся с любопытством посмотрела на него.
Есения: Куда? Надеюсь не квесты какие-нибудь…
Евгений: Увидишь.
Ответил он, подмигивая ей.
Евгений: Поверь, тебе понравится.
Яся, не раздумывая ни секунды, согласилась. Ей нравилась эта спонтанность, эта жажда приключений, которая всегда была между ними. Она чувствовала, что впереди ее ждет что-то интересное и захватывающее. И она была готова к этому.
Выйдя из кафе, Женя повёл её в сторону остановки.
Евгений: Поедем на такси. Сейчас вызову. К самому настоящему оазису в нашем городе! В Дендрарий! Давно там не были, а сейчас там как раз всё цветёт, птички поют…
Путь был недолгим, и вскоре они уже стояли у входа в Дендрарий.
Евгений: Ну что, готова к погружению в мир флоры и фауны?
Спросил парень, протягивая ей руку. Яся взяла его за руку и улыбнулась.
Есения: Более чем!
Они вошли на территорию парка, и девушка замерла от восторга. Вокруг буйствовала зелень, благоухали цветы всех цветов радуги, а воздух был наполнен щебетом птиц и жужжанием пчел.
Есения: Здесь так красиво!
Воскликнула Яся, оглядываясь по сторонам.
Евгений: Я же говорил
Ответил он, самодовольно улыбаясь.
Евгений: А теперь пойдём, я знаю тут классную полянку у пруда.
Они долго гуляли по Дендрарию, любуясь красотой природы. Женя показывал ей редкие виды растений, рассказывал интересные факты о птицах и насекомых. Есения слушала его с интересом, удивляясь его познаниям.
Добравшись до укромной полянки на берегу пруда, они устроились на траве. Женя достал из рюкзака термос с чаем и шоколадки, которые взял из дома.
Евгений: Не ресторан, конечно, но зато с душой.
Сказал он, протягивая ей молочный шоколад и термос, чтобы она сделала глоток чая.
Яся мягко улыбнулась.
Есения: Здесь лучше любого ресторана. Такая красота вокруг, и ты рядом.
Они долго сидели у пруда, болтая обо всём на свете. Смотрели на плавающих уток, слушали пение птиц и просто наслаждались компанией друг друга.
Есения: Я знаешь что подумала?
Вдруг сказала Яся.
Евгений: Что?
Спросил Женя, отрываясь от разглядывания уток.
Есения: Что нам с тобой всегда хорошо вместе. Неважно, где мы находимся, в кафе, в парке или на краю света. Главное, что мы рядом.
Женя обнял её за плечи.
Евгений: Это правда. Ты для меня самый важный человек в мире. И я хочу, чтобы так было всегда.
Они помолчали немного, наслаждаясь тишиной и покоем. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в яркие краски.
Евгений: Знаешь.
Прервал молчание парень.
Евгений: Тут рядом есть колесо обозрения. Говорят, оттуда вид на весь город потрясающий. Хочешь прокатиться?
Яся с радостью согласилась. Они встали и направились к аттракциону. Поднявшись на самую вершину колеса обозрения, они увидели Барнаул во всей красе. Город раскинулся перед ними, словно на ладони, с его широкими проспектами, зелеными парками и извилистой рекой.
Евгений: Красиво, правда?
Прошептал Женя, обнимая свою любимую за плечи.
Есения: Очень.
Ответила она, прижимаясь к нему.
В этот момент она почувствовала себя самой счастливой девушкой на свете. Она была свободна, любима и готова к новым приключениям. А что ещё нужно для счастья?
В этот момент Женя, глядя на Ясю, чувствовал необъяснимое спокойствие. Все тревоги, все те царапающие душу мысли словно отступили, потеряв свою остроту. Сейчас было только он, Яся и этот миг, наполненный теплом и красотой. Он просто хотел наслаждаться этим моментом, не думая ни о чём другом.
Девушка, оторвавшись от завораживающего вида, повернулась к Жене с сияющими изумрудными глазами.
Есения: Слушай, а давай на неделе всем нашей компанией на пикник в лес рванём? Отметим наше освобождение от экзаменов как следует! Мэри, Лиза, Арсений, Саша… Ну, ты тоже, конечно!
Подмигнула она.
Есения: Мы ещё думали Мишу позвать — старшего брата Мэри.
Женя на мгновение задумался. В последнее время работа в квестах отнимала почти всё его время. Они с Арсением старались выкладываться по полной, чтобы накопить денег на что-то стоящее, но и отказать Ясе ему не хотелось.
Евгений: Идея отличная.
Ответил он, слегка нахмурившись.
Евгений: Но у нас с Арсом сейчас загрузка на квестах просто бешеная. Постараемся найти день. Один точно выкрою, обещаю. Иначе ты меня просто прикончишь, знаю.
С хитрой улыбкой добавил он.
Яся слегка нахмурилась, заметив его колебание. Она понимала, что Женя сейчас много работает, чтобы не зависеть от брата и обеспечить будущее. Но ей так хотелось провести время вместе, отдохнуть и повеселиться со всеми друзьями.
Есения: Ну ладно.
Вздохнула она.
Есения: Понимаю. Работа есть работа. Просто было бы здорово всем вместе собраться.
Женя обнял ее крепче, чувствуя ее разочарование. Он знал, что ей нужно это, и ему тоже хотелось вырваться из рутины и просто побыть с ней.
Евгений: Слушай, а давай сделаем так.
Предложил он, в его глазах загорелся озорной огонек.
Евгений: Я попробую переговорить с Арсением, может быть, мы сможем как-то перенести пару смен или найти замену. И тогда мы сможем поехать на пикник не на один день, а на два! С палатками, костром и песнями под гитару!
Глаза Яси засияли от восторга.
Есения: О, это было бы просто супер! Я всегда мечтала о таком пикнике!
Женя улыбнулся, глядя на ее радостное лицо. Он знал, что сделает все возможное, чтобы ее мечта сбылась.
Евгений: Тогда решено. Я сегодня же поговорю с ним. И если все получится, то мы сообщим девчонкам и начнем готовиться. Думаю что Саша сейчас тоже свободен будет, я напишу ему.
Они еще немного постояли на колесе обозрения, любуясь закатом и мечтая о предстоящем отдыхе. А потом, взявшись за руки, спустились вниз и отправились домой.
Всю дорогу Яся была в приподнятом настроении. Она представляла себе, как они будут сидеть у костра, петь песни под гитару и вновь рассказывать страшные истории. Которых и так между прочим хватало в жизни…
А Женя, глядя на нее, чувствовал, как его сердце наполняется теплом и нежностью. Он знал, что сделает все возможное, чтобы она была счастлива. Ведь она была его светом, его надеждой, его любовью. И он готов был на все ради нее.
Дома Женя сразу же позвонил Арсению и рассказал о предложении Яси. Арсений, выслушав его, сначала отнесся к этой идее скептически. Он тоже был загружен работой, и ему не хотелось терять деньги.
Но Женя был настойчив. Он убеждал Арсения в том, что им обоим нужен отдых, что это поможет им расслабиться и набраться сил для дальнейшей работы.
Арсений: Ну, хорошо.
Наконец согласился Арсений.
Арсений: Я подумаю, что можно сделать. Но ничего не обещаю. Может быть Серёжа с Ильёй смогут нас заменить на один день.
Женя поблагодарил его и положил трубку. Он знал, что Арсений не откажет ему. Ведь они были друзьями с детства и всегда поддерживали друг друга в трудные моменты.
Теперь оставалось только ждать. И надеяться на лучшее.
Антон пытался отговорить сестру ехать куда-то в лес, когда один за другим пропадают люди в их городе. Но Есения стояла на своём, подразнивая его, что он просто не хочет, чтобы она проводила время со своим парнем, а не волнуется о её безопасности. Его расстраивало это. Он же старался стать для неё другом. Но любовь ей затмевала глаза, как он считал. Антон бы никогда не сказал, что она была трусливой, но и лезть в огонь тоже бы не стала. Не была глупой. Но упрямая, как осёл.
Яся выяснила у Жени, что они с Арсением решили проблему со своей сменой и отработают за парней в их день. Саша же как-то не слишком горел желанием ехать туда. Он сказал, что делает это только для Мэри. У него тоже были дела семейные какие-то и пришлось выкручиваться перед ними. Миша согласился ехать сразу же, как ему предложили, потому что беспокоится, что ребята будут безответственно себя вести на природе и он обязательно должен проследить за техникой безопасности. Но для него будет сюрпризом познакомиться с Александром. Мэри ещё не говорила ему, что у неё появился молодой человек.
Яркое летнее солнце разлилось по вагону электрички, заливая светом спящие лица и пыльные сиденья. Лёгкий гул колёс, мерный стук на стыках рельс и запах нагретого металла создавали неповторимую атмосферу летней поездки за город. В этом пёстром калейдоскопе случайных попутчиков, расположилась их дружная компания, предвкушая долгожданный пикник.
Яся, прильнув к окну, с лёгкой улыбкой разглядывала проплывающие мимо пейзажи. За окном простирались бескрайние поля, усыпанные золотом спелой пшеницы, перемежающиеся изумрудными рощами берёз. Издалека виднелись деревенские домики с разноцветными крышами, словно игрушечные, а в небе, словно белые корабли, плыли пушистые облака.
Женя, сидя рядом, украдкой поглядывал на девушку, любуясь её счастливым лицом. Он достал из рюкзака гитару и, тихонько перебирая струны, начал наигрывать знакомую мелодию. Мэри, сидя напротив, увлечённо читала книгу, периодически отрываясь, чтобы поделиться с подругами интересными фактами. Лиза, с наушниками в ушах, подпевала в такт звучащей музыке, слегка пританцовывая на сиденье.
Саша, сидевший по другую сторону от Евгения, с деловым видом изучал карту местности, выбирая наиболее подходящее место для пикника. А Арсений тихо подпевал под гитару, приобнимая Лизу. Миша сидел молча и отстраненно, иногда беседуя то с Есенией, то с Мэри об этих краях. Ясе было скучновато слушать про растения или же ядовитые грибы, которые растут там. В какой-то момент она уткнулась лицом в плечо Жени и задремала.
В электричке царила своя особая атмосфера: кто-то читал газету, кто-то мирно дремал, кто-то увлечённо беседовал, а кто-то просто смотрел в окно, любуясь красотой русской природы. Их компания, словно яркое пятно, выделялась на фоне общей картины, излучая радость и позитив.
Когда объявили их остановку, все с радостным оживлением начали собирать вещи. Вывалившись из вагона на небольшую платформу, они оказались словно в другом мире. Перед ними простирался густой, зелёный лес, манящий своей прохладой и тишиной.
Солнце, пробиваясь сквозь густую листву, рассыпало по земле золотистые зайчики, создавая причудливые узоры на тропинке. Ступая по мягкому ковру из мха и опавших листьев, компания углублялась в лесную чащу, вдыхая свежий, пьянящий аромат сосны и прелой листвы. Пение птиц, шелест ветра и тихий плеск ручья создавали мелодию, умиротворяющую душу.
Арсений, уверенно шедший впереди, вывел их на небольшую поляну, окруженную высокими соснами. Место было идеальным для пикника – ровная площадка для палаток, удобный спуск к ручью и достаточно места для костра.
Арсений: Вот оно, наше пристанище на ближайшие два дня!
Объявил Арсений, бросая рюкзак на землю.
С энтузиазмом принялись за дело. Женя, Арсений и Миша, как самые опытные, быстро разбили четыре палатки, ловко орудуя колышками и веревками. Мэри и Лиза, расстелили пледы и достали из корзин еду и напитки. Яся, собирала вместе с Сашей хворост для костра, с удовольствием вдыхая запах хвои и земли.
Вскоре на поляне воцарилась атмосфера уюта и гармонии. Палатки, словно маленькие домики, уютно расположились между деревьями. На пледах красовались тарелки с бутербродами, фруктами и пирожками. А в центре поляны, словно сердце этого лесного оазиса, затрещал костер, разгоняя вечернюю прохладу.
Но даже в этой идиллической обстановке Яся не могла не заметить беспокойства на лице Евгения. Он улыбался, шутил и помогал всем, но в его глазах читалась какая-то тревога, словно он мыслями был далеко отсюда.
Когда они остались наедине, собирая дрова для костра, Яся не выдержала.
Есения: Жень…
Сказала она, глядя ему прямо в глаза.
Есения: Что-то случилось? Ты какой-то… не такой. Что-то тебя беспокоит?
Он на мгновение замялся, словно не зная, что ответить. Потом вздохнул и опустил голову.
Евгений: С Виктором сегодня ругался. Он хотел меня взять с собой по делам, но я отказался. Потому что обещал тебе. И себе…
Яся взяла его за руку и крепко сжала её.
Есения: Расскажи мне.
Попросила она.
Есения: Вместе мы все преодолеем.
Парень положил свою ладонь поверх её, как-то печально улыбнулся, глядя ей в глаза. Но когда начал говорить, то смотрел куда-то в сторону.
Евгений: Тебе не стоит переживать за меня.
Есения: Как это не стоит?
Прервала его Есения, хмуря брови. Её голос чуть дрожал.
Есения: Ты мне очень дорог, я вижу, как ты терзаешься чем-то, у тебя секреты от меня… как мне спокойно на это реагировать? Просто не замечать, да? Может ты боишься мне довериться? Знай, что я приму тебя любым. Пожалуйста, доверься мне.
Её слова пронзили его сердце настолько, что серые глаза цвета густого тумана вдруг заблестели. Он замер не в силах произнести даже одно слово. Резко прижал к себе. Девушка вздрогнула от неожиданности такого проявления эмоций. Проводя руками по спине, обняла в ответ.
Есения: Не сдерживай себя. Если хочешь, то можешь показать всё, что на душе. Я рядом.
Они были одни. Тихие всхлипы никто не услышит кроме неё. И вдруг он прошептал дрожащим голосом.
Евгений: Помни, что я никогда не наврежу тебе.
Есения: О чем ты?
Евгений: Я хотел бы, чтобы ты не знала одну мою тайну.
Есения: Почему? Я же сказала, что…
Евгений: Потому что это напугает тебя и может навредить. Это касается только меня и Виктора. Надеюсь, что в скором времени я накоплю достаточно средств для съема отдельного жилья. Тогда мы с ним будем меньше пересекаться. А вообще я хотел бы уехать отсюда. И жить с тобой. Неважно где, главное, чтобы подальше отсюда и с тобой.
Есения: Ты такими словами заставляешь меня ещё больше волноваться. Если бы ты рассказал, то может я смогла бы помочь тебе и мы бы решили эту проблему быстрее. Но я не понимаю её масштабов. Тебя трясёт, Жень? Ты же весь дрожишь сейчас.
Евгений: Прошу, давай вернёмся к остальным. А то искать сейчас начнут.
С наступлением сумерек лес преобразился. Тени стали длиннее, звуки — приглушеннее, а воздух наполнился мистической атмосферой. Костер, разгоревшись жарче, стал центром их маленькой вселенной, освещая лица танцующими отблесками пламени.
Мэри, вооружившись длинной палочкой, сосредоточенно жарила над огнем зефир, маршмеллоу, который, размягчаясь от жара, превращался в тягучую, сладкую массу, с аппетитной корочкой. Запах карамели смешивался с ароматом костра, создавая неповторимый букет.
Лиза, в компании Миши и Саши играла в «Крокодила». Её выразительная мимика и жесты вызывали взрывы смеха у ребят, которые пытались угадать, какое слово она изображает. Атмосфера была лёгкой и непринуждённой, наполненной весельем и беззаботностью.
Арсений устроился на поваленном бревне поодаль от костра. Закинув голову назад, он, молча, любовался звездным небом. Мириады огней, рассыпанные по черному бархату, завораживали своей красотой и дарили ощущение бесконечности.
Когда Женя с Есенией вернулись, успокоенные и немного уставшие, их встретили радостными криками и шутками. Оставив тревоги позади, они присоединились к компании, усевшись вокруг костра.
Мэри тут же протянула им жареный маршмеллоу, а Лиза, с воодушевлением, принялась втягивать Ясю играть вместе с ними в «Крокодила». Арсений, лишь слегка улыбнувшись, подвинулся, освобождая место рядом с собой.
Над костром повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров и приглушенными голосами. Все вместе они начали ужинать, наслаждаясь простыми, но такими вкусными блюдами, приготовленными на костре. Запеченная картошка, сало на хлебе, сосиски, поджаренные на огне – все это казалось невероятно аппетитным на свежем воздухе.
Насытившись едой, компания устроилась поудобнее, облокотившись на рюкзаки и бревна. В тишине леса, под звёздным куполом, костёр стал не только источником тепла, но и центром притяжения, вокруг которого начали сплетаться нити воспоминаний.
Лиза: А давайте вспомним что-нибудь интересное из детства?
Предложила Лиза, озорно подмигивая.
Предложение было встречено с энтузиазмом, и вскоре костёр озарился не только отблесками пламени, но и улыбками, вызванными на поверхность далёкими, но такими яркими воспоминаниями.
Мэри, немного подумав, начала рассказывать, её голос звучал тепло и ностальгически.
Мэри: Ох, знаете, что я обожала в детстве? Это когда мы с Мишей ездили к бабушке с дедушкой на юг. Каждый раз, как только мы приезжали, нас ждали их тёплые улыбки, крепкие объятия и, конечно же, невероятно вкусная еда. Бабушка всегда готовила свои фирменные пирожки с картошкой и грибами, посыпанные кунжутом. О, это был настоящий деликатес! А потом мы шли купаться в море.
Миша, сидевший рядом с Лизой, улыбнулся, слушая сестру. Он кивнул в подтверждение её слов, а затем подхватил рассказ.
Михаил: Да, пирожки бабушки — это святое. Но больше всего мне запомнился один случай. В тот год на море был шторм, довольно сильный. Мы с Мэри, как обычно, пошли купаться, но волны были огромные. И в какой-то момент я потерял Мэри из виду. Я очень испугался, думал, что она утонет.
Его голос звучал серьёзно, выдавая переживания, испытанные много лет назад.
Мэри, немного смутившись, подтвердила его слова.
Мэри: Да, было такое. Я помню, как меня накрыло волной, и я потеряла ориентацию. Мне стало очень страшно. Но Миша меня спас, вытащил из воды. С тех пор я, честно говоря, побаиваюсь купаться в море, когда волны большие.
Закончив свой рассказ, Мэри посмотрела на брата с благодарностью. В ответ Миша обнял её за плечи, словно говоря, что всегда будет рядом и защитит её от любой опасности.
После трогательной истории Мэри и Миши, в круг воспоминаний вступил Саша. Немного застенчиво откашлявшись, он начал свой рассказ, его голос звучал мягко и мелодично.
Александр: А меня в детстве отдали в музыкальную школу.
Начал он, слегка улыбаясь.
Александр: Мама очень хотела, чтобы я стал музыкантом. И, знаете, у меня даже неплохо получалось. Я и пел, и на фортепиано играл. В общем, меня быстро заметили, и мы, с нашей детской группой, начали ездить по разным городам России с выступлениями.
Его глаза загорелись, когда он продолжил:
И вот, однажды, мы попали в один очень красивый город, не помню уже какой, но нас повезли выступать в какое-то невероятное здание. Это был настоящий дворец! Высокие потолки, хрустальные люстры, позолота, бархатные кресла… Я никогда раньше ничего подобного не видел. И хоть я всегда немного стеснялся выступать перед публикой, эта вся суета за кулисами, аплодисменты, крики «браво!» — это согревало душу. Чувствовал себя настоящим артистом.
В его голосе появилась грусть, когда он добавил:
Александр: Но потом мне это надоело. На самом деле, я мечтал о другом. Я очень хотел пойти на фигурное катание. Мне так нравилось смотреть, как фигуристы кружатся на льду, как легко и грациозно они выполняют сложные элементы. Но родители были против. Говорили, что это несерьезно, что это травмоопасно, что музыка — это перспективнее. Я долго уговаривал их, но они были непреклонны.
Парень вздохнул.
Александр: И сейчас, иногда, я думаю, а что, если бы я тогда настоял на своем? Но знаете, я решил наверстать упущенное. В этом году осенью хочу записаться на курсы фигурного катания.
Разговор внезапно сменил направление, когда Яся, заинтересовавшись, спросила
Есения: А какие книги ты любишь читать, Саша? Есть какие-нибудь любимые авторы или произведения?
И тут его, словно прорвало. Он оживлённо начал рассуждать о русской классике, о Достоевском, Толстом, Чехове, о том, как их произведения помогают понять человеческую природу, о вечных вопросах, которые они поднимают.
Есения, которая тоже была большой поклонницей литературы, с энтузиазмом поддержала разговор. Они долго обсуждали любимые книги, спорили о героях, анализировали сюжеты. Их беседа увлекла всех присутствующих, и вскоре вся компания была вовлечена в жаркую дискуссию о классической литературе.
В этот момент даже Женя, до этого казавшийся немного отстраненным, оживился. Он слушал Ясю и Сашу с интересом, и в его глазах загорелся огонек азарта. Он всегда восхищался ее эрудицией и увлеченностью литературой. И сейчас, глядя на нее, он понимал, насколько она особенная и талантливая.
Очередь дошла до Арсения. Вместо историй из детства, он решил поделиться комичными случаями из своей работы в квестах, вызвав бурный интерес у всей компании.
Арсений: Ладно, раз уж сегодня вечер откровений.
Начал Арс, слегка улыбаясь.
Арсений: Вспомню-ка я наши "трудовые будни". Расскажу вам про один случай, произошедший в квесте "Тень Самурая", где мы с Женей работаем. Знаете, тема японской мифологии, демоны, самураи… Девочки и Саша там уже были недавно.
Он сделал паузу, чтобы подлить интриги.
Арсений: Так вот, однажды к нам пришла команда, состоящая из, скажем так, "очень креативных" личностей. Им нужно было найти свиток с секретами древнего самурая, но путь преграждали демоны, ловушки и головоломки, требующие знаний о японской культуре. И вот они дошли до комнаты с "демоном", роль которого исполнял я. По сценарию, нужно было решить загадку, чтобы "изгнать" демона. И что вы думаете, они сделали?
Парень лукаво посмотрел на всех, предвкушая их реакцию.
Арсений: Они начали кричать на меня матом! Самым отборным русским матом! Видимо, думали, что так испугаются демона и он сдастся без боя. Женя, глядя на это по камерам, чуть со смеху не умер вместе с оператором. А мне, бедняге, пришлось сдерживаться, чтобы не засмеяться в ответ. Пришлось потом нашему самураю Евгению вмешаться и намекнуть, что в японской мифологии мат не работает. Нужно было использовать саке и благовония… или хотя бы попытаться решить загадку.
Вся компания разразилась хохотом. Лиза, вытирая слезы от смеха, спросила.
Лиза: А что, помогло?
Арсений усмехнулся.
Арсений: После его деликатных подсказок, да. Но сам факт… Представляете себе, духи самураев и демоны, а их матерят в три этажа! Аутентичность зашкаливала, конечно.
Затем, сменив тон, Арсений добавил.
Арсений: Но это еще цветочки. Самое интересное случилось в другом квесте. Там, где я работал с моим другим другом, Димой. Он на тему страшных клоунов… Брр, до сих пор мурашки по коже.
Он поморщился, словно вспоминая что-то неприятное.
Арсений: Так вот, в этом квесте однажды чуть не произошло непоправимое. Пришла группа подростков, и один из них, видимо, клоунов до жути боялся. Как только он увидел первого клоуна, он впал в такую панику, что начал крушить всё вокруг! Кричал, плакал, ломал декорации… Мы с Димой пытались его успокоить, но он не слышал ничего. Еле удержали его от того, чтобы совсем не разнести весь квест. Пришлось вызывать родителей и скорую. В общем, кошмар был полный. После этого случая, мы всегда предупреждаем посетителей о том, что в квесте есть элементы, вызывающие сильные эмоции, и просим оценивать свои силы и возможности.
Закончив рассказ, Арсений замолчал, словно снова переживая те неприятные моменты. Вся компания тоже притихла, впечатленная услышанным. Легкость и веселье, царившие до этого у костра, немного померкли, уступая место задумчивости и сочувствию.
И тогда Яся, решив разбавить атмосферу, заговорила, но ее голос звучал тихо и немного грустно.
Есения: Знаете, у меня тоже есть история, она далеко не смешная, конечно, а очень страшная для меня.
Начала она, глядя на огонь.
Есения: Она про моего лабрадора, Джона.
Мэри и Лиза, сидевшие рядом, сразу встрепенулись, понимая, о чем идет речь. Они, как никто другой, знали, как Яся любила своего пса, и помнили тот ужасный случай, который произошел несколько лет назад. Мэри с Лизой его просто обожали, да и Миша часто помогал мне его выгуливать, особенно когда я болела.
Есения: Так вот, несколько лет назад он пропал. Антон тогда еще совсем маленький был, пошел с ним гулять и не уследил. Джон просто сорвался с поводка и убежал.
Девушка замолчала, словно снова переживая те страшные минуты.
Есения: Мы искали его три дня.
Продолжила она, ее голос дрожал.
Есения: Объездили все окрестности, расклеивали объявления, спрашивали у всех прохожих. Я не спала, не ела, только думала о Джоне. Мне казалось, что я сойду с ума от беспокойства.
Она замолчала на мгновение, собираясь с силами.
Есения: И вот, на третий день, нам позвонили из ветеринарной клиники. Сказали, что нашли собаку, похожую на Джона, в очень плохом состоянии. Мы сразу же поехали туда. И это был он. Весь грязный, израненный, испуганный. Я помню, как тогда билось мое сердце. Мне казалось, что оно сейчас выскочит из груди.
Яся вытерла слезу, скатившуюся по щеке.
Есения: К счастью, ветеринары смогли его восстановить. Но тогда я будто все нервы потеряла. Я помню, что даже не хотела разговаривать с Антоном. Злилась на него, что он не уследил за Джоном. Сейчас то я понимаю, что он был всего лишь ребенком. Он ведь тоже очень переживал.
Закончив свой рассказ, Яся почувствовала облегчение. Ей было важно поделиться этой историей с друзьями, выпустить наружу свои переживания и эмоции. И она знала, что они поймут и поддержат её. Мэри и Лиза, обняли Ясю, выражая ей свою поддержку. Женя, просто взял ее за руку и крепко сжал ее ладонь.
Чтобы развеять нависшую над ними тень печали, Лиза, с присущей ей энергией и авантюризмом, решила сменить тему разговора, добавив в атмосферу немного азарта и мистики.
Лиза: А давайте я вам лучше расскажу про одну историю, которая произошла со мной и Ясей здесь неподалёку.
Начала она, озорно подмигивая.
Лиза: Про заброшку, что в паре километров отсюда. Кто знает, может, и сейчас там привидения бродят…
Яся, закатив глаза, вздохнула.
Есения: Ох, Лиза, опять ты за своё. Ну что за любовь к этим заброшкам?
Лиза: Ну а что, там же так интересно!
Воскликнула Лиза, с горящими глазами.
В них есть своя особая атмосфера, своя история. Они словно порталы в прошлое. Мы с моей старшей сестрой Настей вот очень любили так время проводить раньше. Но не будем отвлекаться.
Обратившись к остальным, она продолжила.
Лиза: В общем, это было около года назад. Мы с Ясей, как всегда, решили поискать приключений на свою пятую точку. И вот, ночью, мы отправились исследовать эту заброшенную усадьбу. Представляете, ночь, лес, тишина, и только мы двое, вооруженные фонариками и любопытством!
Лиза сделала драматическую паузу.
Лиза: Внутри было жутко. Полная темнота, тишина, и только скрип половиц под ногами и вой ветра в разбитых окнах. Мы бродили по комнатам, освещая их тусклым светом фонариков, и представляли себе, как здесь когда-то жили люди, как здесь кипела жизнь.
Лиза: И тут…
Понизив голос до шёпота, Лиза добавила.
Лиза: В одном из коридоров мы увидели силуэт. Тень, скользнувшую по стене. Он был высокий, худой, с длинными руками. И он двигался, как-то странно… не по-человечески…
Есения, слушавшая Лизу, скрестила руки на груди и скептически хмыкнула.
Есения: Ну да, конечно, силуэт. Просто тебе показалось. Там же темно было, и ветер мог что-то колыхать.
Лиза: Нет, я точно видела!
Возразила Лиза, с жаром.
Лиза: Это был не ветер. Силуэт двигался сам по себе. Он словно парил в воздухе. А потом он исчез, словно растворился в темноте.
Закончив свой рассказ, Лиза посмотрела на всех с загадочной улыбкой.
Лиза: Вот такая вот история. Верить или нет — дело ваше. Но я уверена, что в этой заброшке что-то есть… что-то необъяснимое…
После её рассказа все замолчали. Тишину нарушал лишь треск костра и ночные звуки леса. Каждый представлял себе жуткую картину, нарисованную Лизой.
Женя, все это время внимательно слушавший Лизу, был в шоке. Он никогда не видел Ясю с такой стороны. Знал ее как милую, добрую и немного робкую девушку. И вдруг оказалось, что она способна на такие безрассудные поступки, как ночные походы в заброшенные усадьбы!
Он бросил взгляд на неё, которая, заметив его удивление, пожала плечами и смущенно улыбнулась. Он вдруг понял, что она гораздо сложнее и интереснее, чем ему казалось раньше. И это делало ее еще более привлекательной в его глазах. В тот момент он почувствовал желание узнать ее лучше, раскрыть все тайны ее души, понять, что скрывается за маской нежности и скромности. Хотя в первый день их знакомства она показалась ему комочком агрессии с милыми веснушками по всему лицу.
Лиза: Может хотите все вместе сходить и проверить ещё раз?
Есения: Нет уж, спасибо.
Михаил: Мэри ни за что туда не пойдёт. Я запрещаю. Лиза, ты хоть и моя подруга тоже, но иногда оказываешь слишком плохое влияние, что на Мэри, что на Есению.
Елизавета демонстративно хмыкнула, закатывая глаза на его обвинения.
Лиза: Хватит уже с них пылинки сдувать.
Михаил: Действительно, лучше сделать их калеками..
Миша всегда был таким.. Слишком заботливым и опекающим. Если Мэри это чутка раздражало, так как она всё-таки и больше времени с ним проводила под одной крышей, то Есению такое поведение умиляло. Парень был ей как старший брат. Она вспомнила одну забавную историю, связанную с ними троими и решила поделиться ею.
Чтобы смягчить атмосферу, Яся решила вспомнить что-нибудь более легкое и забавное, связанное с ее детством и дружбой с Мэри и Мишей.
Есения: Ну ладно, хватит о привидениях и страшилка. Вспомнила одну смешную историю про нас с Мэри и Мишей. Мы тогда еще совсем маленькие были.
Мэри, заинтересованно посмотрела на Ясю.
Мэри: А что за история?
Есения: Мы с Мэри тогда учились, наверное, в классе третьем.
Начала Яся.
Есения: А Миша уже в средней школе был. И вот как-то раз мы решили после занятий пойти погулять в парк. Была весна, тепло, солнечно – просто идеальный день для прогулки.
Она сделала паузу, словно мысленно возвращаясь в те далекие времена.
Есения: Идем мы, значит, по парку, болтаем, смеемся, и вдруг натыкаемся на каких-то хулиганов. Они там приставали к другим ребятам, отбирали у них деньги и конфеты. И тут они увидели нас…
Мэри, нахмурившись, проговорила.
Мэри: Ах, да, помню этих хулиганов. Они еще такие страшные были.
Есения: Да, ребята были не из приятных. Они начали к нам приставать, обзывать, требовать деньги. Мы с Мэри испугались не на шутку, не знали, что делать.
Лиза: И тут, как рыцарь в сияющих доспехах, появился Миша.
С улыбкой добавила Лиза.
Яся кивнула.
Есения: Да, Миша, как раз в этот момент, проходил мимо. Увидел, что нас обижают, и сразу же вступился за нас. Хотя он вообще не из тех, кто любит драться. Он всегда был таким тихим и спокойным парнем.
Мэри: Но в тот раз он был просто неудержим.
Продолжила Мэри.
Он так отважно защищал нас, что эти мальчики просто испугались и убежали. Миша тогда казался нам настоящим героем.
Есения с нежностью посмотрела на Мэри.
Есения: Да, Миша тогда нас спас. Хотя сам потом говорил, что ему было очень страшно. Но он не мог позволить, чтобы нас обидели. Он всегда был очень заботливым и добрым братом и другом.
Закончив свой рассказ, Яся улыбнулась, вспоминая то далекое время. Ей было приятно думать о том, что у нее были такие замечательные друзья, которые всегда были готовы прийти на помощь.
После светлой и трогательной истории Яси, внимание компании переключилось на Женю, который до этого момента, казалось, был немного отстраненным. Арсений, решив его немного расшевелить, подтолкнул друга к откровенности.
Арсений: Жень, а ты чего молчишь? Расскажи нам что-нибудь о себе. Ну, хоть что-нибудь из детства вспомни.
Он, казалось, не ожидал такого вопроса. Он на мгновение замялся, словно пытаясь найти в памяти что-то, достойное внимания.
Евгений: Да у меня вроде ничего интересного и не было.
Ответил он, пожимая плечами.
Евгений: Детство, как детство. Школа, чтение книг, я был домоседом.
Арсений: Ну, не скромничай.
Подбодрил его Арсений.
Арсений: У тебя же Виктор есть. Вот про него и расскажи. Он же у тебя артист, чуть ли не с пелёнок на сцене.
Женя улыбнулся, вспоминая своего брата из прошлого.
Евгений: Ну да, Виктор у меня всегда был тем еще выдумщиком. Он с детства мечтал стать актером. И, надо сказать, у него это всегда отлично получалось. Я помню, как ходил на все его театральные выступления, начиная, наверное, с детского сада.
Продолжил парень, погружаясь в воспоминания.
Евгений: Он тогда еще в театральной школе учился, и его постоянно задействовали в каких-то постановках. Я сидел в зале и с гордостью смотрел на него, как он там старается, играет, перевоплощается в разных персонажей.
В голосе Жени звучало восхищение.
Евгений: Он всегда был таким ярким, артистичным, талантливым. Театр был его жизнью, а в роли входил так, что потом казалось, что и в повседневности играет какого-то. А после спектаклей он брал меня за кулисы, знакомил со своими друзьями, такими же сумасшедшими и яркими, как и он сам. Они там постоянно что-то выдумывали, смеялись, разыгрывали друг друга. Я тогда смотрел на них и думал, какие же они крутые.
Женя замолчал на мгновение, и в его глазах появилась грусть.
Евгений: Я всегда гордился Виктором.
Тихо сказал он.
Евгений: Я мечтал стать таким же, как он. Я даже думал, что когда вырасту, он станет знаменитым актером, а я буду режиссером, и мы вместе будем покорять мир. Чтобы все восхищались братом, а он мной, вот так. Эх, мечты, мечты..
Парень тяжело вздохнул.
Евгений: Жизнь, конечно, внесла свои коррективы. Виктор так и не стал знаменитым актером. Он работает в местном театре, играет те роли, которые ему не интересны. Хоть на его игру и приезжают посмотреть из разных городов, но это не то чего он хотел. А я… А я вообще далек от искусства. Занимаюсь квестами, чтобы хоть как-то заработать на жизнь. И ещё учёба угнетает. Учителя считают меня супер умным, постоянно таскают на олимпиады, а я не хочу этого. Я бы уехал куда-нибудь в Америку учиться на режиссёра, там у меня ещё есть шанс. Если получится, то я потом заберу и Виктора туда. Он против, не хочет уезжать из России, но я покажу ему, что это не страшно менять обстановку. И тогда он забудет про…
Он чуть не проговорился о том, чего боялся сболтнуть больше всего.
Закончив свой рассказ, Женя посмотрел на Ясю, словно ища в ее глазах понимание и поддержку.
Она взяла его за руку и нежно сжала ее.
Есения: Знаешь, мечты – это хорошо, но главное – это то, что ты есть сейчас. Ты добрый, честный, заботливый человек. И это гораздо важнее, чем слава и успех. Я бы наверное в ближайшем будущем не хотела бы переезжать заграницу. Да и вообще другая страна это всегда волнующе. Хотелось бы именно путешествовать по разным местам, а не искать там жизни. Но возможно ради тебя я бы и переехала туда.
Женя благодарно улыбнулся ей, но в его глазах все еще читалась грусть.
Евгений: Дело не в славе. Дело в том, что Виктор… Он очень изменился. И не в лучшую сторону.
Его голос звучал с горечью и разочарованием.
Евгений: После школы Виктор пытался поступить в театральный в столицу, но у него не получилось. Мама с папой никогда не поддерживали его творчество, считали, что это все глупости и надо заниматься чем-то серьезным. Они хотели, чтобы он стал юристом или экономистом, как они сами.
Женя вздохнул.
Евгений: Виктор очень тяжело переживал это. Он всегда был достаточно ранимым и чувствительным человеком, хотя наверное так сразу по нему и не скажешь. Он замкнулся в себе, перестал общаться с друзьями. А потом и вовсе съехал от родителей, чтобы доказать им свою самостоятельность.
Он замолчал на мгновение, словно собираясь с духом.
Евгений: Он стал совсем другим. Жестким, циничным, каким-то озлобленным. Он перестал мечтать, перестал верить в лучшее. Теперь он стал играть на публику забывая, кто есть на самом деле.
В голосе Жени звучала боль.
Евгений: Мы раньше были очень близки с ним. Вместе играли, вместе мечтали, вместе поддерживали друг друга. А теперь мы стали словно чужими друг другу. И каждый раз мне становится больно смотреть на то, во что он превратился.»
Женя опустил глаза, словно стыдясь своих слов.
Яся, видя его страдания, крепче сжала его руку.
Есения: Не вини себя.
Прошептала она.
Есения: Ты не виноват в том, что случилось с Виктором. Каждый сам выбирает свой путь.
Евгений: Но я так хочу ему помочь.
Сказал Женя, поднимая на нее взгляд.
Евгений: Я хочу, чтобы он снова стал тем веселым и жизнерадостным парнем, каким я его помню.
Девушка обняла его, прижимая к себе.
Есения: Я уверена, что у тебя получится. Ты добрый и искренний человек. Ты сможешь достучаться до его сердца. Главное – не сдавайся.
Поддержка Яси придала Жене сил. Он немного успокоился и, отстранившись от нее, улыбнулся.
Евгений: Спасибо. Ты всегда знаешь, что сказать, чтобы мне стало легче.
Он посмотрел на костер, пламя которого, казалось, танцевало в такт их сердцам.
Евгений: Знаете, наверное, я зря начал рассказывать эту грустную историю. Сегодня же такой прекрасный день. Мы на природе, наслаждаемся жизнью. Не стоит омрачать этот момент своими печалями.
Он обнял девушку за плечи и посмотрел на остальных.
Евгений: Ну что, ребята!
Воскликнул он, стараясь придать своему голосу бодрость.
Евгений: Хватит грустить! Давайте лучше споем что-нибудь!
И, взяв гитару, Женя заиграл веселую мелодию. Вся компания, подхватив его, начала петь. И в этот момент все почувствовали, что несмотря на все трудности и невзгоды, жизнь прекрасна и стоит того, чтобы жить. Ведь рядом есть друзья, есть любимые, и есть надежда на лучшее будущее.
Есения восприняла быструю смену настроения у него как защитную реакцию. Он наверняка просто не хотел углубляться в свои проблемы. Снова.. И она задумалась о том, что не подозревала, что Виктор мог быть когда-то таким, как его описал Женя. Учитель всегда казался ей собранным, харизматичным, будто каким-то лёгким в общении. Неужели внутри его постоянно бушует буря эмоций. Или он совсем забыл себя настоящего? Актёр это не значит кукла без души.. Наоборот, он должен чувствовать, должен жить. И различать сцену и реальность.
После долгих разговоров, жутковатых историй и песен под гитару, у костра начала проявляться усталость. Над поляной сгустились сумерки, и прохладный ночной воздух настойчиво намекал на необходимость укрыться в палатках.
Лиза, с озорной улыбкой, заявила.
Лиза: Ну что, мальчики и девочки, пора по палаткам расходиться! Я, пожалуй, займу тёпленькое местечко с Арсением.
Она бросила на него многозначительный взгляд, а он в свою очередь в ответ ухмыльнулся. Взявшись за руки, они, не скрывая своих намерений, первыми направились к палатке.
Женя, взглянув на Ясю, нежно предложил.
Евгений: Тогда и нам, наверное, пора. Пойдём вместе согреваться?
На её щеках вдруг появился лёгкий румянец, она тихо кивнула в знак согласия.
В этот момент Миша, до этого молча наблюдавший за происходящим, вдруг оживился.
Михаил: Постойте-ка! А что это значит – спать вместе? спросил он, строго глядя на Мэри и Сашу.
Михаил: Вы вообще сколько встречаетесь?
Мэри, смущенно покраснев, опустила глаза. Саша же, невозмутимо ответил.
Александр: Ну не то чтобы долго, скоро будет пара месяцев. Что-то не так?
Миша, некоторое время молча сверлил Сашу взглядом, словно пытаясь понять, можно ли ему доверять свою сестру. К удивлению всех, он отреагировал довольно спокойно, лишь предупредив.
Михаил: Смотри у меня! Обидишь Мэри – пеняй на себя.
Разделившись по парам, все направились к своим палаткам. Над поляной воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием догорающего костра и ночными звуками леса.
В палатке было уютно и тепло. Женя зажег небольшой фонарик, создавая мягкий, рассеянный свет. Яся, съежившись от холода, закуталась в спальник.
Евгений: Замёрзла?
Спросил Женя, нежно обнимая ее.
Есения: Немног.
Прошептала она, прижимаясь к нему.
Парень погасил фонарик, и в палатке воцарилась полная темнота. Сквозь тонкую ткань доносились звуки ночного леса: уханье совы, шелест листьев, треск сучьев.
Евгений: Не бойся.
Прошептал Женя на ухо Ясе.
Евгений: Я рядом. Я тебя не дам в обиду.
Обнявшись, они долго лежали молча, наслаждаясь тишиной и покоем. Вскоре девушка уснула, чувствуя себя в безопасности рядом со своим молодым человеком.
Но в середине ночи она проснулась от какого-то странного звука. Что-то зашуршало снаружи палатки, словно кто-то ходил вокруг. Сердце Есении бешено заколотилось, в голове начали возникать страшные картины: дикие звери, лесные духи, те самые привидения, о которых рассказывала Лиза.
Воображение рисовало жуткие картины, одна страшнее другой. Казалось, что из темноты вот-вот выскочит какое-то чудовище и разорвет палатку на части.
От шуршания и беспокойного дыхания Яси проснулся и Евгений.
Евгений: Что случилось?
Сонно пробормотал он.
Есения: Мне страшно.
Прошептала Яся, дрожа всем телом.
Есения: Там что-то ходит вокруг палатки.
Женя, окончательно проснувшись, прислушался. Он тоже услышал шуршание.
Евгений: Это, наверное, просто зверь какой-нибудь.
Попытался успокоить ее он.
Евгений: Не волнуйся, я сейчас посмотрю.
Но девушка испуганно схватила его за руку.
Есения: Нет, не надо! Вдруг там опасно?
Женя усмехнулся и всё же вышел проверить на всякий случай. Никого не было. Он лёг обратно и обнял ее сзади, прижимая к себе.
Евгений: Все хорошо.
Прошептал он на ухо Ясе, нежно целуя ее в шею.
Евгений: Пока я рядом с тобой, никто тебя не тронет. Просто спи. Все будет хорошо.
Его тепло, его голос, его прикосновения успокоили Ясю. Она почувствовала себя в безопасности рядом с ним. И вскоре снова уснула, крепко прижавшись к его спине. Женя же, всю ночь не сомкнул глаз, охраняя ее сон от ночных кошмаров и лесных чудовищ.
В этот вечер, когда город засыпал, укрывшись мягким одеялом тишины, тьма сгущалась над забытым богом зданием на его самой дальней, заброшенной окраине. Старый особняк, потерявшийся во времени и памяти, давно зиял пустыми глазницами окон, словно безмолвный свидетель чьих-то трагедий. Облупившаяся штукатурка, как паутина, покрывала стены, изрезанные трещинами, словно морщинами на лице старика, помнящего слишком много. Сорванные ветром ставни скрипели на петлях, издавая жалобные стоны, а ржавая вывеска над входом, с почти стертым названием «Приют Милосердия», лишь усиливала зловещую атмосферу этого места. Подобные заброшенные обители всегда служат маяком, притягивающим тьму, словно мотыльков к пламени свечи.
В этот час, когда разумные существа предпочитали тепло домашнего очага, к особняку, крадучись, словно тень, подошла девушка. Ее силуэт, облаченный в черную длинную футболку, был едва различим в сгущающейся темноте. Стиль, сочетавший гранж и готику, подчеркивал ее бунтарский дух. Истерзанные джинсы, массивные ботинки на толстой подошве, обилие металлических украшений, придавали ее образу дерзкий и вызывающий вид. Главной деталью ее внешности были черные, стриженные по плечи волосы, с выбивающимися из общей массы фиолетовыми прядями, которые, словно искорки безумия, вспыхивали в лунном свете.
Девушка бесшумно проскользнула внутрь особняка, словно призрак, скользящий по заброшенным коридорам. Каждый ее шаг отдавался эхом в пустых комнатах, напоминая о былой жизни, давно покинувшей эти стены.
Она шла уверенно, словно знала здесь каждый уголок. Вскоре, она оказалась в большой комнате, где в полумраке можно было различить очертания алтаря, сколоченного из старых досок. Комнату пронзал смрад застарелой крови, перемешанный с запахом тлеющих благовоний. В углу, словно тень, затаился мужчина. Видна была лишь его ухмылка, хищная и зловещая, словно оскал дикого зверя.
Девушка остановилась перед ним. «Я пришла», — произнесла она, ее голос звучал тихо, но уверенно. «У меня на примете есть еще одна жертва».
Ее взгляд скользнул по остаткам свежей крови на полу, словно напоминание о предыдущем ритуале. Она видела его зловещую ухмылку, отражающуюся в полумраке. Она знала, что это значит.
«Отлично», — прохрипел мужчина, его голос был полон зловещей силы. «Наш господин будет доволен. Кто она? Опиши её».
Девушка опустила глаза, затем снова посмотрела на мужчину. Ее зовут Есения. Она доверчивая и добрая. Занимается писательством. У нее есть друзья, и она дорога одному парню… Ей есть, что терять. И это сделает ритуал ещё более… сильным.
Она замолчала, словно обдумывая свои слова. Мужчина как-то замолк, отворачиваясь к окну.
«Я уверенна, что ты не подведёшь меня и в этот раз. И сделаешь всё как надо. Помнишь что происходит с теми, кто не выполняет требования нашей госпожи» — прошипела она в полумраке.
Её взгляд был полон уверенности и преданности. Она была готова на все ради своей госпожи. За её спиной, особняк продолжал хранить свои мрачные тайны, словно готовый принять новую жертву в свои зловещие объятия.
Закончив свой доклад, она сделала шаг вперед, сокращая расстояние между собой и мужчиной. В ее движениях появилась кокетливость, нарочитая и немного зловещая. Она игриво провела кончиком пальца по его белой рубашке, на которой алели капли крови, словно багряные цветы на снегу.
«Ты какой-то напряженный сегодня», — промурлыкала она, склонив голову набок. «Что, опять вспоминаешь ту девчонку, что не удалось удержать в прошлый раз? Не грусти, я уверена, Яся будет гораздо сговорчивее. Она же такая милая. Просто ангел!»
Ее голос звучал сладко и ядовито, словно капля меда, смешанная с цианидом. Она знала, как задеть его, как вызвать нужную реакцию.
«Расслабься», — продолжила она, обводя пальцем контур его губ. «Наша госпожа довольна нами. Мы делаем все правильно. Мы приносим ей силу, а она дарит нам власть. Разве это не прекрасно?»
Молодой человек, казалось, не обращал на ее заигрывания никакого внимания. Он стоял неподвижно, словно каменная статуя, погруженный в свои мысли. Его взгляд был направлен в пустоту, словно он видел что-то, недоступное другим.
Девушка, видя его равнодушие, нахмурилась. Она привыкла к тому, что мужчины не могут устоять перед ее чарами, но этот был другим. Он был сильным, властным и непредсказуемым. И именно это ее так привлекало.
«Неужели тебе совсем не интересно, что я думаю о нашей новой жертве?» — прошептала она, приближаясь к нему вплотную. «Я придумала для нее кое-что особенное. Уверена, ей понравится…»
Внезапно он резко схватил девушку за руку, с силой притягивая ее к себе. Его глаза горели темным пламенем, а на губах играла хищная улыбка.
«Не испытывай мое терпение, Анастасия», — прорычал он, его голос был полон угрозы. «Я не в настроении для игр».
И, не давая ей опомниться, он грубо впился в ее губы поцелуем. Анастасия сначала попыталась сопротивляться, но потом, подчинившись его силе, ответила на поцелуй. Их тела слились в страстном объятии, словно в танце тьмы, исполняемом на фоне заброшенного алтаря и запаха крови. В этот момент они были единым целым, двумя половинками одного целого, посвященного злу.
Утро в лесу было наполнено свежестью и ароматом хвои. Первые лучи солнца пробивались сквозь листву, создавая золотистые блики на земле, а птицы, радостно щебеча, приветствовали новый день. Нежный туман окутывал землю, придавая всему окружающему волшебный вид, словно лес только что проснулся от долгого сна. В воздухе витала легкая прохлада, а вдалеке слышался шорох листьев, когда лесные обитатели начинали свой день.
Есения медленно открыла глаза, ощущая на своих губах, плече и ключицах мягкие поцелуи. Женя, сидя рядом, с нежностью прикасался к ее лицу, его взгляд был полон заботы и любви.
Евгений: Доброе утро, солнце.
Прошептал он, улыбаясь.
Евгений: Как ты спала?
Есения: Как будто в сказке. Хотела бы, чтобы каждое утро было с тобой.
Ответила она, потянувшись и улыбаясь в ответ.
Есения: А ты? Неужели уже давно не спишь?
Евгений: Я не мог устоять перед твоей красотой.
Сказал парень, вновь прижавшись к ней губами.
Евгений: Ты просто очаровательна, даже когда спишь.
После нескольких минут утренних ласк, Есения, наконец, собралась с мыслями и спросила.
Есения: Сколько сейчас времени?
Евгений: Девять утра.
Ответил Женя, отстраняясь и смотря на часы.
Евгений: А ты знаешь, я уже успел позавтракать, сходить на пробежку по лесу и поболтать с Арсением и Лизой.
Есения: Правда? И что же они говорили?
С любопытством спросила она, вставая с постельного мешка.
Евгений: Когда я пробегал мимо, они стояли неподалеку от палаток и…»
Евгений сделал паузу, усмехнувшись.
Евгений: Целовались. Я даже немного смутился, когда увидел их.
Девушка засмеялась, представляя эту картину.
Есения: Наверное, они не заметили тебя!
Евгений: Не заметили.
Подтвердил Женя, продолжая.
Евгений: Но я не мог не подслушать их разговор. Лиза, смеясь, сказала: «Арсений, ты же знаешь, что это не место для романтики!» А он ей ответил: «Почему бы и нет?» Короче, ничего сверхъестественного. Сеня всегда не прочь отдаться чувствам. Мне часто приходится наблюдать подобные картины с их участием.
Есения снова засмеялась.
Есения: Они всегда такие милые и даже невыносимые.
Парень кивнул, а затем его выражение лица немного изменилось.
Евгений: Знаешь, меня разбудил звонок от Виктора. Он хочет, чтобы я приехал к нему домой. Надо будет собираться.
Есения: Ты уезжаешь? Когда?
Евгений: В ближайшие полчаса.
Ответил Женя, его голос стал серьезным.
Евгений: Но я обещаю, что совсем скоро мы вновь проведём время вместе. Мы с тобой еще много чего успеем сделать.
Есения вздохнула, понимая, что у него есть дела, но также и не желая расставаться.
Есения: Хорошо, тогда давай собираться вместе. Я помогу тебе!
Женя, улыбнувшись, обнял ее и прижал к себе. Они оба встали и начали собирать вещи, наслаждаясь каждым моментом, каждым взглядом и прикосновением, которое делало их утро по-настоящему особенным.
Он быстро собрался и вышел из леса, садясь в электричку. По дороге он ехал глядя в окно, стараясь успокоить взволнованный разум. Время тянулось медленно, мысли крутились вокруг внезапного вызова Виктора.
На пути он заметил, что его сердце бьется чуть быстрее обычного, а мысли о том, что что-то срочное, неотложное, не давали покоя. Его голос, когда он отвечал на телефонный звонок, звучал необычно — немного туманно, с легким оттенком неуверенности, будто он был немного пьяным. А Виктор пьёт только тогда, когда ему нужно забыться от чего-то страшного.
Эта тревожность и странный тон только усиливали ощущение, что ситуация требует немедленного внимания, и Женя не мог избавиться от чувства, что впереди его ждет что-то важное и непростое.
Когда Евгений зашёл в квартиру, его сердце стучало в груди, словно барабан, отдаваясь эхом в ушах. Внутри царила тишина, нарушаемая лишь тихим шорохом проигрывающегося граммофона. Музыка — нежная, мелодичная — казалась чужой в этой обстановке, словно напоминание о спокойствии, которого здесь уже давно не было. На тумбочке, рядом с мягким креслом, стоял почти пустой бокал вина, его аромат давно улетучился, оставив лишь легкую горечь на языке.
Виктор сидел, словно в полусне, с расстегнутой рубашкой, волосы — растрепаны и неопрятны, что было в полном противоречии с его обычно аккуратным и собранным обликом. Он откинулся назад, опустив голову и уставившись в потолок, глаза казались пустыми, словно в них не было ничего живого. Он выглядел так, будто давно потерял связь с реальностью, будто его мысли унеслись далеко-далеко, за пределы этого дома.
Женя вошел, ощущая, как внутри кипит тревога, как нервное напряжение постепенно превращается в горячий ком в груди. Он сделал шаг вперед, стараясь держать лицо спокойным, хотя голос его немного дрожал, когда он спросил.
Евгений: Что случилось? Ты ведь не просто так позвонил лишь потому, что хотел видеть?
В этот момент Виктор резко вздрогнул. Его тело, будто натянутая струна, сжалось, и он мгновенно вскочил с места. Взгляд его был полон ярости, глаза — сверкающими, словно в них зажглись искры гнева. Он быстрым шагом приблизился к брату, схватил его за грудки, с силой, которая могла бы сломать, и взглянул прямо в глаза, словно желая прочесть его душу. Его лицо было искажено гневом, а голос звучал громко, почти угрожающе.
Виктор: Ты ослушался меня! Поехал гулять вместо того, чтобы исполнять долг перед госпожой!
Эти слова словно молот ударили в сердце Жени. Внутри все сжалось, и страх, словно ледяной поток, пробежал по его венам. Он чувствовал, как нервы натянуты до предела, и, несмотря на страх, он не мог сдержать вызова. Голос его дрожал, но в нем звучала решимость.
Евгений: Она мне не указ! У меня нет госпожи!
Виктор, словно вырванный из своей внутренней тьмы, резко отступил. В его взгляде читалась ярость, глаза засияли, как у зверя, готового к атаке. Его рука, движением, полным ярости и боли, поднялась — и со всей силы шлепнула брата по щеке. Громкий, оглушительный звук разнесся по комнате, словно выстрел. В ответ на это Женя зажмурился на мгновение, ощущая, как в его щеках пульсирует боль, а внутри — смесь страха и гнева.
Виктор отошел назад, тяжело дыша, пытаясь справиться с эмоциями, которые будто выплеснулись через край. Его лицо было искажено яростью, но в нем мелькала и какая-то тень разочарования, тяжести, которую он не мог скрыть. Он стоял, словно замерший, словно застывший в моменте, когда вся его сила и ярость обернулись лишь пустотой внутри.
Комната наполнилась гнетущей тишиной, тяжелой и давящей, словно сама обстановка осуждала и требовала объяснений.
Виктор медленно опустился обратно в кресло, его движения были мягкими, будто он пытался каким-то образом смягчить свою ярость и боль, которая все еще пульсировала в его глазах. Он вздохнул глубоко, и голос его прозвучал тихо, почти с раскаянием.
Виктор: Прости меня…
Женя, несмотря на внутренний шторм, чувствовал, как ноги сами по себе начинают двигаться вперед, словно не слушая его разума. Он сделал шаг навстречу брату, остановился, и, несмотря на все внутренние переживания, спросил, его голос дрожал.
Евгений: Что произошло?
Виктор поднял глаза, и в них вспыхнуло что-то очень слабое, почти рассеянное, — искра сожаления, которая едва заметно мерцала в тени его взгляда. Он тихо произнёс.
Виктор: Она хочет получить Есению. Мне жаль…
Глава 4
Эти слова словно ударили Женю по сердцу. Внутри все сжалось, и внезапно в его глазах появились слезы — они были полны боли и отчаяния, как у ребенка, потерявшего что-то очень дорогое. На лице — нервная улыбка, и эта улыбка, казалось, была больше похожа на маску, скрывающую внутреннюю рану.
Он истерично усмехнулся, и его лицо исказила смесь боли, гнева и безнадежности. Его глаза, полные слез, искрились, как у раненого зверя, и он словно пытался изобразить что-то вроде смеха, чтобы скрыть свою слабость и страх.
Евгений: Она хочет…
Прошептал он, немного заикаясь.
Евгений: Получить её. Как будто это — что-то, что можно просто взять и забрать.
Виктор смотрел на брата, его лицо было полным печали и усталости. Он не мог ничего сказать, лишь опустил взгляд, понимая, что между ними сейчас — прорыв, который невозможно заделать.
Виктор: Брат, я сам не хочу этого. Но…
Женя, не слушая, прервал его, его руки быстро и нервно сгребли вещи со стола, словно пытаясь убежать от слов, которые вот-вот должны были разорвать его изнутри. Он говорил на повышенных тонах, его голос дрожал от накопившегося гнева и боли.
Евгений: Твой мозг уже совсем сгнил под действием этой секты?! Ты вообще понимаешь, о чем говоришь?! Яся — моя любовь, она стала светом в моей жизни, которую ты покрыл тьмой! Ты заставлял меня присутствовать при ваших с Настей жертвоприношениях!
Виктор вздрогнул, его лицо исказила смесь боли и гнева, когда он ответил:
Виктор: Да, но я никогда не принуждал тебя убивать.
Женя усмехнулся сквозь слезы, насмешливо и горько.
Евгений: Хах, как милосердно.
Он сделал шаг вперед, его глаза горели яростью и решимость.
Евгений: Знай, что я не позволю её и пальцем тронуть. И если ты будешь стоять у меня на пути, то я не посмотрю на то, что мы братья.
Виктор: Как грубо. Ты же понимаешь о чём сейчас говоришь? Это можно приравнять к предательству.
Евгений: И что? Ты убьёшь и меня?
Виктор: Нет. Ты — моя кровь. Но она может, если будешь мешать.
Евгений: Ты о Насте? Эта чокнутая хоть представляет, что хочет принести в жертву лучшую подругу своей сестры?
Виктор: Знаешь, я как-то не говорил с ней по душам.
Евгений: Ну да, зато спать с ней одно удовольствие..
Старший брат схватил его за руку, притягивая к себе и прошипел.
Виктор: Закрой рот, парень.
Хватка была слабой и, вырвавшись, Женя горько бросил, уходя из комнаты.
Евгений: Она не испытывает к тебе истинных чувств. Ты для неё просто инструмент и игрушка. Не дай ей себя обмануть. Ты же умный. Ты же мой старший брат.
Первые репетиции спектакля были как тёмные тени, медленно ползущие по стенам, наполняя воздух напряжением и ожиданием. Яся приходила в театр с усталостью, но с горящими глазами — она знала, что именно эти моменты приближают её к исполнению роли, которой она так страстно готовилась. Виктор внимательно наблюдал, подсказывая, как усилить эффект, словно он сам был частью этой загадочной, сибирской тайны.
На второй репетиции Яся уже немного успокоилась. Она играла сцену, где тени превращались в призраков, и свет мягко колыхался, создавая иллюзию, будто сама природа шепчет свои страшные секреты. В воздухе витал запах краски и старого дерева сцены, а в её глазах читалась решимость. В конце она улыбнулась — понимание, что всё идет по плану, наполняло её теплом и уверенностью.
Женя решил сделать ей сюрприз — на несколько дней отвезти её к морю. Он мечтал о тихом уголке, где можно забыть о сцене, репетициях и суете, и просто побыть вдвоем, в тишине и уединении. Он настоял, чтобы это было только для них — без друзей, без шумных компаний, чтобы создать особенные воспоминания, которые остались бы навсегда.
Но перед этим романтичным путешествием Есения решила остаться на ночь у Лизы. Вечер выдался тихим и уютным. Теплый свет лампы мягко окутывал кухню, где трое — Яся, Лиза и её старшая сестра Настя — сидели за столом, словно три добрых друга, разделяющих свои маленькие радости. В чашках пылал чай, аромат которого наполнял комнату уютом, а рядом лежало свежее печенье — мягкое, хрустящее и такое домашнее.
Настя, сидя чуть поодаль, изредка хитро просматривала на Ясю, словно оценивая каждое её движение. В её взгляде читалась какая-то тонкая игра — смесь добродушия и легкой иронии. Она уже не жила с родителями и сестрой, давно ушла в свой мир, но каждую неделю навещала их, словно напоминание о своих собственных приключениях и тайнах. И в этот вечер, словно по привычке, она наблюдала за подругой Лизы, думая о ней как о жертве, которую нужно предоставить её госпоже.
Но Настя не подавала виду. В её глазах искрилась искренняя доброта, и она всегда умела скрывать свои мысли за улыбкой, которая казалась чуть хитрой, чуть загадочной. Она была прикольной старшей сестрой, с множеством захватывающих историй за плечами, и именно эти истории она любила рассказывать — чтобы поднять настроение или просто поиграть с судьбой.
Лиза: Ты так долго готовилась к спектакль.
Сказала Лиза, отпивая глоток чая.
Лиза: Я уверена, что всё пройдет отлично. В прошлый раз зал разрывался аплодисментами и овациями.
Яся улыбнулась, слегка смущенная и немного уставшая.
Есения: Надеюсь. Там ещё много работы, но я уже чувствую, что всё идет хорошо.
Настя, улыбаясь, посмотрела на неё чуть по-другому, словно в мыслях уже примеряя её на роль героини своей следующей истории.
Настя: Важно не только репетиции, а то, как ты себя чувствуешь. Ты ведь сильная, и всё у тебя получится.
Её голос звучал уверенно, а глаза — чуть прищурены, словно она уже предвидела будущее, полное приключений.
Пока чай медленно остывал, разговор перешёл на предстоящую поездку. Яся рассказывала о морском ветре, о том, как мечтает услышать шум волн и почувствовать песок под ногами. Лиза и Настя слушали, делясь своими историями, и в этой уютной кухне ощущалась особая дружеская связь — теплая, искренняя и искрящаяся добротой.
Настя: А с кем едешь в поездку, если не секрет?
Есения: Со своим парнем.
Лиза: Да, помнишь я рассказывала о нём. Женя зовут.
Выражение лица Анастасии утратило прежнюю нежность и дружелюбие. Её взгляд вонзился в Есению словно острыми иглами.
Настя: Я отойду на пару минут, мне нужно позвонить.
Девушка быстро взяла телефон и, не раздумывая, набрала номер Виктора. В тот момент, когда его глаза заметили её вызов, он как раз сидел за столом с Женей, играя в шахматы. Внутри мужчины вдруг похолодело — словно лед пробежал по его венам. Он знал, что сегодня она не должна была звонить. Не сейчас, не так.
Он поднял телефон, не отрывая взгляда от доски, и сдержанным голосом произнес:
Виктор: Алло.
Настя чуть слышно, но с явной жесткостью в голосе, сказала им двоим:
Настя: Немедленно приезжайте на наше место. Сейчас.
Эти слова прозвучали словно приговор. В комнате повисла тишина, только шахматы продолжали скрипеть под ударами фигур.
Лиза с Ясей сидели рядом, словно в тени, и в этот момент Настя тихо сказала им, что её вызвали на ночную смену на работе. В её голосе было холодное спокойствие. Есения заметила, что она явно не в духе.
Лиза: Хорошей смены тебе.
Настя: И вам отлично провести время.
Женя и Виктор переглянулись. Внутри у них возникло ощущение, будто холодный ветер пронесся сквозь сердце. Он подумал о Есении — где она сейчас? В голове мелькнули мысли, и он, не теряя времени, написал ей сообщение.
Ответ пришёл мгновенно: она была у Лизы.
И тут, словно лед с головы сорвали, его охватило ощущение холода и тревоги. Всё, что было до этого — игра, спокойствие, — исчезло. Осталась только тень опасности, которая нависла над ними, и ощущение, что сейчас всё может измениться.
Когда братья подъехали к старому, заброшенном особняку, воздух вокруг казался тяжелым, словно сама природа затаила дыхание. Ветер тихо шептал между деревьями, а тень ночи скрывала все вокруг. Они вышли из машины, и когда вошли в дом их взгляды сразу же зацепились за фигуру Насти — она стояла возле стола, в руке крутился нож. В темноте его острый край блестел, словно призыв к опасности. Внутри у Евгения возникло ощущение, будто время замедлилось, и всё вокруг наполнилось предчувствием беды.
Когда Виктор решился что-то сказать, девушка вдруг резко вонзила нож в стол — острый звук эхом разнесся по пустой комнате. Она медленно повернулась к ним, её голубые глаза горели ярче ночи.
И тут, словно тень, она бросилась к Жене, схватила его за горло. В её взгляде читалась смесь ярости, боли и скрытой угрозы.
Настя: Какого чёрта ты скрывал это? Может быть, ты захотел спрятать её от нас?
Женя задыхался, глаза расширялись, а руки бессильно попытались оттолкнуть её. Взгляд Насти был полон опасной решимости, словно она готова была на всё, чтобы раскрыть истину, даже если для этого придется переступить через всё.
Виктор, наблюдая за тем, как Настя схватила брата за горло, долго не думал. Внутри у него бушевали противоречивые чувства — преданность, желание подчиняться, страх за брата, но и сильное чувство справедливости. Не раздумывая, он быстро оттолкнул Настю в сторону, и она ударилась головой о край стола, чуть не потеряв равновесие.
Виктор: Ты можешь делать что угодно — убивать нужных ей людей, использовать меня как хочешь.
Произнёс Виктор твердым голосом.
Виктор: Но обижать брата я не позволю.
В его взгляде читалась решимость. Он был готов защитить Женю любой ценой, даже ценой собственной безопасности. Внутри бушевали эмоции — гнев, тревога, и одновременно — непоколебимая вера в правильность своих поступков.
Настя, немного ошарашенная, подняла голову, ворча.
Настя: Ты тоже будешь покрывать её, Виктор?
Её голос прозвучал с легкой иронией, но в нем скрывалась и доля боли.
Настя: Я думала, что ты хорош собой. Что же тебя так разнежило?
Она взглянула на него с вызовом, словно пытаясь понять, что именно изменило его за это время. В её глазах горел огонь — смесь недоверия и разочарования. Внутренне она не могла понять, почему он вдруг стал на сторону девушки своего брата.
Настя: Ты ведь всегда казался сильным.
Продолжила она, чуть улыбаясь.
Настя: А теперь ты словно сломленный. Или ты просто стал таким, чтобы не идти против того, что тебе выгодно?
Виктор молчал, сжимая кулаки, и в его глазах читалась борьба. Он не хотел ссориться, но и не мог оставить всё как есть, когда речь шла о его брате. Внутренне он понимал — это только начало.
Настя смотрела на Виктора с холодной, безжалостной решимостью. Её голос, будто ледяной клинок, прорезал тишину.
Настя: Если вы попытаетесь изменить правила игры.
Она сделала паузу, словно взвешивая каждое слово.
Настя: Я убью не только её. Женю тоже. И если кто-то осмелится остановить меня — последствия будут ужасными.
Её глаза сверкали, как острые грани, полные угрозы и безразличия к жизни. Внутри у неё кипела ярость, а внешне казалось, что она уже приняла свою роль — безжалостной охотницы, готовой сразиться за свою цель.
Виктор, не поднимая голоса, но с непоколебимой твердостью, ответил.
Виктор: Пусть она сыграет в спектакле в последний раз. Пусть уйдёт как актриса, которой мечтала стать. Пусть уйдёт красиво — так, как заслужила.
Настя чуть улыбнулась, словно оценивая его слова. В её глазах мелькнула искра иронии, но она кивнула, соглашаюсь.
Настя: Хорошо. После её выступления — привези её сюда. И никаких задержек.
Это было не просто согласие — это было обещание, холодное и решительное, будто она уже знала, чем всё закончится. Внутри у неё боролись страх и ярость, а снаружи — спокойствие и власть. Она знала, что сейчас держит ситуацию в своих руках, и готова идти до конца.
Автомобиль мягко покачивался по дороге, освещённой тусклым светом уличных фонарей. Внутри — тишина, нарушаемая лишь мягким гулом мотора. Между Виктором и Евгением висела напряжённая атмосфера, наполненная словами, которые не произносились вслух, но звучали в каждом взгляде и движении.
Евгений, прерывал молчание, его голос дрожал от волнения и страха.
Евгений: Пожалуйста, отпусти её…
Он почти шептал, словно боясь, что его услышат.
Евгений: Я прошу тебя, Виктор. Мы не можем так дальше. Она — моя девушка, моя любимая. Не делай этого.
Его глаза наполнились слезами, и в них отражалась искренняя отчаяние. Он умолял, цепляясь за последнюю надежду спасти свою любовь, хотя внутри понимал, что ситуация вышла из-под контроля.
Виктор, сидя за рулём, наблюдал за дорогой, не отвлекаясь. Его лицо было спокойным, словно он не слышал слов, хотя в его глазах читалась глубокая внутренняя борьба. Губы чуть сжаты, руки уверенно держали руль, а дыхание было ровным, словно он был в полном контроле.
Наконец, он тихо произнёс, его голос был спокойным и уверенным, словно он говорил о чем-то очень важном, что знает лучше всех.
Виктор: Доверяй мне, Жень. Просто доверься. Всё, что я делаю — ради нас. Ради тебя. Я знаю, что это трудно, но сейчас — самое важное. Просто поверь мне.
Евгений взглянул на брата, в его глазах читалась борьба между страхом и надеждой. Он хотел верить, хотел поверить, что Виктор знает, что делает. Внутри он ощущал, как сердце колотится быстро, словно предчувствуя бурю, которая вот-вот разразится.
Автомобиль продолжал движение по тёмной дороге, а внутри — слова, полные эмоций, надежды и страха, создавали тонкую нить, связывающую двух братьев в этом опасном и судьбоносном моменте.
Три дня у лазурного берега — словно глоток свежего воздуха, словно спасательный круг в океане тревог и неясностей. Евгений чувствовал, что именно здесь он может немного передохнуть, забыть о тёмных мыслях и опасностях, которые нависали над ними. Но внутри всё равно таилась тревога — он не мог сказать ей правду, не мог поделиться тем, что скрывал в сердце. Он просто смотрел на неё, как на самое дорогое и хрупкое, что у него есть.
Каждое утро начиналось с мягкого солнца, которое ласково грело кожу, и с её смеха, раздающегося из-за горизонта. Она, словно дитя, плескалась в морской воде, с наслаждением ловя каждую волну, каждое брызги, каждое мгновение счастья. В её глазах — искра свободы, безмятежности, которой он так давно не ощущал. Она поедала мороженое ложками, с неподдельным восторгом, как будто это самое вкусное, что она когда-либо пробовала, наслаждаясь каждым глотком.
Евгений сидел неподалёку, наблюдая за ней с любовью, которая переполняла его сердце. Он хотел сказать что-то важное, но слова застревали у него в горле. Он боялся, что, если скажет правду, всё разрушится и станет ещё хуже. Поэтому он просто смотрел, запоминая каждое движение, каждую улыбку, каждое мгновение счастья.
Когда она уходила куда-то или засыпала на берегу, он старался не плакать, чтобы не потревожить её покой. Его сердце сжималось от боли и страха — вдруг кто-то придет и отнимет её у него. В эти тихие ночи, под шепот ветра и мерцание звезд, Евгений прижимал её к себе, боясь, что это последний раз, что кто-то может забрать её, как драгоценный сокровище. Он держал её крепко, словно этого было мало, чтобы защитить её от всего мира.
Первые два дня прошли в тёплом объятии солнца и морского бриза, наполненного тёплыми улыбками и тихими моментами уединения. Но ночи — это были испытания: его тревога за её безопасность мешала ему спокойно спать. Он просыпался, каждую минуту вслушиваясь в звуки ночи, опасаясь, что кто-то нарушит их спокойствие. Он боялся, что его любовь и забота — недостаточно сильны, чтобы защитить её в этом мире, полном опасностей.
Три дня на море — словно спасательный круг, дающий ему передышку и силы. Но внутри он знал, что его тревога никуда не исчезнет, и что ему ещё предстоит найти смелость сказать ей правду, чтобы не потерять её навсегда.
Наступил долгожданный день — день, когда Есения должна была выйти на сцену в образе девушки-призрака в спектакле «Ужасы Сибири». В зале царила особая атмосфера предвкушения, словно воздух наполнился лёгким трепетом, и каждый звук казался громче, чем обычно. Девушка ощущала, как сердце бьется в груди, словно барабан, отдаваясь в такт её волнению. Взгляд её был сосредоточен, глаза — полны решимости и лёгкой дрожи. Внутри всё трепетало: и трепет страха, и жажда блистать.
На сцене Яся выглядела словно неживая тень — бледное лицо с загадочной улыбкой, глаза, наполненные туманом и загадкой, словно она уже давно стала частью этого мрачного мира. В руках она держала старинный кулон — амулет, который, как ей казалось, давал ей силу и защиту. Вся её фигура была грациозна, словно парила над сценой, и каждый её жест, каждое движение словно было выточено из тумана.
Зал, наполненный зрителями, — её друзья, которые пришли поддержать её, — оживлял сцену. Даже родители с братом пришли, чтобы увидеть, как их любимая дочь и сестра снова засияет на сцене. Антон уговорил маму, объяснив, как важно для Есении чувствовать поддержку, а отец, в своей спокойной благосклонности, только улыбнулся, гордясь её талантом и смелостью.
Когда занавес поднялся, и спектакль достиг своей кульминации, сердце Есении наполнилось трепетом — она чувствовала, как её голос и движения сливаются с ролью, словно она сама стала частью призрака, бродящего по лесам Сибири. Взоры зрителей были прикованы к ней, и она ощущала их поддержку, их тепло — всё, что ей нужно было для этого момента.
Но как только занавес опустился, и зал взорвался аплодисментами, Яся поспешила в гримерку, чтобы смыть грим и переодеться. Тихий, мрачный коридор казался ей теперь чужим, словно он скрывал тайну, которая должна была остаться невидимой.
Именно в этот момент всё изменилось. В темноте гримерки внезапно появились чьи-то руки. Они двинулись быстро и безжалостно, словно тени, поглощая свет и надежду. Тряпка, пропитанная чем-то липким и холодным, мгновенно накрыла её лицо. В этот миг девушка почувствовала, как всё вокруг исчезает, уступая место бездне. Её сознание, словно лёгкий пар, растворялось, оставляя только ощущение безмолвной пустоты и бесконечной тьмы. Внутри — страх, ужас и непонимание, а снаружи — темнота, которая поглощала всё её восприятие, словно она уже навсегда исчезла из этого мира.
Яся медленно открыла глаза. Голова кружилась, словно в воде, и каждое движение казалось ей тяжелым и неуклюжим. Перед глазами всё ещё стояла пелена, словно тонкое покрывало, скрывающее окружающий мир. Она сидела на холодном, пыльном полу, и почувствовала, как её тело отказывается слушаться, словно силы покинули её.
Взгляд её медленно расплывался, и она увидела окружающий её особняк — заброшенное, зловещее здание, покрытое паутиной и пылью. Стены потрескались, окна разбиты, и всё пространство было наполнено тенями и тихим эхом прошлого. Внутри царила тишина, нарушаемая лишь редкими скрипами, словно здание дышит, храня в себе древние секреты.
Перед её глазами всё ещё плыла пелена, и она слышала тихий голос — девушка, напевающая какую-то мелодию, будто она поёт сама себе, забытая и одинокая. Голос был мягким, немного печальным, и казалось, что он доносится из самой глубины этого мрачного пространства.
Рядом с Есенией стоял древний алтарь — каменный, покрытый пылью и ржавчиной, с невнятными символами, вырезанными на его поверхности. Внутри особняка царила зловещая тишина, и даже её дыхание казалось громким в этом забытом богом месте.
Внезапно, её взгляд зацепился за руку — и сердце ёкнуло от шока. Она заметила, что рука порезана, кровь сочилась по пальцам и капала на пыльный пол. Запах крови был слишком явным, слишком острым, чтобы его можно было игнорировать. Она не понимала, что происходит, — её разум был как запутанный клубок, а внутри бушевали страх и недоумение.
И тогда она увидела её — Настю. Девушку, которую она узнала, — лицо, полное испуга и растерянности, глаза, наполненные тревогой. Но что именно происходит, Яся понять не могла. Всё казалось сном, иллюзией, загадкой, которую никак не могла разгадать.
Внезапно из тени, словно из самой бездны, вышли Виктор и Евгений. Лицо Виктора было серьёзным, лишенным эмоций, во взгляде Жени она видела тревогу, боль. Внутри неё вспыхнули чувства — страх, растерянность, отчаяние и даже — надежда.
Она чувствовала, как внутри всё сжимается — смешение страха и необъяснимого трепета. В её сердце билась тревога, словно крохотный пульс, который ей трудно контролировать. Она не могла понять, что происходит, и почему именно эти люди — её знакомые и любимый человек — появились здесь, в этом заброшенном, зловещем месте.
Яся, дрожащим голосом, едва слышно, спросила.
Есения: Что происходит? Где я?..
Её голос был полон страха и растерянности, словно она пыталась понять, что случилось, осознать всё происходящее вокруг.
Настя, улыбаясь холодно и зловеще, подошла ближе. В её глазах сверкала какая-то тёмная искра, и в руке она держала нож. В ответ на вопрос Есении, она тихо ответила.
Настя: Уже проснулась, дорогая.
Её голос был спокойным, но в нём звучала какая-то опасная нотка. В её взгляде читалась удовлетворённая холодность. И вдруг, она поднесла нож к её лицу, улыбка на губах расширилась — и в голове у Есении будто сложился жуткий пазл.
Мелькнула мысль: она хочет убить меня. Внутри всё сжалось — страх, паника и безмолвная мольба за жизнь.
Глаза её наполнились слезами, и она перевела испуганный взгляд на молодых людей. В её взгляде было всё — мольба, отчаяние и просьба о помощи, словно она молила их спасти её, остановить этого монстра.
Есения: Пожалуйста…
Прошептала она, почти шёпотом.
Есения: Не делай этого… я прошу тебя…
Настя, улыбаясь ещё шире, словно наслаждаясь страданиями, продолжала медленно подносить нож к её шее. В её глазах заиграла тень безумия. Её голос звучал тихо и зловеще.
Настя: Ты знаешь, Яся, я всегда была рядом. Я всегда знала, что ты — особенная. И что ты пригодишься ей.
В этот момент, Евгений, охваченный яростью и отчаянием, хотел броситься к Насте, чтобы остановить её, вырвать нож или защитить девушку. Его сердце билось как ураган, внутри кипели злость и безысходность. Он рвался к ней, чтобы схватить, остановить, спасти — но Виктор, заметив его порыв, крепко схватил за руку.
Виктор: Не стоит.
Тихо произнёс он.
Сердце Есении разрывалось от обиды. Женя всё знал? Вот какую тайну он хранил всё это время от неё.. И всё же, в глазах Яси читалась не только страх и ужас, но и глубокая, трепещущая надежда. Она смотрела на Настю, словно пытаясь понять, что за тёмная игра разыгрывается перед её глазами, и в сердце её всё ещё жила вера, что кто-то спасёт её. И сейчас она полагала, что этим спасателем может быть она сама. Нужно разговорить её, найти слабое место.
Есения: Пожалуйста…
Повторила Яся, с дрожью в голосе.
Есения: Не делай этого. Я тебя прошу. Что скажет Лиза, если узнает об этом? Зачем тебе это?
Настя улыбнулась, будто бы услышала самые важные слова в своей жизни, и мягко, будто шепотом, произнесла.
Настя: Ты должна понять, Яся. Это — наше подношение госпоже Серафиме. Она когда-то несла в этот мир свет, но люди беспощадно сожгли её. Неблагодарные монстры. Но она осталась, она всегда будет здесь. Она любит таких людей как мы, как ты, Есения. Творческих, ищущих свободы, таких, которых не понимает мир. Я хочу, чтобы ты почувствовала, что значит исчезнуть навсегда…
И в этот момент, когда нож уже почти коснулся её кожи, тишина разорвалась — внутри всё зашумело и замерло. Внутри Ясении боролись страх и надежда, злость и безысходность. Она знала, что всё зависит от этого мгновения, и, несмотря на ужас, она всё ещё цеплялась за ту тонкую нить жизни, которая могла её спасти.
На щеках Жени катились слёзы безысходности, их капли падали на пыльный пол, словно маленькие слёзы забвения. Внутри кипела ярость, отчаяние и гнев — как будто весь мир рухнул в один момент, а её жизнь висела на тонкой нити, готовая порваться в любой миг.
Евгений: Какой же чёртов план у Виктора?!
Думал он, чувствуя, как в его груди растёт ужас. Его сердце колотилось, как молот по наковальне, а каждая секунда казалась бесконечностью. Жизнь Есении могла оборваться в любую минуту, и он понимал это слишком ясно.
Вдруг, в ту же секунду, Виктор заговорил. Его голос был тихим, спокойным, но в нём звучала какая-то загадка, словно он говорил о чем-то очень важном, что скрыто за словами.
Виктор: Анастасия, ты забыла взять кое-какую вещь для ритуала.
Настя чуть заметно замерла. В её взгляде мелькнуло любопытство, и она быстро встала, словно почувствовав что-то важное. В руке она держала небольшую коробочку, внутри которой лежала древняя, изогнутая кость — ключ к ритуалу, который мог изменить всё. Она ухмыльнулась, поблагодарила Виктора тихим, холодным жестом
Настя: Ну что ж, зря я сомневалась в тебе, милый мой.
Жесткая улыбка, которая казалась одновременно и зловещей, и удовлетворенной, заиграла на её губах. И тут Виктор, словно актёр, который решил внести перемены в свою роль, произнёс слова, которые навсегда останутся в памяти.
Виктор: Этот мир — большой театр, где каждый из нас — актёр. И сегодня я внесу в свою роль изменения. Я сыграю её как никогда превосходно.
Настя замерла, не понимая, о чем идёт речь. Ее глаза расширились, и она начала замешкаться, будто внезапно осознала, что её ждёт что-то страшное.
Но в этот момент всё изменилось.
В ту же секунду, когда Настя, улыбаясь, благодарила Виктора за найденную вещь, всё изменилось. Взгляд её вдруг стал холодным, и на лице заиграла зловещая улыбка — та, что предвещает беду.
Виктор, словно актёр, внезапно сменил тон, его глаза наполнились холодом и решимостью. В руке у него оказался нож — острый, блестящий, словно символ окончательной расплаты. В мгновение ока он резко повернулся и, с молниеносной точностью, воткнул клинок прямо в Настю.
Она — словно статуя, ошеломлённая и застывшая в миг предательства. В её глазах — смесь шока и боли. Мгновение, когда она поняла, что доверие было обмануто.
Настя зажмурилась, а её тело судорожно вздрогнуло от внезапной боли. Нож проник глубже, и она медленно опустилась на пол, тяжело дыша, словно вся её жизнь утекает из раны. Её губы дрожали, и в глазах застыл страх, смешанный с отчаянием — ведь теперь она понимает, что всё было не так, как казалось.
Виктор стоял перед ней, с холодной решимостью в глазах, словно завершал свою роль, превращая игру в кровавое шоу. Его лицо оставалось спокойным, но в глубине глаз читалась безжалостность. Он совершил свой акт, и кровь на его руках — символ окончательной победы.
Настя ощущала, как всё вокруг исчезает, оставляя только жгучий огонь внутри. В этот момент её мир сжался до одного единственного ощущения — боли и сожаления.
Виктор стоял неподвижно, словно замерший в вечности. Его взгляд был прикован к Насте, которая медленно, мучительно умирала у него на руках. Внутри бушевала буря — смесь боли, вины и безумной страсти. Он всё ещё любил её, несмотря ни на что, несмотря на то, что стал причиной её гибели, несмотря на все ужасные вещи, которые они творили вдвоём. Эта безумная любовь, окрашенная кровью и предательством, сжигала его изнутри, оставляя лишь пустоту и тяжесть.
Каждый её слабый вздох, каждое судорожное движение казались ему мучительным напоминанием о том, что он не мог остановить. Он хотел бы всё вернуть, остановить время — хотя бы на мгновение. Но было уже поздно. Его руки задрожали, когда он чувствовал тепло её крови, капающей на его ладони. Он понял, что теперь он — не просто убийца, а человек, который разрушил всё самое дорогое для него.
Глаза девушки были полны слез. Умирать как оказалось было больно. Но её слова были холодными, острыми, словно нож, прорезающим сердце.
Настя: Ты думал, я тебя люблю?
Её голос был полон яда, и в нём звучала вся горечь и презрение.
Настя: Ты — ничто для меня. Всё, что ты сделал, — это доказательство того, что ты — убийца, и ничего больше.
Она сделала слабый вдох, и её глаза, полные злобы и разочарования, ещё раз прошлись по нему.
Настя: Ты мог бы убить меня или оставить в живых — всё равно я бы не любила тебя. Ты — просто кусок гнилой плоти, и я рада, что ты наконец-то понял — я никогда не была твоей.
Настя, её губы тряслись, и последние слова были едкими, как острый нож.
Настя: Умри со своим безумным чувством. Я не хочу больше видеть твоё лицо.
Она замолчала, её глаза зажглись последним огнём ярости и злобы. В этот момент она поняла, что её жизнь уходит, и с ней уходит вся эта ненависть и боль.
Это был последний их разговор — полон боли, ненависти и прощания. Он остался один, с ощущением, что его страсть и его ошибки привели к этой трагедии, и он не сможет простить себя никогда.
Женя крепко прижимал Есению к себе, чувствуя, как её тело сотрясается в его руках. Его сердце билось учащённо, будто собираясь вырваться из груди. Он ощущал каждую её слезу, каждое судорожное дыхание — это был крик её боли, страха и отчаяния. Он хотел бы стереть всё, что произошло, вернуть время назад, остановить этот кошмар. Его голос дрожал, когда он шептал слова утешения, пытаясь заглушить её рыдания, хотя сам чувствовал, что всё безнадежно.
Есения, дрожа и всхлипывая, позволила ему вести её к машине. Внутри у неё было ощущение, будто всё вокруг рушится. Она чувствовала его тепло, его заботу, и одновременно — предательство. В её глазах читалась смесь страха и злобы, ведь всё это происходило не случайно, и она понимала, что всё закончится очень плохо.
Женя, с трясущимися руками, помог брату избавляться от улик, чувствуя, как напряжение внутри него нарастает. Он понимал, что время уходит, что каждое действие может стать последним шансом что-то исправить или скрыть. В его голове крутились мысли о том, что всё может закончиться очень плохо — и он был готов к худшему. Его сердце сжималось от чувства вины и страха за всех, кто был с ними.
Когда они вернулись к машине, обращаясь к Виктору, с тревогой в голосе спросил.
Евгений: Всё нормально
Виктор, не поднимая глаз, молча кивнул, садясь за водительское место. Его лицо оставалось холодным, будто он был окаменевшим, погружённым в свои мысли.
Внутри Виктора происходила война: с одной стороны — холодное спокойствие, с другой — ярость и безысходность. Он чувствовал, что всё разрушено, что он потерял контроль над ситуацией, что его сердце разрывается на части. Он хотел сказать что-то, но не мог — слова застряли у него в горле. Он просто опустил глаза, погружённый в свои мысли, словно пытаясь удержать себя в рамках, чтобы не сорваться.
Виктор: Если бы я не сделал это, то Есения бы умерла сегодня. Я выбрал семью.
Есения: Если что я не собираюсь никому рассказывать о случившимся.
Она до сих видела в них врагов.
Виктор: Почему же?
Есения: Потому что хоть вы и поступили как последние.. Кхм, неважно. Вы спасли меня. Только почему нельзя было сказать, предупредить заранее?
Евгений: Извини, я боялся, что ты не поймёшь меня. Боялся, что уйдёшь. Или же ещё что-то произойдёт. Мне не прощения. Я вёл себя как эгоист. Ты всегда была для меня на первом месте, но я не понимал, что мне делать. Сегодня, когда видел тебя на волоске от смерти, готов был умереть с тобой.
Виктор: Вот чтобы таких глупостей не произошло, я сам покончил с этой неприятной историей.
Есения: Я догадывалась о том, что у вас в семье происходят какие-то нечистые дела, но чтобы настолько..
Евгений: Я пойму, если ты захочешь расстаться со мной.
Девушка нервно рассмеялась и стукнула кулачком его в бок.
Есения: Нет уж, так просто ты от меня не отделаешься. Теперь это наша общая тайна.
Ей нужно было время, чтобы простить его. Любовь была сильнее страха и обид. Они ехали к Виктору домой отмываться от крови.
После всех трагических событий, Есения утешала Лизу, которая глубоко страдала, узнав о пропаже сестры. В этот момент Есения стала для Лизы не только другом, но и опорой — её тепло, слова поддержки и искреннее сочувствие стали для девушки утешением в час её самой темной ночи.
Несмотря на все ужасы, пережитые на пути, девушка решила продолжить свои отношения с Женей. Она понимала, что любовь — это её единственная надежда на спасение, и несмотря на всё, что произошло, она не могла отпустить его. В её сердце боролись страх и желание сохранить то немного тепла, что осталось. Она знала, что их отношения — это не только страсть, но и сложная игра, в которой каждый шаг может стать заключительным.
В течение долгого времени она писала истории — в жанре триллера, насыщенные ужасами и опасностями, — как способ справиться с внутренней болью.
Каждое слово, каждое описание — это была часть её внутренних тревог и переживаний, её рокового спектакля, в который она погрузилась с головой. Она жила этим миром, как актриса на сцене. Родители и друзья заметили в её поведении изменения. Яся стала совсем другой.
Жизнь в Сибири, её ночи, холод, тьма... Ужасы этой земли, её суровая природа и мрачные легенды — всё это превращалось в её личный спектакль, который до конца жизни будет напоминать ей о том, какую роль она сыграла.
Это было не просто место, а символ её внутренней борьбы — с собой, со своей тенью, со своими страхами. Игра шла до последнего вздоха, и она понимала, что однажды этот спектакль закончится, но до тех пор она должна была держать маску, чтобы не выдать свою тайну.
Именно эта игра, которая длилась всю жизнь, навсегда останется в её памяти — как напоминание о том, что иногда самые страшные ужасы рождаются внутри нас, и что игра, начатая однажды, может стать последней.
Ужасы Сибири
© Copyright: Алёна Ореховская, 2025
Свидетельство о публикации №225052301517
Свидетельство о публикации №225052301517
Рецензии