Самолёт...

— Почему самолёты летают? — спросил я как-то своего отца.
— Они крыльями опираются о воздух, — ответил он.
— А это как?
— А вот подожди, мы с тобой его смастерим, тогда всё сам и увидишь.
И вот однажды отец принёс из авиамодельного кружка ДОСААФ, что работал в их заводском клубе, модель самолёта с резиновым мотором. Вернее, это был набор «сделай сам», который состоял из чертежей, листов тонкой фанеры, реечек, рулона папиросной бумаги, мотка резины для авиамоделей, дощечки-заготовки для пропеллера, стальной проволоки и двух пластмассовых колёсиков.
— А где же здесь самолёт? — удивился я, разглядывая содержимое большой коробки с нарисованным на ней красивым самолётом.
— Не торопись. Всему своё время, — сказал папа и принялся выпиливать лобзиком внутренние детали крыла, которых вскоре набралось на столе целая горка, и все они были разных размеров. Потом папа сварил столярный клей, собрал и склеил вместе все элементы полутораметрового крыла, а после обтянул его папиросной бумагой. Мы с мамой ему не мешали, а только заворожённо на всё смотрели.
Наконец самолёт был готов, но выглядел он как-то помято.
— Это дело поправимо, — сказал отец и отнёс самолёт в ванну.
Там он обрызгал его изо рта водой, как из пульверизатора, после чего положил на шкаф сушиться. Наконец самолётик обсох, вся бумага натянулась и звенела, как барабан, и его можно было запускать...
То воскресное утро я запомнил навсегда. Мы спустились во двор. Увидев наш самолёт, вокруг нас собралась детвора со всего двора. Я держал самолёт за крылья, а папа, вращая винт, скручивал резину, приговаривал что-то непонятное:
— Первые барашки пошли, вторые барашки, третьи барашки... Вроде хватит, а то ещё вырвет из корпуса резиномотор.
Он поставил самолёт колёсиками на асфальт, придерживая постоянно вырывающийся винт.
— От винта! — радостно крикнул папа и отпустил руки.
Винт самолёта взревел, потом басовито загудел, а сам самолёт неожиданно побежал в сторону наземного вестибюля метро «Автово».
Но, добежав, так и не оторвавшись от земли, до мусорных баков, он там и остановился. Вся детвора тут же бросилась к самолёту, всем хотелось его потискать и потрогать, словно живую птичку.
— Надо попытаться ещё раз, попробовать намотать резину до четырёх барашков, — решил отец.
Но и это не помогло, наш самолёт только шустро бегал по двору, как молодой воронёнок...
— Можно попробовать с руки его запустить, — сказал подошедший к нам военный. — Вы посильней его толкайте вверх.
— Не, боюсь, слишком людей много, — возразил военному мой папа.
Подошла мама:
— Хватит народ пугать, пошли домой, горе-авиаторы...

На глазах от обиды стали наворачиваться слёзы. Как же так? Папа, а вот не сумел сделать какой-то самолёт?
— Ничего, — сказал мне отец, — не всё в жизни получается с первого раза, но мы с тобой обязательно самолёт доделаем, тяжеловат он получился, и тогда он непременно полетит. А пока сделаем-ка мы с тобой яхту.
На следующий день он принёс коробку, на которой красовалась крейсерская яхта с огромными парусами. Это было проще, и пруд был рядом, и мой детсадовский костюмчик был как раз с морской тельняшкой…