Дневник

   Дневник.

      К озеру пришлось идти через смешанный лес. Усыпанная хвоей тропа  уходила через сосновый бор в поросль молодого березняка заросшего высокой травой так, что тропинку приходилось разыскивать, то наклоняясь к земле, то просто рубить пырей и лопухи палкой, попавшейся под руку. Лес был очень красивый, лучи солнца пробивались сквозь листву, усеянную капельками росы.  Тропинка сделала поворот, и перед взором молодого человека открылось озеро. Оно было небольшое, круглое, как будто кто-то вычертил его форму в виде круга. Не было даже маленького ветерочка,  потому вода была ровная-ровная, она блестела как зеркало, и в нем отражалось небо в обрамлении тени деревьев и кустарника. На середине озера плавали  красивые кувшинки.   На берегу старая усадьба, об этом говорили потемневшие, покрытые трещинами доски, которыми обиты стены, рассохшиеся, чуть покосившиеся рамы высоких окон.
Александр присел на скамью у ровного забора из арматуры напоминающим копья своими ржавыми наконечниками достал из кармана куртки  cотовый телефон и фляжку. Сделав приличный глоток, позвонил.
 «Привет! Добрался? Почему не позвонил, или тебе пофигу, что волнуюсь?! Как имение, наследство деда превзошло ожидания?» – В трубке раздался  женский голос.
 - Здравствуй дорогая! Любуюсь! Дом у озера  может быть описан как уединенное пристанище, место встречи с природой, место для размышлений и поиска ответов на жизненные вопросы.
 - Быть или не быть? Конечно - быть, если  продашь этот старый, милый дом, и мы купим новую машину, после обещанной поездки в Италию. – Кстати мне новую роль предложили в пьесе Арбузова «В этом милом старом доме». Прикинь, у московского режиссера! Сентенция! – В голосе послышались нотки с издевкой.
 - Совпадение! Сентенция-нравоучение. Видимо совпадение с названием пьесы неслучайно. А про дом решим  вместе конечно. Он был  символом надежды, умиротворения покойного старика. Видео сделаю и вышлю, как появится точка доступа в Интернет.
 - Ах, как романтично, дорогой! Не продолжай, догадываюсь: "Место, где могут быть спрятаны тайны прошлого вашего старинного рода". Лучше поищи, бабкины драгоценности, а то сбегу с режиссером Якиным на Кавказ.  Пока, философ! – В трубке раздался смех и связь прервалась.
    Александр   с досадой сунул телефон в карман куртки, допил из фляжки, с трудом справился с замком на калитке и пошел по выложенной  плитке к усадьбе. Внутри убранство дома было не бедным, но и не отличалось роскошью: румынская стенка с хрусталем еще советских времен у одной стены, у другой металлический стеллаж с книгами, на полках которого тома русской классики, включая  К.С. Станиславского, и сувениры в виде театральных масок, гипсовых фигурок из мизансцен от Гомера до Островского. Посреди зала стоял круглый стол с вазой из высохших цветов,  по краям стола венские стулья, в углу большой плазменный телевизор, явно диссонирующий с обстановкой, особенно со старым, престарым креслом напротив. На стенах с облупившимися кое-где обоями пара картин ночного города, фото их семьи в рамке  рядом с большим портретом матери хозяина дома.  Александр аккуратно вытер пыль на черно белом фото прабабушки, улыбнулся и тихо сказал: «Бабуленция, а я ведь на тебя похож!»
    Двери в другие две комнаты были плотно закрыты плотными шторами: «Пойду посмотрю -  не осталось ли чего ценного, в виде сундука с золотом, как Анжела говорит». -   Саша улыбнулся и направился мимо стола, на котором лежала общая тетрадь, из которой торчали закладки с какими-то цифрами.  Стало интересно, может там неоплаченные счета старика? В перспективе проблемы с риэлтором  были ни к чему! Александр открыл  заложенную страницу, на которой ровным, красивым почерком бежали мысли деда, который любил повторять внуку: «Глаза-зеркало души, а почерк-зеркало характера!» - И нежно трепал шевелюру второклассника, корпящего над прописью. «Похоже это дневник!»  - Саша вытер носовым платком пыль с тетради, потом стул и, расположившись на нем поудобнее, стал читать: «В жизненный период, где-то с шестидесяти до шестидесяти пяти  тебя начинает терять работодатель. Каким бы успешным и сильным не был, рано или поздно ты становишься обычным человеком. Талант правда ни в счет, когда он есть! В моем случае его просто видимо было недостаточно. Роли в театре сплошь второго плана, а те, что сыграны: начальников всех мастей и командиров, даже если они и были главными, сошли «на нет» с приходом молодого режиссера. «На все воля божья!» -  сказала мне простая, но мудрая медсестра, когда ставила капельницу в больнице после увольнения  из театра: «Не цепляйся за прежнюю должность или место, иначе потеряешь покой».
Александр взглянул в окно, синичка требовательно постучала клювом по стеклу, и он вспомнил, как светились глаза деда, когда тот подбрасывал таким же пичугам хлебные крошки. Словно прочитав его мысли об ушедшем навсегда старике, как  кормильце ее сородичей в далеком прошлом,  птица вспорхнула крыльями и улетела. Саша перевел взгляд с грязного окна на закладку в общей тетради с числом 65.
     В  шестьдесят пять   тебя начинает терять общество. Друзья и знакомые, с кем ты раньше часто виделся, исчезают. Правда настоящих у меня было немного, и те прибрались до срока, а в театре настоящих друзей не бывает, только партнеры и коллеги. Не зря  нас называют «Сукины дети». Есть такой фильм Леонида Филатова о реальных событиях в легендарной «Таганке».  Так вот, коллеги стали просто знакомыми. Иногда звонили, интересовались сугубо протокольно о здоровье или хотя бы открытку к Новому году  присылали, а потом и почтовый ящик пополнялся только квитанциями за право жить в тепле со светом  и мыться в ванной.
   Вечеряли, как-то с котом у телевизора. На экране канал «Белая студия», а в ней  кумир Никита Сергеевич Михалков смотрит мне прямо в глаза и говорит: «Новое поколение тебя не знает – и это не должно тебя ранить. Это естественный процесс жизни». Подними руку и отпусти!»  - Я так и сделал, а мысли маэстро в тетрадку записал и  с тех пор  сын от меня не слышал, каким его отец был уважаемым и премированным, один раз даже на федеральном уровне за любимую роль Чмутина в спектакле «Ретро» по пьесе А. Галина.
     Александр, отложил тетрадь в сторону и вспомнил отца, который по телефону напомнил о юбилее деда и просил  прилететь на семидесятилетие, но Саша, как раз в тот период отрывался с друзьями по поводу поступления в МГУ  и просто забыл о дне рождения старика.  «Тополиный пух, жара июль, Ветер уносит в небо, Только ты не веришь никому….» -  В голове прозвучали слова   шлягера от «Иванушек», которые сменились кадрами домашнего видео с того юбилея, но уже потом на каникулах. Легкая грусть ущипнула душу и отпустила.  Саша решил дочитать дневник до конца, следующей закладки не было, но красивый некогда почерк деда, которым он делал наброски к рассказам из жизни у озера, становился кривоватым, а строчки то соединялись почти вплотную, то разбегались, а последняя уперлась в неровные цифры 75, зачеркнутые стрелой. Бегло просматривая описание природы, Александр хотел было найти воспоминания о семье, но ее в дневнике не было, за исключением неровной записи: «В 75-тебя начинает забывать семья. Даже если есть дети и внуки, ты чаще проводишь время один.  Супруга считает   старческой блажью и деменцией время дожития у прекрасного озера, а не в загородном доме, построенной сыном.  И если   раз в месяц он приезжает, это уже проявление любви. Хотя и говорим по телефону часто.  Трезвым  умом и сердцем понимаю, что  у него своя борьба в этой жизни! Себя вспомнил в их годы!» – Булавкой была приколота к листу фотография, на которой все  семейство на пятидесятилетии отца. Александр снял аккуратно фото, под которым  прочитал неровные строки: «Завтра получаю две семерки в прожитую жизнь. На уху рыбешки  наловил. А вот приедет ли старший внук, не знаю, не сложилось у нас с ним. Виноват то я сам, пока он мальчишкой рос, кроме, как пару раз на футбол вместе  сходили, больше ничего и не предлагал из-за занятости в театре, да на разных там мероприятиях, или, как говорят теперь «корпоративы» или попросту шабашке! Все боялся актерскую форму потерять. А теперь внука потерял. Он  занят своими делами, а встречи без любви и привязанности к старику лишь фарисейство. А время пытается уже забрать меня к себе, стоит ли печалиться, если   это его закон. Через это проходят все, потому что у Бога на каждого из нас своя очередь! Слава Господи, все же до 77 дожил! Дальше бы, как любимый Антон Павлович писал: "Давно я не пил шампанское", покойно выпил все до дна, тихо лег на левый бок и вскоре умолкнул навсегда».  – Перечитал недавно воспоминания о нем супруги, советской народной актрисы О.Киппнер-Чеховой.
     Дети и внуки! Пока есть здоровье и силы живите, как хотите, но по Совести! Ибо она Бог в сердце каждого человека. Тратьте деньги, на что хотите, поезжайте туда, о чем давно мечтали. Приглашайте тех, кого хотите видеть. Играйте, веселитесь, занимайтесь тем, что радует душу. Но запомните, что главная ценность Семья! Забудешь о ней, значит, ты потерял самого себя! И печатными буквами: КОНЕЦ.
     Александр  закрыл тетрадь и задумался: «А ведь дед прав! Стоит ли создавать с Анжелой семью и будет ли она из семи я нас с ней, если сейчас в приоритете не домашний уют с  детьми, а  машины, евро, лучшие курорты планеты?! – Из кармана куртки понеслась модная мелодия рингтона, она была очень настойчивой и продолжительной. На экране высветилась: «Любимая».
 - Алл-е, путешественник, где обещанная информация! Чего молчишь?! Ты, чего там медитируешь, вызывая дух старика о семейном золоте или уже взял в каршеринг гандолу и мы любуемся видами Венеции?!  Не-ет, скоре кривой сидишь на берегу с улочкой и пялишь очи в поплавок? Я предупреждаю, выбор у красивой актрисы есть всегда, и твоя лысина даже от ума не единственная! – В трубке на фоне гула веселой компании, послышался злой голос. Александр, выдержал качаловскую паузу, как любил повторять дед и спокойно ответил: «Дом оставляю себе, деньги за машину вкладываю в его ремонт. Дальше продолжать? Тогда завтра в 9.00 в офисе без опозданий! - Обрубив связь, директор самой крупной айти компании Томска покинул дом у озера, чтобы вернуться.