Фаза первая Глава 6 Микал запись 005 Беги!

Микал – запись 005
Беги!

Как устали глаза от яркого света в белоснежной комнате… Даже если уставиться в пол или закрыть их, не помогает. Руки и ноги затекли. Магнитные кольца впиваются – явно будут синяки. Невыносимо… Я устал, голоден и тихо схожу с ума. Моё эго – единственное, что удерживает меня от того, чтобы всё слить и уступить этим гадам. Я просто не уверен, сколько ещё смогу так продержаться.
Вдруг прошёл сигнал звукового уведомления с моих мекачасов, но невозможно посмотреть на них – руки привязаны к краям стула так, что мои часы обращены к стене. Они забрали мою мекалинзу, сволочи! Я знаю, что за мной следят, но надо попробовать проверить, есть ли ещё там кто-нибудь. Я заорал:
– Хорошо, ты меня победил… Я всё расскажу!
Ответа не последовало. Так. Ясно.
Тонкие металлические кольца на моих запястьях имели плоский край, соединяющий их со стулом. Ремешок моих часов был сдвинут вверх, освобождая место для кольца на левой руке. Изо всех сил я попытался повернуть запястье и развернуть часы лицом к себе, чтобы увидеть их экран. Кое-как удалось, аж что-то хрустнуло в кисти – не перелом, но больно. Пришло уведомление от той же учётной записи, от которой Стефан отправлял ранее сообщение: «Они взломали твои учётные записи, Микал».
Так я и думал, поскольку у них была моя мекалинза, но почему-то они забыли взять часы. С трудом дотягиваюсь до них лицом и носом нажимаю на экран. Активирую звуковую подачу информации.
«Как ты отправляешь мне сообщения? Разве они не видят этого?» – диктую ответ.
В следующем сообщении от Стефана было: «Они не единственные, кто взламывает».
Я информирую его: «Меня привязали к стулу в какой-то белой комнате, я не могу пошевелиться...»
«Я знаю. Открой этот файл», – быстро отвечает он.
Стефан присылает какой-то аудиофайл. Я голосом приказываю часам его открыть. Из них доносится слабый звук, и кольца вокруг моих рук и ног мгновенно отсоединяются от кресла, освобождая меня. Сладостный ветер свободы мгновенно поднял настроение.
«Как ты это сделал?» – спрашиваю я, потирая затёкшие руки и торопливо оглядывая комнату в поисках выхода.
Мои часы почти мгновенно запульсировали сообщением от Стефана: «В “Наследии” всё управляется с помощью частот. Не утруждай себя поиском выхода, тебе понадобится это, чтобы найти его». Он отправляет другой аудиофайл, который воспроизвёл немного другой звук. Примерно через три секунды открывается дверь справа от кресла, к которому я был примагничен. За ней видна какая-то тёмная комната. Медленно крадусь туда. Оглянувшись, вхожу. Оказывается, это диспетчерская, напичканная экранами и машинами ИДС. Она, похоже, окружает белую комнату, в которой я только что находился. Оказывается, стена, напротив которой стоит стул, прозрачная со стороны комнаты управления. Диспетчерская пуста, и довольно давно. Нужно найти способ выбраться отсюда.
«Там должна быть дверь, которая проведёт тебя через центр Системы Внутреннего Контроля Студентов “Наследия” (СВКС). Постарайся, чтобы тебя не заметили», – пишет Стефан. Я даже не спрашиваю, откуда он точно знает, где я.
Надо осмотреться и понять, что делать дальше. Свет в зале погашен, только экраны освещают пространство.
«Используй информационную карту СВКС из файлов мамы, чтобы добраться до кольцевого туннеля. Это приведёт тебя к той же системе туннелей, в которой ты нашёл плату питания, когда отключил её. Попробуй снова», – инструктирует Стефан.
Хотя он и спасает меня, но я ещё не готов ему доверять. Довольно-таки трудно понять, почему нужно возвращаться туда и пробовать всё сначала. Только чтобы снова попасться? Но у меня нет других вариантов. Возвратиться в класс или в свою капсулу, притвориться, будто ничего не произошло? Но это чревато тем, что там меня легко найдут и опять схватят.
«Почему мне снова надо отключить электричество? Однажды меня уже поймали, и в следующий раз со мной уже не будут цацкаться», – скулю я в сообщении.
«Просто доверься мне», – отвечает Стефан.
Я быстро захожу в файлы, чтобы покопаться в поисках карты СВКС. Маршрут достаточно прост, так как это просто большой зал, через который нужно пройти, чтобы попасть в коридор, который ведёт к туннелям. Труднее всего будет пробраться незамеченным, поэтому позарез нужна маскировка.
Пороюсь-ка я здесь, авось найду хоть что-нибудь, что может помочь. Но всё тщетно. Снова открываю карту и обнаруживаю слева от зала СВКС, где нахожусь сейчас, лабораторию. Я так понимаю: мы говорим «лаборатория», а подразумеваем «лабораторный халат», которого может быть достаточно, чтобы слиться с остальными. Когда я подхожу к единственной двери в комнате, до меня доходит, что я не могу открыть её, не просканировав ИДС.
«Я не могу отсканировать свои часы на ИДС… Они узнают, что это я», – в безнадёге докладываю Стефану. После долгих четырёх минут ожидания он посылает долгожданный файл на мои часы. Это оказался скан-код с информацией другого человека. И теперь меня зовут Мила Крескофф.
«Тебе действительно нужно было сделать меня девочкой?» – шучу я.
Он отвечает: «Мила – единственная, кто в последний раз сканировалась в системе обнаружения в этом отсеке. Я вытащил её из базы данных; это будет наименее подозрительным».
Пока я тянулся к машине, чтобы просканировать часы в ИДС, пришло ещё одно сообщение от Стефана: «Система должна распознать, что Мила вошла в диспетчерскую первой, иначе она уведомит систему безопасности. Подожди секунду».
Я послушно жду дальнейших указаний, и вдруг дверь открывается.
«Не входи, пока не отсканируешь код Милы. Мы должны создать впечатление, будто она вышла из комнаты, чтобы ты мог использовать её код для доступа к остальной части помещения».
Пришлось подождать, пока дверь снова закроется. Буравлю часы глазами в ожидании. И наконец пришло время двигаться дальше.
Оказывается, нежилые помещения «Наследия» выглядят совершенно не так, как жилая его часть. Всё какое-то тёмное, менее стимулирующее. Как будто дежавю с тем военным кораблём из той самой контрольной симуляции: тесные коридоры с приборами и трубами, тянущимися вдоль потолков и стен. Тусклые голубые светящиеся сферы проходят под потолком вроде огней на взлётно-посадочной полосе. Пустынно.
Я поворачиваю налево из зала управления. В поиске лаборатории медленно пробираюсь по жуткому синюшного цвета коридору. Здесь нет никаких знаков, поэтому не совсем понятно, какая дверь ведёт в лабораторию. Приходится опять заглянуть в карту из своих файлов, чтобы сориентироваться и двигаться дальше.
Из-за одной из дверей слева слышатся голоса, они кажутся знакомыми. Прислушиваюсь, подойдя поближе. Один из них, безусловно, голос того же человека, который допрашивал меня, когда я был привязан к стулу. А другой... Я не могу разобрать, но звучит знакомо.
– Ваша роль здесь была очень важна, но правление не поощряет предателей, профессор, – говорит мой недавний инквизитор.
Глаза полезли на лоб, я узнаю; так хорошо знакомый голос второго человека. Это же профессор Спаркс!
– Мы же договорились! Я бы принял участие в инициативе в обмен на ваши гарантии безопасности моей семьи. Вы не выполнили свою часть сделки, и теперь они погибли! – выкрикнул Спаркс.
Он произносит это каким-то разбитым и в то же время разъярённым голосом. Его оппонент холодно и беспристрастно отвечает:
– Как я уже сообщал вам, мистер Спаркс, были силы, превосходящие наши собственные, которые привели к произошедшим событиям, и в итоге они унесли жизни вашей супруги и маленького мальчика. Сделка заключалась в том, что мы обеспечим безопасность вашей семьи в обмен на ваши услуги... А потом мы узнали о ваших связях с «Сопротивлением».
– Прекратите врать! Я знал, что не могу доверять вам после того, как вы заперли мою семью здесь! Вы обещали мне их безопасность, а не заточение. По крайней мере, «Сопротивление» гарантировало мне, что они будут охранять их, и я был склонен верить им больше, чем вам! Особенно после того, как стало ясно, что здесь происходит на самом деле, – резко отвечает Спаркс.
– Жаль, что вы остались недовольны нашими усилиями, – холодно говорит мужчина.
– Ты пешка, Султан, открой глаза! – кричит Спаркс.
– Боюсь, ваша работа здесь, в «Наследии», закончена. Мы благодарим вас за поддержку нашей инициативы, мистер Спаркс.
Раздаётся лёгкий скрежещущий звук, достаточно громкий, чтобы его можно было услышать через дверь. Через несколько секунд раздаётся душераздирающий крик Спаркса, крик жгучей боли. Мне приходится заткнуть уши из-за сильного давления в голове. И вдруг всё резко обрывается и наступает холодная тишина. Когда я убрал руки от ушей, на ладонях остались следы крови. Этот парень, Султан, убил Спаркса.
Я несусь по коридору туда, где, предположительно, находится лаборатория. В конце коридора справа дверь, думаю, что это и есть то, что я ищу. Быстро сканируюсь в ИДС и вхожу туда, даже не задумываясь о том, кто или что может быть внутри.
Я прилип спиной к стене рядом с дверью, как будто прячась от Султана, который гонится за мной. На короткое время приходит чувство безопасности. Оглядевшись, понимаю, что нахожусь на платформе прямо перед входом, где есть несколько лестниц, ведущих вниз, к центру комплекса. По обеим сторонам каждой из них расположены огромные складские шкафы. За ними не видно, что там, внизу. Но когда я подошёл ближе к лестнице, моему взору открылся огромный зал, заполненный большими стационарными машинами и снующими между ними роботами. Платформа достаточно высокая, чтобы увидеть всю лабораторию. Там такая движуха разнообразной техники, что непонятно, где искать что-то маскировочное для себя. Звуки ботов и булькающие звуки химикатов заполняют собой всё и, на моё счастье, дают шанс не быть услышанным. В центре лаборатории стоит пугающих размеров машина, через которую проходят электрические кабели и жидкости. Похоже, это центральная установка. Вокруг агрегата в броуновском движении снуют неугомонные роботы. Они подключаются к бокам машины и передают что-то более мелким ботам, суетящимся вокруг неё.
Я осторожно делаю первый шаг по лестнице, глядя в лабораторию, но вдруг замечаю высокую тёмную фигуру, обходящую гиганта вокруг. Она слишком крупная для человека. Существо медленно движется, его спина сгорблена, ноги и руки длинные и толстые. Я отшатываюсь, прошептав себе под нос: «Что, чёрт возьми, это было…»
С осторожностью возвращаюсь на платформу и прячусь за шкафами, которые отделяют переднюю платформу от остальной части лаборатории. Что бы это ни было там, в лаборатории, ни за что не рискну туда спуститься. Я порылся в шкафах вдоль стен, чтобы найти что-нибудь, что может пригодиться. Большинство из них оказались либо пустыми, либо забиты множеством повреждённого оборудования и грудами флеш-чипов. В основном это оборудование с логотипом СкайЛарк. И тут приходит на ум: неужели моя мама могла иметь какое-то отношение ко всему этому?
В дальнем конце платформы видна стеклянная стена с ИДС. Иду туда и вглядываюсь, что находится за стеклом. Там расположены некий склад высокотехнологичных устройств и какое-то замысловатое оружие, отдалённо похожее на пушки. Я сканирую ИДС кодом Милы, который мгновенно открывает стеклянную дверь, показывая все предметы внутри. Я поскрёб по сусекам – ящикам в шкафах, которые стояли вдоль стен, они бесшумно выдвигаются с ещё бо;льшим количеством барахла внутри. В этой куче гаджетов, приставок и машинок сложно понять, что есть что и для чего они, как работают. Наконец нахожу небольшой модуль в одном из ящиков, один из тех, которые подключаются к любым устройствам МекаТех для расширения их возможностей. Моя мама когда-то подарила мне модуль, внешне похожий на тот, что я держу в руках, для расширения диапазона проекции голограммы на часах. Это устройство не очень большое, неровной овальной формы с плоским краем, который подключается к разъёмам на устройствах МекаТех. Прикрепляю найденный модуль к своим часам и запускаю его, часы его обнаруживают, производят негоциацию. И вдруг произвольно (а может, я, дурак, случайно на что-то нажал?) модуль испускает сильный импульс. Меня немного отталкивает назад, а из модуля выстреливает небольшой плазменный пучок. Хорошо, что луч ушёл в бетонный пол, слегка опалив его, а то наделал бы я здесь шума, выстрелив в какое-нибудь устройство. Шуму точно было бы много. А мне это сейчас надо? Это оказывается модуль частотного бластера. Так, понятно. Я могу настроить его на какую захочу частоту. Конкретная частота, на которую он был установлен, была достаточно сильной, чтобы причинить ущерб. О, это пригодится в хозяйстве! Отсоединяю модуль от часов и спокойненько кладу себе в карман.
Опять копаюсь в ящиках, чтобы найти какие-либо модули, которые могли бы быть полезны, и тут смотрю: бааа, да это то, что я всегда считал кинематографическим вымыслом! Этот модуль идентичен по форме и размеру предыдущему, но на нём напечатан голубой шестиугольник. Немедленно прикрепляю его к часам и активирую, затем вытягиваю руки по швам. Голубой шестиугольник побежал по моему телу от часов к другой руке и ногам. И тут моё отражение в стеклянной стене, что была передо мной, исчезает. Смотрю на свои руки и ноги, а их не видно. Я пошёл в лабораторию, чтобы найти лабораторный халат или какую-то маскировку для безопасного побега, а в итоге нашёл модуль невидимого щита, который, как я до этого думал, существует только в фильмах. Теперь побег отсюда кажется гораздо более реальным! Снова сканирую часы кодом Милы на ИДС, чтобы закрыть эту стеклянную дверь, и разворачиваюсь обратно к двери, через которую вошёл.
Прежде чем добраться до неё, натыкаюсь на то существо, которое я видел мимоходом. Оно вышло из-под лестницы справа от меня и преградило путь к двери слева. Существо худощавое, но массивное по сравнению со мной, по крайней мере, на метр с хвостиком выше. Руки и ноги его согнуты, спина слегка сгорблена, а лицо выглядит почти как человеческое, с маленьким носом, чёрными, как ночь, глазами и лысой головой странной формы, выступающей сзади. Его кожа тёмно-синего цвета, почти серая, с сухой шероховатой текстурой и с небольшими бугорками. Одето оно по минимуму: только короткие тёмные штаны, обвешанные всякими гаджетами. Находясь прямо передо мной, оно смотрит в мою сторону.
Я в ужасе стою молча и неподвижно, не понимая, видит ли оно меня. Тот непроизвольный выстрел модуля, должно быть, привлёк его внимание. Оно медленно приближается и останавливается в нескольких сантиметрах от меня. Я осторожно отодвигаюсь, одновременно осматривая пространство. Меня прошиб пот. Пытаюсь кое-как контролировать своё дыхание, чтобы не быть услышанным. Посмотрев мимо меня несколько мгновений, оно поворачивается и идёт обратно к лестнице, с которой пришёл.
Со вздохом облегчения я медленно крадусь к двери. Оглядываюсь на лестницу, чтобы проконтролировать, как далеко оно ушло. Мне же надо просканировать ИДС у выходной двери и выскочить. Существо идёт по лестнице вниз, спиной ко мне, и внезапно поворачивается и говорит:
– Беги.
Сканируюсь на ИДС и пулей вылетаю из помещения. Несусь по тёмному коридору, постоянно оглядываясь назад. Вижу, что существо медленно идёт позади меня и смотрит в мою сторону. Оно видит меня. Каким-то образом эта тварь может видеть сквозь невидимый щит. Вот уже дверь диспетчерской, в которой меня заперли. Следующая дверь слева должна быть комнатой Службы Внутреннего Контроля Студентов, через которую мне необходимо пройти, чтобы добраться до системы туннелей. В отчаянии сканируюсь у ИДС перед комнатой СВКС и вхожу туда, в последний раз взглянув в холл и ничего там не увидев. Что бы это ни было, оно говорило на нашем языке и играло со мной. Но что это такое? И что оно делает в «Наследии»?
Зал СВКС также полон компьютерных систем и роботов. Он хорошо освещён, что соответствует атмосфере большей части «Наследия». За машинами работает всего несколько человек, одетых в белую одежду с логотипом «Наследие» и МекаГир. Я пробираюсь через оживлённый зал, мне необходимо добраться до другого конца, где находится предполагаемый вход в туннель. Никто из работников не взаимодействует друг с другом. Все они явно роботизированы и сосредоточены на том, что делают. Несмотря на лучшее освещение, в зале царит жуткая атмосфера. Я нутром чувствую: это эпицентр всего безумия, происходящего в «Наследии».
Все рабочие помещения академии напичканы этими белыми квадратными динамиками, в которых я узнал бластеры АСДД (Акустическая Система Дальнего Действия), описанные в файлах. Центр СВКС отвечает за их программирование и передачу частот, которые подавляют всех студентов. Крадусь через все эти компьютерные системы и оборудование с осторожностью несмотря на то, что невидим. За системами находятся небольшие комнаты со стеклянными стенами со всех сторон. В каждом углу такой комнаты расположены бластеры АСДД. Этих стеклянных бункеров здесь десятки, и в каждом находятся один, а то и два человека. В основном это молодёжь, видимо, студенты из «Наследия». Проходя мимо одного из стеклянных кубов, я обращаю внимание на одного парня, показавшегося мне знакомым. Он примагничен к стулу тем же способом, как был и я. Это, оказывается, Десмонд – один из друзей, с которым я познакомился в первом семестре в «Наследии».
Он был студентом cектора «Униформ». Мы сидели рядом в одном из учебных залов и довольно быстро подружились. Но однажды он сказал, что получил уведомление об исключении из «Наследия». Я не видел его с того дня. Его оценка упала ниже семидесяти, а любой, кто заканчивает семестр с оценкой ниже семидесяти, автоматически отчисляется. Теперь понятно, что исключение не означает, что ты покидаешь «Наследие»… Ты просто становишься одной из их лабораторных крыс. Всё это время они проводили над ним тесты АСДД.
Мой друг выглядит подавленным, отрешённым и безжизненным. А я стою перед стеклянной камерой, в которой он находится, убитый горем оттого, что вижу, в каком он состоянии. Мне, конечно, есть чем заняться, но я обязан его спасти.
Мои часы запульсировали. Пришло уведомление о сообщении, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. Чёрт побери, звук же может привлечь внимание. Я быстро ныряю на пол перед машинами, которые неусыпно направлены на камеру Десмонда. Это оказалось входящее сообщение от Стефана: «Продолжай идти вниз. Почему ты остановился?»
Я отвечаю: «Мой друг заперт в этой комнате СВКС и используется как лабораторная крыса! Это место заполнено студентами в стеклянных тюрьмах. Мы должны спасти их!»
«Мы вернёмся, Микал, мы вернёмся за ними всеми. Прямо сейчас тебе нужно добраться до платы питания в туннелях», – торопит меня Стефан.
Я бросаю последний взгляд на Десмонда. Когда мы познакомились, он был сильным, здоровым парнем; теперь он худой и истощённый. У него была потрясающая шевелюра, теперь она поредела и поседела. Насколько я помню, его выслали довольно давно, значит, он всё это время был заключённым здесь. Я не могу представить, что оставлю его тут, и моё первое побуждение – проигнорировать сообщение Стефана. Но если взвесить свои варианты, становится понятно, что, попытайся я сейчас спасти Десмонда, мне не миновать немедленного разоблачения. Или даже если я его освобожу, то он, несомненно, слишком слаб, чтобы уйти далеко.
Я кладу руку на стекло и шепчу ему: «Я вернусь за тобой… Обещаю». Он поднимает голову и смотрит в мою сторону, его глаза такие отяжелевшие, взгляд замутнённый и оцепеневший. И тем не менее в данный момент я вижу того самого Десмонда, которого когда-то знал. Такое ощущение, что он услышал меня... или почувствовал.
Мне нужно торопиться. Я быстро продвигаюсь через зал СВКС мимо этих стеклянных камер пыток с десятками студентов внутри, примагниченных к металлическим стульям. Вижу, как некоторых реально бьёт частотами и трясёт как от удара молнии. Всё внутри кипит от возмущения и ужаса, но нужно двигаться дальше.
Конец зала уже близок, и показались большие двери выхода. Они должны привести меня обратно в туннели. Вдруг двери распахиваются, и входят два больших дроида-охранника. Они не похожи на других белых роботов в форме человека в лаборатории и в комнате СВКС. Эти крупнее, покрыты тёмной бронёй, выглядят гораздо более устрашающе и менее дружелюбно. У них есть отличительные черты: логотипы «Наследия» на нагрудных доспехах и замысловатые световые узоры, идущие по плечам и спине, похожие на паутину, такие же, как на стенах кампуса, но свечение красное.
Они подходят к девушке-работнику возле одной из машин, она в это время вводила данные в свои часы и программировала что-то в одной из испытательных камер. Дроиды приближаются к ней и низким металлическим голосом говорят:
– Мила Крескофф, вам предъявлено обвинение в подозрительной деятельности на объекте. Не сопротивляйтесь. 
Испуганная и обескураженная, она закричала, что не знает, о чём идёт речь, и умоляет не трогать её. Дроиды игнорируют её мольбы, хватают под руки и тащат за двери, через которые вошли.
Поначалу чувствую себя немного виноватым, что ответственен за любое наказание, которое ей грозило... Но то, что я знал, что она причастна к пыткам этих студентов, помогло мне справиться с с этим чувством. Однако пока Мила в плену, я больше не смогу использовать её код.
Подбегаю к большим дверям, прежде чем они сдвинулись, закрываясь. Мне всё-таки удаётся проскользнуть сквозь них – промежутка между ними было для этого достаточно.
Этот коридор похож на тот, в котором я только что был перед входом в зал СВКС. Я вижу, как дроиды тянут Милу по тёмному коридору. Её мольбы тонут в гулкой тишине. Они входят в одну из комнат дальше по коридору. Вот незадача! Без идентификационного кода Милы будет невозможно перемещаться по окрестностям и в туннелях. Я так близок к тому, чтобы выбраться отсюда. Одна надежда, что это не станет концом всего. Открыв карту из своих файлов, обнаруживаю, что вход в туннель находится в конце коридора, слева от дверей СВКС. Этот зал короче предыдущего, поэтому пришлось побежать по нему, чтобы не столкнуться с этими дроидами. Здесь гораздо холоднее.
Добираюсь до места, которое должно быть входом в туннель, это оказалась большая сводчатая раздвижная стальная дверь. Как обычно, на стене справа от неё встроен ИДС. А тут ещё мой модуль невидимости начал мигать и часы предупреждают, что ему нужна перезарядка. Тело начало мерцать, теряя прозрачность и делая меня уязвимым. Я оборачиваюсь и смотрю в глубь туннеля, чтобы убедиться, что там никого нет. Всё тихо. Это немного успокаивает. Но надо решить, как открыть эту дверь. И вдруг из её недр раздаётся щелчок. Звук шестерёнок и металлического движения заполняет зал, и дверь начинает открываться.
«Ты в порядке? Быстро добирайся до платы питания, она должна быть прямо на верхнем уровне», – сообщает Стефан.
Этот парень всегда на шаг впереди.
Со Стефаном в качестве моего « ангела-хранителя» вся эта ситуация кажется под контролем и не такой страшной. Однако реалии этого ужасают.