Фаза первая Гл 8 Микал-007 Артур, что ты наделал!

Микал – запись 007
Артур, что ты наделал!

Инопланетяне, дроиды-убийцы и звуковое оружие… Внезапно моя жизнь стала напоминать видеоигру. Я вспомнил тот момент, когда моя мама отключила мой GSX от сети перед сдачей экзамена. Она убеждала меня, что нужно подготовиться к сдаче экзамена в «Наследии». Я тогда и не подозревал, что именно этим и буду заниматься. Все видеоигры, в которые мы с Артуром играли, как бы лишили меня чувствительности к нашей нынешней ситуации. Мне почти кажется, что я больше не в реальной жизни... Но разница в том, что я не могу снять гарнитуру и закончить игру.
Артур гораздо более рационален, чем я, и он воспринимает всё это гораздо серьёзнее. Он всегда был довольно плох в играх, в которые мы играли. Но теперь его рационализм является более здоровым подходом. Мои запястья до сих пор болят оттого, что меня окольцевали и примагнитили в том кресле. Всё, что мы испытали до сих пор с момента, как узнали правду о «Наследии», казалось мне гораздо более реальным, чем всё, что я когда-либо испытывал раньше.
Чем дальше мы продвигаемся по туннелям, тем всё больше я понимаю, что что-то здесь не в порядке. Мы находимся на настоящей войне, и друзья Ноа в кампусе могут на самом деле находиться в большой опасности. Надеюсь, его подруга Райли не пострадала. В ней есть что-то знакомое, и она явно хочет меня... Я могу сказать это судя по тому, как она смотрит на меня. Кажется, Ноа встревожен за своих друзей.
Не отставая от Стефана в рейде по туннелям, я заметил, что девушка, которую мы спасли из офиса СВКС, Мия, не отходит от него. Похоже, наш гордец-одиночка завёл себе подружку. Я имею в виду, что это для него хорошо и всё такое... А по мне, так это безумие: как они так выбрали друг друга с места в карьер? Все видят эту искру, пробегающую между ними. Мия как тот маленький краб-отшельник, зацепившийся за рыболовную сеть только для того, чтобы переплыть через океан. Интересно, когда она отцепится? Но их новообретённые отношения, как будто они старинные знакомцы, интригуют...
Стефан сообщил команде, что на его мониторе появились два дроида. Этот монитор… Я не знаю, что это такое, потому что он не похож на устройство МекаТех. Он толще, чем большинство устройств, которые я видел, и из его верхней части торчат маленькие резиновые антенны. Так вот он указал на то, что мы приближаемся к входной двери кладовой, но туда направляются дроиды.
Теперь я понимаю, что всё сделал неправильно, когда шёл здесь в первый раз, решив отключить питание. «Наследие» сразу зафиксировало это. Помимо того, что за мной следили на пути в хранилище, вдобавок ко всему я просканировал ИДС, используя свой личный идентификационный код. Спасибо Стефану за то, что он вёл, иначе закончить мне как профессору Спарксу...
Мы останавливаемся на мгновение. Стефан поворачивается и говорит:
– Туннель впереди приведёт нас к складу на первом уровне, но прямо перед ним два дроида. Мы должны играть по-умному.
– Кажется, у меня есть идея, – говорю я, вытаскивая модуль невидимости и соединяя его с часами. – Думаю, что не составит большого труда прокрасться мимо них, будучи невидимым, и уничтожить их сзади, – немного похвастался я.
– Это неплохая идея, но я сомневаюсь, что ты один сможешь убрать их обоих, – говорит Стефан.
– Может, не один, у меня тоже есть кое-что, – рокочет Фураз, роясь в сумке.
– Хватит ли нам на всех? – спрашивает Клэр.
– Нет, конечно. Прокрасться мимо всем не получится, – отвечает Фураз.
– Тогда как насчёт того, чтобы мы с Микалом проскользнули между ними и ударили их твоими электрошоковыми бомбами, Фураз? – предлагает Ноа.
– Я на шаг впереди тебя! – хвастается Фураз, доставая две бомбы и протягивая ладонь, чтобы показать нам маленькие устройства в форме кнопок.
– Легко… Всего лишь надо найти отверстие, где проходит нерв, нажать на кнопку детонатора и быстро забросить бомбу туда. Нервные отверстия обычно экранированы, но можно найти их на шее и части спины между пластинами щита на позвоночнике, – инструктирует Фураз.
Ноа выхватывает у Фураза модуль невидимости и шоковую бомбу. Я временно отключаю свой модуль невидимости и загребаю шоковую бомбу у Фураза.
– Хорошо, мы останемся здесь, переждём, пока вы не дадите нам шанс, уничтожив их, – говорит Клэр.
– Принято, – соглашаюсь я.
Мы оказываемся в туннеле. Он круто поворачивает направо, подводя прямо к двери кладовой. Пожимаем друг другу руки и активируем наши модули невидимости. Крадёмся вдоль стены. Заглядываем за поворот в туннеле. Точно, дроиды – там, бок о бок, как Шерочка с Машерочкой, ожидают нас, голубчики, прямо перед дверью склада. Мы медленно подбираемся к ним. Я сосредоточен и уверен в себе, но по мере того, как мы приближаемся к цели, из ниоткуда появляется какое-то беспокойство.
Дроиды – громилы. Они почти полностью заслонили двери, оставив лишь небольшую щёлочку между собой, как те горы, Сцилла и Харибда, из легенды об Одиссее, хорошо, что хотя бы не двигаются. Это узковато, конечно, но протиснуться можно. Я не могу видеть Ноа, осталось только верить, что он сможет проскользнуть между этими грудами железа и пластика и сделать своё дело. Дверь позади роботов открыта, складское помещение просматривается прекрасно. Всё вроде бы складывается так, что это не должно стать слишком сложной задачей.
Мы приближаемся к «Сцилле» с «Харибдой», я встаю на цыпочки, поворачиваюсь боком и, втягивая живот, осторожно протискиваюсь в небольшую щель между железными громадинами, пытаясь уклониться от физического контакта. Будучи так близко к этим машинам, я чувствую интенсивную энергию, излучаемую ими. И тут моё правое плечо слегка задевает часть брони дроида. Я уже готов к разоблачению, но железяка, кажется, не замечает этого. И до меня доходит, что у ботов нет чувства осязания, как у людей. Уф, отлегло… Наконец-то я по другую сторону открытых дверей. Теперь у меня есть возможность разглядеть спины роботов.
Отключаю модуль невидимости, чтобы Ноа мог определить моё местонахождение после того, как пройдёт мимо дроидов, и жду его с нетерпением. Моя рука наготове на часах: если боты развернутся, то я смогу быстренько активировать свой модуль. Я даже не успеваю поволноваться в ожидании, как Ноа нарисовывается передо мной с поднятым большим пальцем в знак подтверждения. У нас есть только один шанс, без права на ошибку. Каждый из нас выбирает свою цель. Мы осматриваем спины роботов на наличие каких-либо отверстий для введения туда шоковых бомб. Единственные области, которые мы можем идентифицировать как нервные отверстия, основываясь на описании Фураза, находятся между лопатками под шеей. Это создаёт проблему, мы никак не можем туда дотянуться. Оба, Ноа и я, «маломерки», а дроиды навскидку примерно от двух с половиной до трёх метров ростом. Наш единственный вариант – подбежать сзади, запрыгнуть им на спину и атаковать.
Переговоры исключены из-за опасности быть услышанными, поэтому жестами я объясняю свой план Ноа. Пальцами изображаю, как мы бежим и запрыгиваем на дроидов. Он реагирует выпученными глазами и покачиванием головой. По его губам читаю: «Это слишком рискованно». Развожу руками и тоже вытаращиваю глаза, чтобы спросить, есть ли у него идеи получше. Он оглядывается вокруг, а затем снова разочарованно смотрит на меня, признавая, что мой план – единственный путь, по которому мы можем пойти.
Переглянувшись и кивнув друг другу, делаем несколько шагов назад, чтобы подготовиться к броску на дроидов. Ноа явно нервничает. Парень напрягся и тихо и глубоко вдохнул. Я киваю и буравлю его взглядом, посылая сообщение глазами: «Ты можешь». Знаю, что он получил его.
Мы бросаемся вперёд, чтобы нанести удар. Сильно оттолкнувшись, я запрыгиваю своему «парню» на спину. Он мгновенно реагирует металлическим криком и начал размахивать своими длинными ручищами. Я включаю свою шоковую бомбу, вставляю её в расщелину между его лопатками и соскакиваю на пол. Смотрю: Ноа изо всех сил пытается повиснуть на спине у своего «малыша». Дроид пытается стряхнуть моего напарника со спины. Ему это удаётся. Я помогаю Ноа подняться с пола, и мы отступаем на несколько шагов назад. Тут оба бота разворачиваются, чтобы посмотреть на самоубийц, пробующих их победить. Горы железа и пластика ощетинились кучей стволов, готовясь разнести на молекулы нас – придурков, позволивших себе полазить по их спинам.
– Ты забросил свою? – кричит Ноа.
– Ага! Сколько времени нужно, чтобы эта штука сработала? – воплю я.
И тут из спины моего красавца раздаётся пронзительный звук, а затем наконец-то электрический разряд пробивает его. Подопечный Ноа пока барахтается, приближаясь к нам, размахивая своими когтистыми ручищами из стороны в сторону.
– Ноа, активируй свой модуль! – ору я.
Мы оба активируем модули невидимости и разбегаемся. Один дроид готов, другой на подходе, но он настырно преследует нас, по ходу методично расстреливая туннель из всех встроенных в его тело стволов.
Ноа не видно, я могу только надеяться, что он не ранен.
– Ты в порядке? – кричу я в перерывах между грохотом шквального огня.
– Я в порядке! – слышу я ответ.
Я сейчас лежу ничком на полу туннеля, и по звуку можно определить, что он находится прямо рядом со мной.
– Можешь прокрасться за дроида? – тихо спрашиваю я.
– Я пошёл, – отвечает он.
Я встаю, вытаскиваю звуковой модуль и бегу к кладовой.
– Эй, сюда! – кричу я, чтобы отвлечь разбушевавшегося бота.
Он разворачивает свои оглобли и перецентровывает свои пукалки на меня. Я быстро подключаю модуль электрошокера к часам и выстреливаю в него. Он принимает удар и на мгновение останавливается. Выстреливаю ещё раз, потом ещё, пока он не повалился на колени. Дроиду уже сложнее даётся каждое движение, но он продолжает целиться в меня. Он медленно поднимает руку, борясь с эффектом от шокера. Его всего трясёт. И как раз в этот момент слышится высокий звук ударной бомбы, резонирующий у него за спиной. В одно мгновение его охватывает волна электричества: синие молнии проходят сквозь него с головы до ног. Яркий свет от лазерного удара достаточно силён, чтобы ослепить, если встать слишком близко. Через несколько мгновений робот падает на пол, потухший и совершенно безжизненный.
Позади дроида появляется Ноа. Мы встречаемся взглядом. Его глаза отражают уверенность. Гордость друг за друга переполняет нас – снова победа. Я теперь знаю, что Ноа – это товарищ по команде, в котором я всегда нуждался. Мы синхронизированы, устойчивы и круты.
Остальная часть команды подоспела, встав сзади Ноа, чтобы поздравить нас с викторией.
– Глянь-ка… Я бы сказала, что из вас, ребята, получилась адская команда! – восторженно восклицает Симфония.
– Отлично сработано, вы прикончили этих дроидов, мальчики, – поздравляет Клэр.
– Без вас, ребята, я бы не справился, – скромничает Ноа.
Я перешагиваю через бота и присоединяюсь к остальной команде. Мы с Ноа грандиозно отпраздновали свой фурор, дав друг другу «пять».
– Вот как это делается, не так ли, дружище? – Подошёл Артур и похлопал меня по плечу.
– Именно так! И когда Ноа появился из-за этой штуки, весь такой невидимый, и взорвал в нём электрический ад… Именно так это делается! – восторженно восклицаю я, хватая Ноа за плечи и тряся его.
– Ну хорошо… Как бы мило ни выглядела ваша победная вечеринка, нам нужно двигаться дальше. Мне всегда приходится напоминать вам об этом, ребята? – добавляет Стефан ложку дёгтя.
– Расслабься, чувак, – пытаюсь я смягчить его негатив.
– Я расслаблюсь, когда мы вытащим всех отсюда в безопасное место.
– После всего, что здесь только что произошло, теперь все в опасности… Не только мы, – отвечает Стефан.
– Он прав. Кто знает, что сделает Султан теперь, когда комната СВКС разгромлена. Он просто может нажать кнопку и уничтожить всех в академии, – добавляет Клэр.
– Но зачем главному канцлеру это делать? – спрашивает Ноа.
– Потому что я почти уверена, что ему либо промыли мозги, либо он работает с Элтеями. Если АСДД выйдут из строя и не смогут контролировать студентов, они им больше не понадобятся, – предполагает Симфония.
– Блин, это хреново… – обескуражен я.
Стефан осторожно берёт Мию за руку, перешагивает через дроидов и направляется к складу. Мы следуем за ним. После того, как эти два робота протоптали комнату, пол завален металлическим ломом и машинами ИДС. Здесь по прямой не пройдёшь. Этот механический бурелом преграждает путь, поэтому мы вместе со Стефаном и Бумбоксом взялись расчищать хлам, встречающийся на пути.
– Может, мы и вырубили АСДД… Но все глаза и уши в кампусе находятся в офисе службы безопасности. Как только мы попадём на первый уровень, нас увидят и услышат. Это только вопрос времени, когда Султан пришлёт больше дроидов-охранников, – предупреждает Клэр.
– Кабинет охраны находится рядом с кладовой. Это недалеко, и мы быстро будем там. Непохоже, чтобы в этом районе сейчас были активные дроиды-охранники, – отвечает Стефан, глядя на свой монитор.
– Но остаётся вопрос, почему на данный момент больше нет активированных ботов… – задумывается Ноа.
– Это хороший вопрос, – говорит Симфония.
– Я не уверен, но не ослабляйте бдительность, – добавляет Стефан.
Наконец мы добрались до входной двери в кладовку и обнаружили, что машина ИДС рядом с ней разбита.
– Отлично. А как мы теперь выберемся отсюда? – возмущаюсь я.
Стефан и Фураз о чём-то пошептались друг с другом. Они попытались нам объяснить свою идею, но мы не совсем врубились.
– Подождите! Что вы, ребята, говорите? – произносит Клэр.
– Здесь есть другие машины ИДС. Нам просто нужно принести одну и заново подключить к главному блоку дверей, – предлагает Стефан.
– Это легко! Кто не знает, как это сделать? – саркастически оскаливается Артур.
– Я могу без проблем перенастроить, – заверяет Фураз.
Тогда команда из Бумбокса, Стефана, Ноа и меня пошла на поиски запасной ИДС.
– Как мы узнаем, что хоть что-то из этого работает? – недоумевает Ноа.
– Просто ищите ту, которая получше выглядит. Здесь определённо есть несколько новых сменных машин ИДС, – советует Стефан.
Прочёсываем склад с пристрастием. Натыкаемся на несколько машин, но все они явно повреждены. Ноа идёт направо от двери и вдруг кричит:
– Эй, ребята, эта вот выглядит как новая!
Все несутся туда, откуда слышен голос Ноа. Машина ИДС действительно оказывается новёхонькой. Об этом говорят ещё не снятые плёнки с экрана коммуникации и линзы сканера. Она довольно-таки большая. Я хватаюсь за угол в попытке поднять и понимаю, что она не только массивная, но и тяжёлая. Встроенные в стены, эти машины кажутся не такими огромными. Но мы имеем дело с невстроенным экземпляром.
– Хватайтесь за углы, – командует Стефан.
Мы вчетвером, за исключением Бумбокса, который грубо подтолкнул машину, осторожно поднимаем её. Он поднял её так быстро, что вес машины сместился в нашу с Ноа сторону. Нам кое-как удаётся удержать равновесие.
– Блин, Бумбокс, полегче! Если такое слово вообще есть в твоём лексиконе! – кричу я.
– Мой косяк, – смиренно отвечает он.
Осторожно переносим машину к двери и ставим рядом с повреждённым блоком. Фураз осматривает её и говорит:
– Это должно сработать... Дайте мне секунду. – Он открывает передние панели обоих машин, копается в их недрах, перенося все провода системы со старой машины на новую, и – вуаля! – через несколько мгновений новая машина стала загружаться. – Приготовьтесь к сканированию и прохождению через дверь, – с гордостью объявляет мастер Фураз.
Стефан покопался в своих часах, и действительно, дверь открылась. Он заглянул из-за неё, чтобы осмотреть уровень, и докладывает:
– Похоже, всё чисто. Пошли в офис службы безопасности.
Мы следуем за Стефаном через холл на первом уровне. Двигаемся быстро и соблюдаем бдительность при переходе из кладовки в кабинет охраны, который находился справа от неё. Дойдя, Стефан пытается открыть эту дверь по обычному протоколу: отсканировав сигналом со своих часов. Но ИДС кабинета охраны отвергает все попытки.
– Я должен был знать, что в эту комнату допускаются только специальные сотрудники. Мне нужно найти в базе данных идентификационный код того, кто может иметь доступ туда, – размышляет вслух Стефан.
Он начинает лихорадочно просматривать базу данных на своём мониторе, но пробы разных идентификационных кодов оказались безуспешными.
– Что, если эта дверь похожа на ту, что была в той комнате, в которой я был заперт раньше? Ты прислал мне частоту, чтобы открыть её... Может, эта тоже может открываться с помощью частоты? – предполагаю я.
– Давай попробуем, – соглашается Стефан.
Он начинает искать частоту, соответствующую двери, используя частотный диск на своих часах. Его часы проецируют измеритель и воспроизводят тонкий резкий частотный тон. Он начинает настраивать счётчик рядом с дверью, частота меняется по высоте, и вот экран замигал. Наконец-то он достиг определённой частоты, и дверь открылась.
– Вот это да! Я не могу поверить, что это действительно сработало! – восклицает Артур.
Мы медленно заходим в офис службы безопасности. Вдруг слышим окрик справа от входной двери:
–Ноа!
Это Райли и Томиас. Их примагнитили к стене теми же металлическими кольцами, которыми я был прижат к стулу. Я готов поскорее подбежать к Райли и освободить его, но тут раздаётся несколько громких металлических ударов из центра комнаты. Два дроида выходят из-за центральной системы управления. Какое-то время они просто смотрят на нас, а мы все приросли к полу. Они не атакуют и не приближаются к нам, они просто молча стоят.
– Мне казалось, ты сказал, что других ботов не активировали... – тихо говорю я Стефану. Но он слишком занят сейчас, чтобы ответить.
Голограмма Султана появляется прямо перед дроидами. На его лице играет коварная улыбка, от которой мне так хочется врезать это голографическое изображение в ту же стену, к которой он примагнитил Райли и Томиаса. Это мерзкое лицо тирана, который запер меня и замучил всех этих исключённых студентов.
– Ну-ну… Похоже, «Сопротивление» присоединилось к вечеринке. Вам нечего делать здесь, в моей академии, – говорит Султан.
– Вы превратили эту академию в приют для престарелых, и мы вас закроем! – восклицает Клэр.
– О да, ты и твоя маленькая армия детей-дегенератов. Я знаю о тебе всё, Клэр. Усердие твоего отца в попечении над этой академией и настойчивость твоего маленького клана… Ты действительно думаешь, что у тебя есть шанс победить Элтеев? Эта академия – последняя надежда, которая у вас была, мои дорогие, но вы всё профукали, – с сарказмом злобно отвечает Султан.
– Мой отец поддержал создание этой академии с единственной целью: спасти человечество, а не держать его в плену у Элтеев! – парирует Клэр.
– Глупая девчонка! Теперь это ничья земля. Что ты собираешься делать с секретной подземной школой, использующей те же самые технологии, которые предоставили тебе Элтеи? – нагло выпаливает Султан.
Насмешки Султана разбередили Клэр, она закипает всё больше и больше:
– Почему ты им помогаешь? Я не понимаю, что ты получаешь от этого. Защиту? Они убьют и тебя, как только получат то, что хотят!
– Что тебе даст информация о моей мотивации? Я здесь, чтобы создать новый порядок, тот самый мир, к которому стремились основатели этой академии, чтобы обновить человеческий опыт и дать человечеству новый старт, в котором оно нуждается, – говорит Султан, маниакально улыбаясь.
– Эта маленькая крылатая фраза не использовалась в риторике первоначальных основателей. Академия должна была стать безопасным убежищем, которое научит студентов сопротивляться Элтеям и поможет вернуть себе нашу планету! Открой глаза, Султан. Элтеи используют тебя! – пробует достучаться до него Клэр.
– Позвольте моим друзьям вас проводить, – полностью игнорируя слова Клэр, говорит Султан, и его голограмма тает в воздухе.
Красные огни на дроидах становятся ярче, а части их брони переходят в боевое положение.
– Фураз, скажи, пожалуйста, у тебя есть ещё эти шоковые бомбы? – нервно спрашиваю я.
– Мы использовали две последних, что были у меня, – отвечает он.
– Отлично… – грустно шучу я.
Дроиды стали надвигаться на нас, приведя в боевую готовность оружие, выходящее из предплечий. Клэр, всё ещё разъярённая после перепалки с Султаном, первой начинает атаку на ботов своим модулем лазерной пушки. Их броня достаточно прочна, чтобы защитить от выстрелов, но она продолжала энергично стрелять в них. Бумбокс открыл огонь своими звуковыми бластерами, которые, поражая дроидов импульсами, всего лишь немного приостанавливают их, не причиняя особого вреда. Они упрямо продвигаются вперёд, отстреливаясь.
Я бросаюсь к Райли и Томиасу, чтобы освободить их от оков. У меня всё ещё сохранился файл звуковой частоты, который Стефан прислал, когда освобождал меня. Стараюсь их успокоить:
– Не волнуйтесь, я вас вытащу.
Открываю ленту МекаЧата, через которую Стефан связался со мной, получаю доступ к аудиофайлу, выпускаю первую частоту, которую он прислал, и это также срабатывает. Как только кольца раскрываются, Райли начинает заваливаться от слабости на моё плечо, я еле успеваю подхватить её правой рукой, и всем весом она падает мне на грудь. И в этот момент контакт пробуждает воспоминание:
– Это ты… девушка, с которой я столкнулся в день вступительного экзамена? – Она глядит на меня с лёгкой благодарной улыбкой, как будто знала об этом всё время.
Когда я впервые встретил Райли после того памятного учебного испытания с Ноа, мне показалось, что я где-то её видел. Но только сейчас до меня дошло, что она была той самой девушкой, с которой я столкнулся, когда мы торопились на регистрацию к экзамену в «Наследие». Теперь я помню эти светло-карие глаза и то, как они неотрывно смотрели на меня всю дорогу до экзаменационного класса в тот день.
– Это была я… Я вспомнила тебя, как только увидела, – бормочет она.
– Почему ты ничего не сказала мне?
– Я не знала, как… и не хотела, чтобы ты думал, что я придурковатая прилипала.
Мы обмениваемся тем же взглядом, что и в первый раз, когда встретились в день экзамена. Какое-то совершенно незнакомое чувство затмевает всё происходящее. Я не ощущаю ничего, кроме прилива крови по телу и её веса на себе.
Внезапно раздаётся крик позади нас:
– Микал, берегись!
Оборачиваюсь и вижу, как Артур забегает перед нами, чтобы заслонить от звукового удара одного из дроидов. Страх и мрак вдруг овладевают мной. Ощущение эйфории притупляется до удушающей боли. Артур спас нам жизнь и принял удар вместо меня.
– Нет, Артур! – истошно ору я.
Соник Ноа взорвал дроида, тот поутих на время. Это дало возможность мне плюхнуться на пол, чтобы помочь Артуру. У него пробита грудь, он истекает кровью.
– О Боже, Артур, что ты наделал! Нет, нет, нет, с тобой всё будет в порядке, приятель, – воплю я в панике, прижимая руки к его груди.
– Кажется, меня убили в одной из миссий, а? – говорит он тихо и умиротворённо.
– Нет, Артур, ты поправишься! Пожалуйста, держись! – кричу я, всхлипывая и прижимая крепче руки к его груди.
–Ты помнишь все игры, в которые мы играли вместе? Меня всегда уничтожали первым, и я всегда оставлял тебя в одиночестве. Но ты всегда проходил уровень за нас обоих... один. Мне жаль, что я не был для тебя лучшим товарищем по команде, Микал, – тихо говорит Артур с лёгкой улыбкой, и слеза стекает по его лицу. Он собрал все свои силы, чтобы произнести эти слова, цепляясь за жизнь.
– Нет, Артур, ты всегда был лучшим товарищем по команде. Ты мой самый лучший на свете друг! Пожалуйста, не оставляй меня! – истерически воплю я.
– Покончи с этим, Микал… Обещай мне, что вы с Ноа вытащите всех отсюда.
– Я обещаю тебе, Артур... Но ты пойдёшь с нами, только держись!
На моих глазах мой лучший друг испускает дух, его глаза затягивает стеклом. В отчаянии я пытаюсь разбудить его, трясу и выкрикиваю его имя, умоляю его проснуться. Но он остаётся неподвижен.
Райли встаёт на колени рядом, обнимает меня и со слезами на глазах говорит:
– Микал, его больше нет. – Она нежно отводит мои руки от тела Артура и вновь заключает меня в объятия. До этого момента я никогда не испытывал настолько сокрушающей и душераздирающей боли от потери. – Мне очень жаль, Микал, – говорит Райли, крепко обнимая меня.
Тут что-то щёлкает во мне, и скорбное состояние сменяется приливом неудержимой ярости. Я вытираю лицо и прощаюсь с моим самым дорогим другом. 
– Эй, Томиас, у тебя есть какие-нибудь глайдеры в этой сумке? – спрашиваю я, уставившись на его тонкий рюкзак за плечами. Он кивает головой и, достав их из сумки, передаёт мне.
– Что ты собираешься делать, Микал? – с тревогой спрашивает Райли.
– Я сейчас завалю этого сукиного сына дроида, – злобно хриплю я, быстро надевая глайдеры на кроссовки и кольцо управления на указательный палец. – Спрячьтесь, – обращаюсь я к Райли и Томиасу.
Райли кивает и делает шаг назад.
Я запускаю глайдеры и лечу к Клэр.
– Клэр, дай мне модуль верёвки, который вы использовали, когда спускались из люка в зале питания.
– Я не знаю, что ты задумал, но ладно, – отвечает она, роясь в маленькой сумочке на поясе и протягивая мне длинный металлический трубчатый модуль.
Один «красавчик», которого на время успокоил Ноа, начинает уже подниматься и группироваться, чтобы снова в нас пулять. А со вторым возятся Ноа и Бумбокс. Я инициирую верёвочный модуль с часами и ору ребятам:
– Ноа, Бум, отвалите, я их сейчас мочить буду! – и начинаю летать между дроидами, петляя вокруг, чтобы отвлечь их от стрельбы по остальным членам команды.
Тут же активирую верёвочный модуль. Из него выскакивает металлический крюк, быстро прикрепляю его к спине одного из дроидов. Затем подлетаю к другому, чтобы он тоже присоединился к вечеринке, и верёвка принимает его в свои крепкие объятия. И так облетаю обоих дроидов в общей сложности пять раз или около того. Я пытаюсь свести их вместе. Их железно-пластиковые конечности в непосредственной близости друг от друга начинают сплетаться и мешать при стрельбе. Пару раз они всадили друг в друга по лучику из своих пукалок, тем самым приостанавливая самих себя на несколько минут. А я удачненько в это время накручиваю ещё больше верёвки вокруг них, сближая их в дружные братские объятия. Но когда они оказались уже на расстоянии метра друг от друга, я прекрасно понимаю, что одному мне больше не получится сдвинуть их ближе – тяжёлые, засранцы. Поэтому приглашаю всю нашу компанию поучаствовать в игре с затягиванием каната.
Все, как дедка за репку, хватаются за канат и тянут, медленно приближая дроидов друг к другу. И вот есть контакт! Команда отпускает канат. Я накручиваю последний круг, доматывая остаток каната в клубочек с ботами. Потом отсоединяю модуль от своих мекачасов и закрепляю его к канату, стягивающему роботов сзади. Отлетаю подальше в конец зала, где уже сгруппировалась наша остальная команда. 
– Бумбокс, делай свое дело, чувак! – ору я.
– Все вместе! – командует Ноа.
Бумбокс выходит вперед и вытаскивает из-за спины своего «мамонта» (бластер), ставит его на пол, встаёт на колено и командует:
– Готовсь!
Мы все наводим наши бластеры на сэндвич из дроидов.
– Пли! – кричу я.
Бумбокс выпускает заряд, и каждый из нас следует за ним.
Взрыв такой мощный, что дроидов отбрасывает назад на пульт центральной системы управления. Разлетаясь, части их брони обрушиваются на экраны и компьютерные станции. Удар вызывает короткое замыкание электроники у наших металлоголовых противников, и они задымились. Искры разлетаются от них во все стороны, и вот уже пламя объяло всю центральную часть зала, перекинувшись на аппаратуру и компьютерную систему.
Огонь начал распространяться с такой скоростью, что думать стало некогда. Всё заволокло дымом, видимость стала нулевой.
– Мне так жаль Артура, Микал, – говорит Ноа, кладя руку мне на спину.
– Мы должны забрать его! Мы не можем просто оставить его здесь, – прошу я, обращаясь к остальным членам команды.
– Микал, мне очень жаль твоего друга, но мы ничего не можем сделать прямо сейчас! Нам надо выбраться отсюда, – говорит Клэр, прикрывая рот рукой, чтобы защитить себя от дыма.
– Нет, я не оставлю его! Мы должны взять его с собой! – пытаюсь убедить её я.
Искры от центральных систем управления разлетаются и распространяют пламя дальше. Зал наполняется серыми клубами дыма. Жар усиливается, обжигая, и стали сильно слезиться глаза.
Я лихорадочно ищу тело Артура по комнате, но даже перед носом ничего не видно.
– Микал, я знаю, что он заслуживает большего! Но если мы не выберемся отсюда, этот огонь уничтожит и нас! – умоляет Райли, хватая меня за руку и медленно притягивая к себе.
Я смиряюсь и присоединяюсь к команде. Мы стали пробираться к входной двери.
Меня переполняет сильнейшее чувство вины, оно совершенно вытеснило чувство удовлетворения победой. Артур пожертвовал собой, чтобы спасти меня, а за несколько минут до этого я полностью пренебрёг им и заставил его почувствовать, будто Ноа заменил его. Я знаю, что буду нести это бремя до конца своих дней.