Страсти по бордюрам и брусчатке

Бордюр от поребрика мало чем отличается, просто второй укладывается вровень с зоной, а не торчит с обеих сторон, как спотыкач какой-то! Нужная вещь, чтобы полотно дорожное не расползалось, а самое главное — разграничивает зоны. Вот тут-то все самое интересное и начинается...
Каждый аким это видит по-своему, службу на этом посту начинает с проверки бордюров: «Все ли правильно разграничили?», «Правильно ли ходят горожане?» Если видит добротные гранитные бордюры, то глубокомысленно изрекает:
— Что за совок! Надо современные, разноцветные поставить, серость какая-то!
Если видит разноцветные, установленные при предыдущем акиме:
— Что за колхоз? Детский сад какой-то, надо поставить нормальные, гранитные!
Тяжело понять акимов, особенно их эстетические взгляды и архитектурные пристрастия. Но если копнуть глубже, то могут всплыть интересные детали и про бордюры, и про сопутствующую им брусчатку...
Как-то затеяли в связи со сменой акима в городе N очень большой объем работ по замене брусчатки и тротуаров на улицах и в скверах. Народ ринулся «осваивать бюджет», но руководитель заказчика упорно рекомендовал покупать брусчатку и бордюры у одной определенной фирмы. По закону госслужащие не имеют права лоббировать или же навязывать подобные условия, но навязывали. Аккуратно, чтобы не обидеть.
— Это просьба акима, чтобы везде был единый архитектурный стиль…
Но предприниматели народ «ушлый», быстро разобрались, что на той фирме уже второй месяц соучредителем вошел племянник акима. Все понятно, обычная стандартная коррупционная схема!
При этом брусчатка и бордюры были не очень высокого качества: верхний слой из раствора цветного цемента и песка не очень вязался с телом брусчатки, визуально видно было, что не выдержит испытания на истирание.
Многие плюнули и согласились, кроме одного старого строителя Орала. Тот прямо заявил:
— Не буду я эту халтуру класть, через год все отвалится, а у меня гарантия 9 лет в договоре. Кто потом будет отвечать? Акимы приходят и уходят, а нам за все отвечать!
Зная его крутой нрав, начальник ЖКХ не стал с ним спорить, но акиму доложили про «бунтовщика».
Как и ожидалось, через недельку аким начал объезд. Везде все хорошо, все укладывают «коррупционную» брусчатку, как между собой прозвали ее строители. Только в одном сквере делается не то, выстилают обычными катушками, серенькими, но прочными, как камень!
Орал долго и горячо доказывал, что эта брусчатка лучше и долговечней. Аким отвел его в сторону:
— Ореке, вы же уважаемый человек. Зачем так делаете? Просили же сделать, чтобы единый стиль был...
Орал начал подробно, уже в сотый раз описывать преимущества брусчатки и бордюров, которые он приобрел на фирме известного своей добросовестностью и порядочностью немца Эртмана. Аким пропустил все доводы мимо ушей, повторяя, как попугай «единый архитектурный облик».
— В договоре этого нет! Я отвечаю за этот объект еще 9 лет, поэтому имею право выбора поставщика.
Аким ухмыльнулся:
— Хорошо, проверим, насколько вы качественно сделаете и выдержит ли ваша брусчатка гарантийный срок!
Это уже был сигнал дня всех «мелких шавок» акимата. Кто только не проверял объект Ореке, кто только не бегал тут с рулеткой! Даже директор соседней школы. Вдруг ученики споткнутся о край бордюра?
Вытащили старую техническую карту, по очереди измеряли толщину полотна, бетона, бордюров, вспомнили о таких тонкостях, про которые другие подрядчики и не слышали. Но все пошло на пользу: объект получился образцовым, и сделано была 1600 квадратных метров вместо установленных в смете 1550. Квадратуру перемерили раз сто и разными способами. Воистину, небольшой сквер превратился в «объект стратегического значения». Вот сила власти акима!
Что еще придумали бы «шестерки», неизвестно, но все изменилось в один день. Финансовая полиция взяла акима с поличным. Взяточником оказался! Вот какая неожиданность. Его племянник, оказывается, с кассы фирмы, где был совладельцем и фактическим директором, забирал всю выручку. Люди без зарплаты, второй собственник целый день «на побегушках», счастья и благополучия от того, что они были «в деле» с акимом, похоже, не прибавилось. Было подозрение, что они потихонечку и «слили» акима, туда ему и дорога!
Но следователи начали всех по очереди вызывать на допрос. Тем более и брусчатка, и бордюры с фирмы акима, как и ожидалось, начали сыпаться через год. Цемент как в анекдоте «сказал»: «А меня там не было!», вместо него они добавляли от безысходности какой-то доменный шлак. Но «нахимичили» неудачно. Денег-то не было, а кушать хотелось. Нелегко работать на акима!
Пришел тот день, когда очень аккуратная и строгая девушка-следователь вызвала Орала:
— Вы единственный, кто не брал брусчатку на фирме «Сапа». Почему?
— Я отвечаю за качество, поэтому купил у проверенного поставщика на фирме «Гранит».
— Эксперты не обнаружили недоделок на вашем объекте, вы даже положили на 50 квадратных метров брусчатки больше…
— Можете это зафиксировать протоколом, чтобы я мог отсудить доплату?
— Это не наш вопрос. Хищения и брака у вас нет. Аким оказывал на вас давление, чтобы купили материал на фирме «Сапа»?
— Нет. Там что-то говорили про единый архитектурный стиль, но в договоре это не оговорено, поэтому я действовал по закону…
Долго еще следовательница пыталась убедить Орала дать показания на акима, что тот оказывал давление. Но почему-то тот не стал давать нужные ей показания:
— Я действовал по закону и все!
Отстали! Чувствовалось, что у них было указание посадить акима и надолго, кому-то не угодил! Не делился, наверно, как и с рабочими… Жадность фраера сгубила!
Пришел день суда. Процесс был интересный, весь город следил, не каждый день акима сажают! Но тут тоже интересный пассаж вышел — к Оралу обратились адвокаты акима:
— Вы же положили другую брусчатку, и никакого давления на вас не было. Можете это подтвердить в суде? Нам это нужно для защиты акима!
— Ну вы даете! То жизни не давали за то, что не ту брусчатку положил, а теперь я защитник акима?!
— Но вы же сами так следователю сказали!
— Сказал, но промолчал, что меня там все его «шавки» проверяли под микроскопом. Если бы его не посадили, удушили бы меня насмерть!
— Ну, не насмерть, вы перегнули!
— А что, гибель фирмы — это не смерть?!
— Так все-таки придете?
— Если вызовут, скажу то, что сказал следователю, не более!
— Хорошо, и на том спасибо!
На суд Орала свидетелем так и не вызвали, наверное, его показания мешали установке на отправку акима в места не столь отдаленные. Но это уже особенности местного судоисполнения.