Провидение судьбы

           Москва. Вокзал. Перрон и мы, трое друзей - Виктор, Юрий и я Михаил - будущие курсанты Ленинградского пожаро - технического училища, стоим на платформе Ленинградского вокзала города Москвы, в ожидании посадки поезда Москва - Санкт- Петербург. На табло высвечивалось время отбытия - 19-30 и год - 2017. В вечерние часы город словно оживал своей другой жизнью, сияя рекламой разноцветных огней. Мороз пробирает до костей, как никак на дворе февраль месяц. Стрелки часов уверенно приближаются к отправлению. Народ прибывал к своим вагонам, согласно купленным билетам. Наконец двери вагонов открылись, давая возможность пассажирам проникнуть в тёплые помещения. Началась посадка.
           Дверь нашего девятого вагона, на который у троих друзей были билеты, тоже распахнулась. Оттуда выпорхнула белокурая проводница, с накинутой на её изящные плечики тёплая курточка. Ослепительная белая блузка сияла чистотой и свежестью. Улыбаясь пассажирам, она откинула на платформу металлическую дорожку, и пригласила ожидающих приготовить для проверки билеты, сверяясь с их паспортами. Когда подошла очередь предьявить билеты, трое молодых парней с улыбками сделали проводнице комплимент, не забыв сказать, что они трое холостяков для невест, с такими же голубыми глазами, как у нашей красавице. От такого комплемента щёки девушки зарделись, а стоящий позади парней старичок весело крякнул себе в усы, и проговорил:
       - Ах молодость, молодость! Дочка не смущайся, ребята хорошие, не обидят. Смотри какие молодцы - выбирай любого!
           Проводница ещё больше зарделась, а парни улыбаясь прошли к своему купе. У меня  было нижнее, а у Юрия с Виктором верхние полки. Старик оказался нашим соседом и тоже хозяином нижнего спального. Пассажиры в соседних купе суетились, шумно устраиваясь на своих местах, распределяя багаж. Кто то уже расстилал матрасы и бельё с фирменной упаковкой логотипа поезда. Мамочки как наседки хлопотали возле своих деток. Проводница ещё раз предупредила провожающих покинуть вагон. Когда все угомонились, поезд плавно тронулся, а проводница прошлась по вагону, ещё раз проверить на наличие пассажиров. Когда с проверкой было закончено, проводница стала предлагать чай и кофе. Чтобы не мешать пожилому человеку обустраиваться, парни вышли в корридор, смотря как стремительно удаляется вокзал, а с ним и столица Москва.
             Каждый из нас думал о предстоящей поездке. Мы, будущие курсанты Ленинградского пожаро - технического училища. Почему не в Москве? Парни и сами не могли ответить на этот вопрос, просто будто что то их толкнуло поступать не в Москве, а в Санкт - Петербурге. Наверное они поддались слухам об этом знаменитом училище. Ещё им нравился сам город на Неве. Он звал своим историческим духом, который они хотели вдохнуть в себя полной грудью. Их мысли прервал Глеб Степанович сообщив, что заказал всем чай и приглашает к столу, на котором красовались домашней выпечки пирожки:
         - Знаю, я вас молодых. В спешке небось собирались и конечно обо всём забыли. Угощайтесь молодые люди, это моя хозяюшка позаботилась - такие чудные пироги напекла в дорогу. Cама она в Москве погостить осталась, а меня домой потянуло. Разве я их один съем? Так что присаживайтесь молодые люди, заодно познакомимся. Меня Глебом Степановичем зовут, а вас как величать?
         Мы назвались и поблагодарили за приглашение. Старик услышав наши имена на мгновение задумался, но тут-же ещё раз пригласил отведать угощение. Отказываться было неудобно, да и запах от пирогов так манил, что мы тут-же начали их дегустировать. Глеб Степанович рассказал, что является старожилом Санкт - Петербурга, ещё с незапамятных времён, город тогда так назывался. Сказал, что за всю историю город несколько названий сменил. Поведал, что его дед жил в Питере до революции, а после революции город в Петроград переминовали. Позже он стал Ленинградом, а теперь ему вернули былую славу! В общем исторический город!
          Глеб Степанович стал с упоением рассказывать о особенностях, характере и душе города. Мы тоже рассказали, что едем учиться в Ленинградское пожаро - техническое училище. На ожидаемый вопрос: "Почему не в Москве?" Мы немного замешкались с ответом, а затем отозвались дежурными фразами:
         - Да вот, что то потянуло в ваш город. Возможно тоже с характером его, и особенностями познакомиться.
           Глеб Степанович внимательно посмотрел на парней, а затем задумчиво проговорил:
         - Кажется я понял, какая сила подтолкнула вас поступать в это училище. Я не ослышался? Вас Виктором, Юрием и Михаилом зовут?
           Мы кивнули, не понимая ход мыслей Глеба Степановича. Тогда тот ещё раз внимательно посмотрел на нашу троицу и проговорил:
         - Парни вы верите в судьбу? Знаете какое сегодня число?
           Мы пошутили, что согласно билетам, сегодня двадцать седьмое февраля. Глеб Степанович конечно понял нашу шутку, а затем сказал:
         - Ох молодёжь, кому кому, а вам не простительно не помнить о трагедии случившей в этот день -  тысяча девятьсот семьдесят седьмого года в поезде "Юность". Вы едете поступать в Ленинградское училище, а сами не в курсе, что оно связано с героическими именами ваших тёзок. Мальчики с вашими именами в этот день проявили героизм - ценой своей жизни спасали людей из горящего поезда, с юношеским названием "Юность".
           Для меня это трагический день, и его никогда не вычеркнуть из моей памяти. Нет молодые люди, я вас не упрекаю. Молодёжи свойственно забывать, потому что молодость, но ведь они тоже были молодыми. Вот, я поэтому спросил, верите ли вы в судьбу? Ведь не так просто вы едете в этот день с именами, как у тех мальчиков. Не так просто поступаете в училище, в котором они были курсантами. Совпадение? Нет, это провидение судьбы молодые люди! Я так думаю, молодые люди - вы здесь для того, чтобы прочувствовать всю важность вашего выбора.
           Мы молчали обескураженные тем, что действительно, поступая в это училище, не узнали о героях. Конечно, мы слышали, что в нём есть свои герои, но чтобы вот так подробно, не интересовались. Это была наша непростительная ошибка! Нам стало стыдно...
        - Глеб Степанович, мы конечно виноваты, что не поинтересовались, забыли, закрутились, думая в училище узнать все подробности. Наверное вы правы, сама судьбы столкнула нас с вами в этом поезде, чтобы вы могли нам, рассказать подробно об этой трагедии, Глеб Степанович, мы хотим вас попросить рассказать всё, что помните. Вы не против?
        - Конечно парни, расскажу. Я вижу, вы хорошие ребята. Cегодня ровно сорок лет этой трагедии. Я как услышал ваши имена, так меня будто током ударило. В начале я подумал о совпадении, но когда вы сказали, что вас будто какая то сила подтолкнула к поступлению в Ленинградское училище, здесь все мои сомнения рассеялись, и я понял, что это само провидение судьбы толкнуло вас и меня в эту поездку. Жена уговаривала остаться с нею в Москве, но меня будто какая то сила подняла и прямиком на вокзал.
         - Дело в том парни, что тогда, в 1977 году, я тоже ехал с юга в Москву на несколько дней раньше срока пребывания в санатории южного курорта. Это летом можно было подольше остаться, а тут жене холодно стало и она настояла на возврат домой. В Москве мы сделали пересадку на поезд под названием "Юность", где и произошла трагедия. У меня билеты были на другой поезд, намного позже этого, а жене с детишками сидеть на вокзале несколько часов не хотелось, вот она меня и уговорила поменять билеты на этот поезд. Знали бы мы, что так всё случится! Разве это не провидение судьбы? Я бы даже сказал божьего, и в этом был свой смысл, или как принято сегодня говорить - бог преподнёс многим урок.
         - Пока мы ехали от Москвы всё было спокойно, но когда мы подъезжали к городу Ленинграду, в одном из вагонов, где ехали трое курсантов, в том числе я с семьёй, в буфете произошло замыкание, что способствовало возгоранию. Вагон стал быстро наполняться удушливым дымом. Остановить распространение его вовремя не смогли, а может в тот момент было некому. Говорят там кому то стало плохо, поэтому огонь стал распространяться дальше по вагону в котором ехали люди. Сначала был едкий дым. Он сразу заполнял лёгкие. Люди кашляли и задыхались.
           Пассажиры метались, ища выход. Беда была в том, что ожидая подъезда к городу, чемоданы заранее выставленные пассажирами в проходах, буквально преградили путь бегущим пассажирам. Знаете молодые люди, существует пословица - "поспешишь - людей насмешишь". Ведь по приезде на вокзал, всем хотелось побыстрее выйти из вагона на платформу. Конечно, когда начался пожар в вагоне, все пожалели об этом. Я думаю, что эта трагедия многому всех научила. Ужасающая трагедия!
           Глеб Степанович закашлялся. Было видно, что ему трудно вспоминать те события. Виктор протянул старику стакан воды и тот откашлявшись, выпив, продолжил:
            Пассассажиры спотыкаясь о чемоданы падали, ударяясь и травмируя себя. Беда в том, что двери были закрыты, так как поезд ещё находился в движении. Выпрыгнуть с поезда было нереально. Проводники не ожидавшие такого бедствия растерялись, а когда машинисту сообщили о возгорании - поезд был остановлен. Только тогда предоставилась возможность их открыть. Но как бывает часто при форс - мажорной ситуации, проводники не смогли сразу найти ключи, поэтому пассажиры стали разбивать окна. Только благодаря курсантам паника не достигла кульминации. Парни делали всё возможное для эвакуации пассажиров. Я всё это помню, потому что был одним из пассажиров вагона, и естественно очевидцем тех событий.
           Как я сказал, я ехал с юга со своей семьёй - двумя детишками и женой. Только благодаря этим парням и их правильным действиям, удалось спастись многим пассажирам. Они действовали чётко и слажено, как их учили - не оставлять людей в беде. Мальчики к сожалению погибли, а мы остались живы, хотя насмерть перепуганные. Говорят, в этом поезде ехало восемь курсантов училища. Они тоже спасали людей, борясь со стихией огня, но я запомнил троих, которые ценой своей жизни выводили пассажиров из горящего вагона, а сами...
           Глеб Степанович опять остановился, а затем прошептал:
         - Витя... Миша...Юра... Они, как и вы были молоды. Весёлые ребята и дружные! Я с ними до трагедии общался, поэтому они запали мне в душу. Проводники ещё не открывали двери, так как поезд был в пути, поэтому, когда начался пожар в поезде все двери были закрыты. Их открыли не сразу, так как перепуганные проводники растерялись, метаясь по вагону. Кому то стало от дыма плохо. Так вот эти ребятки, с невероятным усилием их открыли и помогли перепуганным пассажирам выбраться из огня. Но это не сразу... Выпрыгивать по ходу поезда было опасно, а в вагонах женщины и дети. Необходимо было пройти в другие вагоны, а двери закрыты, но когда их открыли, то проходы тоже были забиты чемоданами. Только благодаря этим парням удалось предотвратить панику, а то бы все погибли. Никто бы не выжил. Самое страшное в любых ситуациях - это паника!
           Глеб Степанович вытер вспотевший лоб и тяжело вздохнул. Он путался и повторялся, но парни чувствовали, что воспоминания Глебу Степановичу даются нелегко. Ещё раз вздохнув, он продолжил:
          - Так вот парни, пока машинисту сообщили о пожаре и поезд остановился, в вагоне уже начался пожар, заволакивая все помещения дымом. В корридоре началась давка. Пассажиры бежали по вагону цепляясь ногами за разбросанные в проходе чемоданы и падали на них. Вагон быстро заполнялся удушающим дымом. Я с семьёй был в купе и закрыв плотно дверь, чтобы дым не проникал во внутрь, стал пытаться разбить окно. Выбегать в корридор не было смысла, так как у меня были перепуганные дети, а там уже была давка. На полу вместе с чемоданами валялись упавшие пассажиры. Эти мальчики поднимали и выводили из вагона. Пламя перекидывалось от одного купе к другому. Пассажиры в панике кричали. Мужчины стали разбивать окна, но не все поддавались - они были слишком прочные и всё-же им удалось! Сначала передавали детей и женщин, а затем стали вылезать сами.  Одежда на некоторых уже горела.
           Глеб Степанович замолчал, будто прямо сейчас, в эту минуту, он был в том поезде, вновь переживая трагедию. Мы не перебивали и не торопили его, понимая, как тяжело всё это вспоминать. Затем собравшись с мыслями, он продолжил:
           - Я быстро закрыл своё купе, и стал разбивать окно. Когда мне это удалось, я вначале помог вылезти жене, а затем стал передавать детей. В этой толкучке, что образовалась в корридоре, с детьми выйти из вагона было нереально. Самому мне вылезти не удалось. Один из курсантов открыл купе, проверить наличие пассажиров, и тогда горячий воздух вместе с огнём хлынул прямо на меня. У курсанта уже горела одежда. Он крикнул, чтобы я взял одеяло и направил меня к выходу. Прикрываясь одеялом, я спотыкаясь о чемоданы бросился в корридор и тут увидел - тамбур пылает в огне.
            Курсант не раздумывая направил меня к двери. Преодолевая страх, я шагнул в огонь, а затем скатился вниз на землю. Оглянувшись, я увидел, как тамбур и весь вагон полыхал в огне. Один за другим горели вагоны в которых ещё были люди. Свежий воздух из разбитых окон способствовал быстрому распространению огня дальше по вагонам. Они пылали единым факелом. Вскоре подъехал пожарный расчёт. Они оперативно стали тушить вагоны. К сожалению спасти курсантов не удалось. Они ценою своей жизни, до последнего, выводили из огня пассажиров.
           Глеб Степанович замолчал, а мы сидели в оцепенении не в силах вымолвить слово. Мы слышали вкрадце о той трагедии, но чтобы в такой подробности, первый раз. Каждый из нас в эту минуту подумал: "А смог бы я вот так, как эти курсанты, до последнего, спасать из огня пассажиров?" Глеб Степанович, как бы услышав их мысли, произнёс:
         - Вы тоже смогли бы, можете не сомневаться! Ребята вы хорошие и совестливые! Я это вижу по вашим глазам. И профессию вы себе выбрали замечательную, хотя и опасную, но нужную - спасать людей из огня. За это вам парни низкий поклон!
           Мы ничего не ответили. Наверное не смогли, так как в горле образовался ком. Эта трагедия нас не оставила равнодушными и мы, поблагодарив Глеба Степановича вышли в тамбур покурить. В современных поездах было возможно, так как техника безопасности была на уровне, но мы не курили. Мы стояли и переваривали всё услышанное о трагедии. Спасать людей, это теперь наша будущая профессия. Мы поняли, что относиться к ней надо со всей серьёзностью. Глядя друг на друга, мы негласно давали себе, и тем мальчикам клятву - не опозорить их имена!
           Доехав благополучно до Санкт- Петербурга, мы тепло распрощались с Глебом Степановичем обещав учиться только на отлично. Он обещал приехать на присягу и вообще приходить почаще к нему в гости. Тепло распрощавшись с Глебом Степановичем, мы поехали по месту нашей учёбы...