Сагако

Несмотря на все ожидания, мать так и не вернулась. Наручные часы пропищали семь, и получается, Сагако прождал уже два часа с того самого времени, когда мать обычно приходит домой и ласково треплет его по затылку. Он позвонил Кумико - своей старшей сестре. Нет, матери не было и у неё. Тогда они отправились к ней на работу. Час был поздний, пришлось идти пешком по холодным  ветреным улицам. Мать работала в школе, учителем французского. Мрачное двухэтажное здание показалось из-за поворота и дети  прибавили шаг. У крыльца висел фонарь, призрачно освещая стены старинной постройки. Входные двери были приотворены, неужели сторож забыл их запереть?

«Жди меня здесь!» - сестра зашла, а Сагако остался стоять у крыльца. Свет фонаря не мог рассеять мрак парка, что выходил напротив. Странно, что машины не проходили мимо, пусть дело и близилось к ночи. Кумико всё не возвращалась. Ни матери, а теперь и ни сестры. Сагако вдруг понял, что из всех звуков, окружавших его, он слышит лишь ветер, жадно зарывавшийся в невидимые деревья парка. Сагако стало не по себе, но в тоже время его охватило невиданное до сих пор чувство спокойствия. Он подошел к приоткрытым дверям школы, заглянул внутрь и… не увидел там ничего. И не потому что внутри не горел свет. Потому что там, внутри, за дверью- на самом деле ничего не было! Мальчик сделал вид, что так и должно быть, и пошел по улице прочь к дому. Машин по-прежнему не было видно. И только ветер всё тянул и тянул свою вздорную песню. Ветру было радостно. Вскоре этой радостью стал наполняться и Сагако. Он пошел прямо через охваченный ветром парк, решив сократить путь. Порой, когда карманные деньги неожиданно заканчивались, он подобным образом и сам возвращался со школы. Но теперь - деньги больше были не нужны. Он чувствовал это в песне ветра, и ущербная лунам высвечивала на его круглом лице тихую улыбку.

Домой он пришел уже под утро, когда рассвет только только начинал скрестись о порог дня. Сагако постучал в двери условным шифром из известной ему и его отцу оперы. Отец без промедления отворил. «Где мама и сестра?» - спросил он Сагако. Мальчик рассказал. «Тогда я сейчас пойду их искать! Тебе, должно быть, померещилось, как это может быть, чтобы сторож забыл запереть двери?» Отец накинул на себя куртку, дернул за змейку, и мальчику показалось, что где-то совсем недавно он уже слышал похожий звук. «Ну, что же ты стоишь? Пойдем вместе?» Сагако никак не мог вспомнить где. Пока отец не взял его за руку, и его рука была такой же холодной, как и его морщинистый лоб, тогда, на похоронах. Сагако, как и сестре, пришлось поднести к нему свои губы и поцеловать. А потом прозвучал этот звук, похожий на лай змейки-  гроб обернули тканью и затянули кольцо. Отец умер прошлой осенью. Но, казалось, Сагако  не удивился новой встрече. Что его по-настоящему удивило, так это его мысль: «Тот человек, которого нет, отправляется на поиски  матери и сестры, которые хоть и пропали, но еще живы!»

«Так ты говоришь, что сестра не выходила из дверей? Как такое возможно?» - Сагако вдруг понял, что слышит голос отца в одной своей голове.

 «Знаешь… может и правда не стоит нам туда самим заходить? Есть же, в конце концов, специальные службы!.. Давай позвоним?»

Куртка, в которой был отец, вдруг потеряла свой цвет. Будто вылиняла после неудачной стирки. Но какой она была до этого, сказать было невозможно. Сагако не стало страшно. Скорее, его больше занимала всё та же мысль- он просит о помощи того, кого попросить вроде как больше нельзя…

Они шли парком. Звонить никому не стали. Казалось, в морщинистом лице  отца тоже засела улыбка. Они шли к школе, с полной уверенностью, что за приотворенными дверями - действительно не окажется ничего.