Эксперимент. Часть первая. Автофикшн

Научно-исследовательский институт в медицине – это клиника. Там как в больнице «лежат» больные, и врачи их лечат. Но ещё и подробно записывают все анализы, иногда делают избыточные анализы, согласно изучаемой темы, разрабатываемой диссертации, какие-то дополнительные исследования. Зачем я это тут написал?

Работал я некоторое время после окончания института в НИИ кожно-венерологической направленности. Разрабатывал тему простагландиновой активации некоторых процессов в коже при атопическом дерматите и псориазе. Для экспериментального дерматита закупили мышей Балбов, и для них мне выписали огромную аптечную банку глюконата кальция. Ну, в корм добавлять. Постепенно таблы стали заканчиваться и я их из этой огромной банки переложил в меньшую. Стояло у меня куча разных банок для мазилок. Мы просили родственников больных покупать на рынке нутряной жир (на кишках свиньи), топить его на водяной бане и через марлю процеживать. Использовали как  основу для мазей. Добавляли нужные компоненты и отдавали больным мазаться. Этот жир индифферентный для человека и хорошо впитывается, смягчает, неся с собой лекарственные компоненты. Вот эти банки и оставались. На одной банке у меня было наклеено «Псориаз» и фамилия больного. Фамилию уже оторвали. Туда и ссыпал остатки таблеток и закрыл пластмассовой крышкой простой. Это малая предыстория большой истории.

Каждое утро на планёрке нам представляли вновь поступивших больных. Поступила из северных краёв небольшого роста женщина около 45 лет с тотальным поражением кожи псориазом. Чистых мест было мало. Внутренних поражений не было. Ну, все симптомы рассмотрели, триаду проверили, показали студентам и стеариновое пятно, и терминальную плёнку, и «кровавую росу». Когда все разошлись по кабинетам, ко мне тихонько постучались. Я открыл дверь и увидел эту несчастную женщину. Сказала, что её послали ко мне как к лечащему врачу.

Ну, начинаем всё как надо – пишем жалобы, анамнезис морби, вите, подробно все анализы, что есть с собой, что постоянно принимает от зуда, что мажет? Есть ли гормональные препараты? Ничего гормонального нет и давно не принимала. Симптоматику давит и всё. Осмотр, фиксация кожных изменений, фотографирование участков кожи, (когда-то отец подарил ФЭД-3) с сантиметровой лентой под лампой и прочее…

Смотрю, тётенька с интересом смотрит на посудину с таблами и наклейкой «псориаз». Переборов какой-то внутренний запрет, начинает мне сбивчиво объяснять, что намучилась уже сильно. Ну, видно и так.  Поддерживаю словами, рассказываю, что поможем всем нашим научным потенциалом… Тётенька, ведь, заходила в институт и видела название НИИ. То есть чего-то исследуют научно. Тычет пальцем в банку с подписью «псориаз» и опять стонет про тяжёлую судьбу. Говорит, дайте волшебную таблетку. Я, вдруг, понимаю, о чём она! Объясняю ей подробно про мышей и большую банку… Слёзы начинают выступать из её сливовых глаз, блестеть как солёные маслины. Я даю давно приготовленные салфетки. Ну, не верит она, что это не ВОЛШЕБНЫЕ таблетки в институте разработанные.

Я забираю банку, прошу посидеть немного и выхожу. Зашёл к соседу по кабинету – доктору Андрею, и прошу прибрать банку куда-нибудь. «Ну, надо! Потом объясню!» Возвращаюсь. Говорю, что поставил в сейф. Ещё не испытанные таблетки я не могу ей дать – подсудное дело. Та в слёзы… Серьезность положения утяжелялась еще и тем, что она не одна такая в палате. Не дай бог узнают про «волшебные» таблетки – разнесут, ведь, всё до основания.  Короче, я час бился, чтобы её убедить. Чуть не на коленях умоляла… Я ей про то, что еще не знаем толком как на людях работают таблы, только на мышах работает, а она – вот на мне и попробуете… Возникла мысль про плацебо. Ну какой смысл её опять мучить и без эффекта, судя по записям в выписке. Начинаю «сдаваться». «Ну, давайте, только серьёзно, меня посадят, если узнают. Но очень хочется вам помочь. Надо будет написать отказ от претензий и написать, что вы сами меня убедили дать вам таблетки. Может, меньший срок дадут, если узнают. Завтра принесите тетрадку и ручку. Будем всё записывать. А сейчас, вот вам направления во все кабинеты для забора анализов. И приходите, завтра попозже, когда всех уже посмотрю».

Утро следующего дня. Основную часть больных осмотрел, опросил, подкорректировал что-то в лечении, все записи сделал. Стучат. Моя просительница на пороге. Начинаем с расписок. Всё очень серьёзно. Потом расчерчиваем листы тетради для записи времени, доз приёма таблов и результатов. Опять осмотр и фиксация участков кожи уже более тщательно с сантиметровой лентой. Получалось, что фиксировали участки «чистой» кожи, так как сплошным ковром покрыта псориатическими бляшками. Записываю в историю.

Теперь главное – ВОЛШЕБНЫЕ таблетки. Начинаю рассказывать что происходит у неё в коже, показываю наглядные материалы, благо для студентов всегда держим целый музей плакатов. Показываю, как сосуды из собственно кожи проникают в эпидермис и отсюда высыпания и все симптомы. «А мы изобрели таблетку, которая препятствует проникновению сосудов в эпидермис.  У крыс очень хорошо работает! А кожа-то почти как у человека устроена, только волос поболее».
Достаю из тумбочки стола банку с таблами. И отсчитываю три штуки. «Ровно за полчаса до завтрака, обеда и ужина и запиваете молоком! И ту же записываете! Молоко есть, где взять?» Отвечает – девчонки ходят в магазинчик продуктовый рядом. «Я не хожу, чтоб не пугать народ».  Прям, по сердцу заскребло. Представил, как она дома у себя на северах живёт – все, наверное, шугаются её. Тётушка глаза долу и чуть не плачет. У самого в носу засвербело и глаза намокли…

Рассказываю про фармакодинамику, что такое орган-мишень и так и далее. «Записываете все изменения в теле, на коже. Надо все побочные эффекты выделить, если будут. Утром приходите и мы будем опять смотреть площади поражения. И, ГЛАВНОЕ! НИИИИ КООООМУУУУ!!!! Узнают – меня посадят! А вас затаскают по милициям». Добился клятв, сложил расписку в папку, завязал. «Сейчас в сейф унесу. Ну, с богом! Я очень волнуюсь. И даже не за тюрьму. Мы с вами на пороге какого-то открытия!»
Я понимал, что от глюконата кальция в такой дозе не может быть никаких отрицательных эффектов, да, и, положительных тоже. На всякий случай назначил через неделю биохимический анализ суточной мочи на оксалаты и кальций.